- -
- 100%
- +
Объясни я, что это устройство из будущего, — и меня же могут объявить ведьмой и отправить на костер. Я ничего не знала о времени, в котором оказалась. Какой тут может быть выход?
— Не испытывай мое терпение, женщина.
Вот мы и перешли на новый уровень общения. Теперь я для него не «Миледи», а просто безымянная «женщина».
Я заправила выбившуюся прядь волос за ухо, стараясь придать своему лицу самое невинное и простодушное выражение.
— Пообещайте, что не станете убивать, сжигать, пытать, резать, ломать и совершать прочие гнусности, когда получите ответ! — выпалила я. — И желательно — на бумаге, чтобы она стала моей страховкой.
Филипп тяжело вздохнул и потер переносицу пальцами. Было видно, что он измотан моими выходками, но после недолгой паузы кивнул.
— Хорошо.
Он поднялся с дивана, подошел к письменному столу, открыл ящик, достал пожелтевший лист пергамента, гусиное перо и чернильницу. Быстрыми, уверенными движениями он начертал что-то на бумаге, но вдруг остановился и поднял на меня взгляд.
— Катя?
— Екатерина Сергеевна, — поправила я его.
Он снова нахмурился, но не стал комментировать. Молча дописал, с силой прижал к документу именную печать с своего перстня и протянул его мне.
— Теперь я хочу знать правду.
Я не удержалась и взглянула на текст. У принца был потрясающий каллиграфический почерк. Каждая буква была уникальна и совершенна.
Почему нас в школе не учили такому? По сравнению с ним мой почерк — это каракули криворукого ребенка.
Было даже немного обидно. И что удивительнее всего — я без труда смогла прочитать написанное.
Интересно…
Я аккуратно свернула драгоценную бумагу в трубочку и спрятала в свою сумочку.
— Давай я лучше покажу тебе наглядно, — предложила я, чувствуя прилив странной смелости. — Так будет проще.
Я включила свой смартфон, открыла камеру и перевела ее в селфи-режим. Повернулась спиной к Филиппу, поймала в кадр его нахмуренное лицо у меня за спиной и нажала на кнопку. Раздался характерный щелчок затвора, и мужчина резко пригнулся, словно от выстрела.
— Эй… все смазалось! — рассмеялась я, глядя на получившееся размытое фото. — Давай еще разок!
4 глава. Ночная ваза или Добро пожаловать в эпоху 18 века
Мне потребовался целый час, чтобы доступно объяснить принцу Филиппу, что такое телефон и каковы его возможности. Это был изнурительный, но весьма интересный процесс — подобно путешественнику во времени, пытающемуся описать спутниковую связь первобытному племени.
Я говорила об интернете, о мгновенной передаче информации на расстоянии, о социальных сетях и видеозвонках, но его сознание, ограниченное рамками его эпохи, цеплялось за более осязаемые понятия. Его королевское высочество слушал с вежливым, но несколько отстранённым интересом, кивая головой, и я видела, что для него это сродни магии или красивой сказке.
Однако его истинное изумление, тот самый искренний, детский восторг, вызвали обычные фотографии из моей галереи. Его поразила не технология, а сам факт — возможность запечатлеть мгновение, поймать солнечный зайчик памяти в крошечную коробочку.
Он с любопытством разглядывал снимки моего города: небоскрёбы, устремлённые в облака, яркие неоновые вывески, автомобили, заполонившие улицы. Я показала ему селфи с подругами в кафе, и он долго и молча смотрел на наши улыбки, на наши свободные, непринуждённые позы, на стаканы с непонятным ему напитком кофейного цвета. В его глазах читалось не только удивление, но и лёгкая тень какого-то непонятного мне смятения.
Не удержавшись от соблазна, я тайком сделала несколько снимков его кабинета: массивный дубовый стол, заваленный свитками и пергаментами, рядок толстых фолиантов в кожаных переплётах с медными застёжками, тяжёлые портьеры из бархата и геральдические символы на стенах. Это была бесценная возможность зафиксировать кусочек этой реальности, доказательство для самой себя, что всё происходящее — не сон.
Ближе к полуночи мой импровизированный «технический ликбез» был окончен. Принц, сохраняя безупречные манеры, любезно проводил меня до предназначенной мне комнаты, пожелав спокойной ночи низким, бархатным голосом, в котором звучала лёгкая усталость. Дверь закрылась, и я осталась наедине с гулкой тишиной огромного замка и со своими хаотичными мыслями. Вечер выдался на редкость насыщенным и поистине незабываемым, смесь волнения, любопытства и лёгкой сюрреальности.
