Трое из офиса (пособие по разгильдяйству)

– Чего?!! – дефлорация пылесоса не входила в программу ночных развлечений распутного аналитика, – какой нахуй пылесос? Ты еще кипящий чайник предложи выебать. Переработала похоже…

– Как хочешь, – хмыкнула девушка, не забыв потрясти булками. Валера уже выяснил, что жопа у нее тугая, что надо, а пылесос… Да что там того пылесоса – сунул-вынул, и готово.

– Давай, тащи, – махнул он рукой, – можешь и фен захватить, будешь мне яйца греть!

Света тут же открыла какой-то из многочисленных шкафов и извлекла оттуда пылесос.

– Немецкий! – с гордостью произнесла она, будто собиралась продать его Валере, – такая сила всасывания, ого-го!

– А ты че, его включать собираешься? – насторожился аналитик.

– Конечно! – просияла Настя, – просто сунуть хуй в трубку со щеткой каждый может. А вот выебать продукт немецкого машиностроения в рабочем положении только избранный. Еби уже давай!

Настя сунула штекер в розетку, и поднесла трубку с круглой насадкой на конце к хую Валеры. Теперь он начал понимать, почему кошки так боятся пылесосов. Валерию Робертовичу стало не по себе. Хуй сморщился и опал, но аналитик впихнул его в дырку. Щетина была достаточно жесткой, и Валере показалось, будто он ебет обувную щетку.

– Поехали! – девушка процитировала Гагарина и включила тумблер. Хуй Валеры засосало по самые яйца, и вся эта ситуация резко перестала ему казаться милым и безоблачным летним приключением.

– И это только половина мощности! – верещала Настя, – сейчас еще добавлю!

– Мозгов себе добавь, дура! – заорал Валера, почуяв неладное, – вырубай к хуям эту шайтан-машину!

Ебаться в жопу ему категорически расхотелось, по крайней мере сегодня. Настя выключила пылесос и с сияющими глазами разглядывала своего хахаля.

– Ты такой смешной! – все, что смогла озвучить она.

Валере так не казалось, но по-настоящему он запаниковал только в тот момент, когда шланг с насадкой категорически отказался выплевывать его хуй. Предприняв еще несколько безуспешных попыток, он переключился на Настю:

– Ну и хуле стоим? Давай, попробуй снять! Да сильно не тяни! Бля-яа-а-адь! Больно! Все, отпусти!

Этот метод не сработал.

– По-моему, это кольцо немного сжалось! – Валера оправился от первого шока и снова начал рассуждать логически, – такое возможно? Или это хуй опух?

– Не знаю, – пожала плечами девушка, – я в технике не очень понимаю…

Валерий Робертович попытался хотя бы снять насадку со шланга, однако механизм заклинило.

– Да, – подтвердила его открытие Настя, – тут заклинило, и другой конец шланга к пылесосу тоже намертво приделан. Снять уже полгода не можем, да и не пытаемся теперь. Не было нужды, никто же хуй не совал туда!

Это прозвучало чем-то средним между претензией и констатацией долбоебизма. Валерий Робертович закипел:

– Ты охуела штоле? Сама же просила, выеби пылесос!

– Может еще раз включим? – пожала плечами девушка. Ничего другого ей в голову не пришло.

– Нахуя? – сначала спросил Валера, и только после этого понял, что дальнейший диалог бесполезен, – принеси мне телефон, буду звонить в «скорую»!

Настя выскользнула из подсобного помещения и пошла по коридору в сторону ресепшена. Но прежде, чем взять трубку DECT, она вытащила из кармана свой мобильник и набрала номер.

– Сережа, приезжай!

Голос на том конце что-то спросил.

– Конечно, нет! – театрально надула губы Настя, – за кого ты меня принимаешь?

Голос снова пробасил.

– Да куда он денется с пылесосом-то на хую. Но поторопись, он «скорую» вызывает.

