100 великих тайн Древнего мира

Хирургия в древности

Оказывается, уже в каменном веке первобытные люди выполняли довольно сложные хирургические операции. Уникальные находки, сделанные в XX в., доказали, что неандертальцы неплохо разбирались в медицине. Первобытных людей долгое время считали примитивными и жестокими. Постоянная борьба за выживание, лишения и голод не располагали к сантиментам. Выживал лишь сильнейший.

Поэтому трудно даже представить, что в каменном веке люди умели оказывать друг другу медицинскую помощь. И, что самое удивительное, делали хирургические операции. Средняя продолжительность жизни в первобытном обществе не превышала 25 лет, так что на заре человечества вряд ли был золотой век с отсутствием болезней. Как только зародилась наука, изучающая изменения в костных останках первобытных людей в результате болезней, сразу стало ясно, что наши далекие предки отнюдь не были здоровяками, еще не испорченными цивилизацией, как мы думали ранее.

Настоящей сенсацией стали открытия, сделанные в пещере Шанидар (Северный Ирак) в 1953—1960 гг. Археологическая экспедиция под руководством Р. Солецки обнаружила 9 мужских скелетов неандертальцев, живших 60—30 тысяч лет до н.э. Особенно поразил ученых скелет одного 40летнего мужчины. У него была повреждена левая глазница (скорее всего, он не видел левым глазом), плюс сросшийся перелом левой стопы, изуродованная страшнейшим артритом нога и сильно стершиеся зубы. Поразительно, но у него к тому же практически отсутствовала правая рука!

Останки неандертальца из Шанидара

Но этот калека потерял руку задолго до своей смерти. Получается, первобытный инвалид, обреченный на смерть, умудрился, исходя из средней продолжительности жизни того сурового времени, дожить до глубокой старости. Значит, о нем заботились его соплеменники!

Изучив скелет, ученые пришли к выводу, что правая рука бедняги, очевидно раздробленная в результате несчастного случая или в поединке со зверем, была ампутирована выше локтя неким первобытным хирургом. Поверхность обрубка кости имеет характерную округлую форму, что обычно бывает после операционного вмешательства.

Исследовав захоронения, ученые установили, что неандертальцы не только умели делать хирургические операции, но и использовали лекарственные растения. Анализ почвы из захоронений позволил выявить в них пыльцу тысячелистника, эфедры, алтея, крестовника – в общей сложности 8 видов лекарственных трав. Пыльца не только дала возможность определить, какие растения использовали неандертальцы, но и показала, что древние люди уже имели какое-то представление о загробной жизни, ведь они хоронили умерших, украшая погребальное ложе цветами, к тому же оставляли в захоронениях полезные лекарственные растения.

О том, что в каменном веке проводились самые настоящие хирургические операции, свидетельствует и другая уникальная находка, сделанная в конце XX в. Рядом с французской деревушкой Энсисхэйм археологи раскопали 45 древних захоронений с останками 47 людей каменного века. Там был обнаружен скелет 50летнего мужчины, череп которого со следами двух аккуратных отверстий сразу привлек внимание исследователей.

Оба отверстия не имели по краям каких-либо трещин и появились явно в результате хирургического вмешательства, а не убийства или несчастного случая. Одно отверстие в передней части лба было диаметром около 6 см, другое, в верхней части черепа, – на пару сантиметров шире.

«Большинство отверстий в черепах обычно незначительно, – рассказывает участница раскопок, археолог Сандра Пикхлер из Фрейбургского университета в Германии, – по ним трудно судить, являются они результатом хирургического вмешательства или просто проломом черепа. Но в нашем случае можно видеть ровные, закругленные края довольно крупных трепанаций, то есть эти отверстия имеют явно искусственный характер».

Любопытно, что на обоих прошла регенерация костной ткани: меньшее отверстие на лбу полностью покрылось тонким слоем кости, а более крупное заросло приблизительно на две трети, то есть ничто не указывает на признаки послеоперационной инфекции. Значит, мужчина благополучно перенес трепанацию!

