Экономика с точки зрения физика

Использование понятия производительности и цены в равенстве производства – обмена позволяет объяснить выгоду разделения труда. Выполнение одинаковых операций позволяет поднять производительность, однако при этом изготавливаются в значительных количествах однотипные вещи, чистая ценность которых невелика для их производителя. Но обмен позволяет получать другие, нужные товары, как если бы производитель6 изготавливал с высокой производительностью разнообразные товары, обладающие для него большой чистой ценностью. Необходимо заметить, что результаты разделенного труда соединяются в обмене, и разделение труда возможно тогда и только тогда, когда обмен равноценный. Он должен быть справедливым с точки зрения всех его участников, в противном случае каждый, не доверяя другому, будет пытаться выживать в одиночку. И именно условие справедливости учтено в равенстве производства – обмена (4).

Теперь можно вернуться к проблеме определения оптимальной цены. Общественная чистая ценность для отдельного товара возникает из равенства (4). Если она будет низкой (из-за высокой цены или плохого качества), люди не согласятся приобретать товар. Но из равенства производства – обмена следует, что для данного товара существует и оптимальная величина чистого дохода, ниже которой производить вещь в данных условиях невыгодно (см., например, Рисунок 6а и 6б). И именно эти факторы: производительность по чистой ценности, которую принесет товар покупателю, и чистый доход (за тот же период), который получит производитель, – определяют равновесие, из которого следует общественная цена ц0. Сами же величины «спрос», «предложение» являются производными от них, что, в частности, показано на графиках Рисунков 2а – 2в.

Последним в этой теме разберу вопрос, почему в равенстве подразумевается, что кузнец и пахарь получают за год одинаково? Например, кузнецы в деревнях были своего рода элитой, жили, в среднем, зажиточнее соседей. Конечно, в условиях средневековой сословной системы, цехов и гильдий, ограничений на образование элитой становились более обученные работники. Здесь стоит заметить, что времени на производство у кузнеца остается меньше, поскольку он тратил его на учебу, и по справедливости это надо учесть. Вполне возможен повышающий коэффициент при учете высокотехнологичных работ. Но за XX век разница в зарплатах простых рабочих и инженеров неуклонно уменьшалась. Работа «белых воротничков» более привлекательна, так что иногда возникает дефицит рабочих, которым приходится поднимать зарплату. Так что в среднем доходы разных категорий производителей внутри одной компании выравниваются. Одно из следствий этого – механизация труда низкой квалификации: так как платить мало по равенству (4) уже нельзя, то любую, даже малоквалифицированную работу делают высокопроизводительной.7

Глава 4. Усложнение равенства производства – обмена

Рассмотрим внимательнее пример с обменом плугов на зерно. Если кузнец не сам добывал железо, а покупал его, то, чтобы не остаться с меньшим, чем у крестьян, количеством зерна, он должен будет заложить в цену плуга стоимость сырья, а также амортизацию средств производства и, возможно, выплаты по долгам, налоги и так далее. Необходимо учитывать производственные расходы с.

Тогда цена одного плуга определяется по формуле: ц = <Т> + с. Чистый доход кузнеца будет <Т> = ц – с, а равенство производства – обмена, то есть условие равенства чистой ценности и чистого дохода будет в более полном виде выглядеть так:

(5)

(Ц-ц) t=n (ц-с)

Разберу подробнее: пусть расходы на изготовление трех плугов за год выросли с нуля (в равенстве (4) издержки производителя не подразумевались, с = 0) до с =1/3, то есть трети амбара; расходы на один плуг тогда будут равны 1/9. Равенство (5) при подстановке этих цифр примет вид (1-ц) =3 (ц-1/9).

В этом случае цена ц одного плуга станет равна 1/3 амбара, чистая ценность соответственно (1 – 1/3) = 2/3 амбара, ее получат и хлебопашец, и кузнец после оплаты издержек.

В самом первом случае, при с=0, за цену в ¼ амбара можно получить плуг, использование которого приносит чистую ценность ¾ амбара. Теперь такой же плуг, с помощью которого можно вырастить хлеба на один амбар, стоит 1/3, что дороже, его чистая ценность, соответственно, упала до 2/3. На этом примере хорошо видно, что при возрастании издержек растет цена товара, но при этом уменьшается его чистая ценность, и это влияет на всех участников обмена, то есть падает ценность средств обмена8 (зерна и плуга в данном примере).

