Время любить. Вторая любовь

ГЛАВА 4. В ПОИСКАХ СЧАСТЬЯ

Декабрь 1986 – сентябрь 1988гг.

Галя вертелась перед большим зеркалом в своей комнате и не могла наглядеться на себя, так она себе нравилась в роскошном свадебном платье. Подруги дружно восхищались платьем и фатой, помогая невесте одеваться и причёсываться.

– Сядь ты, наконец, – сказала Света. – А то останешься без причёски.

Галя села на стул, тщательно расправив платье, чтобы не смять. Света подошла к ней и начала причесывать.

– Счастливая, Галинка, – вздохнула Вера. – Выходишь замуж... А я, наверное, так и останусь старой девой.

– Ты что, разве всё еще девочка? – удивилась Галя.

– А ты разве нет?? – еще больше удивилась Вера.

– Конечно, нет, – ответила Галя и добавила: – Мне уже не пятнадцать лет, а скоро двадцать два, и я давно-о совершеннолетняя. И сейчас на дворе не пятнадцатый век.

– А Серёжка знает? – спросила Вера.

– Не-а, – Галя беспечно поболтала ногами. – Он и не спрашивал.

– И что ты ему скажешь, когда он это заметит? – спросила Света.

– Не знаю, что-нибудь придумаю, – ответила Галя.

На самом деле Галя, конечно, немного опасалась того, что Сергей поймет, что она уже не девственница, и рассердится. Но что он сможет с этим поделать: они уже будут женаты, и ему придётся смириться.

– Девчонки, бросьте эти разговоры, перед свадьбой они не к добру, – строго сказала Люда.

– А я в приметы не верю, – добавила Галя.

– Ну и зря, – ответила Люда.

– Да, да, – подтвердила Света. – Вот ты, самая младшая из нас, а выходишь замуж первой. Перебежала нам дорожку, теперь мы можем вообще замуж не выйти.

– Глупости какие, Светка! – возмутилась Галя. – Эта примета для сестёр, а я вам не сестра!

– А говорила, не веришь в приметы! – воскликнула Вера.

– Я еще в первом классе решила, что выйду замуж за Серёжку, – сказала Галя. – А я всегда добиваюсь, чего хочу.

– Однако Лёшки Морозова ты так и не добилась, – заметила Света, укладывая Галины волосы в валик.

– Ерунда, просто не успела, – возразила Галя. – Этот комбайн совсем не вовремя его переехал... Светка! Ну что ты сотворила у меня на голове? Этот дурацкий валик старит меня на целых сто лет! Убери сейчас же это уродство! Людка, давай, лучше ты делай мне причёску.

Света обиженно отошла к окну, и начала дышать на стекло, проделывая в изморози круглое оконце, чтобы смотреть на улицу. А к Гале подошла Люда. Пожав плечами, она переглянулась с Верой: причёска была очень красивая, потому что Света – профессиональный парикмахер, а Гале не понравилось из вредности, и чтобы Светке отомстить за замечание про Лёшку.

– Галка, поздно уже причёску переделывать, – сказала Вера. – Скоро жених приедет.

– Ну, вот тут мне подправь, – сказала Галя Люде, указав на виски. – Фату надену, и будет нормально. Девочки, а вы хорошо подготовились к выкупу?

– Да, не беспокойся, – Света недолго обижалась. – Мы обдерём их, как липку.

– У нас такие смешные конкурсы, – добавила Вера.

– Жалко, я не увижу, – вздохнула Галя.

– Ничего, мы тебе потом всё расскажем, – заверила Люда, для вида поправляя Гале причёску и надевая фату. – Ну, смотри, чем не красавица?

Галя полюбовалась на себя в зеркало.

– Глаза вы мне хорошо сделали. Но вот помада какая-то бледная.

– Невеста не должна ярко краситься, – назидательно сказала Люда.

– Но мне этот розовый цвет не нравится, – капризно заявила Галя. – Он мне не идёт.

– Успокойся, зато Серёжке понравится, – уверенно ответила Люда.

– Ты очень красивая, Галинка, – добавила Вера. – И эта помада прекрасно смотрится с белым платьем.

Галя посмотрела на часы и сказала с беспокойством:

– Десять часов уже... а он еще не приехал...

– Боишься, что передумал? – ехидно прошептала Света.

