Сердце, молчи

Глава 15

То, что этот момент стал точкой невозврата, пойму чуть позже. А пока с упоением впитывала вибрации его спокойного голоса. Слышала нотки еле уловимого ненавязчивого аромата туалетной воды вперемешку с его настоящим, невероятно мужским и терпким. Запах уверенности и безграничной силы. Мои рецепторы, словно маленькие антенки, поглощали его энергию, которой он щедро делился. Она опаляющая, горячая, колкая, абсолютная. И именно так между нами это произойдёт.

– Я не могу… Я не могу, Ян. У меня есть жених, обязанности…

– Единственная твоя обязанность – быть честной перед собой, прислушиваться к своему сердцу и внутреннему голосу.

– Странно от вас такое слышать. Вы мне показались человеком достаточно прагматичным, который следует своему разуму, а не сердцу.

Он разжал объятья, двумя пальцами приподнял мой подбородок и с прищуром улыбнулся…

– Убедила. Тогда давай заменим слово «сердце» на «интуиция». Ведь следовать интуиции прагматичному человеку, к коим ты и себя, полагаю, относишь, позволительно. Интуиция каким-то образом уже знает, чего мы желаем. Она неоновым маркером подчёркивает именно то, что нам необходимо в определённый момент, делая всё остальное вторичным и неважным.

Ян обхватил моё лицо двумя ладонями и хриплым голосом произнёс:

– Решайся. Побудь эгоисткой хотя бы раз. Ради себя самой.

– Нет, – я помотала головой, – я не могу так.

– Анна…

– А потом? Что будет потом? Жить воспоминаниями, которые ничего, кроме угрызения совести, мне не принесут? Мне это вовсе не интересно, Ян Кириллович.

– Иногда мы не осознаём ценность момента до тех пор, пока он не станет воспоминанием.

– Ценность какого момента? Секс с вами? Вы слишком самоуверенны, раз считаете, что короткая связь между нами станет чем-то значимым в моей жизни.

Слишком поздно поняла, что надо бежать. Когда стальной цвет его глаз расплавился ртутью, а сильные руки сжали волосы на моём затылке, фиксируя голову, я замерла под впечатлением новых ощущений. В его действиях было столько решимости, что с опозданием поняла: нужно было хотя бы немножко повозмущаться для приличия, прежде чем позволить его губам коснуться моих.

Порочно, влажно, глубоко, неистово, бешено. Поцелуй полностью отражал суть мужчины, вниманием которого невольно завладела. Его силе невозможно было не подчиниться, а напору не поддаться, но я и не противилась этой мощи. Мне нравилось ощущать его язык у себя во рту, нравилось чувствовать, как рука медленно спускалась вдоль позвоночника, пока не сжала попу сильными тисками, порождая из моего горла протяжный стон.

Ян неожиданно прервал поцелуй и отстранился, вглядываясь в моё пылающее лицо.

– Сладка-я… Я сразу это понял, но не думал, что настолько. Хочу попробовать тебя всю и везде.

Как же пошло и порочно звучат его слова. И этот взгляд, полный обещания подарить все блаженства вселенной, не оставляет никакого выбора. На этот раз сама потянулась к его губам, но он предотвратил контакт, второй рукой обхватив мои щёки.

– Твой ответ, Анна.

Какой ответ? О чём он? Почему больше не целует меня? Ведь ещё секунду назад я упивалась напором жёстких губ и дерзкого языка.

Прикрыла глаза и сделала глубокий вдох, ощутив клубничное дыхание на лице.

– Я должна подумать. Это неоднозначная ситуация. Всё очень сложно, Ян.

Всё ещё чувствовала его вкус на своём языке: еле уловимая горечь табака и что-то очень индивидуальное, несравненное…

– Хорошо, – легко согласился, выпуская из своих объятий, отчего, даже несмотря на жаркий день, стало вдруг холодно. – В таком случае, не буду беспокоить тебя до вечера, вилла полностью в твоём распоряжении.

Оказавшись в своей комнате, связалась с консульством. Девушка любезно сообщила, что необходимая справка, с помощью которой смогу вернуться в Россию, будет готова завтра в десять утра. Именно такого ответа и ожидала, но, услышав его, почувствовала неожиданно нахлынувшее внутреннее противоречие. Оно лишало здравого мышления. Мне бы радоваться, что буквально уже завтра покину остров и его хозяина, вернусь в свою спокойную и размеренную жизнь, в родную стихию, полную безмятежного идиллического комфорта, который так усердно и долго создавала.