Девушка убрала мобильник в карман, взяла трубку DECT и направилась обратно к горе-любовнику.

* * *

– Слы, пацанчик, суда иди!

Виктор Андреевич давненько не слышал в свой адрес такого, поэтому не придал значения услышанному.

– Э-э, паря, я к тэбэ абращаюсь, – повторно и тон еще чуть выше.

Системный администратор в первом поколении повернулся на голос. Надо сказать, что до освещенной и многолюдной Паралии было еще метров сто, а здесь, в темном переулке между плотно стоящими стена к стене отелями, людей было мало. Если точнее, только он и его новые друзья.

– Есть пазвонить? – вперед вышел бородатый мальчик. По крайней мере Вите так показалось. Парню на вид было лет восемнадцать, но растительности в нижней части головы было столько, сколько сам системный администратор не отрастил бы и за год без бритья.

– Есть пососать! – Витя решил перевести диалог в конструктивное русло, – но у меня хуй в роуминге, поэтому если только быстро.

Парней было пятеро, а Виктор Андреевич, хоть и был крепким, больше чем троих никогда не урабатывал. А вот его вчетвером – бывало.

– Опа, дэрзкий! – констатировал факт второй пацанчик. Витя прозвал его «бровь», ибо вместо двух бровей у него была одна густая от виска до виска.

– Может, нос ему атрэжем? – как бы промежду прочим спросил третий, который несмотря на жаркий летний вечер был в толстовке с капюшоном. Вите он напомнил теннисного фаната-хулигана, поэтому мысленно сисадмин окрестил его «околотенниса».

– Так что, сосать никто не будет? – Витя изобразил крайнюю степень изумления, при этом изо всех сил стараясь сохранить самообладание, – тогда я пожалуй, пойду.

И даже тут Виктор Андреевич всех наебал. Он не пошел, он побежал так, будто был кандидатом в мастера спорта не по половой ебле, а минимум по легкой атлетике.

– Э-э, блядь! – заорал Мгер, четвертый в этой компании, ростом с залупу на ножках. Виктор Андреевич конечно не знал, как его зовут, да и знакомиться не хотел, поэтому обозвал его компактным гопником.

– Он уходит! – «бровь», он же капитан-очевидность.

– Стой, залупа! – предводитель имел самый большой словарный запас в компании.

Витя решил не останавливаться. Что-то внутри ему подсказывало, что это правильное решение.

– Идите нахуй, ослы черножопые! – крикнул он, удостоверившись, что его внезапный побег увенчался успехом. Преследователи проебали момент, а теперь погоня становилась не актуальной – беглец был без десяти метров на центральной улице. Там его вряд ли отпиздят, по крайней мере эти малолетние горцы. Но внезапно на его пути встала шлюха. Только что не было никого, а тут из-за угла выскочила размалеванная женщина. Тормоза сисадмина не были карбоновыми, да даже и не керамическими, так что Виктор Андреевич на полном ходу протаранил внезапную проститутку. Та успела разве что бздануть и упасть навзничь.

– В сторону, блядь! – выкрикнул было системный администратор, но она все-таки была дамой, поэтому Витя сменил линию поведения, склонился над ней и уточнил:

– Вы не ушиблись?

Женщина-проститутка не сразу нашлась с ответом, только крепче сжала кожаную папку.

* * *

Дятлов собирался было идти домой, и как следует выспаться. Смена закончилась двадцать минут назад, и старлей зашел перекусить в кафе на три столика с громким названием «Греческая смоковница». Греки бы ахуели, узнав из каких собак готовят здесь свиное жаркое, но для ментов хозяева делали исключение, поэтому он жрал настоящую баранину. День выдался непростой, бабла, конечно, настригли порядочно, но и устали чертовски. Он вспотел, как хуева мышь, но капитанские звезды, которые вот-вот упадут на его погоны, несомненно грели.

