- -
- 100%
- +
Незадолго до полуночи люди, которым удалось достичь наиболее высокой части города, обратили внимание на то, что вода стала убывать. Приливная волна покинула город еще стремительнее, чем набросилась на него. В отдельных местах она мчалась по улицам со скоростью горного потока, производила еще больше разрушений, чем во время наступления.
Позднее в официальном докладе Айзек Клайн писал: «То, что увидели жители города в воскресенье 9 сентября 1900 г., представляло собой ужасное зрелище, какого до сих пор не видел цивилизованный мир».
Повсюду были следы страшной трагедии. Повсюду была смерть. Мертвые люди, лошади, коровы, собаки лежали рядами или поодиночке. Развалины некогда стоявшего здесь города, покрытые толстым слоем грязи и слизи, издавали невыносимое зловоние.
Те, кто уцелел, имели жалкий вид. Женщина, прижимающая к груди мертвого ребенка, переходила с места на место, тщетно надеясь найти своего мужа. Старики и дети, заливаясь слезами, бродили по грязи среди трупов, искали своих близких и в то же время боялись увидеть их.
Как ни ужасны были мучения людей в ту субботнюю ночь, но впереди их ждали еще большие испытания. Половина города была уничтожена, а то, что уцелело, носило следы разрушений. Связь с внешним миром – миром живых – была утрачена. Невозможно было ни развести огня, ни приготовить пищу, ни раздобыть воды, чтобы утолить жажду. В довершение всего появились шайки мародеров, шаривших по городу. Они грабили кого попало – мертвых и живых, отнимали деньги, продовольствие, драгоценности.
Спустя несколько дней пришли вести из внешнего мира, из разных частей страны стала прибывать всевозможная помощь. Был учрежден военно-полевой суд. Честные люди взяли в руки оружие, и сотни мародеров были расстреляны на месте, взяты под стражу или в ожидании суда, как скот, помещены в загоны.
Прежде всего необходимо было очистить город от валявшихся повсюду трупов.
В пострадавший город прибыла некая Кларисса Харлоу Бартон, семидесятидевятилетняя женщина; она объявила, что собирается разбить палатку, где будет раздавать пострадавшим кофе и суп. Позднее весь мир узнает имя Клары Бартон, ставшей основательницей американского Красного Креста. Пока национальные гвардейцы расстреливали мародеров и помогали бездомным обрести хоть какой-то кров, в город вошел отряд рабочих. Первым делом они принялись очищать Галвестон от тлена.
В гавани появились буксиры и баржи, которые использовались для уборки трупов. Рабочие грузили страшный груз в повозки, а возницы, нахлестывая лошадей, переправляли его к воде, где переваливали на баржи. Буксиры отталкивали их подальше в открытое море, где содержимое барж сбрасывали в воды Мексиканского залива.
Материальный ущерб был чудовищным. Некоторые, наглядевшись на разрушенный город, решили, что с них ураганов хватит, и, захватив с собой пожитки, если они еще оставались, навсегда покидали город и побережье.
Те, кто остался, взялись за дело, казавшееся неосуществимым, – начали отстраивать Галвестон. Бригады рабочих трудились круглые сутки, чтобы люди могли где-то жить, чтобы хоть как-то ожили торговля и деловая жизнь. Но каждого, кто предпочел остаться в городе, мучила мысль: «Когда грянет новый ураган?»
И ответ мог быть только один: «Рано или поздно».
Необходимо было что-то предпринять, чтобы защитить Галвестон от ураганов. Чиновники городского управления прислушались к голосу людей, интересы которых они блюли. Чтобы Галвестон вовсе не исчез с лица земли, сказал кто-то из них, необходима надежная мера защиты города от вод Мексиканского залива. Бароны-феодалы в Средние века возводили крепкие стены вокруг своих владений, чтобы защитить их от нашествий врагов, а Голландия отгородилась от моря плотинами и дамбами. Почему бы не построить дамбу и вокруг Галвестона?
Когда представлено было с полдюжины заслуживающих внимания планов, власти Галвестона объявили, что начнут строить надежную и прочную дамбу и что уже никакой ураган не разрушит город. Однако город, который стоит на берегу залива, не может просто пригнуться за стеной и тем самым спрятаться от волн. Ведь если стена будет построена, она должна быть достаточно высокой. Поэтому, решили чиновники, город должен приподнять себя, чтобы оказаться на одном уровне с верхним краем стены.