Здесь для простоты в значение с включены только прямые затраты на сырье – с1. Конечно, надо учесть остальные расходы: на амортизацию средств производства, на выплаты по заемному капиталу (в среднем ко всему сроку эксплуатации оборудования) – с2, депонирование на дальнейшее развитие – с3. Именно на величины с оказывают влияние управленческие решения, которые принимает производитель. А значит, через равенство производства – обмена они влияют на чистую ценность товаров и затрагивают интересы не только производителя, но и потребителя. В эти издержки с входят и налоги, которые также уменьшают чистую ценность. В современном обществе почти нет товаров, за сырье для которых не надо было бы платить хотя бы налогов за недропользование. В результате уменьшается чистая ценность, приходящаяся на цену, которую платят потребители (то есть уменьшается ценность средств обмена и, как следствие, покупательная способность).

Особо отмечу, что среди затрат с не указана плата за труд. В условиях индивидуального предпринимательства чистый доход и является платой за труд: производитель сам себе хозяин. Если же он нанял кого-то на работу (или купил раба), то зарплату (еду для раба) надо прибавить к производственным затратам, это новая величина с0. Существует принципиальное отличие между получаемыми средствами «чистый доход» и платой с0, входящей в затраты. В последнем случае работника можно рассматривать как товар «рабочая сила», который производитель эксплуатирует наравне с другими товарами – производственными ресурсами, то есть получает с него чистую ценность. Этим и отличается хозяин, получающий доход при эксплуатации товаров – средств производства, от наемного работника (с зарплатой с0), этим средством являющегося. И, как будет показано дальше, это отличие несет в себе противоречие и кризисную неустойчивость системы.

До сих пор я рассматривал товары – производственные ресурсы, ценность которых определяется по результатам их эксплуатации. А как определить ценность товаров потребления, потребительских благ? Еще раз подчеркну: цена товара не зависит от того, используется он для работы или в личных целях. (Одну и ту же цену за компьютер заплатит и игроман, и бухгалтерия фирмы, хотя в первом случае это потребительское благо, во втором – рабочий инструмент.) Поэтому выводы, сделанные при рассмотрении условий обмена производственных ресурсов, могут быть использованы для всех товаров.

Равенство (5) можно рассматривать и «наоборот» – когда цена товара подразумевает чистую ценность ц→ (Ц-ц) (выражение 1б). Цена товара потребления (зерна в нашем примере) уже определена, значит, по ней можно определить и его ценность. Это правило работает, конечно, только в условиях массового обмена. Именно тогда чистая ценность товаров потребления устанавливается по средним затратам календарного (не рабочего) времени на их изготовление.

Так, если в процессе обмена устанавливается цена результатов труда хлебопашца и кузнеца за год, то цена «стандартной» (неэксклюзивной) одежды, созданной портным за тот же срок, определяется также по этим данным. Будет работать равенство производства – обмена (5), поскольку известны примерные трудозатраты и соответствующая им цена. Если портной будет увеличивать цену, ее излишек собьет конкурент.

Также верно и то, что, зная цену, покупатели в процессе торговли могут определить для себя ценность одежды портного и то, подходит ли им предложенная цена, соответствует ли она ожидаемой чистой ценности. Это объясняет и известный прием продавцов – иногда они повышают цены на товары, чтобы те лучше продавались. Подоплека в том, что покупатель ассоциирует высокую цену с большей ценностью, в случае товаров моды – с эксклюзивностью, их самым важным качеством.

Эта же формула (5) выявляет и проблемы, связанные с планированием, которые возникают в условиях государственного капитализма, который в Советском Союзе называли социализмом, а в западных странах почему-то коммунизмом. Пока влияние НТР слабо, а потребностей и товаров для их удовлетворения мало или людям вообще не до них, можно находить условия, при которых рабочее время, затраченное на производстве, будет соразмерно качеству и цене товаров. При государственном капитализме цена, а значит, и чистая ценность устанавливаются с помощью планирования (как, впрочем, и в любой крупной фирме). Может быть, это и неплохо, если учитывать максимальное количество данных по производительности, насыщенности рынка и прочее, но это требует введения специальных коэффициентов, которые становятся все сложнее. С течением времени и по мере усложнения производства зависимость цены товара (и зарплаты, получаемой за его изготовление), от его чистой ценности стирается. Равенство не соблюдается, ценность произведенного товара и зарплата, получаемая работником за присутствие на работе в течение определенного времени (может быть, с толком, может быть, нет), оказываются плохо связанными между собой.

