Путешествие из центра Европы вглубь себя

– Антон, как же они так неразумно поступают? Ведь дерево под пластиком может начать гнить, ветшать, и чинить такие дома будет очень неудобно.

– Ксюх, ты ж понимаешь, что им нужен сиюминутный эффект.

– Да, понимаю, конечно. Но это такая неразумная трата бюджета! Прям не по-европейски! – возмущаюсь я.

Случайно набредаем на железнодорожный музей. Он дороговатый, и совсем небольшой. Мы решаем на этот раз остаться жадными и не «поддерживать экономику музея», как говорит Антон. Кажется, что самая интересная экспозиция как раз-таки снаружи, потому что сюда пригнали множество старых составов и локомотивов. Обогнув музей, мы видим чудо из чудес – поворотный круг, причём в рабочем состоянии. Я видела поворотный круг только в театре и поначалу не понимаю, зачем он тут, перед зданием депо.

– Смотри, круг нужен, чтобы локомотив мог развернуться в обратную сторону. Он заезжает на круг и с его помощью поворачивается. А потом его снова прицепляют к вагонам, и он продолжает путь.

– А вагонам разворачиваться не нужно, их ведь с любой стороны можно прицеплять? Только локомотиву?

– Ага, да.

Хоть нам с Антоном и далеко до настоящих транспортных фанатов вроде нашего приятеля Гоши Красникова, но мы с удовольствием всё фотографируем, лазаем по локомотивам. Я удивляюсь, насколько они удобны для лазанья: на каждом шагу перекладины, поручни и приступочки, за которые можно ухватиться – сплошное удовольствие. Мне кажется, надо на детских площадках ставить похожие паровозики – это интересней, чем турники и перекладины.

***

А вот на месте мечети, в которую Антон мечтал попасть, оказался громадный котлован. В нём только начиналось строительство грандиозного молельного дома, как объяснили рабочие. Антон удивляется:

– Чем затевать стройку века, поставили бы для начала небольшую мечеть. А то на такой грандиозный проект столько денег нужно затратить, и не факт, что мечеть достроят. Или будут лет пять-десять строить.

– Эх, Антон, им бы твою светлую голову, – хмыкаю я.

Мы решили в первый день исследовать центр города, а второй – посвятить окраинам.

И углубились в центр, к реке Люблянице и знаменитому Драконову мосту. Как можно догадаться, по обе стороны моста поселилась четвёрка драконов. Многие путеводители и справочники повествуют о том, что изначально мост был деревянным, и построили его в далёком 1819 году. Простоял он так целых 76 лет (до 1895 года), пока не произошло сильное землетрясение, которое разрушило много построек, в том числе, увы, и мост. Его снова отстроили, на этот раз из бетона, и посвятили Францу Иосифу I, у которого как раз случился юбилей – сорок лет правления.

А по одной из легенд, где-то в этих краях Ясон вместе со своими верными спутниками сразился против дракона, который долгие годы пугал местных жителей. Конечно, храбрый Ясон победил чудище. А потом основал на этом месте город, со временем превратившийся в современную Любляну. И хотя дракон был отрицательным персонажем в этой легенде, именно он стал символом города.

Мне драконы показались красивыми. Несмотря на весь свой грозный облик, перепончатые крылья и острые зубы, они величавые и гибкие, и хочется долго смотреть на эту мощь, запечатлённую в камне.

На центральных улицах Любляны всё было непринуждённым и расслабленным: книжные развалы с призывной вывеской «1 €» (то есть всё по одному евро), антикварные лавки, нарисованное на стекле магазина семейство Муми-троллей из книг знаменитой Туве Янсон, которые так обожают дети; выглядывающие из окон цветы в плетёных кашпо… Ярким штрихом в памяти остались электрические провода, к которым за шнурки были привязаны кеды и ботинки. Они нависали над улицей как гроздья винограда, и я никак не могла понять, что это такое. Видела, как в некоторых городах смело развешивают бельё на центральных улицах. Иногда так привыкаешь, что не удивляешься. Но такого – десятки ботинок, раскачивающихся над головами в центре столичного города – я не видела. Может это, не побоюсь такого слова, инсталляция?

Между тем наступило самое жаркое время суток. Неимоверное для меня пе́кло; совсем не привыкла к таким температурам. Мы вышли к рынку и очень кстати обнаружили источник с водой. Какая радость!

Улицы плавно вели куда-то вверх. Антон по карте определил, что мы недалеко от Люблянского замка, стоящего на горе, и поспешил к нему.

На вершине глазам нашим открылась древняя каменная крепость с башенками и узкими окнами. Через ров к массивным дверям вели прочные деревянные мосты; сам ров порос мягкой невысокой травой. У стен крепости как грибы после дождя выросли многочисленные кафешки и сувенирные лавки. Гуляя здесь без путеводителя, я и не задумывалась, что в давние времена крепость успела пережить нашествие турков, крестьянские войны, и наполеоновское вторжение. Простояв почти восемь веков, нашествие Бонапарта крепость всё-таки не выдержала, и династии Габсбургов пришлось заняться её восстановлением. Как это часто водится, крепость долгое время служила тюрьмой, а в начале XX века мэр Любляны надумал открыть здесь музей, но воплощение этой задумки изрядно затянулось. Целых полвека замок был пристанищем для простых жителей Любляны. Меня очень удивило, что тут обитали обычные горожане – это всё равно что жить в Кремле. Помню, как ездила с друзьями в подмосковный город Дмитров и, когда мы гуляли по крепостному валу вокруг местного Кремля, я вдруг заметила, что из трубы деревянного домика идёт дым.