Зазвонил телефон. Настя. И хуле ей надо в такое время? Неужели еще одного ебаря заманила?

– Да! – пробасил он в трубку.

– Сережа, приезжай! – да, так и есть, еще один «клиент», с которого можно стригануть бабла. Что ж, отдых временно отменяется.

– А ты не еблась с ним? – уточнил он.

– Конечно, нет! – ответила трубка, – за кого ты меня принимаешь?

Дятлов принимал Настю за тупую шлюху, но ей знать об этом не обязательно.

– А он не съебется? – надо уточнить все детали.

Настя ответила, что вряд ли, еще про пылесос на хую и про «скорую».

Такой метод Дятлов называл «ловлей на пылесос», и за один сезон попадалось четыре-пять долбоебов, охотников за легкой пиздятинкой. Он обычно врывался в помещение, поднимая шум, горе любовник, увидев, что у его новой знакомой есть хахаль, да еще и мент, а сам он был в весьма неприглядном свете, трусливо пряча хуй в пылесосе. Так что диалог обычно проходил по правилам Дятлова, и тот получал вполне неплохие суммы, за ненабитие лица, неразглашение казуса и незаведение дела за порчу имущества.

Ну что же, до «Гардемарина» три минуты пути, можно спокойно закончить ужин.

* * *

Антон Сергеевич не торопясь шел к своему отелю. Марина явно не из тех легкомысленных симпатичных тупых пезд, которые наобещают не пойми чего, и потеряются. Она показалась юристу серьезной девушкой, и раз сказала, что давно не ебалась от души, значит так и есть. Он насвистывал какую-то лирическую мелодию из репертуара Раммштайн, и имел хорошее настроение.

– Идите нахуй, ослы черножопые! – послышалось где-то совсем неподалеку. Голос до боли похож на Виктора Андреевича. Надо бы пойти проверить, вдруг товарищ попал в беду. Но перед глазами нарисовалась сочная пизда Марины. Антон изо всех сил боролся с собой, и уже почти готов был обойти этот отель с другой стороны, чтоб удостовериться, что это не Витя посылал нахуй каких-то черножопых ослов. Однако, в этот момент навстречу ему из темноты засеменил мент. Он был достаточно толстым, чтобы со стороны стало понятным – скорость в пять километров в час, с которой он бежал, была предельной для данной модели полицейского.

– Майор Дряблый! – остановился тот напротив Антона, – вы не видели совсем недавно проститутку с кожаной папкой? Блондинка, рост сто семьдесят, глаза голубые, жопа крупная. Одета соответствующе.

– Рецидивистка? – уточнил Антон, – уклоняется от уплаты налогов?

– А это не ваше дело! – сменил тон мент, – так видели или нет?

– Тут не пробегала, – пожал плечами Антон. «А если и пробегала – подумал он, – то ты, толстожопый, один хуй ее не догонишь».

– Если увидите, обратите внимание окружающих. Сами задержать не пытайтесь. Она очень опасна!

Толстожопый засеменил дальше, а Антону стало интересно. Давненько на его памяти никто не преследовал опасных проституток. Что она, хуй отгрызет что ли?

Раздался звонок. Это была Марина.

– Да, – ответил Антон Сергеевич, – отель «Гардемарин», номер тридцать семь. Но я вас внизу в лобби подожду. Понял вас, будете через пять минут. Замечательно.

* * *

Гурген был вне себя. Взбешен, в ярости, раздраконен. Как эта сучка вообще додумалась пойти против него? И надо же ей было спиздить именно эту папку именно из этого сейфа. Это явно спланированная акция, а Света не шлюха, а агент ЦРУ под прикрытием.