Но нужен ли мне он? Мир, в котором я сейчас существую, такой идеальный и безукоризненный, в нём давно всё разложено по полочкам. Сплочённый механизм безупречно функционирует, там нет места спонтанности и самодвижению. Боже! Даже встречи с будущим мужем мы согласовываем заранее через наших секретарей. И так будет всегда, даже запланированный секс – строго по средам и субботам. Мерзость.

А душа просит импульсивности и спонтанности. Хочет вырваться на волю, сбросить тяжёлые кандалы, выйти за пределы строго ограниченных рамок и перейти черту дозволенного. Но смогу ли я? Синдром отличницы, которым страдаю всю свою сознательную жизнь, вряд ли мне позволит.

До вечера ещё далеко, поэтому решила пока расстаться со шквалом тяжёлых мыслей и насладиться прекрасной погодой. Бирюзовый океан манил окунуться в тёплую воду. На мне снова цельный купальник – других не взяла. Очень удобно, когда плотная тёмная ткань стягивает лишние сантиметры вокруг талии. Океан спокойный, поэтому позволила себе заплыть достаточно далеко от берега. Вид на виллу великолепный. Она огромна, но гармонично смотрится на фоне дикой природы. Уверена, Ян спроектировал дом таким образом, чтобы тот вписывался в местный ландшафт.

Остров поражал своей дикой, нетронутой красотой, и мне вдруг стало немного грустно оттого, что её уже совсем скоро грубо коснётся рука современного мира. Зная отца, я была уверена, что гостинца, которую он собирался здесь построить, будет отличаться пафосом и помпезностью. Как бы сильно ни хотела, но переубедить его отдать предпочтение варианту, который бы подходил под остров, вряд ли смогу. Остаётся только надеяться, что найдётся человек, который сможет повлиять на его решение.

Плавными гребками доплыла до берега. Белый песок был невероятно горячим, и потому решила оставаться на мелководье. Легла на мокрую полоску песка, сюда изредка добиралась тёплая волна, лениво касалась разгоряченного тела. Теперь я чётко понимала, каких именно блаженств лишала себя в погоне за расположением отца, которого так и не получила. И моё острое желание изменить что-то в своей жизни, которое уже давно засело глубоко внутри, сейчас уверенно прорывалось наружу. Процесс пошёл, необходимо только быть немного смелее и бесстыдно брать то, что сама судьба решила мне подарить.

Глава 16

– Я надеюсь, ты использовала солнцезащитный крем.

Широкая тень полностью заслоняет меня от солнца. Ян нависает надо мной, сложив руки на рельефной груди. Не вижу выражение его лица, но он, судя по недовольству в голосе, немного злится.

Приподнялась на локтях и согнула ноги в коленях.

– Я как раз собиралась уходить.

– Немедленно беги в тень, Анна. Боюсь, ты уже получила ожог.

«Заботливый какой», – мысленно хмыкнула.

– Только сполоснусь от песка.

Он протянул ладонь, помогая встать на ноги. Мышцы на крепкой руке напряглись, дорожки вен проявились чётче. Наверное, при других обстоятельствах я бы в очередной раз устыдилась своих пышных форм, но не сейчас, когда серые глаза с неприкрытым восхищением оглядывали моё тело. Красота зависит лишь от точки зрения наблюдателя? Ну-ну. Возможно прав оказался древнеримский поэт.

И по каким-то непонятным причинам впервые не постеснялась своего неидеального внешнего вида: ни растрёпанных волос, в которых затерялись миллионы песчинок, ни наверняка уже обгорелого красного носа.

Мы стояли непозволительно близко друг к другу, но мне плевать. Я млела от давящего присутствия, балдела от его рваного дыхания, что шевелило мои мокрые волосы на виске. Нравилось ощущать кожей невидимую силу мужчины, которому скоро буду принадлежать. Да. Я всё уже решила, или решил он, а я иду, ведомая, за его вибрирующим желанием? Впрочем, это уже не важно, потому что ощущение, будто стою на пороге новых открытий, всепоглощающе, оно абсолютно по своей сути и очень правильное.

Моя рука всё ещё в его, подушечками пальцев гладила загрубевшие мозоли на ладонях мужчины и смотрела в бездонные серые глаза. А там, на дне, видела отражение собственного желания. Оно почти осязаемо и тягучей массой обволакивало наши тела, отчего мои коленки начали дрожать, а губы сами приоткрылись, моля о поцелуе. Закрыла глаза, в предвкушении опрокинула голову назад и приподнялась на носочках, чтобы ему было удобнее меня целовать.