– Что это? Музей? – поинтересовалась я у попутчиков.

– Нет, что ты. Здесь просто люди живут. Это местные жители.

– В смысле? Вы хотите сказать, что внутри Кремля живут обычные люди?

– Да, в некоторых городах такое бывает.

Теперь я, конечно, удивляюсь этому меньше, но всё же.

Возвращаясь к рассказу о люблянском граде, скажу, что сейчас там открыт археологический музей и проходят художественные выставки.

…Мы с Антоном, утомлённые жарой, развалились на скамейке в теньке.

– Ну как, наслаждаешься ли ты жизнью, товарищ Ксюх? – спросил меня Антон.

– Относительно. Здесь интересно, но такая жара – это не по мне.

– Но ведь холод ты тоже не любишь?

– Да, тоже не люблю. Мне тяжело переносить и холод, и слишком сильную жару. Больше всего люблю температуру от +17 до +27 градусов.

– Ты у нас, получается, прямо как редкостная картина, тебя нужно хранить при специальной температуре. Ты не Ксюх, а КСУХ – женщина Специальных Условий Хранения.

– Хаха! Сравнение с картиной – это лестно, я даже начинаю ощущать себя драгоценностью.

***

Спустившись вниз, мы обнаружили рядом с центральным рынком млекомат, похожий на наши советские автоматы по продаже газировки. Только разливал он, как можно догадаться по названию, ни что иное как молоко. Вокруг млекомата сгустилась толпа китайцев, которые кричали и радовались как дети, и с широченными улыбками кидали монетки в утробу автомата, чтобы попробовать заветный напиток. Мы с Антоном переглянулись и рассмеялись – возбуждённые говорливые китайцы казались нам трогательными. Я как большой любитель молока, мысленно разделяла их эмоции.

В млекомате продавалось не только молоко, но и питьевые йогурты и напитки типа нашего «Снежка» – всё свежее и очень вкусное. Отлично, между прочим, придумано – вместо того, чтобы пытаться утолить жажду разными вредными газировками, можно купить йогурт в млекомате, и получить в одном флаконе и питьё, и еду.

***

Возвращаясь домой, мы набрели на парк, который тянется параллельно нашей Человской улице. После изнуряющей жары, от которой гудит всё тело, я ощутила себя в своей тарелке – здесь тенисто и прохладно, а статуя Приможа Трубора – словенского первопечатника сродни нашему Ивану Фёдорову – напоминает скульптуры в моём родном парке Дружбы. Очутившись в этом зелёном островке, я вдруг понимаю, как хочется отдохнуть на природе, не спеша, без гудков автомобилей и верениц домов. Антон, напротив, любитель городской жизни до мозга костей, и в парках ему скучно. Он спешит обратно в хостел и делится со мной мыслями о завтрашнем дне – хочет посмотреть городские окраины и отыскать мечеть.

***

Вечером я обнаружила сообщение от нашего приятеля-путешественника Гоши Красникова. Узнав, что мы в Словении, он советует съездить на озеро Блед, активно нахваливая это место. «Это ж далеко, через всю страну ехать!» – возражаю я. «Да какие там расстояния, всего полтора часа от Любляны».

Да что ж ты будешь делать! Я ведь и в самом деле давно хотела увидеть это волшебное озеро, но меня в который раз подводит привычка мерить все страны по масштабам карты России. Когда я разглядывала карту Словении, даже не подумала, что до другого уголка страны можно добрать не за несколько суток, а всего за час. Я смотрю фотографии Бледа и всё острее чувствую, как мне хочется туда попасть, посидеть в жаркий день у тихой воды, и сделать, как другие путешественники, много однотипных снимков прекрасной тоненькой Мариинской церкви – главной достопримечательности здешних мест. И, конечно, не в снимках дело – просто так важно испытать свои переживания, прикоснувшись к красоте ещё одной точки земного шара.

Говорю о своих метаниях Антону. Мне неловко оттого, что я так внезапно захотела менять планы, но боюсь, что другой шанс увидеть озеро представится очень и очень нескоро.

Он удивляется и смеётся:

– Ну и ну! Мне приходится тебя по полгода уговаривать куда-нибудь съездить, а тут какой-то Гоша за пару минут соблазнил тебя этим озером так, что ты прям жить без него не можешь.

– Ты же сам считаешь Гошу величайшим мудрецом – значит, он плохого не посоветует, – парирую я со смехом. – А увидеть Блед я давно хотела, но забыла, что мы будем проезжать так близко от него. Так что Гоша не виноват, разве что совсем чуть-чуть.

– «Посетить какой-то Блед

Я мечтала много лет»,

– тут же сочиняет Антон, – ну хорошо, пусть мечты сбываются. Давай тогда продумаем, как нам завтра поступить.

В итоге решили на полдня разделиться: я поеду в Блед на первом утреннем автобусе, Антон будет изучать дальние районы Любляны, а к вечеру мы воссоединимся на автостанции и отправимся в другую европейскую столицу – город Загреб.

Примечания