Завтра мне и Филиппу предстояло решить вопрос моего окончательного статуса при дворе — статуса невесты, навязанного мне стечением фантастических обстоятельств. Мысли об этом повисли тяжёлым грузом, но сейчас… Сейчас я отчаянно хотела снять с себя этот душный, невероятно тяжелый, хоть и роскошный, «чёртов» наряд, сковывающий каждое движение, и принять долгую, расслабляющую ванну с пеной. Желание ощутить на коже привычную чистоту и теплоту было почти физическим.
С вздохом я окинула взглядом своё новое временное пристанище. Взгляд сам собой, по профессиональной привычке дизайнера интерьеров, принялся анализировать обстановку. Ничего не могу с собой поделать — это моя вторая натура, сродни болезни.
Комната напоминала декорацию к историческому фильму. Огромная двуспальная кровать из тёмного, почти чёрного, красного дерева, увенчанная балдахином из струящегося шёлка цвета сливок. Изящные прикроватные столики с тонкими резными ножками, на которых стояли хрустальные вазы со свежими, благоухающими живыми цветами — их нежный аромат витал в прохладном воздухе. И конечно же, камин — массивный, величественный, отлитый, как мне показалось, из чистого золота или, на худой конец, из качественной позолоты, в котором весело потрескивали поленья, отбрасывая на стены танцующие блики.
В целом, это была воплощённая мечта любой маленькой девочки, грезившей принцессами.
На моих губах появилась лёгкая, ностальгическая улыбка, когда я вспомнила себя в десятилетнем возрасте, яростно выпрашивавшую у родителей нечто подобное для нашей стандартной панельной квартиры. Они, разумеется, категорически отвергли мои «монархические» замашки, предложив вместо балдахина постер с пони, а вместо камина — новый компьютер. Как же далека была та жизнь от нынешней, здешней реальности…
Мои размышления прервал неожиданный, но вежливый стук в дверь. Сердце на мгновение ёкнуло — я подумала о Филиппе. Однако в комнату неуверенно вошла незнакомая девушка, явно моя ровесница, одетая в странный, архаичный наряд.
На её голове красовался белоснежный чепчик, а поверх объёмного, простого платья цвета хаки был повязан накрахмаленный фартук молочного оттенка. Видимо, так выглядела здешняя прислуга. Девушка опустилась в почтительном реверансе.
— Прошу прощения, миледи, — её голос был тихим и подобострастным. — Когда мне подать для вас ночную вазу?
Вопрос повис в воздухе, повергнув меня в лёгкий ступор. «Ночная ваза?» — пронеслось в голове.
Вопрос, безусловно, хороший, вот только знать бы его истинное значение! Не станет же эта незнакомка спрашивать просто так о каком-то декоративном сосуде.
Вспомнив строгое наставление принца Филиппа не разглашать моё происхождение, я поняла: придётся импровизировать, полагаясь наудачу и актёрские способности.
— Сейчас… — выпалила я, выбирая тактику максимально размытого ответа. Лучше уж так, чем полное молчание или признание в неведении.
Барышня кивнула и, скрывшись за дверью, вернулась ровно через минуту. В её руках был… небольшой фарфоровый горшок изданной формы, с крышкой и изящной росписью по бокам. Она почтительно протянула его мне.
Я взяла этот предмет с величайшим недоумением и принялась разглядывать его со всех сторон, пытаясь понять, в каком именно месте интерьера ему положено находиться и какую эстетическую функцию он выполняет. Старая поговорка «смотреть, как баран на новые ворота» обрела для меня буквальный и очень живой смысл.
— Я могу подержать её для вас, — осторожно предложила служанка, не решаясь сделать и шага в мою сторону. В её голосе сквозила неподдельная готовность услужить.
«Если бы я только понимала, для чего именно её нужно «держать!» — в отчаянии подумала я, чувствуя, как краснею от собственной беспомощности в таких, казалось бы, элементарных вещах.
— Хорошо, — сдавленно произнесла я, решив пойти на поводу. — Помоги мне.
Что произошло дальше, повергло меня в шок абсолютной, первобытной степени.
Служанка тут же приблизилась, опустилась передо мной на колени и… решительно приподняла тяжёлый подол моего платья, явно намереваясь просунуть тот самый фарфоровый предмет мне между ног!
— Стой! Тормози! Что ты делаешь, ненормальная?! — взвизгнула я, отскакивая от неё, как ошпаренная, к самой кровати, на безопасное расстояние.
Первой мыслью было: «Неужели у них здесь такие дикие обычаи?!»
В моём мире подобные вторжения в личное пространство категорически не приняты. И только теперь, ошеломлённая, я по-настоящему разглядела в её руках злополучную «вазу». Именно её она и хотела «подставить». Зачем?
Прошла ещё одна мучительная секунда осознания, и леденящая догадка, наконец, достигла моего мозга. Неужели это… Да нет, не может быть! Я отказывалась верить. Это же… ночной горшок!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.