– Чего ты хочешь, Анна?

М-м? Распахнула в недоумении глаза. Тяжёлый взгляд был серьёзен, могучая грудь ходила ходуном…

– Целоваться хочу.

– Мне будет недостаточно одних поцелуев. Я хочу, чтобы помимо моего языка в тебе оказалось что-то ещё – более твёрдое и тяжёлое.

– Хорошо, – без малейшего сомнения ответила, – я согласна.

Опустила голову, в надежде скрыть предательский румянец. В глазах Яна хотелось выглядеть искушённой и бесстыдной, но если лишь короткая фраза заставила меня настолько покраснеть и разволноваться, то что уж говорить о том, как буду себя чувствовать в момент Х?

Сталь в его глазах медленно плавится, превращается в горячее серебро. Оно переливается всеми оттенками, обещает неземное блаженство, и я верю… Верю, что уже очень скоро буду парить в облаках и познавать рай.

Когда я хочу окунуться в океан, чтобы смыть с кожи песок, Ян останавливает меня и ненавязчиво тянет за руку в сторону виллы. Мы идём медленно, будто пытаемся оттянуть момент нашей близости, и от этого предвкушение становится во сто крат острее и ярче. Сгусток бешеной энергии в животе, который, знаю, взорвётся, как только Ян прикоснётся ко мне по-настоящему. Нет ни капли сомнения, что совершаю ошибку, наоборот, ощущение правильности происходящего полностью овладевает мной. Нахожусь именно там, где должна быть, и с тем, кто меня достоин.

Хозяйские апартаменты находились в левом крыле виллы. Мы миновали небольшую личную гостиную, прежде чем попали в спальню Яна. Она практически ничем не отличалась от моей, только была немного шире. Больше всего поразила ванная комната. Здесь не было крыши, везде росли дикие растения и настоящие витиеватые деревья. Вместо ванны располагалось подобие небольшого озера с прозрачной водой, а стены душа, куда меня затолкал Черных, из плотных деревянных плетений.

Прижалась лопатками к прохладной поверхности, а следом надо мной навис Ян. Руками упёрся в стену по бокам от моей головы. Я чувствовала лишь горячее дыхание на своей щеке и жар мощного тела. Мужчина долго и пристально всматривался в моё лицо, прежде чем шершавая ладонь приподняла мой подбородок и подушечки пальцев провели по губам, приоткрывая их. В серых глазах бушевало торнадо неприкрытого порока, неистово затягивало мою душу в воронку наслаждения, в котором скоро потеряю всю себя без остатка.

Все чувства обострены. Я не только слышала мужской волнительный запах, но и ощущала, как сквозь крошечные поры он проникал в моё тело и навсегда впитывался в нутро.

Невыносимо сильно хотелось прикоснуться к Яну, что даже расстояние между нами приносило физическую боль. И, когда ладонью коснулась места, где под гладкой кожей бешено стучало сердце, наступило облегчение. Но, как оказалось, лишь временное, потому что уже через мгновение снова почувствовала невыносимую потребность его трогать, но уже не только руками. Хотела полностью раствориться в нём, желала стать его частичкой, оставить след, точно так же, как и он, я уверена, оставит свой во мне.

Неожиданно на нас посыпались крупные капли воды. Это потом поняла, что Ян включил душ, который имитирует настоящий ливень, а тогда одна мысль, что я с этим мужчиной буду заниматься любовью под настоящую музыку дождя, разносила разгоряченную кровь по венам ещё сильней.

Ян вдавил меня тяжёлой массой в неровную поверхность стен. От боли и неожиданности охнула, выпустив весь воздух из лёгких, и он тут же набросился на мой рот в порочном поцелуе. Целовал глубоко, влажно, лизал и кусал губы, а руки уже приспускали лямки купальника, что гармошкой складывался на талии. Неожиданно Ян отстранился и встал передо мной на колени, продолжая стягивать мокрую материю. Когда я полностью предстала перед ним голая, с восхищением оглядел каждый сантиметр моего неидеального тела.

– Ты невероятная, – услышала сквозь льющуюся воду.

Именно так себя и чувствовала, когда он встал и с трепетом сжал мою ноющую грудь, что отяжелела от желания и стала чувствительнее. Мозоли на ладонях царапали нежную кожу, но я млела от грубой ласки, мне нравилось это ощущение – наслаждение, граничащее с болью.