В папке Гурген хранил компромат на всех своих партнеров, на ментов, на администрацию Витязево и Анапы. Потому что суровые условия курортного бизнеса не оставляли ему другого выбора. Нет, все что имело электронный вид, он хранил в других местах, но вот многие оригиналы документов были в папке. А его башка полетит в первую очередь, если это случайно попадет не туда. А Света хоть и пизда с приложением в виде туловища и головы, наверняка понимает, что местным ментам компромат отдавать без толку, в курсе, что все повязаны.

Пока он предупредил Борисыча, пусть порыщет по месту, да Романова на посту, чтоб шмонал выезжающие машины. Это не шлюха блядь, это Джон Рэмбо. Вся полиция поселения поднята по тревоге, не хватает еще собак подключить.

Гурген нацепил шлепанцы и вышел во двор. Запах шашлыка простирался над курортом. Да он из этой потаскухи шашлык сделает, когда найдет.

* * *

– Опаньки! – предводитель банды «Школа-Кавказ-2013» недолго горевал от упущенной прибыли в виде бабок и мобилы дерзкого бегуна, – смотрите, это же та машина, которая нашего «манекена» на трассе сбила.

– Да ну нахуй! – выразил крайнюю степень удивления «бровь».

– Точно тебе говорю, – предводитель стоял на своем, – номер я запомнил, вот семьдесят седьмой регион. Точно она.

– Давай обоссым? – предложил Мгер, самый худой.

– И чо? – предводитель был мастером диалогов.

– Все, – удивился мелкий, – а чо еще?

– Давай нацарапаем чего-нибудь, да зеркала оторвем, – «околотенниса» вступил в диалог.

– Не, подожди, это всегда успеем, – главарь явно придумал что-то интереснее, – мы просто напишем записку типа «Мы знаем, что вы сделали вечером на трассе. Гоните бабки, а то вам пиздец!» Потом получим денег, и после этого уже расхуярим машину.

* * *

– Вы должны мне помочь! – Света с мольбой смотрела на Виктора Андреевича.

– Схуяле? – тот не торопился отвечать согласием. Принюхался, вроде трезвая, не обоссана и не обосрана, – ну, допустим. Что у вас приключилось?

– Мне, скорее всего, пиздец! – выдохнула та, но негромко, ибо вокруг было достаточно посторонних ушей, – не могли бы мы пойти к вам в номер, и там я все расскажу.

Витя сомневался в том, что это хорошая идея.

– Ах, простите, – поняла та, – у вас там жена и дети! Дура, блядь, дура я. Представляю, что они скажут – «Мама, смотри, папа проститутку привел!», «Ага, молодец, симпатичную выбрал».

– Да нет у меня никого, – перебил ее Виктор Андреевич.

– Так хуле вы сидите? – взмолилась Света, – Пойдемте скорее! Вопрос действительно важный.

Важным для Вити было, нет ли у нее сифилиса, но этот вопрос он пока оставил при себе.

– Ладно, пойдемте, – взял он за руку девушку, – хоть умоетесь, а то не могу я на такую раскраску смотреть. Меня, кстати, Витя зовут.

* * *

– Девушка, а можно вас выебать? – Марина шла по переулку к отелю «Гардемарин», пробираясь между припаркованных вдоль узкой дороги автомобилей, когда услышала заманчивое предложение из какой-то машины.

– Да пошел ты нахуй, чепушило! – скорее отрицательно, чем наоборот, ответила она и уже собиралась ускорить шаг, как незнакомец оказался знакомцем:

– Мариночка, подождите, это я, Антон, просто хотел внести толику пикантности в наши отношения!

– А я вас на хуй послала, – засмущалась девушка, – так неудобно.

– Ничего-ничего, сам дурак, – махнул рукой Антон Сергеевич, – я просто подумал, что это очень романтично, трахаться в машине.

Юрист галантно открыл дверь даме, а после и сам проследовал на заднее сиденье. Из холодильника предусмотрительно извлечена бутылка шампанского и два пластиковых стаканчика – а хуле, в подстаканнике бокалы держаться не будут.