– Типун тебе на язык! – шикнула на неё Люда.

– Ну вот еще, боюсь, – усмехнулась Галя, подошла к окну и выглянула в оконце, которое продышала Света.

Она смотрела на улицу несколько мгновений, потом повернулась к подругам с радостно заблестевшими глазами.

– Он едет, едет! – воскликнула она, хлопая в ладоши и подпрыгивая, как ребёнок. – Девочки, по местам!

Подруги выбежали из комнаты, и Галя осталась одна. Она сразу подошла к трюмо, на котором была разбросана косметика. Выбрала ярко-красную помаду, которой обычно пользовалась, и накрасила губы.

Отступив от зеркала на пару шагов, она оглядела себя. Губы выделялись на её лице, словно запрещающий сигнал светофора.

«Да, Людка права, – подумала Галя. – Невесте не стоит ярко краситься».

Она провела розовой помадой поверх красной, пожевала губами, чтобы ровно распределить помаду и взглянула в зеркало. Теперь губы были яркими, но не кричаще. Галя удовлетворилась результатом.

*

Сергей Коновалов стоял перед зеркалом, завязывая галстук. Из зеркала на него смотрел молодой человек двадцати пяти лет, стройный, элегантный, в чёрной «тройке» и белой рубашке. Симпатичный молодой человек, только глаза почему-то грустные.

«Вот и женюсь, – думал он без всякой радости. – Но, может быть, это к лучшему... Может, я её, в конце концов, забуду...»

Полгода прошло с тех пор, как Сергей окончил институт и вернулся в родное село. И семь месяцев, как у Маши Веселовой, то есть Морозовой, родился сын. И уже два года и два месяца, как Маша Веселова и Алексей Морозов поженились. А Сергей всё никак не мог забыть Машу. Он любил её, очень любил, а она полюбила его лучшего друга. Но Сергей смирился с потерей, он глубоко уважал Алексея, и любил, как брата. Он стал бы бороться за свою любовь с кем угодно, только не с ним. Судьба обошлась с Алексеем так жестоко, что отнимать у него еще и любовь было бы несправедливо.

А потому Сергей уехал в Молому и попытался начать новую жизнь. Жизнь без любимой девушки и без лучшего друга. Он не писал им, не звонил, а на два Машиных письма не ответил, и она перестала писать. Сергей решил, что даже если Маша и Лёшка приедут в Молому к бабушке Насте, он не будет искать встречи с ними. Но за эти полгода они ни разу не приехали. Сергей не знал, рад он этому или нет. На свою свадьбу он их тоже не пригласил.

К Сергею подошла мама.

– Серёженька, красавец ты мой! Я так счастлива, что ты, наконец, женишься! Думала, до пенсии внуков не дождаться... А что же ты грустный такой?

– Грущу о свободе, мама, – отшутился он.

– А я подумала, что ты опять ту, городскую, вспомнил...

– Мама, ну хватит о ней! Не вспоминал я её, не вспоминал! Делать мне больше нечего! – раздраженно ответил Сергей, а сам подумал: «Зачем мне её вспоминать, если я только о ней и думаю...»

– Всё, всё, молчу, молчу, – сказала мама и все же добавила: – Галинка будет тебе хорошей женой, вот увидишь.

На улице послышался звон колокольчиков, молодецкое гиканье, смех. Это приехали на тройках друзья Сергея.

– Эй! Жених! Выходи! Поехали невесту выкупать!

«Все. Обратного пути нет», – подумал Сергей, надел пальто, шапку, и вышел на улицу.

Тройки вереницей помчались по лесной дороге в село, с перезвоном колокольчиков, шутками, песнями под гармонь.

Проехали по селу, бросая бегущим за санями ребятишкам конфеты и пряники, лихо остановились у дома невесты.

В выкупе невесты Сергей почти не участвовал, глядя на веселье как чужой, со стороны: друзья всё сделали за него. И загадки отгадали, и вином, и конфетами, и деньгами откупились, и, наконец, подтолкнули Сергея к заветной двери, осталось лишь открыть. А он медлил. Почему-то казалось, что всё это происходит не с ним.

– Ну что же ты? Открывай! – толкнул его в бок друг-свидетель.