– Потрогай меня, – донеслась хриплая просьба.

Меня не нужно просить дважды. С упоением дотронулась до гладкой, загорелой кожи. Под ладонями бугрятся напряжённые мышцы. Ян невероятно красивый мужчина с худощавым, сильным телом. Стискиваю сильнее его плечи, бесстыдно трусь промежностью о внушительную выпуклость, что натягивает его плавки. Как же мне хочется большего, поскорее ощутить чёткие толчки внутри и тяжесть его тела. Он с жаром отвечает на мой призыв и прижимает ещё теснее. Между нами нет ни миллиметра расстояния, даже вода не может просочиться между разгоряченными телами.

– Так сильно тебя хочу, – шепчу сквозь поцелуй.

Как пушинку, поднимает меня за ягодицы, отчего ощущаю себя маленькой, беспомощной девочкой рядом с ним, таким сильным и мощным.

– Обними меня ногами.

Я беспрекословно подчиняюсь хриплому приказу и продолжаю целовать его лицо, пока мы направляемся в спальню. Вода смыла песок с наших тел, мы всё еще оба мокрые, но это такие пустяки, когда два человека полностью поглощены друг другом. Бережно кладёт меня на всё ещё неубранную постель, которая пропитана его умопомрачительным запахом. Возвышается надо мной, с жадностью разглядывая тело.

– Ты очень красивая, Анна.

Это неправда, но я благодарна его словам. Застенчиво улыбаюсь и пальчиком маню к себе:

– Иди ко мне.

Тут же сбрасывает мокрые плавки на пол, упирается коленом в матрац. Теперь могу полностью оценить его силу. Для меня он идеален.

– Раздвинь ноги шире, Анна. Я хочу видеть тебя всю.

Наверное, он гипнотизирует своим порочным взглядом или хриплым низким голосом, но я снова без какой-либо скованности подчиняюсь его просьбе. Уже настолько возбуждена, что желание капелькой скатывается между бёдер и впитывается в простыню. И он это видит. Видит мою набухшую плоть и блестящие складочки.

– Я не хочу больше ждать, Ян. Не надо прелюдии. Пожалуйста.

Я сойду с ума, если прямо сейчас он меня не возьмёт.

Ян быстро раскатывает презерватив на члене и накрывает своим телом.

Не прерывая зрительного контакта, входит одним чётким движением. Несмотря на возбуждение, резкая боль пронзает моё тело. И этот момент не остаётся незамеченным.

– Анна? – взволновано спрашивает мужчина.

– Всё в порядке. – Я фокусирую на нём взгляд. – Просто ты немножко большой, я сейчас привыкну. Не останавливайся, пожалуйста.

Притягиваю его голову ближе и целую жёсткие губы. Он глотает моё дыхание и снова начинает двигаться, на этот раз осторожно и медленно. Как же хорошо! Не сдерживаю себя и стону сквозь наши поцелуи.

Двигаюсь навстречу, насколько позволяет тяжесть его тела. Сгусток энергии внизу живота потихоньку обретает форму огромного огненного шара, ещё чуть-чуть – и он взорвётся. Ян ускоряет темп, вдалбливает моё тело в матрас, переплетает наши руки и поднимает их над моей головой. Меня разрывает изнутри от наслаждения, не могу сдерживать стоны…

Взрыв происходит очень быстро, его волна разрывает изнутри мою душу на миллионы маленьких осколков, которые я вряд ли когда-нибудь смогу снова собрать воедино. Теряю зрение на пару секунд, вижу лишь калейдоскоп из маленьких искр. Сладкие волны оргазма всё ещё накатывают, потому что Ян по-прежнему равномерными толчками наполняет меня до упора. Ритмично сжимаю мышцами его член, и через минуту он с рычанием стискивает мои бедра, изливая своё удовольствие.

Глава 17

Мы настолько измождены, что не осталось сил хотя бы дойти до кухни и утолить жажду.

Тук-тук-тук. Подо мной размерено стучало сердце Яна.

Мур. Громко урчал в ответ мой желудок.

Какой позор!

– Голодна?

– Нет.

– Врёшь, – легко констатировал правду Черных, лениво перебирая длинными пальцами мои мокрые волосы.