– К черту условности! – набросилась на него Марина, отпихнув в сторону неоткупоренный пузырь, – шампанское потом.

Именно за умение в любом деле найти самую суть Марина очень понравилась Антону. Он тоже думал, что шампанское здесь лишнее, но ко всем женщинам же в голову не заглянешь.

Марина стянула с него шорты и набросилась на пока еще вялый, но набирающий крепости хуй.

– Бу-бу-бу, – пробурчала она, и Антон Сергеевич понял, что это был какой-то комплимент. На всякий случай он сильнее прижал ее голову к своему паху – мало ли, вдруг захочет повторить более внятно, а ситуация к этому уже не располагала. Марина хоть и говорила, что давно не ебалась, навыков явно не растеряла. Так Антону давно не сосали – начальник юридического отдела отчетливо понимал, что минут через десять такого бурного чваканья она высосет его мозг, сначала спинной, а потом и головной. Этого допустить было нельзя, хотя Антон и очень хотел кончить ей в рот, а удобнее всего это сделать как раз в ситуации, когда ебешь голову.

Через три минуты Марина уже скакала на нем верхом.

– Трахай меня, мой ковбой! – орала она, будто на настоящем родео, подпрыгивая и ударяясь головой о крышу. Антон сначала хотел было указать ей на несостыковку, ведь если скачет она, то и ковбой она, а он, получается, конь. Но потом заприметил, что волосы у девушки после жаркого дня немного сальные, а салон в его «супербе» бежевый, и нахуй ему это жирное пятно на потолке? В конце концов, Марину он выебет много раз и забудет, а на машине ему еще кататься и кататься.

Антон сильно прижал девушку к себе, и на всякий случай укусил за левую сиську. Теперь получалось, что она скачет не строго по вертикали, а вычерчивая диагональ, что Антона вполне устраивало. Он как следует приложился ладонями к ее ягодицам.

– О-о-а-а, блядь!! – достаточно эмоционально отреагировала Марина и непроизвольно сжала влагалище.

– Ы-ы-ы-ы!! – Антон одновременно выплеснул изо рта непонятный набор звуков и из хуя вполне понятный набор хромосом.

Ебля получилась, что надо, как постановка «Три сестры» в Современнике.

Марина, явно измотанная, обняла Антона и зачем-то взъерошила ему волосы. Он в ответ засунул ей палец в анус, отвечая любезностью на любезность.

И только потом заметил какую-то бумажку, прижатую дворником к лобовому стеклу.

* * *

На ресепшене никого не было, но Виктору Андреевичу это было даже на руку. Не надо ловить на себе косые взгляды, а то и отвечать на глупые вопросы, зачем он ведет проститутку в номер. Тем более, что на самом деле он вел ее совсем по другой причине.

– Ванная там, – показал рукой сисадмин, заходя в номер и включая свет, – умойся пока и прими душ, а я спущусь вниз и попрошу горячий чай или что-нибудь такое. К вечеру что-то сильно похолодало.

Витя спустился в лобби, но Насти по-прежнему не было. Пустовал и стул охранника перед телевизором. Но если девушку еще можно понять – молодая, поди ебется где-то по подсобкам, то куда делся охранник, он понять не мог.

– Ой, опять вы! – горничной пятидесяти лет не спалось и она выглянула в коридор.

– Да, опять я, – эта тетя начинала его нервировать, но Витя тут же сменил гнев на милость, – вы знаете, никого не могу найти, а хочется чего-нибудь горяченького. Как бы организовать?

– Не вопрос, касатик, дай мне пять минут и приходи. Будет тебе погорячее!

Такой вариант событий вполне устраивал Виктора Андреевича.

– Спасибо! Вы очень любезны!

Он вышел во внутренний двор к бассейну, ибо за пять минут он успеет выкурить две сигареты, и соответственно бросить два бычка в этот самый бассейн. Настроение постепенно улучшалось.