Галвестонская защитная стена была самым грандиозным инженерным сооружением, когда-либо возводившимся в те времена. Немногим более года спустя после роковой сентябрьской субботы был заложен фундамент этой стены. Разумеется, Великая Китайская стена была длиннее и гораздо внушительнее, но ее постройка продолжалась несколько веков. Между тем жители Галвестона построили большую часть стены к 1904 г.
Ширина ее у основания достигала 5 м, кроме того, со стороны залива ее защищал 8-метровый слой каменной наброски. Постройка стены была лишь частичным решением проблемы, поскольку надо было еще поднять все здания вровень с ее 5,5-метровой высотой. Правда, здания, расположенные ближе к центру, следовало приподнять лишь на 3 м.
Люди и лошади трудились что есть сил. Оси подвод подчас, не выдержав нагрузки, ломались. Бесчисленные тонны песку перевезены были в город и подложены под здания. И когда наконец дамба была сооружена, на волны Мексиканского залива глядел совсем иной город. Федеральные власти, на которых произвело впечатление столь внушительное сооружение, ассигновали несколько миллионов долларов на то, чтобы продолжить стену и построить по ее верху шоссейную дорогу. Галвестон до сих пор испытывает на себе силу ураганов. Некоторые из них причинили ему значительные повреждения, однако благодаря мощной дамбе повреждения эти ничтожны по сравнению с разрушениями, нанесенными городу ураганом 1900 г.
Вулкан, уничтоживший город Сент-Пьер
1902 г.
8 мая 1902 г. взорвался, разлетевшись на части, вулкан Мон-Пеле, который при этом уничтожил один из главных портов острова Мартиника – Сент-Пьер вместе с его населением. В мгновение ока погибло 36 тыс. человек, сотни людей погибли от побочных явлений, включая укусы змей.
Как и большинство «вулканических повествований», данная история начинается с доисторических времен, когда формировались Малые Антиллы. Это группа островов, которые тянутся через вход в Карибское море в виде 700-километровой дуги, выгнутой к Атлантическому океану. Они простираются от пролива Анегада к востоку от Виргинских островов почти до самого побережья Южной Америки. Это вулканические острова. Наибольшей активностью отличались два вулкана: Мон-Пеле на острове Мартиника и Суфриер на острове Сент-Винсент.
Мон-Пеле расположен в северной части острова Мартиника. Он возвышается на 1350 м над городом Сент-Пьер, самым большим поселением на острове.
То, что эта каменная архитектура будет за считаные минуты превращена в мелкие камешки, находилось, вероятно, за пределами самого живого воображения строителей Сент-Пьера. Ни одно извержение Мон-Пеле до 1902 г. не давало никаких намеков на то, что это опасный вулкан. Во время извержения 1767 г. погибло 16 тыс. человек, но большинство погибло на склонах вулкана. С тех пор его извержения становились все слабее и слабее.
Хотя предыдущее извержение предупреждало о себе, вряд ли кто-либо в местном правительстве обратил внимание на это. Так, 2 апреля через некоторые отверстия (фумаролы) на склоне горы стали пробиваться довольно сильные струи пара. 23 апреля на улицы Сент-Пьера посыпался пепел с явным запахом серы, а от подземных толчков попадала посуда с полок.
Начиная с 25 апреля стали появляться более заметные, хотя и не очень тревожные сигналы приближающегося бедствия. Например, раздавались взрывы в кратере. А те, кто осмеливался приблизиться к кратеру на Пеле-Этанг-Секе, слышали звуки кипения. Затем кратер наполнился кипящим озером шириной до 200 м. Рядом с ним возник 10-метровый фонтан перегретой воды.
27 апреля усилилось выпадение пепла. Он завалил некоторые дороги и придал ландшафту зимний вид. Кроме того, поступили сообщения о том, что животные и птицы задыхаются от ядовитого газа, который исходил от вулкана.
Тем временем в одном из кварталов Сент-Пьера выгнанные потоком горячего пепла из своих гнезд змеи заполонили улицы и дворы. Они убивали оказавшихся на их пути цыплят, свиней, лошадей, собак и людей. В тот день от укусов змей погибло 50 человек и 200 животных.
