- -
- 100%
- +
– Смотри аккуратнее там.
– Хорошо, пока.
И он вышел за дверь. Вьюга тут же подхватила его и понесла по улице, мотая из стороны в стороны между сугробами; он бодро шагал по заснеженному проспекту. За ним попятам ехал автомобиль, был ясный белый день, но никто так и не заметил, как двое мужчин схватили парня и затащили в большую чёрную машину.
***
– Алло, Камила, где Джон?
Женщина остановилась посреди магазина, как вкованная.
– Что значит где? Он должен быть у тебя два часа назад, она в бешеном темпе стала листать список контактов.
– Его телефон недоступен, не могу дозвониться до него. Давай так, сейчас я приеду, и мы вместе подумаем, куда он мог деваться. Ты где?
– В магазине.
– Хорошо, скоро буду.
Он приехал через час, всё тот же Дэниэл, которого она когда-то любила. Вместо поджарого юноши с неизменной улыбкой, он превратился в серьёзного взрослого мужчину с небольшим животом, хоть служба и подразумевает серьёзную спортивную подготовку. За эти годы дослужился до капитана, и возглавил участок. Про тот случай с домом никто не вспоминал, посох подействовал. Почему люди расстаются, спросите вы? Почему те, кто любит друг друга, ведут себя как чужие люди?
Женщина перерыла все контакты его друзей, и написала им. Никто не знал, где он находится. От волнения она закрыла магазин, и ходила взад вперёд, пытаясь сообразить, куда он мог подеваться. На стене тикали старинные часы, и только ветер стучал в окно. Внезапно кто-то забарабанил в дверь, это был её бывший муж, она впустила его.
– Привет, давно не виделись.
– И правда, очень давно, – она заулыбалась.
Они обнялись, как старые друзья, давно не видевшие друг друга.
– Может быть, принесёшь чаю? А я пока позвоню ребятам, чтобы начинали поиски.
Он быстро набрал номер и подал ориентировку по всему городу, переслал дежурному их общее фото. Если кто-то из полицейских заметит его сына, то немедленно доложат об этом.
Камила принесла чай, они сидели и молчали, как вдруг женщина зарыдала, руки её затряслись, и она чуть не уронила кружку.
– Стой, ну перестань, найдём мы его, не переживай. Видимо забежал в кинотеатр на новый фильм или встретил старых знакомых.
Женщина всхлипывала, прижавшись к его груди. Он подал ей платок.
– Он никогда не выключает телефон, знает же, что у него мать очень переживает, и даже если садиться батарея, то шлёт мне смс, что батарея села, не нервничай.
– Знаешь что, а давай я пока останусь с тобой, мало ли что, да и нельзя тебя оставлять одну сейчас.
– Хорошо, но не думай, что это что-то меняет в наших отношениях.
Мужчина вздохнул.
– Опять ты за старое, я же говорил, что ничего не было, ты себе надумала.
Зазвонил телефон.
– Уилшоу на связи. Видели? Где? Парк Домино? Видимо он решил пройтись пешком, и сесть на автобус. Камила, поехали туда, сами посмотрим, вдруг он ещё там.
Женщина взяла из рамки, стоящей на стойке, фото сына, накинула пальто и с одобрением посмотрела на бывшего мужа. Он опять вызвал в её сердце то забытое чувство, когда она считала его своим спасителем, и защитником от всех бед. Они быстро вышли, и сели в припаркованный неподалёку автомобиль. До парка было несколько кварталов пути. Снег уже к тому времени прекратился, и выглянуло серое февральское солнце. Весь Вильямсбургский мост стоят в жуткой пробке, авария, водитель легковушки не рассчитал тормозной путь, и со всей силы въехал в другого водителя.
– Тут мы может застрять надолго. Да поторапливайся же, чёрт бы тебя побрал! Ездят, как на параде черепах.
Машина остановилась возле парка. На входе стоял постовой и махал палочкой.
– Извините сэр, вы не видели этого мальчика? – Камила показала ему фотографию.
– Увы, нет.
Они вошли в небольшой парк по Ривер стрит, разделились и обошли все имеющиеся скамейки.
– Ничего, пусто.
– А это ты видела? – Дэниэл достал из сугроба полосатую шапку сына, которую мать связала ему на рождество.