* * *

Дятлов только сейчас увидел пропущенный от Борисыча. И что ему надо блядь в такое время? Хотя, как раз наоборот, поздно вечером по хуйне майор точно звонить не будет. Значит что-то приключилось.

Но Дятлов уже стоял на пороге «Гардемарина», и поэтому сейчас по-быстрому проведет операцию «Да-ты-охуел-трахать-мою-женщину-и-пылесос! – Гони-бабки-и-вали-нахуй!», а потом сразу перезвонит напарнику.

В лобби не было никого, и это совсем не удивило Дятлова. Он-то прекрасно знал, где сейчас Настя. Проблема только в том, что подсобных помещений несколько, и она всегда водила хахалей в разные.

Для придания себе более грозного вида он расстегнул куртку, чтоб была видна кобура – пистолет после дежурства он сдал.

– Ну и что блядь здесь происходит? – произнес он заученную фразу, входя в подсобку.

* * *

– Да-да, приезжайте! – Валера наконец-то дозвонился до диспетчера, – тут человеку плохо. Насколько плохо? Да практически пиздец!

Валерий Робертович умел быть убедительным, но и диспетчеры на скорой повидали всякого, давно разучившись удивляться.

– Хорошо-хорошо, – тетка на том конце провода, – успокойтесь и опишите симптомы.

– Какие блядь симптомы? – возмутился аналитик, – человек лежит и не двигается! Пульс есть, дыхание прослеживается.

– Понятно, – подвела итог тетя, – но вы знаете, «скорая» прибудет к вам только через час. Может быть, вы могли бы вызвать такси? Это получится быстрее, дороги свободные, адрес больницы я вам продиктую.

– Это плохая идея, – отрезал Валера. Он не стал объяснять, что ездить в такси с пылесосом на хую – это моветон.

– Как скажете, – аналитик почти чувствовал, как тетя на том конце провода пожала плечами, – тогда диктуйте адрес.

* * *

– Ну и что блядь здесь происходит? – услышала Маргарита Павловна за спиной. Поворачиваться не имело смысла, и так вполне понятно, что тут происходит.

Дятлов немного охуел. Ворвался, включил свет и увидел это. На столе посреди подсобки в позе «резвящаяся свинья» раком стояла толстая старая горничная и елозила ершиком у себя в жопе. Неприятность картине доставлял тот факт, что эта тетя по всей видимости вечером плотно покушала, ибо кусочки говна с ершика весело разлетались по комнате.

«Сделала блядь, погорячее» – подумала Маргарита Павловна и ей стало немного стыдно. Почему в жизни всегда бывает так – когда надо, ментов хуй дозовешься. Во всех других случаях – вот они, пожалуйста.

– Возьми меня, мой мусорок! – предприняла она отчаянную попытку не испортить вечер.

– Я тебя обязательно возьму, старая извращенка, – пообещал он, – на пятнадцать суток за нарушение психики полицейского при исполнении. Но потом, сейчас я немного занят.

* * *

Дятлов штоле? Точно он. А трубку не берет, сцуко.

Борисыч еле передвигал ногами, но цель была близка, и он держался. По свидетельствам очевидцев проститутка, подходящая под описание, зашла в этот отель с мужчиной минут десять назад. Теперь-то хуй она куда скроется, тварь.

А вот хуле тут делает старлей, непонятно. Дятлов зашел в отель, и Борисыч не стал кричать ему вслед. До дверей оставалось метров пятьдесят не больше.

В холле никого не было, стояла тишина, и только одна из дверей была открыта. Точно, голос Дятлова.

– Я тебя обязательно возьму, старая извращенка – говорил старлей кому-то.

– Но-но, Дятлов, полегче! – Борисыч заторопился к напарнику, и не услышал, что тот еще добавил.

– Товарищ майор, и вы здесь? – его напарник казался весьма удивленным и смущенным.