5 мая хлынувшие на гору сильные дожди вызвали потоки коричневой воды во всех долинах юго-восточного склона Мон-Пеле. В тот же день, вскоре после полудня, сахарный завод был погребен под огромной грязевой лавиной с множеством громадных валунов и деревьев. Скатившись с гор, лавина поглотила завод за считаные минуты, залив кипящей грязью 150 человек и оставив на поверхности только трубы. Расправившись с заводом, лавина двинулась к морю. Там она создала огромную волну, которая перевернула два стоявших на якоре судна и затопила нижнюю часть города Сент-Пьер.
Весь день 7 мая Мон-Пеле непрерывно извергался. Но жители Сент-Пьера немного приободрились от новости, что вулкан Суфриер, находящийся в 145 км к югу, на острове Сент-Винсент, взорвался. Ложась спать в последнюю ночь своей жизни, жители Сент-Пьера думали, что взрыв Суфриера уменьшит давление на Мон-Пеле и авось пронесет.
Рассвет 8 мая занимался ясным, день обещал быть солнечным. Столб пара из кратера Мон-Пеле поднялся выше обычного, но, кроме этого, не было ничего странного в поведении вулкана. Около 6:30 корабль «Рорайма» с покрытыми пеплом палубами вошел в порт Сент-Пьера и стал на якорь рядом с 17 другими судами.
А в 7:50 Мон-Пеле разорвался на части. Точнее, прозвучали 4 взрыва, оглушающие, похожие на пушечные выстрелы. Они выбросили из главного кратера черную тучу, которую пронизывали вспышки молний. Но это был не самый опасный выброс. Именно боковые выбросы – те, что с того времени будут называться «пелейскими», – послали с ураганной скоростью огонь и серу по склону горы прямо к Сент-Пьеру. За две минуты все было превращено в пепел. Люди или мгновенно сгорели, или же мгновенно задохнулись.
Все дома, все постройки Сент-Пьера взорвались или частично разрушились. С деревьев сорвало все листья и ветки, остались лишь голые стволы. Каменные и бетонные стены толщиной до метра разорвало на части, будто они были из картона. Шестидюймовые пушки на Норн д’Оранж сорвало с креплений, а статую Девы Марии, весившую не менее 3 т, поток отнес на 15 м от ее основания. На причалах и складах порта взорвались тысячи бочек рома, огненная жидкость растеклась по улицам и ручьями лилась в воду около пристани.
Неудивительно, что не было оставшихся в живых. Перегретый вулканический газ, из-за своей высокой плотности и большой скорости движения стлавшийся над самой землей, проникал во все щели и уголки, никому не оставляя шансов на спасение. Даже спустя 3,5 ч. после выброса – в 11:30 – горящий город настолько горячо «дышал», что корабль из Форт-де-Франса не мог подойти к берегу.
Руины г. Сент-Пьер и единственный спасшийся – заключенный Август Сибарус. Фотоколлаж 1902 г.
Огромная вулканическая туча накрыла район полного уничтожения. Вторая зона разрушений протянулась еще на 60 кв. км. Эта туча, образованная из сверхгорячего пара и газов, отяжеленная миллиардами частиц раскаленного пепла, двигавшаяся со скоростью достаточной, чтобы нести обломки горных пород и вулканических выбросов, имела температуру 700–980 °С и была в состоянии расплавить стекло.
Для того чтобы город ожил и в него могли войти спасатели, потребовалось 4 дня. В городе спасатели увидели картины ужаснейших разрушений. На перегонном заводе выгорели резервуары, представлявшие собой массивные баки из 6-миллиметрового железа, спаянные вместе. Один из наблюдателей отметил: «Как будто по ним вели артиллерийскую стрельбу – они покрылись отверстиями самых разных размеров: от небольших трещин до огромных разрывов в 60, 75 и 90 см по бокам».
Спустя две недели спасатели, прибывшие на американском судне «Дикки», увидели, по словам Анджело Хейлирина из Филадельфийского географического общества, «перекрученные железные балки, огромные массы кровельного покрытия, намотанные, как тряпки, на столбы, на которые их бросил ветер; брусья, завязанные петлей и развешанные гирляндами, как будто они были сделаны из веревок».
Они обнаружили обуглившиеся трупы людей, завтракавших за столами, которые, вследствие избирательной природы капризной тучи, убивавшей людей, были сервированы неповрежденными тарелками, приборами, стаканами.