Я лежала на нём, распластанная тяжёлой рукой. Девушка я не лёгкая, понимала, что даже такому сильному мужчине, как Ян, не очень удобно удерживать на себе пышную мамзель, поэтому несколько раз пыталась подстроиться под его боком, но он предотвращал мои попытки, крепко удерживая на месте.

– Лежи спокойно, Анна, не ёрзай, если только снова не хочешь заняться сексом.

Услышав фразу, замерла в неудобной позе и больше не смела шевельнуться. Сексом больше не хотелось заниматься. Сегодня уж точно. Внизу живота тянуло, между бёдер немного саднило. Слишком напористым и ненасытным оказался господин Черных. А с виду такой холодный и неприступный.

Довёл три раза до оргазма. Мой персональный рекорд, полагаю, сегодня был установлен, и в будущем вряд ли смогу его побить. Однозначно. Просто знала, что настолько яркие эмоции и неземные, ни с чем не сравнимые ощущения, которые испытала рядом с этим мужчиной, больше уже ни с кем не смогу пережить.

Этот опыт навсегда останется в моей памяти, как что-то невероятное и феерическое, из области фантастики. Я ни о чём не жалела и, уверена, никогда не буду. Только грустно становилось оттого, что уже завтра, скорее всего, вернусь домой, навсегда оставив на этом острове частичку себя.

Ян приподнялся, и я (О, Аллилуйя!) скатилась в сторонку. Хотела прикрыться простынёй, но мой новоиспечённый любовник не позволил этого сделать. Неторопливо, с ленцой, глядя в глаза, разжал один за одним мои пальцы, впившиеся в плотный хлопок, затем стянул его с груди, медленно раздвинул коленом мои ноги и удобно устроился между бёдер с довольной улыбкой на лице. Провёл носом по животу, очертил языком узор вокруг пупка и медленно спустился вниз, выжигая дорожку из горячих поцелуев.

Это что же такое происходит?! Неужели это то самое?!

– Ян? – то ли испуганно, то ли удивлённо окликнула этого бесстыжего дарителя неземного наслаждения. – Что ты делаешь?

Вцепилась в его волосы, попыталась увернуться, но меня с лёгкостью уложили в исходное положение.

– Я же сказал, что хочу тебя попробовать.

Навис надо мной, удерживая руки над головой.

Во все глаза глядела на него, чувствуя твёрдую эрекцию в промежности. Ох!

Прикусив нижнюю губу, тихо произнесла:

– Но не в буквальном же смысле.

Дьявольский искуситель улыбнулся ленивой порочной улыбкой и хрипло на ухо сказал:

– Я, милая Анна, как ты уже заметила, всегда говорю только по существу.

Горячее дыхание опалило нежную кожу, посылая миллионы сладких импульсов по всему телу, а потом его рука медленно спустилась вниз и накрыла набухшую желанием горошину.

Слегка надавил на неё, заставляя изогнуться от наслаждения, и смачно поцеловал в губы. Ян углубил поцелуй, одновременно вводя в меня палец. Что же он творит со мной! Мне так хорошо, что с трудом сдерживаю себя, чтобы не застонать в голос. Неистово терзает и сосёт губы, чередуя с нежным давлением языка. И, если там, внизу, он будет делать это именно так, то моя маленькая вселенная взорвётся мощнейшим всплеском неземного блаженства. Я была в этом твёрдо уверена, точно так же, как неумолимо уверенно голова Яна Черных снова спускалась вниз.

– Попробуй, тебе понравится.

Ян предложил дольку жёлтой мякоти, незнакомого овального фрукта с золотистой и тонкой кожурой. Я протянула руку, разглядывая необычный плод, но он покачал головой:

– Открой рот, Анна.

Подчинилась приказу, глядя в завораживающие серые глаза, и с наслаждением прикрыла веки, когда терпкий кусочек мякоти, напоминающей по вкусу нечто среднее между ананасом и манго, коснулся языка.

– М-м-м, – облизала губы, – очень вкусно, что это?

– Полинезийская слива. Некоторые местные жители называют её яблоком Цитеры.

Ян наклонился и слизал капельку сока сочного плода с уголка моих губ.

– Сладкая, – хрипло произнёс, а я моментально покраснела, вспоминая, как он шептал это слово и каким именно способом доставлял удовольствие.

Его порочные губы, язык и дерзкие пальцы вытворяли там, внизу, нечто исключительно потрясающее и до сих пор мною непостижимое. Абсолютное блаженство было настолько безумным и острым, что в тот момент мне казалось, что схожу с ума.