Сергей открыл дверь, и увидел Галю. Она стояла посреди комнаты в белом платье, окутанная пеной кружев и фатой, как серебристой дымкой. Несколько мгновений Сергей стоял и с восхищением смотрел на Галю, так она была хороша. И так была похожа на Машу в день её свадьбы с Лёшкой!.. Даже платье почти такое же: они выбирали вместе, и Сергей сам указал Гале на него: «Давай возьмём это, в нём ты будешь неотразима». Гале платье понравилось, и они купили его. Правда, мама потом ворчала, что жениху до свадьбы нельзя смотреть на платье невесты – дурная примета, но он только посмеялся и сказал, что в приметы не верит.

Сергей подошел к Гале и взял её за руки. Девушка радостно засмеялась.

Снова на тройках они поехали в сельсовет, на торжественное бракосочетание, после катались по окрестным деревням, несмотря на мороз, и угощали вином и конфетами всех, кого встречали по дороге. Всем было весело и жарко.

Потом был праздничный вечер в красиво украшенной сельской столовой. Столы ломились от яств, вино лилось рекой. Свадьба пела и плясала почти до утра, но Сергей и Галя в разгар веселья потихоньку удрали от захмелевших гостей.

По традиции Сергей внёс молодую жену в дом на руках.

Новой семье выделили новую двухкомнатную квартиру в центре села в недавно выстроенном двухквартирном брусковом доме. В квартире еще не было обоев на стенах, пол не был покрашен, не было никакой мебели, не было ничего, кроме перины на полу в дальней комнате, покрытой новыми льняными простынями и пуховым одеялом, и пары стульев, чтобы было, куда повесить одежду. В доме приятно пахло свежими досками и свежей побелкой: от новой жарко натопленной печки струилось тепло. Галя бегала по комнатам, придерживая руками подол длинного белого платья, и радостно смеялась. Фата развевалась за плечами, как прозрачные крылья.

– Ты счастлива, Галинка? – спросил Сергей.

– Ой, Серёжка, ну конечно счастлива! – воскликнула она. – Такая хорошая квартира! Я так люблю тебя! А ты меня любишь?

– Конечно, милая, – ответил Сергей, как обычно, избегая говорить прямо «я тебя люблю», это звучало бы не очень правдиво. – Устала? Пойдём отдыхать.

Он снова подхватил Галю на руки и понес в дальнюю комнату.

Когда они уже лежали рядом на перине под теплым одеялом, Галя вдруг сказала:

– Серёж, а давай договоримся никогда не расспрашивать друг друга о прошлом. Ладно?

– Согласен, – ответил он. – Меня не интересует прошлое. Меня интересует будущее.

На мгновение в мозгу Сергея промелькнула мысль: «Что может скрывать от меня Галинка? Она же выросла у меня на глазах. Правда, когда я учился в Кирове, а она жила здесь, на время выпустил её из вида. Может, она не хочет говорить о том, что я у неё не первый? Это не имеет для меня никакого значения».

Галю Дорофееву Сергей знал давно, они учились в одной школе, только она пошла в первый класс, когда он пошел в пятый, а когда он окончил школу, она перешла в седьмой. Галя была симпатичная бойкая девушка. У нее было три старших брата, которые души не чаяли в младшей сестре. Наверное, потому, что она была умнее их, всех троих, вместе взятых. Галя училась почти на одни пятёрки, тогда как братья не вылезали из двоек. К тому времени, когда она пошла в седьмой класс, они тоже пошли в седьмой, хотя все были разного возраста. Она тянула их в учёбе, а они стояли за неё горой. Поэтому Галя никого и ничего не боялась, и часто с помощью братьев добивалась того, чего хотела.

Когда Сергей уходил в армию, она была еще девчонкой, а когда вернулся, встретил красивую почти взрослую девушку. Галинка еще не окончила школу, а мама Сергея уже начала прочить её ему в жены. Когда он приезжал домой на каникулы, она только о Галинке и говорила. По словам мамы выходило, что лучше девушки нет во всем мире. Сергей мало обращал внимания на слова матери, он был влюблен в Машу, а Галю почти не замечал. Но, когда понял, что Маша любит другого, он послушал мать, и обратил внимание на Галю. Она внешне чем-то была похожа на Машу. К тому же мать уверяла, что Галя безумно влюблена в него. Вот Сергей и решил, что женится на Гале, и сделает счастливой хотя бы ее, если не может быть счастлив сам. Родители Сергея были очень рады женитьбе сына, Галя счастлива, и у него тоже появилась надежда на счастье.