Многие тела лежали обнаженными – сильный порыв ветра сорвал с них одежду. В ювелирном магазине температура оказалась настолько высокой, что сплавила сотни часовых механизмов в один комок, а неподалеку, на кухне, стояли, целые и невредимые, закрытые пробками бутылки с водой. Прошли месяцы, прежде чем смогли похоронить всех жителей Сент-Пьера. За это время Мон-Пеле извергался еще раз – 20 мая – почти с такой же силой, как и 8 мая. Были разрушены оставшиеся в Сент-Пьере стены и погибло еще 2 тыс. человек. Почти все погибшие были спасатели, инженеры и моряки, доставившие помощь на остров.
Стремительный бег «Черепахи»
1903 г.
Индейцы всегда избегали разбивать свои лагеря вблизи Черепашьей горы, расположенной в канадской провинции Альберта. Белые же люди построили у ее подножия город Франк и вырыли в ней угольные шахты. Свое название гора получила благодаря двойной вершине, которая походила на панцирь черепахи, и известняковой глыбе, которая выступала на 900 м и напоминала голову черепахи, обращенную к реке в долине. Рано утром 29 апреля 1903 г. многие горожане услышали пронзительный свист. Одновременно с восточной стороны горы откололась «голова» черепахи (800 кв. м) и «покатилась» вниз к подножию.
Черепашья гора в Альберте, Канада. По фигуре человека можно определить размер каменной лавины
Катастрофа произошла всего за 100 с. Глыба разрушила все, что встретила на своем пути. Каменная лавина засыпала вход в шахту, где находились 17 рабочих, снесла дома горняков и завалила реку. Железнодорожные пути оказались под 30-метровым слоем горных обломков. Та же участь постигла и южную окраину города.
По официальным данным, общее число жертв в результате горного обвала составило 70 жителей Франка. Однако точная цифра до сих пор неизвестна, так как удалось найти далеко не всех погибших в то страшное утро.
Московское светопреставление
1904 г.
Если вы думаете, что чудеса природы были возможны лишь за океаном, то глубоко ошибаетесь. 29 июня 1904 г. «светопреставление» состоялось и в России. И не где-нибудь, а прямо в первопрестольной нашей столице – Москве.
Причем по стечению обстоятельств путь данного смерча пролегал неподалеку от трех обсерваторий: Университетской в западной части города, Межевого института – в восточной, Сельхозакадемии – в северо-западной. Поэтому обработка записей самописцев, работавших в этот момент в обсерваториях, дала чрезвычайно ценный научный материал, к которому мы и обратимся.
Согласно данным карты погоды, в 7 ч. утра на востоке и западе Европы в тот день располагались области повышенного давления – более 765 мм ртутного столба. Между ними, преимущественно на юге европейской части России, находился циклон, центр которого размещался между Новозыбковом и Киевом. Давление в его центре составляло 751 мм ртутного столба.
К часу дня давление в центре циклона понизилось, сам он сместился ближе к Новозыбкову, а позднее – к 21 ч. того же дня – даже к Смоленску. В последующие дни циклон этот ушел к Финскому заливу и вызвал шторм в Балтийском море.
В тот день сильные грозы отмечались в четырех районах Московской области – Серпуховском, Подольском, Мытищинском и Дмитровском. Грозы с бурей и градом наблюдались также в Калужской, Тульской и Ярославской губерниях.
Ураган, судя по всему, активизировался в Подольском уезде, где пострадало 48 селений, имелись жертвы. Наиболее страшные разрушения и опустошения причинил смерч, возникший к юго-востоку от Москвы, возле деревни Беседы. Ширину грозового фронта метеорологи определили в 15 км.
Его налет практически полностью уничтожил постройки в деревнях Рязанцево, Капотня, Чагино. Далее ураган налетел на Люблинскую рощу, где вырвал с корнем и поломал деревья на площади в несколько гектаров. Не успокоившись на том, разбойник налетел на деревни Грайвороново, Карачарово и Хохловку, вступил в восточную часть тогдашней городской застройки, повредил многие здания, уничтожил попавшуюся на пути Анненгофскую рощу, сорвал крыши домов в Лефортове, повалил вековой лес в Сокольниках, в районе Лосиного острова и закончил свое существование в районе Мытищ. Далее уж наблюдатели смерча не видели, отмечали лишь сильную бурю. Однако и сотворенного вряд ли кому покажется мало.