– Здесь, конечно, – кивнул тот, – а где же мне быть?

С этими словами он отодвинул Дятлова в сторону.

– Ну-ка, дай гляну, кого ты тут брать собрался!

– Борисыч, подожди, ситуация выглядит не так, как есть на самом деле! – попытался было задержать его Дятлов, но майор был значительно больше, а заинтересованный майор вообще непреодолимая сила.

Маргарита Павловна даже не попыталась слезть со стола, только руки опустила. Ершик в жопе плавно покачивался, будто стрела на присоске, выпущенная из детского пистолета или лука.

– Вы не так поняли, – забормотала она.

– А хуле не понять-то? – Борисыч захохотал, – нет, ну это, конечно, личное дело каждого, как проводить свободное время, – это уже Дятлову.

– Да я только пришел, – оправдывался старлей, – и эту старую пизду вообще не знаю!

– Маргарита Павловна! – на всякий случай произнесла горничная. Полиция все-таки.

– Да хоть Авдотья Пиздотьевна! – заорал Дятлов, – говорю же, первый раз вижу.

– А ебать собирался, как старую знакомую, – вдруг осмелела самка обслуживающего персонала. Все равно Дятлов уже обещал ей пятнадцать суток, а так может, майор заступится. Он вроде главный у них.

– Да ты что несешь? – Дятлов выкатил глаза и собирался уже врезать мерзкой бабке, но Борисыч схватил его за рукав.

– Потом дорезвишься. Ты, считай, уже две минуты, как на оперативном задании. Выходи, объясню все.

* * *

Виктор Андреевич запустил в свободное плаванье второй окурок и вернулся в холл. Присутствие двух ментов немного насторожило его.

– Будьте добры, – обратился толстый мент к нему, – ответьте нам на несколько вопросов. Майор полиции Дряблый Макар Борисыч.

– Легко, – Витя старался вести себя непринужденно, – если только они не из школьного курса квантовой физики.

– Давайте без острот, – перебил его Дятлов, – а то будешь, как Есенин, проституткам стихи начитывать. В КПЗ блядь всю ночь напролет, до зари, – Дятлов легко и непринужденно перешел на «ты».

– Давно вы тут стоите? – Борисыч принялся добывать информацию.

– Минут пять, – пиздеть, отвечая на первый же вопрос Вите было как-то не с руки.

– Не видели, – продолжил майор, – не заходили случайно в отель мужчина без особых примет и женщина достаточно легкого поведения?

«Это я без особых примет? – хотел возмутиться Виктор Андреевич, – да вы еще мой хуй не видели!» Но вслух произнес:

– Мужик со шлюхой что ли? Нет, не видел.

Внезапно из соседней подсобки вышла Настя.

– Сережа, и ты здесь? – она сделала удивленное лицо.

Старлей показал ей методом хаотичного вращения глазами, что сейчас не самое время раскручивать неудачливого хахаля на деньги, и добавил:

– Ага, я на задании. Разыскиваем потаскуху, которая по оперативным данным зашла в ваш отель с одним из постояльцев.

– Я, к сожалению, отлучалась помыть посуду, – Настя обменялась весьма выразительными взглядами с Дятловым, типа «знаю я, чью ты посуду там намывала», – но у нас же есть камеры, и мы сейчас посмотрим запись.

«Это очень хуевая идея! Посмотрите лучше новый фильм Бондарчюга!» – хотел посоветовать ментам Витя, но смог выдавить только:

– Я, пожалуй, к себе пойду. Если что, номер двадцать два. Чем могу, как говорится.

* * *

– Да это и не мой сын, – Марина, как оказалось, когда натрахается, была очень разговорчивой, – у меня сестра тут на заработках. Поехала на лето, на сезон подработать, должна вроде в октябре вернуться. Ну, а я решила сюрприз сделать, повидать, да и сынишка без мамки скучает. Только звоню с утра самого, а телефон ее выключен.