«Итак, у этих древних людей был очень хороший хирург и какие-то способы подавления инфекции», – говорит Пикхлер. Она и ее коллеги считают, что потребовалось не менее полугода, а может, и около 2 лет для заживления таких крупных ран. Причем обе трепанации были выполнены в разное время, то есть мужчину успешно прооперировали дважды!

Археологи не знают, зачем понадобились такие операции и как они проводились, хотя по краям отверстий в черепе можно предположить, что кость резали и скоблили. Орудия каменного века вполне подходили для выполнения подобной операции: кремневые ножи были не менее остры, чем современные скальпели.

«Трепанации выполнены настолько мастерски, что их нельзя назвать самыми древними, – считает Пикхлер. – Хирург должен был иметь длительную практику. Факт обнаружения на одном черепе следов сразу двух трепанаций косвенно это подтверждает: если бы имела место только одна операция, можно было бы сказать, что древнему хирургу просто повезло. Но раз пациент уцелел после второй операции, значит, врач обладал определенными навыками и знал, что надо делать».

Как пишет известный чешский исследователь Милослав Стингл, к числу хирургических инструментов древних инков «относились бронзовые скальпели различной величины, пинцеты, иглы, скобки, бронзовые ножи «туми», напоминающие по своей форме кухонный нож-сечку, а также зажимы, посредством которых местные инкские лекари перетягивали вены, чтобы остановить кровотечение».

Когда медики получили возможность ознакомиться с так называемым папирусом Смита, написанным в Древнем Египте в 1700 г. до н.э., они были поражены. Оказалось, уже в то далекое время существовали хирургические инструменты, в частности специальные медные иглы для сшивания ран.

Любопытно, что по стилю изложения этот древний медицинский справочник являлся копией более раннего, относящегося, возможно, к 2700 г. до н.э. Не исключено, что бесценный документ хранил крупицы медицинских знаний допотопной цивилизации, погибшей во время глобального катаклизма.

Правда, древние египтяне и сами активно изучали строение человеческого тела. Всем давно известны знаменитые египетские мумии, но, чтобы успешно провести мумификацию умерших фараонов и других важных особ, требовалось знать анатомию и проводить самые настоящие хирургические операции.

Недавно в истории мумификации была открыта новая страница. Оказывается, что, прежде чем перейти к мумификации тел умерших, древние египтяне тренировались на скелетах. Химический анализ скелета периода Древнего царства, возраст которого около 4150 лет, дал ключ к разгадке происхождения египетской техники бальзамирования трупов.

Скелет Иду II, который, судя по надписи на гробе, занимался торговым ремеслом и поставлял египтянам ценные породы древесины, нашли в Гизе в 1914 г. Почти сразу его приобрел один из музеев Германии. До конца XX в. никто не знал, были останки Иду забальзамированы или сохранились в таком хорошем состоянии только благодаря сухому климату Египта.

Исследования биохимика Ульриха Везера из университета Тюбингена со всей очевидностью показали, что скелет перед захоронением прошел специальную обработку. Так, содержание в костях натрия оказалось в 12 раз выше нормы. Судя по всему, древние бальзамировщики сначала отделили плоть от скелета, а затем засыпали кости солями натрия, чтобы высушить их.

«Вероятно, они уже знали, что плоть разлагается, – полагает Везер, – и потому посчитали, что лучше забальзамировать кости». При анализе костей Везеру удалось обнаружить в них довольно много антисептических (противогнилостных) составляющих, типичных для древесных смол.

Наиболее высокую концентрацию имели вещества, которые образуются при тлении на воздухе дров из богатых смолой пород деревьев. Это означает, что подготовка к захоронению скелета Иду II могла чем-то напоминать процесс копчения окороков. Скелет, конечно, вряд ли подвешивали и окуривали дымом, скорее всего, нужные компоненты просто наносили на кости.

Бальзамирование скелета Иду II оказалось настолько совершенным, что даже остался неповрежденным и активным энзим (фермент) – щелочная фосфатаза, который удалось выделить из кусочков ключицы.

Проведенные немецким биохимиком исследования позволили выяснить много нового о возникновении мумификации в Древнем Египте. Уже во времена Древнего царства египтяне хорошо знали отдельные стадии процесса, которые подробно описал Геродот.