По сообщениям очевидцев, вихрь представлял собой ствол шириной от 100 до 700 м внизу, постепенно сужавшийся кверху и вновь расширявшийся уже на входе в облако. Впрочем, в иных местах он принимал вид просто крутящегося столба, из-за чего многие принимали его за поднявшийся черный дым от пожара. Интересно, что в тех местах, где смерч проходил через Москву-реку, он забирал столько воды, что на несколько мгновений обнажалось дно.
Сила вихря была такова, что сорванные крыши летали в воздухе, словно клочки бумаги. Его разрушительная работа сопровождалась страшным ревом и опять-таки многими «художествами». Во время налета в Лефортове на кадетский корпус, к примеру, многие были ранены и убиты, а один из воспитанников был поднят в воздух, пролетел около 80 м и, упав в сад, отделался синяками и царапинами. И это еще не самый большой перелет.
Один из московских домов, разрушенный ураганом 1904 г.
Когда смерч был уже в районе Мытищ, он налетел на крестьянку, шедшую с тремя детьми. Маму, старшего и младшего сыновей отбросило в канаву, где они и остались. А вот среднего сына отыскали лишь на следующий день в Сокольниках за несколько километров от места происшествия. Он тоже отделался только ушибами, а о своем воздушном путешествии помнил лишь то, что ему очень хотелось пить.
Налеты ураганов на столицу повторялись и в более поздние времена – в 1945, 1953 и 1984, 1998 гг. Интересно сообщение пилота Логинова, встретившегося со смерчем в воздухе 2 сентября 1945 г. и избежавшего гибели лишь благодаря своевременному маневру с уходом за облака. «В центре самой тучи на высоте около 350 м свился огромный клуб черных облаков, который вращался по направлению движения тучи (как бы катился впереди), – отмечал летчик. – Его видимый диаметр достигал 100–150 м. Когда мы, огибая облако, прошли линию на уровне центра вращения клуба, наш самолет подбросило вверх с огромной силой и через 2–3 с с 300 м мы набрали высоту 450 м. Я дал машине большой угол планирования, однако нас продолжало нести вверх, и даже когда мы были уже в тылу грозы, нас еще 3–4 мин. бросало с огромной силой».
Обычная трясучка в Сан-Франциско
1906 г.
С описания землетрясения в Сан-Франциско (штат Калифорния, США) начинаются все учебники по сейсмологии. Когда в 1846 г. Соединенные Штаты отняли его у Мексики, это было небольшое селение, в котором проживало всего около 600 жителей. Но в 1848 г. в его окрестностях было найдено золото, и это обстоятельство привело к быстрому росту поселка. К 1906 г. здесь находилось уже более 400 тыс. человек, да и окрестности его были довольно густо заселены. Город, расположенный у пролива Золотые Ворота, к этому времени был самым крупным торговым портом на всем тихоокеанском побережье Америки. В нем было много фабрик и заводов, его порт ежедневно покидало до тысячи торговых судов.
В архитектурном отношении Сан-Франциско представлял собой смесь старых и новых зданий. Многие из них строились без какого-либо учета возможных стихийных бедствий, а ведь рядом с ним проходит разлом Сан-Андреас – гигантский шрам, протянувшийся через разнородные природные области. Собственно, Сан-Франциско и расположен прямо на нем. Разлом живет уже 150 млн лет, и за это время движения различных его участков происходили рывками и сопровождались малыми землетрясениями. Накапливающаяся подземная энергия высвобождалась, и опасаться приходится тех участков разлома, где долго сохраняется спокойствие.
Со времени своего основания Сан-Франциско пережил немало землетрясений, во время некоторых из них были и небольшие разрушения. Но о серьезной опасности никто из жителей города не задумывался. Так и ранним утром 18 апреля 1906 г. ничто не предвещало беду. Накануне землетрясения погода в Сан-Франциско была прекрасная. Теплый вечер привлек массы народа в театры и парки. Рестораны и кафе еще и за полночь были полны посетителями. Взошедшее солнце скрывалось за легкой дымкой на море, которая закрывала горизонт. Метеорологи предсказывали ясную, спокойную погоду, и день обещал быть нежарким.