«А мне что скрывать от нее? – подумал Сергей. – Я, кроме Маши, никого и не любил... Между нами ничего не было, поэтому, если Галя когда-нибудь спросит, не буду делать секрета из наших с Машей отношений. Мне нечего их стыдиться».

– У нас будет прекрасное будущее, – мечтательно проговорила Галя, в который раз обводя восторженным взглядом новую квартиру. – Мы купим стенку, цветной телевизор, большой холодильник... ковры и паласы в каждую комнату... Здесь у нас будет спальня, а там гостиная, да? Знаешь, я хочу такую же стенку, как у Светки, только не тёмную, а светлую. Мы купим такую, ладно? А люстру... люстру, как у Людки, только не из зеленого стекла, а из голубого.

– Как скажешь, – улыбнулся Сергей. – А дети есть в твоих планах на будущее?

– Ну конечно, конечно есть, Серёжка! – спохватилась Галя. – У нас будет двое детей, сначала мальчик, потом девочка. Да, Серёжка?

– Да, – согласился он и подумал: «Галя счастлива. И я тоже постараюсь быть счастливым. Не буду больше думать о Маше, она счастлива с Лёшкой. А у меня такая хорошая жена».

Он испытывал благодарную нежность к Галинке за то, что она его так любит, и с надеждой подумал, что он тоже когда-нибудь сможет честно сказать ей: «Я тебя люблю».

– Иди ко мне, милая, – Сергей привлек Галю к себе и поцеловал.

Она страстно ответила.

Утром он мог поклясться, что не вспомнил о Маше ни разу за всю ночь, так ему было хорошо с Галей. Он даже чувствовал бы себя вполне счастливым, если бы не мысль, занозой застрявшая в мозгу, что, женившись на Гале, он совершил ошибку.

Свадьба по деревенской традиции продолжалась три дня. Сергей с трудом выдержал длинное, утомительное празднество, и завидовал Морозовым, свадьба которых уложилась в один день. Но Гале очень нравилось, и ради неё Сергей делал вид, что ему тоже всё нравится. И вздохнул с облегчением, когда свадьба, наконец, закончилась.

В заботах о благоустройстве новой квартиры, в работе – Сергей был механиком транспортно-технического хозяйства совхоза, он чувствовал себя если не счастливым, то, по крайней мере, удовлетворенным. Жили они дружно, Галя обожала Сергея, и в благодарность за это он делал всё, что мог, чтобы она была довольна.

*

Галя была очень довольна. Особенно тем, что Сергей ничего не спросил, даже если заметил, что она не девственница. После первой брачной ночи она дня три ждала, что он этим поинтересуется. И тогда она напомнит ему, что они договорились не расспрашивать друг друга о прошлом. Но он ничего не спросил, и Галя вскоре сама забыла о договоре.

*

Когда в феврале тысяча девятьсот восемьдесят седьмого года умерла бабушка Алексея, Настасья Егоровна, на похороны пришло всё село, приезжали её сыновья. Сергей думал, что Лёшка и Маша тоже приедут, но их не было. Потом он от кого-то слышал, что Алексей не приехал из-за болезни. С одной стороны, Сергей был рад, что они не приехали, а с другой жалел, что не смог увидеть их, хотя бы издали. С Павлом Кузьмичом ему тоже поговорить не удалось.

Через пару месяцев дом бабушки Насти был продан, и в нём поселились другие люди. Теперь Сергей почти на сто процентов был уверен, что Лёшка и Маша никогда не приедут в Молому. Это и радовало, и одновременно огорчало Сергея.

Сергей и Галя оба хорошо знали Алексея, но никогда не говорили о нём. Только однажды, уже после похорон Настасьи Егоровны, Галя спросила:

– Ты не знаешь, почему Лёшки Морозова не было на похоронах бабушки?

– Говорят, он болел, потому не смог приехать, – ответил Сергей.

– Да, жалко парня, такой был красивый, а этот идиот на комбайне всё испортил, – вздохнула Галя и добавила: – Ты же учился с ним вместе, может, знаешь, как у него сейчас дела, и вообще, как он живёт?

– Когда мы заканчивали учебу в институте, делали диплом, у него было всё хорошо. Лёшка женился на четвёртом курсе, а на пятом у него родился сын. Защитился на «отлично», работает на большом заводе, заместителем начальника цеха, – ответил Сергей. О том, кем работает Алексей, Сергей знал из Машиного письма, одного из двух. – А может, уже и начальником стал... Думаю, и сейчас он живёт неплохо.

– Надо же, женился, – усмехнулась Галя. – Вот уж не думала, что найдётся такая дура, которая пойдёт за него... Ох, извини, – она заметила, что Сергей нахмурился. – Лёшка же твой друг... Я, правда, не хотела тебя обидеть.

– Ладно, – ответил Сергей, хотя ему было обидно слышать такое о Лёшке и Маше от собственной жены. Галя иногда бывает слишком резкой. Но не ссориться же с ней из-за этого, в самом деле...

– Серёж, а ты что, не был на свадьбе у Морозова? – вдруг спросила Галя.

– Был, – ответил Сергей.

– А почему меня с собой не взял? – обиженно спросила Галя.

– Да какая свадьба, Галочка, – замялся Сергей. – Никакой свадьбы и не было. Они просто расписались в ЗАГСе, и всё... Потом посидели пару часов в кафе, и разбежались.

– Что и никакого выкупа невесты не было, никакого застолья и танцев, и второго и третьего дней? – разочарованно спросила Галя.

– Не было, – почти не соврал Сергей, потому что второго и третьего дней действительно не было.

– И белого платья у Лёшкиной невесты не было? – продолжала допытываться Галя.

– Платье было, – тут Сергей не смог соврать.

– Красивое?

– Твое красивей.

– А гостей много было?

– Мало. Только их родители и несколько ребят и девчонок из группы. Всего человек двадцать.

Тут Сергей тоже почти не соврал. Гостей на свадьбе Морозовых действительно было не очень много, в общей сложности человек сорок. Но чтобы понизить её привлекательность в глазах Гали, Сергей уменьшил число гостей наполовину.

– Ну, разве это свадьба, – Галя презрительно усмехнулась. – На свадьбе должно быть не меньше ста человек.

– Я знал, что тебе там не понравится.

Врать было неприятно, но не мог же он сказать Гале, что не хотел, чтобы она была с ним на свадьбе Маши и Алексея. Он и сам не хотел идти, но так же не хотел, чтобы Маша и Лёшка на него обиделись.

– К тому же у тебя тогда рука была сломана, помнишь? Ты же не пошла бы на свадьбу с гипсом, верно? – добавил Сергей, хотя ко времени свадьбы Морозовых гипс уже сняли. – Вот я тебе ничего и не говорил, чтобы не расстраивать...

– Ну, тогда ладно, – примирительно сказала Галя. – Но мне хотелось бы взглянуть на Лёшкину жену. Какая она?

– Хорошая симпатичная девушка, – ответил Сергей.

– Красивее меня?

– Пожалуй, нет.

Галя удовлетворенно улыбнулась, и спросила:

– А что же вы с Лёшкой теперь не общаетесь? Поссорились? А такие были друзья...

– Нет, не поссорились. Просто у него теперь другая жизнь, – ответил Сергей, и на этом разговор о Лёшке закончился.

*

Сергею нечего было жаловаться на жизнь. Он и не жаловался. А когда Галя сообщила, что беременна, почувствовал себя абсолютно счастливым.

– У нас будет мальчик, – часто повторяла Галя.

– Ну, а если родится девочка? – с улыбкой спрашивал Сергей.

– Нет, нет, будет мальчик, я знаю, – отвечала Галя. – Как мы его назовём?

– Галочка, давай не будем загадывать наперёд, – говорил Сергей. – Мне всё равно, кого ты родишь, я буду любить одинаково как сына, так и дочку.

– Конечно, я тоже, – отвечала Галя.

Но, покупая пелёнки, распашонки, ползунки и пинетки, Галя старалась, чтобы в этих вещах было побольше голубого цвета.

Пока не было видно живота, Галя и Сергей почти каждую субботу ходили на танцы. И даже когда живот стал заметен, продолжали ходить. Галя гордо выставляла его напоказ, надевая джинсы и обтягивающие блузки, да и Сергей считал, что ей нечего стыдиться. Беременным нужно во всём потакать. Если ей нравится ходить на танцы аж до самых родов, значит, они будут туда ходить.