Женщина схватила её, как будто это была семейная реликвия, и прижала к груди. Мужчина подошёл к ней, руками приподнял её заплаканное лицо и сказал:
– Ну перестань, слышишь, мы найдём его, обещаю. А теперь давай я отвезу тебя домой. Он и мой сын тоже, я переживаю и сделаю всё, чтобы его найти.
Камила жила в Бруклине, небольшая квартирка на втором этаже здания была заставлена коробками с товаром для магазина. Дома в большом террариуме жил жёлтенький геккон, кормили его насекомыми и личинками. Женщина всегда говорила, что раз она не пошла работать по профессии, то пусть дома живёт этот зверь, как память о том чудесном времени колледжа. Жили они с сыном вдвоём, у каждого своя комната.
– Слушай, я зайду, осмотрю комнату сына?
– Зачем?
– Полицейское чутьё, если он решил по какой-то причине сбежать, то должен был оставить улики, дневники, переписки или что-то ещё.
– Да не мог он сбежать!
– Иногда мы ничего не знаем о своих детях, надо убедиться.
Он вошёл в его комнату, постеры из видеоигр висели на стенах. В комнате был свойственный подросткам беспорядок, старые джинсы висели на стуле. На столе стоял ноутбук, вряд ли подросток решил бы сбежать, не захватив его с собой. Дэниэл обошёл комнату, и осмотрелся. В шкафах были вещи, носки и бельё, даже нашёл заначку сына, карманные деньги, что он давал ему раз в месяц. Нет, парень не удрал от них, тут явно что-то неладное. Он включил компьютер, экран монитора засветился приветственной заставкой.
«Введите пароль»
– Камила, какой у парня пароль от ноутбука?
– Пароль? – она вошла в комнату, – ох, я не знаю, попробуй его день рождения.
– Не подходит, видимо придётся везти его специалистам в участок.
В дверь кто-то постучал. Они переглянулись.
– Ты кого-то ждёшь?
– Вообще-то нет.
– Я открою.
Мужчина достал из кобуры пистолет и направился к двери, едва не запнувшись о груды магазинных коробок.
– Зачем ты хранишь дома весь этот хлам? – сказал он шёпотом.
– В магазине мало места, а арендовать склад дорого.
Он подошёл к двери и пригляделся в глазок, пистолет был наготове.
– Кто там?
– Это я, дядя Ли, мне нужно поговорить с Камилой, у меня новости о вашем сыне.
Женщина кинулась к двери, и распахнула её. На пороге стоял высокий китаец в спортивной куртке, и нелепых туфлях, это он вытащил их из той передряги. На груди висело множество украшений, странных и уродливых, а на руках было множество татуировок и перстней. Прошло добрых двадцать лет, а он всё так же выглядел на свои сорок с хвостиком, как будто время никак не коснулось его.
– Ты же не дядя Ли, верно? Та машина была в угоне.
Китаец остановился прямо напротив парня, лицо его было серьёзным, потом он протянул руку, и улыбнулся.
– Меня зовут Кван, и вы должны выслушать мою историю прежде, чем я скажу, что стало с вашим сыном. И уверяю вас, в моих интересах помочь вам, потому что наши цели совпадают. Некоторые мои утверждения могут показаться вам странными, но без них вы не поймёте, почему это произошло.
Он уселся поудобнее, отпил глоток чая из принесённой женщиной чашки, и заговорил:
– Я родился в пятнадцатом веке, в Китае династии Мин, в семье кузнеца, и пошёл по его стопам. Вырос, завёл свою семью, пока в один день не потерял в огне жену и двух дочерей, – он прервал разговор и помолчал немного, – страшное горе для любящего мужа, но надо было жить дальше и заботиться об оставшейся дочери. Её звали Сюли, что значит изящная, я окружил дочь таким вниманием и заботой, и ни в чём ей не отказывал. Шли годы, и она росла, превратившись в красавицу, к ней в ухажёры стал набиваться один деревенский паренёк, Бао, он ходил за ней попятам, дарил цветы и ухаживал. Казалось, он был без ума от неё, и она была к нему неравнодушна. Но я был против этого союза, так как ему нечего было дать ей, а роль крестьянки была слишком низкопробной для моей дочери. Кто же знал, что это обернётся таким несчастьем, – он опять сделал паузу, – Парень нашёл где-то старинное кольцо, как оказалось, одно из семи древних колец, и подарил его ей, – тут он уже не смог сдержать эмоции, и его кулаки инстинктивно сжались, чуть не раздавив фарфоровую кружку. – И она умерла, пока я был в городе и продавал кузнечные изделия.