Однако условия обмена, выраженные равенством (5), нарушаются и при капитализме – в случае кризиса перепроизводства, финансовых кризисов. Результаты кризиса – уничтожение товаров, финансов или падение покупательной способности. Подробно эти вопросы я рассмотрю в главе «Кризисы».

Глава 5. Ценностное отношение

Рассмотрим отношение (Ц-ц) t / ц. Эту удельную (на цену) производительность по чистой ценности я буду называть ценностным отношением.

Если учитывать производственные расходы, выражение для удельной производительности по чистой ценности примет вид

(6)

(Ц-ц) t/ц =n – nc/ц

Видно, что ценностное отношение прямо пропорционально n. А величина n также пропорциональна числу людей, которых в среднем обслуживает (изготавливает товары или предоставляет услуги) один человек. Выражение nc/ц в правой части – удельный вес цены сырья в цене изготовленных за определенный период времени товаров. Таким образом, удельная (на цену) производительность по чистой ценности тем больше, чем больше покупателей пользуется товарами изготовителя и чем меньше цена сырья (и других затрат) в цене продукта.

Ценностное отношение будет разным для производства разных товаров. Но если усреднить цены и удельную производительность по всей экономической системе, то такое среднее ценностное отношение станет характеристикой экономики. И очень важно, что удельная производительность труда по чистой ценности прямо пропорциональна числу обслуживаемых одним работником людей – nсреднее. Самая наглядная, объективная характеристика экономики вообще – это среднее число людей, обслуживаемых каждым занятым в ней человеком. Чем больше людей обслуживает каждый из нас и чем меньше производственные затраты каждого из нас – а этим отличается производство с высокой долей интеллектуального труда, – тем выше чистая ценность товаров, ценность средств обмена и уровень жизни.

Увеличение ценностных отношений – залог поступательного экономического развития общества.

Глава 6. Белая инфляция

Исследуем возможности, которые дает метод определения цены через равенство производства – обмена. Разберем изменения, к которым приводит увеличение производительности и изменение качества товара.

В Главе 4 я рассматривал, как на равенство производства – обмена влияет изменение величины с (расходов на создание товаров). Напомню сделанный вывод (обозначу его как вывод 1): увеличение расходов производителя повышает цену, но снижает как чистую ценность товара, так и покупательную (обменную) способность средств обмена.

Рассмотрим еще три возможных изменения в левой и правой части равенства производства – обмена (5)

Во-первых, может увеличиться ценность производственного товара Ц: кузнец из нашего примера может усовершенствовать плуг. Далее, может увеличиться производительность труда покупателя товара: хлебопашец будет производить больше зерна по причинам, не связанным с изменением плуга, – например, он начнет использовать удобрения. Наконец, может увеличиться производительность труда кузнеца: он внедрит новшество, которое позволит ему изготавливать больше старых плугов n в единицу времени. Рассмотрим по очереди эти изменения.

Предположим, кузнец изобрел плуг, использование которого в два раза увеличивает урожай. (В древности такое произошло, когда соху, царапавшую землю, заменил плуг с отвалом, это резко повысило урожайность.) Для простоты представим, что количество плугов, которые может изготавливать кузнец, не изменилось – трудозатраты остались прежними, как и количество сырья.

Вместо ценности Ц, равной одному амбару в сезон, крестьянин с новым плугом получает два амбара зерна. Для простоты пренебрежем производственными затратами с и получим:

2-ц=3ц

Тогда новый плуг будет дороже, его цена будет ц=1/2 (а была 1/3), но за эту цену крестьянин получает 3/2 амбара (было 3/4), то есть в два раза больше. Ценность средства обмена (в нашем случае это по-прежнему зерно) повысилась.

Конечно, это равенство возможно, когда все кузнецы в описываемом идеальном рыночном пространстве начнут изготавливать новые плуги и собьют цену до цены, определяемой равенством производства – обмена9. Пока этого не произошло, изобретатель может брать за свои высокопроизводительные плуги в три раза больше, крестьянину это все равно будет выгодно. В этом случае образуется, так сказать, запредельный доход от внедрения новшества10. Тогда сами изобретения, помогающие увеличивать производительность и чистую ценность товаров, становятся особым производственным ресурсом, а временный запредельный доход – наградой изобретателю.