Но вдруг неожиданно смолкло только что начавшееся пение птиц, все в природе на несколько мгновений словно оцепенело. Застыло в напряженном ожидании? Но чего? Никаких предсказаний на этот счет не было. Правда, накануне на побережье Тихого океана ощущались слабые колебания почвы, но до города лишь едва доносился невнятный гул, напоминавший отдаленную канонаду. Подобное явление давно уже стало привычным, и на него мало кто обратил внимание. Жители Сан-Франциско давно перестали опасаться таких колебаний, не испугались они и на этот раз. Собственно, они ведь давно знали, что живут в сейсмоопасной зоне, что толчки неизбежны, следует только вовремя укрыться (если толчки застанут тебя на улице) или в крайнем случае оставаться в домах и встать в дверях – наиболее безопасном месте, если начнет рушиться потолок. «Обычная трясучка, – сказал один из горожан. – Она и вполовину не так страшна, как смерч или ураган».
В 5:11 по местному времени раздался первый удар, который разбудил многих жителей города, за ним последовал второй – самый сильный и разрушительный, после этого последовал еще ряд более слабых сотрясений. Вызванные этими ударами в толще земли волны были настолько сильными, что их отметили сейсмографы в обсерваториях Вашингтона, Токио, Бирмингема, Берлина, Вены, Турина, Страсбурга, Рима, Москвы и других городов.
Страшный гул и треск падающих зданий, как сокрушительный смерч, прокатился по улицам. От подземного удара, продолжавшегося всего 40 с, зашатались многоэтажные здания, вздыбились улицы, обрывались линии электропередачи, лопались водопроводные и газопроводные трубы… Корежился асфальт, булыжники вылетали из мостовой, разрывались трамвайные рельсы, опрокидывались вагоны и автомобили. Гигантское облако пыли взметнулось в небо и затмило солнце. Внезапно наступившая темнота окутала весь город, и только тревожно вспыхивали яркие зарева пожарищ. Красавец город, расположенный в уютной зеленой бухте, город-курорт Сан-Франциско в считаные секунды превратился в пылающие развалины.
Землетрясение имело силу 8,3 балла. Оно продолжалось всего 40 с, но и этого времени хватило, чтобы превратить цветущий город в груду развалин. Позднее ученые установили, что подземная ударная волна распространялась от эпицентра со скоростью 30 тыс. км/ч. Спастись от такой ударной волны, если бы она целиком прокатилась под Сан-Франциско, едва ли бы кто сумел.
От этого землетрясения чудом удалось спастись известному певцу, тенору Энрико Карузо, который за день до него исполнял арию Хосе в опере Бизе «Кармен». Ему рукоплескали, знаменитого певца не хотели отпускать, просили остаться. Он согласился заночевать в отеле и остался в Сан-Франциско. К счастью, отель, в котором он остановился, был несильно поврежден и Карузо остался в живых, хотя и пережил сильнейший нервный шок. Правда, с того момента он поклялся, что никогда больше не будет выступать в этом чертовом трясущемся городе.
Спустя четыре часа после толчков, когда как-то улеглась паника и спасательные команды приступили к разборке завалов, пытаясь извлечь из-под них погибших и еще живых горожан, в центре Сан-Франциско запылал первый пожар.
Собственно, тушить пожар при отсутствии воды – занятие самое безнадежное. Где ее брать, если лопнули водопроводное линии? Как пробираться к завалам, если улицы стали непроезжими? В 1906 г. особой противопожарной техники не было, отсутствовали необходимые высотные лестницы, пожарных машин не хватало. Оставались только пожарные лестницы, по которым, как предполагалось, люди могли бы покинуть объятые пламенем помещения. Увы, эти лестницы оказались выведенными из строя землетрясением.
Три дня и три ночи бушевал огонь в разрушенном, поверженном городе. Буйству огня трудно было противостоять, так как водопроводные магистрали и насосные станции в результате подземных толчков были повреждены. Пожарные, чтобы отсечь охваченные бушующим пламенем части города от уцелевших, рыли траншеи и растаскивали завалы. Использовали взрывчатку, а это нередко вело к новым возгораниям. Вечером первого дня после катастрофы применили слишком большой заряд динамита, и в результате горящие обломки, разлетевшиеся в разные стороны, обрушились на квартал Чайна-таун, который выгорел полностью.