– Но постойте, вы говорите, что вы из пятнадцатого века, как такое возможно?
– Мы дойдём до этого места. Когда я вернулся в деревню, привёз ей новые платья, и вошёл в дом, то на кровати лежала не моя любимая дочь, а ужасная горелая мумия, на руке блестело желтоватым светом кольцо. Соседка сказала мне, что видела Бао у дочери в гостях. В бешенстве я схватил лук, подаренный мне предками, позвал несколько своих друзей, и ринулся к этому парню. Моей первой мыслью было убить его, стереть в порошок, уничтожить. Но он вырвался, вот же ловкач, сел на лошадь и поскакал к моему дому. Не знаю, что он там делал, но когда прискакал туда сам, его уже след простыл. Зеваки сказали мне, что он бросился в лес. Когда же я наконец-то нашёл его, он висел на дереве в петле, а при нём был вот этот амулет. В деревне жила гадалка, странная женщина без возраста, пробудившись от запоя, я пошёл к ней за советом. Она то и поведала мне обо всех кольцах и свойствах амулета, даже захотела его выкупить, но я не стал продавать.
– Это не просто вещь из мифов и легенд, это реальность, амулет сделан так, чтобы находить эти кольца, так же он защищает владельца от их воздействия. Именно амулет помог мне тогда спасти вас в подвале, как оказалось, он защищает не только от этого. И я поклялся отомстить, уничтожить эти зловещие кольца, чтобы ни одна живая душа не погибла в их клетке. Но это оказалось не так просто, кольца нельзя разбить топором или иным оружием, они не горят в огне и не плавятся в кислотах. Если вы попытаетесь ударить кольцо, любое оружие отскочит от него, словно от пружины. Кажется, что они сделаны из золота, но этот материал намного твёрже, и усилен какой-то технологией. И вот все эти годы я бился над разгадкой, как это можно сделать, и наконец, нашёл ответ.
Он достал из рюкзака толстую книгу в кожаном переплёте. Страницы потемнели от времени, а корешок начал тлеть, но текст был вполне различим.
– Тут есть все описания колец, все их свойства и предполагаемое местонахождение, она составлена одним монахом из Флоренции. Один доктор из России уже пытался изучить одно из них, но потерпел крах. А я украл её у тех, кто похитил вашего сына.
– Похитил? – Камила побледнела ещё больше, и откинулась на спинку дивана.
– Кто похитил, о чём вы?
– Это древний орден, они называют себя искателями, их цель собирать артефакты, и использовать для своих целей. Магистр у них некто Томас, седовласый старик, живущий в Лондоне.
– Я, кажется, начинаю что-то припоминать, – сказал Дэниэл.
– Вы помните ту переделку в доме, что в итоге было?
– Мы извинились за беспокойство, и вернули кольцо владельцу.
Китаец ударил кулаком по столу, отчего тот протяжно зазвенел, – так и знал, что они нашли посох!
– Посох?
Он перевернул несколько страниц и показал ребятам посох, сделанный из того же металла, что и кольца; блестящий посох Моисея был нарисован на иллюстрации, и обозначен как артефакт номер один. Из навершия выглядывали две змеи с глазами из красных рубинов, сам он был украшен множеством драгоценных камней.
– На фресках фараонов в храмах Египта есть множество барельефов с его изображением. Они одурманили вас, заставили думать, что это вы нарушили закон, а не они.
– Любопытная история, но кое-что не сходится. Как вы прожили столько веков?
– Как оказалось, амулет даёт не только защиту от воздействия колец, и читает неизвестные языки, но умеет ещё много чего. Он подсказал мне место, храмовый комплекс Ангкор в Камбодже, где на стенах есть символы, которые никто до меня не мог прочесть; с помощью них я провёл особый ритуал и продлил свою жизнь. Каждые пятьдесят лет этот ритуал добавлял мне время, чтобы я мог наконец-то найти ответ, и уничтожить это зло, пришедшее в наш мир.
– Хорошо, допустим мы вам верим, что дальше и где наш сын?
– Ваш сын ключ к уничтожению колец. В книге он назван, как Дживанмункта*, «чистая душа», только он может уничтожить их или погибнуть. Именно поэтому искатели и похитили его, и в день весеннего равноденствия они проведут свой ритуал в Великой пирамиде. Амулет нашептал мне его имя задолго до похищения, не удивлюсь, что они тоже знали это и готовились.