Теперь предположим, что плуг остался прежним, но крестьянин начал использовать новую систему севооборота (как трехполье в средневековье) и поэтому стал получать в два раза больше урожая. Ц равно двум амбарам. Равенство будет тем же.

Получается, если ценность работы крестьянина увеличилась в два раза благодаря лучшей обработке поля, то цена плуга, хоть он и остался прежним, тоже поднимется! Как если бы он был новым, улучшенной производительности. Происходит это потому, что если все крестьяне станут получать вдвое больше урожая при тех же трудозатратах, то и кузнецы будут повышать цену на плуги, выравнивая правую и левую части равенства производства – обмена. В идеальной рыночной экономике этот механизм может быть таким. Работать в два раза больше кузнецы не могут, поскольку производительность для данного сектора производства уже максимальна из-за конкуренции. Кузнецы пойдут в крестьяне – кто же будет работать за относительно меньшую оплату? Количество изготавливаемых плугов уменьшится, и за них можно будет брать большую цену.

Но значит, – и это очень важно, – что в результате подобных изменений возникает инфляция. Инфляция не совсем обычная, потому что она сопровождается повышением ценности производимых в единицу времени товаров и, следовательно, уровня жизни (см. Рисунок 3а, 3б). Отмечу это как вывод 2. Такая инфляция уравнивает доходы в разных сегментах производства. Назову ее белой инфляцией. Получается, что если растет чистая ценность даже одного товара или производительность по чистой ценности в одном сегменте производства, то лучше будут жить все участники общества, связанного единой хозяйственной системой. В настоящее время это очень хорошо видно: за 20—30 лет улучшилось качество жизни большинства людей в мире. И это притом, что производительность труда в разных сегментах экономики растет, конечно, по-разному.

Кстати, белая инфляция остается «белой», только при конкуренции, иначе лентяй или малокомпетентный человек будут просто повышать цены, не предпринимая всех возможных усилий, чтобы улучшать товары или повышать производительность, то есть будут жить за счет трудолюбивых. Это было бичом социалистической экономики.

Очень важно: цена и чистая ценность товара в этих случаях изменяется без увеличения рабочего времени, причем равенство производства – обмена выполняется. Отмечу это как вывод 3. (Так что если мы решим измерять цену произведенного товара только по времени, затраченному на его производство, то придется вводить коэффициенты, учитывающие новшества, использование изобретений и так далее.)

Наконец, рассмотрим случай увеличения производительности труда кузнеца, когда за то же время он начал производить больше товара. Пусть кузнец стал делать в два раза больше старых плугов – поставил, например, в кузницу мехи (их ценой пренебрежем), ковать стало легче.

Напомню: в нашем примере вначале равенство производства – обмена выглядело как 1-ц=3ц, где цена ц=1/4, чистая ценность (Ц-ц) =3/4.

Производительность повысилась 1-ц=6ц. Цена стала 1/7 – уменьшилась чуть ли не вдвое, на 85%, но чистая ценность и, соответственно, чистый доход, остающийся у кузнеца (Ц-ц) =6/7, вырос, но всего на 14%.

Итак, производительность труда выросла, цена при этом упала (в принципе, это можно назвать белой дефляцией), но после того, как новую технологию начнут использовать повсеместно (до этого момента кузнец просто будет получать вдвое больше), доход у всех тоже увеличится (но не на много). Отмечу: хотя ценность плуга, – возможность производить один амбар зерна в год, не изменилась, но доход каждого участника обмена: и кузнеца, и крестьян — снова увеличился. Ценность средств обмена не может не измениться, если меняется любой из параметров равенства производства – обмена. Получается, что внедрение изобретения в хозяйственную жизнь отражается не только на самом изобретателе, но затрагивает все экономические отношения, поскольку изменяет чистую ценность товаров в обмене.11 Это вывод 4.

Еще следствие из приведенного выше примера с «белой дефляцией». Вывод 5: удешевлять старые товары, увеличивая их производство, не так выгодно, как внедрять в производство новые товары. Как показывает последний пример, из-за падения цены чистый доход от нового плуга почти удвоился, а когда производство старых плугов выросло вдвое, чистый доход увеличился примерно на 14%. Причина этого понятна: сейчас только у одного из четырех участников обмена улучшилось производство – у кузнеца, поэтому и ценность зерна как средства обмена выросла не сильно, а в идеальных рыночных условиях чистые доходы уравниваются, так что известный тезис «у нас не дешевле, у нас лучше» имеет понятную основу.