После продолжительных ласк и бешеного секса, мы, изнемогающие от усталости, еле добрались до ванной комнаты. Ян помог спуститься в ту самую ванну, которая ранее привлекла моё внимание, и принёс поднос, полный экзотических фруктов и ягод.

Сейчас мы нежились в тёплой воде, пили холодные напитки и смаковали сочные плоды, а над нами чёрным покрывалом простиралось открытое ночное небо с мириадами искрящихся звёзд.

Комната напоминала пещерный грот, в ней очень неожиданно, но гармонично сочеталось несочетаемое: стены и пол, облицованные натуральной породой камней, и многочисленные дикие растения, а отсутствие потолка создавало впечатление дикого и необитаемого места.

– Здесь очень красиво, Ян, и необычно.

– Согласен.

Я перевела взгляд на мужчину напротив – абсолютно голого, с порослью чёрных волос на груди и жёсткой щетиной на лице – который, раскинув сильные руки вдоль широких бортов ванной, следил за мной сквозь отяжелевшие веки. Расслабленный, уставший дикий зверь.

– Это место очень подходит тебе.

Губы, дарившие ещё совсем недавно райское наслаждение, расплылись в улыбке, напоминающей оскал, а красивые черты лица заострились, выдавая в нём истинную суть. Суть опасного и безжалостного хищника. Ян Черных вовсе не простой человек, вдруг поняла я. Он мог подарить неземные наслаждения, окутать заботой, сделать так, что неуверенная в себе девушка вдруг почувствует себя самой желанной и самой красивой женщиной на свете. Но правда заключалась в том, что он с такой же лёгкостью мог полностью уничтожить и стереть с лица земли любого, кто посмеет встать на его пути.

Глава 18

Словно от дуновения холодного ветерка, моя кожа вдруг покрылась многочисленными крошечными мурашками. Я подтянула ноги к груди и обняла колени руками. Вновь подняла лицо вверх, чтобы насладиться сиянием далёких звёзд, одновременно продолжая ощущать цепкий взгляд мужчины напротив.

– В гостиной тоже есть место, неприкрытое крышей, а что, если пойдёт дождь? – сказала первое, что пришло на ум, лишь бы разбавить давящую тишину.

Ян долгое время не отвечал на вопрос. Уверена, продолжал буравить меня тёмным взглядом, и поэтому уже не ждала ответа, когда он произнёс:

– Умная система дома считывает информацию о прогнозе погоды с интернета. За полчаса до начала дождя крыша автоматически закрывается.

– Правда? – любопытствую и всё-таки перевожу взгляд на Яна. – Это очень интересно. То есть здесь всё автоматизировано? Я нахожусь в настоящем умном доме?

Улыбка Яна потеплела.

– Именно так, Анна. Ты находишься в настоящем умном доме. Только между автоматизацией и концептом умного дома большая пропасть.

– О. Я далека от этого. Извини. И в чём же разница? В моём представлении это выглядит так: я нажимаю кнопку на пульте, и свет в комнате тускнеет до комфортного для меня уровня. Или тем же нажатием кнопки в телефоне, например, запускаю свою стиральную машину.

– Всё, что ты перечислила, – это автоматизация, запрограммированное выполнение функций, а умный дом – это скорее искусственный интеллект. У дома есть мозг, собственное мышление, он подстраивается под повадки жильцов, обеспечивает им максимум комфорта и безопасности.

– Предполагаю, это стоит очень дорого.

– Не дёшево, но и не заоблачные суммы в десятки миллионов долларов, которые Гейтс, например, в девяностых потратил на внедрение этой системы в единичный экземпляр недвижимости. Времена меняются, мир технологий быстро прогрессирует и уже совсем скоро это станет частью нашей повседневной жизни. К тому же доступной.

– Звучит жутковато.

Он продолжал смотреть на меня внимательным взглядом, чуть наклонив голову в бок.

– Почему?

Пожала плечами.

– Потому что неизвестно, к чему это приведёт.

– Отчасти с тобой согласен. Только со временем мы сможем прочувствовать по полной, как изменятся наш быт, жилое пространство, наши привычки. Но мир меняется каждый день. Причём стремительно. А с ним меняемся и мы, у нас появляются новые идеи, новые концепты, проекты. Это нормально, Анна.

– Наверное, ты прав. Но… хотелось бы самой зимним, холодным вечером поджигать поленья в камине, а я боюсь, что все эти технологии лишат меня такой привилегии.