– Но почему они ждали так долго? – Дэниэл был в смятении, слишком много невероятного он услышал сейчас. Камила сидела и молча слушала, подбородок её дрожал, она еле сдерживалась, чтобы не заплакать.
– В восемнадцать лет он достигнет совершеннолетия, и тогда ритуал можно будет осуществить. У нас чуть больше месяца, чтобы добраться до места и спасти его, иначе конец.
*Дживанмункта – термин в индуизме, которым в философской школе адвайта-веданты называют святого человека, достигшего стадии самосознания и полностью, до физической смерти, освободившегося от желаний и кармы.
– О чём вы говорите? – казалось, Камила сейчас упадёт в обморок от переживаний
– Ритуал заберёт его тело, и воскресит древнего Бога, и мы не знаем, что случиться с миром, если появится столь могущественное существо. Всё современное оружие, за исключением, может быть ядерного, для него просто палки копалки.
– Бред какой-то, я вам не верю! Какие-то сектанты похитили нашего сына, и удерживают где-то. Я переверну весь город, чтобы найти его!
– Благородный поступок для любящего отца, но его уже нет в городе. Час назад, на частном самолёте, он вылетел в Лондон, а оттуда его доставят в Каир. Если вы хотите спасти его, то должны помочь мне. Пирамиду наверняка будут охранять, и одному мне точно не справится.
– И как вы собираетесь это сделать?
– У меня есть план. А теперь я вас, пожалуй, покину, соберитесь с мыслями, и успокойтесь, для этого дела нужна холодная голова.
Он взял книгу со стола, встал со своего места, и направился к выходу.
– Постойте, куда вы?
– Мне нужно сделать кое-какие дела, увидимся через несколько дней.
Кван оделся и вышел, хлопнув дверью, Камила рыдала на диване, капитан бросился её утешать.
***
Зима закончилась, и лёгкая поступить весны стала ощущаться повсюду, в пении птиц, и каждом дуновении ветра ощущалась некая гармония. В стране, где никогда не бывает зимы, это ощущалось особенно ярко. Египет, страна, где властвуют пески и стоят величественные сооружения, над которыми не властно само время. Пирамиды, от греческого пира,– что значит огонь, и мидос,– что означает внутри. Но никакого огня внутри не было, только голые стены, аккуратно выложенные из многотонных блоков. И ни одного иероглифа. В долине царей в каждой гробнице можно найти тысячи этих загадочных символов, а в таком гигантском сооружении пусто. Пирамида точно ориентирована по сторонам света с отклонением в три минуты градуса, и совершенно невозможно понять, как древние строители добились такой точности. А главный коридор, ведущий к северу, составляет с горизонтом угол тридцать градусов и идёт почти параллельно земной оси. Горделивый сфинкс возвышается между ними непоколебимой каменной громадой. Загадкой остаётся и происхождение пирамиды. Нет ни одного упоминания о её строительстве в египетских папирусах. Как будто буквально за одно поколение строительные технологии получили небывалый всплеск, а потом были резко утрачены, причём этот всплеск сопутствовал только этим древним сооружениям, никак не отразившись на остальной цивилизации. Рядом с пирамидами плато Гиза раскинулся величественный Нил, и город Каир. По его узким улочкам ехал автомобиль, такси, а в нём сидели наши знакомые: Кван, Камила, и Дэниэл. Капитан держал в руках карту, а на коленях женщины лежала книга в кожаном переплёте.
– Тут сказано, что когда Великая пирамида разломится на восемь частей, и солнце будет в зените, тогда вернётся великий муж, властитель мира. Он покарает неверных за грехи их, а преданным воздаст за их заслуги.
– Что значит разломится на восемь частей?
– Оптическая иллюзия, именно в день весеннего равноденствия свет падает на пирамиду под таким углом, что становятся видны её дополнительные грани.
– А вы не боитесь болтать при арабе, он может быть их шпионом? – Дэниэл был явно насторожен.
– Да он по-английски не бум бум.
Араб же крутил баранку, слушал радио, и, казалось, совсем не слышал их разговор.
– А куда мы едем вообще? И, может, зря я оставила геккона этой сердобольной соседке? – спросила женщина.