Древние линзы: кто их изготовил?

Более века их не замечали археологи. Речь идет об оптических линзах – тонких инструментах, изготовленных из разных материалов, которые доказывают существование развитой оптики уже в глубокой древности.

Способны ли были люди несколько тысяч лет назад сделать точные оптические инструменты, с помощью которых можно исправлять астигматизм, наблюдать далекие звезды и осуществлять работы на микроскопическом уровне? Специалист по древним линзам Роберт Темпл (прославившийся своей книгой о космических знаниях племени догонов «Тайна Сириуса») уверен не только в этом, но и в том, что доказательства столь неожиданного предположения находились у специалистов под рукой уже как минимум сто лет. Все последние три десятилетия Роберт, демонстрируя нечеловеческое упорство и выработав свою, особенную методику работ, носился по свету, выяснив во время поездок, что в музеях находится огромное количество предметов, ошибочно записанных как украшения, бусины и т.п. Однако подлинное назначение их было совсем другим – улучшать видимость отдаленных или микроскопических объектов, фокусировать солнечный свет для производства огня и даже для ориентации...

Возможная схема использования зеркала Архимедом при обороне Сиракуз

Первым сюрпризом для исследователя оказалось, писал он в своей монографии «Хрустальное солнце», что в классических текстах, так же как и в устной культурной и религиозной традициях многих народов есть многочисленные указания на существование у них оптических приборов. Эти указания вполне могли бы уже давно привлечь внимание историков и археологов, вызвав у них желание разыскать описываемые приборы. Однако, как с горечью признается автор, в научной среде сложилась негативная традиция, которая отрицает возможность существования сколь-нибудь развитой технологии в древности. Так, например, некоторые предметы, чья форма и материал неизбежно наводят на мысль о том, что они служили линзами, были классифицированы как зеркальца, серьги или, в лучшем случае, как зажигательные стекла, то есть все-таки линзы, но использовавшиеся исключительно для фокусирования солнечных лучей и зажигания костров.

Парадоксальным образом мелкие кристаллические сферы, изготовляемые римлянами и используемые ими в качестве линз, при наполнении их водой, были расписаны как сосуды для косметики и парфюмерии. В обоих случаях, по мнению Роберта, проявилась особая близорукость современной науки, которой он намерен прописать хорошие очки.

Древние ссылки на линзы относительно легко прослеживаются уже со времен Плиния Старшего (I в.), хотя, как мы увидим далее, подобные указания можно обнаружить и в «Текстах пирамид», которым более 4000 лет, и даже еще раньше – в том же Древнем Египте.

В своей «Естественной истории» Плиний описывает трудоемкую работу с миниатюрными предметами, которой занимались Каликрат и Мирмекид, два древнеримских художника и ремесленника, примерно в таких словах: «Каликрату удавалось изготовлять модели муравьев и других крошечных созданий, чьи части тела оставались невидимыми для остальных людей. Некий Мирмекид заслужил себе славу в той же области, сделав маленькую повозку с четырьмя лошадьми из такого же материала, столь крошечную, что ее могла закрыть своим крылышком муха, и такого же размера корабль».

Если уж рассказы Плиния производят большое впечатление, то ничуть не менее волнует упоминание о миниатюрной копии «Илиады», выполненной на столь малом куске пергамента, что вся книга могла поместиться в ореховой скорлупе, о чем первым говорит Цицерон, автор предыдущего столетия. Чем ближе к нам, тем чаще классические авторы включают в свои произведения данные об этих ныне потерянных предметах, изготовление которых, очевидно, требовало использования оптических приборов. По словам Темпла, «первым современным автором оптических приборов – если не считать увеличительных стекол – был итальянец Франческо Веттори, который в 1739 г. создал микроскоп. Веттори был знатоком античных гемм и говорил, что видел некоторые из них, размерами с половину зерна чечевицы, которые, тем не менее, были искусно обработаны, что он считал невозможным, если не признать, что у древних были мощные увеличительные приборы».

Именно при работе с древними украшениями становится очевидным существование ныне утерянной оптической технологии. На нее интуитивно указывали многие специалисты на протяжении нескольких веков, тем не менее, данная увлекательная область истории науки почему-то осталась совершенно неизученной. Карл Ситтл, немецкий искусствовед, еще в 1895 г. утверждал, что существует портрет на камне диаметром едва в 6 мм Плотины Помпеи, супруги римского императора Траяна, которая жила в I в. Ситтл указывал на него в качестве примера использования оптических средств увеличения древними резчиками.

В историческом музее Стокгольма и музее Шанхая хранятся артефакты из разных металлов, таких как золото или бронза, на которых отчетливо заметна миниатюрная работа, так же как и на многочисленных глиняных табличках из Вавилона и Ассирии видны выдавленные микроскопические клинописные знаки. Подобные крошечные надписи были настолько многочисленны, прежде всего в Греции и Риме, что Роберту Темплу пришлось отказаться от идеи все их разыскать и классифицировать. То же самое характерно и для самих линз, которых он и не надеялся найти больше нескольких штук, но в английском издании своей книги приводит целых 450!

Что касается стеклянных сфер, использовавшихся в качестве зажигательных стекол и для прижигания ран, они тоже сохранились во множестве в различных музеях, несмотря на свою хрупкость, но всегда были классифицированы как сосуды для хранения специальных жидкостей.

То, что оптические технологии древности вовсе не являются иллюзией, «обманом зрения», можно понять, если внимательно перечитать классиков, хорошенько порыскать в музейных каталогах и заново истолковать некоторые мифы. Одним из самых очевидных примеров из последней области является легенда о божественном огне, который передавали людям разные герои, как это случилось с Прометеем, – достаточно только принять, что люди обладали инструментами, способными «получить огонь из ниоткуда».

Греческий автор Аристофан вообще впрямую говорит в своей комедии «Облака» о линзах, которыми разжигали огонь еще в V в. до н.э. То же самое умели делать, судя по всему, и друиды. Они использовали прозрачные минералы для того, чтобы выявлять «невидимую субстанцию огня».

Но наиболее яркое применение такой технологии мы встречаем у Архимеда с его гигантскими зеркалами. Нет необходимости напоминать здесь обо всем научном вкладе этого гения, родившегося в Сиракузах и жившего с 287 по 212 г. до н.э. Однако обязательно нужно сказать, что во время осады Сиракуз в 212 г. римским флотом Клавдия Марцела Архимед сумел поджечь римские триеры, сфокусировав и направив на них солнечные лучи при помощи огромных, предположительно металлических зеркал.

Правдивость данного эпизода традиционно ставилась под сомнение вплоть до 6 ноября 1973 г., пока Иоаннис Сакас не повторил его в порту Пирей и при помощи 70 зеркал не поджег маленькое судно.

Свидетельства этого впоследствии забытого знания встречаются повсюду, обнажая тот факт, что жизнь людей древности была гораздо богаче и изобретательнее, чем порой способен признать наш консервативный разум. Именно здесь лучше, чем где-либо, оправдывается старая поговорка, что мир видится в зависимости от цвета стекла, через которое мы на него смотрим.

Другая важная находка, с которой знакомит нас Темпл, это плод тяжелых трудов в области библиографии и филологии. Именно им посвятил свое время доктор Майкл Вейтцман из лондонского университета, он показал, что термином «тотафот», который употребляется в библейских Книгах Исхода и Второзаконие для обозначения филактерий, закреплявшихся на лбу во время религиозной службы, изначально назывался некий предмет, который помещался между глаз.

И в результате перед нами еще одно описание очков, причем, по мнению Вейтцмана, лучшего знатока древней иудейской истории в Англии, – очков, которые происходят из Египта.

Нет ничего странного, что в стране фараонов были знакомы с ними даже до того, как там появились собственно фараоны. Ведь только так можно объяснить наличие микроскопических рисунков на ручке ножа из слоновой кости, который нашел в 1990х гг. доктор Гюнтер Драйер, директор Немецкого института в Каире, на кладбище Омм-эль-Кабб в Абидосе. Удивительно, что нож датируется додинастической эпохой, т.н. «периодом Нагада-II», то есть примерно XXXIV в. до н.э. Другими словами – он был изготовлен 5300 лет назад!