Однажды, на танцах, когда Галя танцевала с одним из своих братьев, к Сергею подошел подвыпивший Галин одноклассник, и сказал:

– Чего ты беременную жену на танцы таскаешь? Жена дома должна сидеть. Или хочешь всему селу показать, что скоро станешь папашей? А ты уверен, что именно ты отец ребёнка?

– Что?! – возмутился Сергей, схватив парня за лацканы пиджака. – Что ты позволяешь себе болтать про мою жену?!

Все в селе знали, что Сергей не любитель подраться, но уж если врежет, мало не покажется. Парень, естественно, испугался.

– Серёг, извини, я это... так... просто нехорошо же беременной женщине на танцы бегать... – залепетал он.

– А это не твое дело, – сказал Сергей, отпуская парня. – Галя будет ходить на танцы, пока ей этого хочется. А если услышу про неё еще хоть слово, то... сам знаешь, что будет.

Еще не раз Сергей краем уха слышал подобные намёки, но не верил.

*

Сергей был безумно счастлив, когда девятого сентября тысяча девятьсот восемьдесят седьмого года Галя родила девочку.

«Она просто красавица!» – подумал он, когда Галя показала ему ребёнка в окно роддома. Правда, Сергей заметил, что Галя даже не улыбнулась, когда он расточал восторги в адрес дочки. Но он решил, что у неё послеродовая депрессия, и не придал значения недовольному виду жены.

В день, когда Сергей забрал жену и дочь из роддома, в их квартире собралась вся родня: родители и младший брат Сергея, родители и братья Галины, приехала даже её двоюродная тётя из Кирова.

Сергей организовал богатый стол. Вино лилось рекой. Он не был любителем выпить, но родственные традиции семьи жены этого требовали.

Галя с кислой улыбкой на лице принимала поздравления и подарки родных, и с облегченным вздохом ушла в другую комнату, когда пришло время кормить малышку.

Немного погодя Сергей тоже оставил гостей и вошёл к Гале. Она уже покормила девочку и положила в кроватку.

Он обнял жену. Она, раньше всегда с восторгом принимавшая ласки мужа, сейчас недовольно передернула плечами.

– Что с тобой, милая? – ласково спросил Сергей. – Устала? Отдохни здесь, а я скажу гостям, что у тебя немного болит голова от шума, хорошо?

– Не надо, – буркнула Галя.

Они немного помолчали.

– Наша дочка прелесть, правда? – спросил Сергей, пытаясь как-то разговорить Галю и поднять ей настроение.

– Ребёнок, как ребёнок, ничего особенного, – ответила она со странным равнодушием в голосе.

– Неужели наша малышка тебе не нравится? – удивился Сергей.

– Нравится, – так же равнодушно ответила Галя и добавила: – Но мы же хотели мальчика.

– О, какая разница! – воскликнул Сергей. – Это же наш ребёнок, наш, Галинка!.. Ну, пойдём, нас уже заждались. Всем не терпится узнать, как мы назовем дочку. Ты уже что-нибудь придумала?

– Да, – Галя немного оживилась. – Идём.

Они вышли к гостям, многие из которых времени даром не теряли, и уже изрядно захмелели. Галю снова принялись поздравлять, а потом её мама сказала:

– Ну что, дочка, пора бы уже дать имя девочке. Неделя ей уже, а всё безымянная.

– Мы назовем её Розамундой, – объявила Галя.

– Что? – изумленно спросил Сергей, а у остальных отвалились челюсти, и все, кто уже был пьян, даже малость протрезвели.

– Галинка, ты что, с дуба рухнула? Это звучит как-то не по-русски, – сказал старший из её братьев. – Придумай что-нибудь другое. А то будет Розамунда Сергеевна – смех, да и только!

– Тогда Сюзанна, – сказала Галя.

– Ха-ха! Сюзанна! – рассмеялся Галин папа. – Ну что это за имя? Как у собачонки: Сюзи, Сюзи, ко мне!

И все засмеялись.

– Значит, Изольда! – Галя начала раздражаться, потому что имена, которые она предлагала, не нравились никому, и даже Сергей не хотел её поддержать.

– Ну, ты даешь, Галка! – сказал средний брат. – А как мы её звать-то будем? Изя, что ли? Или Золя?

– Золушка! – выкрикнул младший брат.