– В отель, надо занять выжидательную позицию, и пойти в разведку, узнать, где держат парня. Не переживай за ящерицу, у нас сейчас есть дела поважнее.
Машина остановилась возле отеля Tiba, ребята рассчитались с водителем, и вышли из машины. Красиво здание с колоннами возвышалось перед ними. Они прошли на стойку и сняли номер.
– Извините, но больше мест нет, сэр, высокий сезон, – на ломаном английском ответил управляющий.
– Значит, будем довольствоваться тем, что есть.
Они поднялись на нужный этаж, портье донёс их чемоданы. Один двухкомнатный смежный номер, одна комната для Камилы, и вторая для Квана и капитана.
– Ну что ж, не дворец конечно, но довольно прилично.
– Чистые простыни и мини бар, что ещё нужно путешественнику! Знаете, за эти годы я объехал весь свет, и скажу с уверенностью, это отличный номер. А какой вид из окна, загляденье!
Кван открыл штору, из окна была прекрасно видна одна из пирамид. В дверь постучали, и официант внёс небольшой торт со свечами, ребята в недоумении посмотрели друг на друга.
– Это мне, у Джона сегодня день рождения, неужели ты думаешь, что я могла забыть такое?
– Вовсе нет, но какой смысл отмечать, если нет именинника? – сказал капитан.
– Не хочешь, не ешь, это и твой сын тоже.
Дэниэлу не хотелось сладкого, да и после всех переживаний кусок в горло не лез.
– А знаете, я, пожалуй, съем кусочек, – сказал Кван, сейчас же принесу чайник.
– Но мы сюда не отдыхать приехали, а спасать нашего сына. Вы сказали, у вас есть план?
– Всему своё время, а пока отдыхайте. Вечером пойдём на разведку. Нам надо установить местонахождение этих сектантов, и по возможности вытащить вашего ребёнка до дня ритуала, если же нет, то пойдём другим путём. Камила, вам лучше сидеть в отеле, а мы с Дэниэлом разделимся и осмотрим город, – сказал китаец, поедая свой кусок торта.
– Но почему?
– Арабы падки на иностранных туристок, если не хотите наутро оказаться в каком-нибудь борделе без паспорта, то слушайте меня. А теперь мне надо помолиться.
Он ушёл в свою комнату, зажёг лампаду, сел в позу лотоса, и стал перебирать ритуальные чётки, бормоча какие-то слова. Продолжалось это не менее получаса.
– Постойте, вы предлагаете осмотреть десятимиллионный город? Это практически поиск иголки в стоге сена.
– Ты удивляешь меня парень. Двадцать первый век, а ты не веришь в торжество технологий. Я же говорил, что давно узнал имя вашего сына, и следил за ним. Пришлось даже устроится в школу уборщиком. Камила, разве ты не помнишь тот случай, как парень пришёл домой, а на груди у него болтался модный кулон в виде летучей мыши?
– Что-то припоминаю, вы подарили?
– Именно. Положил в его шкафчик.
Он достал из рюкзака планшет, и включил. На карте появилась красная точка, совсем недалеко от отеля, километрах в десяти.
– Маячок, пришлось освоить все современные технологии, чтобы понять, как работают эти артефакты. Но их уровень развития был куда выше нашего.
– Но постойте, вы давно знали о том, что его могут похитить, но ничего не сказали нам?
– А вы бы поверили? Кто поверит словам старого китайца о богах, артефактах и неизвестных технологиях. Пришлось годами сидеть в засаде и ждать своего часа.
– Вы постоянно говорите об артефактах, богах и прочем, но кто они были?
– Пришельцы с далёких планет, их прогнали сюда в наказание за государственный переворот. Они ничем не отличались от нас, более того, существуют легенды, что это именно они создали людей по своему образу и подобию.
– Для чего?
– Рабы, это были властители, никто их них не хотел и не умел работать, а надо было что-то есть, и пить. А теперь собирайтесь, пока мы доедем до места, как раз стемнеет. Камила, оставайтесь в номере, если всё пройдёт удачно, мы скоро вернёмся.
Она сидела на широкой кровати, включила телевизор и поедала торт. Чтобы не переживать, ей выписали успокоительные таблетки, и она постоянно их принимала. А ещё она теперь заедала нервы большим количеством сладкого.