Зато в ценах новых товаров сразу можно учитывать увеличивающуюся производительность. Так что выгоднее всего производить новый товар массового потребления, а не уменьшать цену старого. В результате прогресс ведет не к дефляции, а к инфляции. Это вывод 6.

Особенно хорошо это условие – большей выгоды от производства нового товара, выполняется для потребительских товаров, ценность которых нельзя четко определить. В этом случае она может зависеть от моды, от агрессивной рекламы. Цена пиджака, созданного модным кутюрье, может в десятки раз отличаться от почти такого же, но без известного лейбла. Кто же будет уменьшать цену уникального товара, раз его не с чем сравнить? Поэтому доход успешного кутюрье несравнимо выше дохода успешного инженера, занятого на массовом производстве, результат которого явно определен.

В 30-х годах прошлого века по пути уменьшения цены товара пошла фирма Генри Форда. Его автомобильная компания сделала упор на удешевление производства и конечного товара, сами машины менялись мало. Это оказалось стратегической ошибкой, компания «Форд», выпустившая первый массовый автомобиль, стала быстро терять покупателей и места на рынке, к концу 1920-х выйдя из первой тройки.

Отмечу, что приведенные выше рассуждения доказывают известное высказывание знаменитого экономиста Йозефа Шумпетера: «В капиталистической действительности преобладающее значение имеет… конкуренция, основанная на открытии нового товара, новой технологии, нового источника сырья, нового типа организации».

Очень важно, что в описываемом идеальном случае объективно возникает безработица среди кузнецов. Если кузнец начинает делать больше плугов, значит, производительность труда увеличивается, и прежнее число кузнецов оказывается ненужным, часть кузнецов остается без работы. Однако высвобождение рабочей силы при этом компенсируется увеличением ценности средства обмена (зерна) и, соответственно, тем, что остальные получают возможность приобретать больше товаров, которые, в частности, могут делать уволенные: значит, разорившиеся кузнецы будут востребованы в новом производстве. В идеальном случае безработных быть не должно. Вывод 7: повышение производительности по чистой ценности (и уровня жизни) участников торгового обращения приводит к тому, что чистая ценность других товаров оказывается доступной для большего числа людей (на графике Рисунка 2а кривая поднимается вверх), – растет покупательная способность и больше средств может быть направлено на другие товары, оплату труда их изготовителей, создание рабочих мест.

Замечу, что из-за быстрого темпа научно-технического прогресса цены на наиболее популярные товары из высокотехнологичных сегментов производства часто просто не успевают выровняться к затратам. При ажиотажном спросе левые и правые части равенства производства – обмена не успевают формироваться, поскольку прежняя техника быстро устаревает, но все время остается высокой (обычно искусственно высокой из-за приемов продвижения, в частности, рекламы) потребность в новых товарах. Для условий производства возникает постоянное нестационарное состояние, своего рода градиент между привлекательностью для инвестиций и затратами на производство товаров. При этом инвестиции из других сегментов экономики свободно не внедряются в новое производство, поскольку «впрыгнуть на подножку» несущегося поезда новых технологий крайне трудно, сам по себе вброс даже крупных средств не поможет создать успешный товар. Так, быстро выйти на рынок современной компьютерной техники, включая электронные гаджеты, очень сложно и, главное, успех не определяется только суммой капитала. Необходима еще наработанная система управления и внедрения специфических инноваций. Из-за этого появляется дополнительный, градиентный порог входа на рынок. Равенство производства – обмена формируется с некоторым коэффициентом порога в правой части. В результате компании, успешно работающие в сфере создания новых электронных устройств, забирают себе инвестиции, которые могли бы пойти на развитие конкурентных производств. Акции таких компаний, их фонды, привлекательность вложений в них растут лавинообразно. Это те деньги, которые пошли бы на выравнивание доходов при идеальной конкуренции, но из-за градиентного порога входа они достаются ограниченному числу фирм. Получается, что новым производствам остается практически одна возможность выйти на рынок – продаться крупным компаниям и тем самым еще больше повысить их конкурентоспособность.