***
Дворец поражал своей роскошью. Здание, построенное более ста лет назад, было недавно отремонтировано. Каменные колонны украшали арку главного входа. Прислуга расстелила перед входом ковёр, словно красную дорожку в Голливуде. Сегодня должен был состояться торжественный приём у президента Египта, и возле дверей стояло множество людей. Пропускали далеко не всех, высокий швейцар в форме, по телосложению больше напоминающий вышибалу из клуба проверял документы. Была и отдельная категория людей, входящих без них, они переворачивали ладонь, и швейцар прибором сканировал штрих код на обратной стороне кольца. Ребята остановились неподалёку и наблюдали за входом через бинокли.
– Видишь, вот сюда нам и надо.
– Какое большое здание, как мы проверим все комнаты, если даже проникнем внутрь?
– Много гостей, куча прислуги, мы затеряемся среди них и найдём вашего сына.
Они бросили арендованную машину и стали потихоньку обходить огромный дворец.
– Вот, видишь? Чёрный вход.
Большие двери из африканского чёрного дерева предстали перед ними огромной тёмной преградой. Внезапно дверь отворилась, и оттуда вышел лакей, то ли вынести мусор, то ли покурить.
– Это наш шанс, пошли!
Они подошли к парню с двух сторон, невысокий араб даже пискнуть не успел, как уже лежал вверх ногами в мусорном контейнере, руки его были скованы наручниками, а во рту торчал кляп. Ребята вошли внутрь и очутились в большом тёмном коридоре, тусклый свет бра давал мало света, но достаточно, чтобы пройти, и не споткнуться обо что-нибудь.
– Знаешь, мы не учли один момент?
– Какой?
– Никто и нас не знает арабский язык.
– Я немного понимаю, но говорить не могу, – сказал китаец, – тем более мы пришли искать парня, а не бегать с посудой на побегушках у господ. Ты видел, как был одет лакей? Чёрные брюки и белая рубашка, твоя одежда подходит.
– Зато твоя нет!
Кван как всегда был в своём репертуаре, и оделся, как китайский гангстер, а не подобающего вида джентльмен. Спортивное трико, олимпийка тёмно-бардового цвета, и множество причудливых украшений только дополняли образ.
– Как вообще можно так ходить?
– Слушай, хватит! Сейчас поздно что-то менять, это всё имеет религиозное значение. Узнать столько про Богов и старинные артефакты, волей неволей поверишь. Нам надо разделиться, судя по показаниям датчика, твой сын находится где-то на третьем этаже.
Пока они шли по коридору и перепирались, из-за угла вышел ещё один лакей араб, ему быстренько заткнули рот, и заперли в одном из многочисленных помещений.
– У меня уже наручники кончаются, давай разделимся и поищем его.
– Хорошая идея, слейся с толпой, а я проберусь наверх.
Дэниэл вытащил рубашку, заправленную в брюки, взял поднос того араба, и пошёл по коридору. Китаец как будто растворился в тёмном углу, не смотря на нелепый вид, он умел очень быстро и бесшумно передвигаться.
– Эй, ты, нечего бездельничать! А ну быстро возьми закуски и принеси их господину, – высокий заведующий столовой говорил на безупречном английском, хоть сам и был араб.
Он схватил офицера за руку и потащил на кухню. Дэниэлу вручили полный поднос еды и вытолкнули в зал. Он прошёл несколько шагов, и замер на пороге от того, что увидел. Огромный зал блистал своим великолепием. Мраморные колонны поднимали, казалось бы, воздушные балконы и возносили их так далеко вверх, что надо было задрать голову, чтобы их увидеть. Красивые барельефы и лепнина украшали зал. Хрустальная люстра в тысячу свечей нависала над столами, поставленными буквой п. Столы же ломились от всевозможных яств и напитков. На почётном месте сидели президент и Томас, и о чём-то тихонько переговаривались. Рядом сидел совсем уже взрослый Генри, и Роберт, за все эти годы никто из них ни капельки не постарел.
– Нечего торчать в проходе, делай свою работу! – заведующий грубо толкнул его сзади, отчего парень обернулся и только собирался хорошенько ему врезать, как заиграла музыка, и в зал вошли люди в капюшонах.
Они сопровождали его сына, как собачку на привязи со связанными руками, он шёл и смотрел вперёд, взгляд его был потерян и пуст. Дэниэл поспешил приблизиться к столу, продолжая держать в руках поднос. Музыка стихла, Томас встал, обвёл руками зал, требуя тишины, и заговорил: