Оковы судьбы. Клетка для сердца

Пролог

Вокруг стояла темень. Изредка сквозь кроны деревьев пробивался лунный свет, освещая тропы мрачного леса. Громко выл промозглый ветер, выгибая с жутким скрипом стволы могучих деревьев.

Вдох–выдох… Сквозь чащу шустро продиралась беглянка. Она мчалась вперед, петляя зигзагами. Лапы уже давно были сбиты в кровь. Дыхание рваным. В ушах плескался гул. Сердце бешено стучало о ребра, грозясь вырваться наружу. В боку нестерпимо кололо. В голове набатом звенели мысли: бежать, скрыться и выжить.

Острые ветви и коряги беспощадно хлестали тело. Валявшиеся на пути камни и торчащие корни затрудняли движение. Благо природная грация и острое зрение облегчали бег. Она сильно вымоталась, но останавливаться было нельзя – иначе смерть…

Сзади доносился свист, ругань и громкий топот преследователей. Охотники мчались буквально по пятам, и от них никак не удавалось оторваться. Сколько уже длилась эта погоня? Кажется, вечность, но нет – всего несколько дней. Глаза резало от слез, что грозились сорваться в любую секунду, но волчица мотнула мордой, не позволяя им пролиться. Нельзя. Силы стремительно уходили. Но она не сдавалась, держалась лишь на одном упрямстве.

Впереди неожиданно выступила широкая отвесная скала, заросшая мхом. Обогнуть её мешал глубокий ров.

«Неужели тупик?» – промелькнула страшная мысль.

Сзади раздались ликующие крики и лязг обнажившейся стали. Беглянка испуганно обернулась. Несколько воинов в тёмных плащах отрезали путь. Настигли всё–таки. Загнали в угол.

Волчица поджав хвост, попятилась к шершавой холодной поверхности.

Вперед вышел предводитель и мягкой поступью с грацией хищника, стал приближаться. Лицо его скрывалось в тени капюшона, но глаза… его огненно–красные глаза вселяли ужас.

Страх сковал всё естество, не позволяя сдвинуться с места. Сердце бешено заколотилось, громко ухая в груди. Казалось, за плечом охотника стояла сама старуха–смерть. И она призывно раскрыла свои холодные объятья. Мужчина приблизился и склонился к ней.

– Вот ты и попалась, – раздался насмешливый властный голос.

Глава 1

 Мириады ярких звёзд усеяли тёмный небесный бархат. Из–за пышного облака выглядывала багряная полная луна, бросая свой мягкий свет на холмистую долину. По широкой дороге проложенной меж скал, ехала карета, запряженная четвёркой вороных.

Алый восьмиглавый дракон, изогнувший длинные восемь хвостов на гербе, сиял из далека, отражая лунные блики, как и позолоченная крыша. Рядом скакали шесть вооруженных всадников.

– Хе–ей! – прокричал кучер, приструняя кнутом испуганных лошадей. Те пряли ушами и громко ржали, когда из чащи дремавшего леса доносились крики сов и рев дикого зверья.

Внутри кареты на мягком сидении расположился статный мужчина, закинув ногу на ногу. Его чёрные длинные волосы были собраны в высокий хвост, непослушная челка спадала на бледное аристократическое лицо. Темные брови хмурились от усталости. Взгляд синих миндалевидных глаз был обращен в приоткрытое окошко на проносящиеся мимо очертания долины – его владения.

Скоро они наконец–то прибудут во дворец, и он сможет отдохнуть от дел, которые ему поручил отец. Представив предстоящие развлечения, мужчина ухмыльнулся краешком губ. Да, развлекаться он умел. Ямата–но Ороти Канан (именно так звали наследного принца), глубоко вдохнул ночной воздух…

Неожиданно в нос ударил запах свежей крови. Он прикрыл глаза и сосредоточился, изгоняя лишние мысли и звуки.

Тук–тук… Острый слух уловил слабый стук сердца и тихое прерывистое дыхание. Процессия как раз съехала с дороги, проложенной вдоль крутого обрыва, и мужчина подал кучеру сигнал остановиться.

Дверца кареты приоткрылась, и наследник ступил на мягкую, чуть влажную траву, свет луны упал на его высокую фигуру. Промозглый ветер пронёсся вихрем, взвив полы темно–синего кимоно расписанного серебряной нитью. На поясе в ножнах покоилась искусная катана, угрожающе поблескивая в полумраке. Канан ещё раз вдохнул ночной воздух: сладкий запах доносился от подножия обрыва.

– Оставайтесь здесь, – приказал он своим воинам.

Самураи было хотели возразить, но ледяной взгляд синих глаз пригвоздил к месту, и перечить им враз расхотелось. А венценосный господин неспешно направился по следу.

Благодаря острому зрению, которое позволяло отлично видеть даже в темноте, Ороти обнаружил девичью фигурку лежащую среди крупных валунов. Длинные пепельные волосы укрывали хрупкое нагое тело, кое–где они пропитались кровью. Незнакомка была изранена, но находилась в сознании. Её грудь еле заметно поднималась и опускалась, с уст срывалось тихое бормотание. Она дрожала под порывами холодного ветра.

«Красивая. Никогда раньше не встречал особ с такой внешностью. Откуда она здесь? Да ещё и без одежды…»

Принц Крови оценивающе осмотрел высоту обрыва. Должно быть чужачка, решил он, поскольку в его краях светловолосых не встречалось. И явно обладает магическими способностями или ускоренной регенерацией, иначе не выжила бы при падении.

Под ногами с громким треском раскрошился хрупкий камень, прорвав тишину.

– К–кто… здесь? – тихо просипела девушка. Канан витиевато выругался про себя и шагнул по направлению к ней.

– С–стойте! Не п–подходите! – надрывно прохрипела раненая, отползая подальше.

– Успокойся. Я не причиню тебе вред, – раздался ровный стальной голос.

Мужчина поднял руки в успокаивающем жесте и медленно продолжил приближаться. Затем опустившись перед несчастной на корточки, потянул к ней руку.

– Н–не трогайте меня, – вновь послышался шепот. Незнакомка вжалась в землю, в изумрудных глазах застыли страх и боль. А ещё непонимание происходящего.

– Спокойно. Я же сказал: не причиню вреда, – хмуро подметил Канан.

Светловолосая незнакомка замерла от его тона. А наследник меж тем оторвав от своего одеяния несколько полосок ткани, стал перевязывать самые серьёзные раны.

«Такие мог нанести лишь меч охотника, она потеряла много крови. Удивительно, что нет переломов».

Запах её крови сводил с ума, и мужчине пришлось стиснуть зубы. Хороша. Определенно хороша. И теперь он её никуда не отпустит.

Принц коснулся девичьей руки, прикрывающей грудь, и осторожно потянул на себя. Увидев, что несчастная собралась возмутиться, опередил:

– Не стоит. Я просто перевяжу раны, а до твоих прелестей, – он ухмыльнулся, – мне сейчас нет никакого дела. Всё равно из–за твоих волос ничего не видно.

Тут Канан немного приврал, кое–что рассмотреть он всё–таки смог и ему это определенно пришлось по вкусу.

Незнакомка настороженно наблюдала за его действиями, из–за накатившей паники внутри бешено колотилось сердце. Мысли расползались и складываться в логическую цепочку не желали. Лишь один сплошной непроницаемый туман окутывал своими мерзкими щупальцами. И боль, море боли.

Покончив с ранами, Ороти снял верхнее кимоно оставшись в хантэн* и чёрных свободных штанах. Катану вернул на пояс.

– Ч–что вы делаете? – сдавленно спросила раненая. Холодок пробежал по коже, проник внутрь, стремясь добраться до замершего в страхе сердца.

Ухмылка наследного принца стала шире. Наклонившись, он осторожно закутал свою добычу и, подхватив её под спину и колени, стремительно поднял, прижимая к своей груди.

– Н–нет! Пустите! – прохрипела в очередной раз девушка.

Но Канан на вялое сопротивление не обращал ровно никакого внимания, продолжая шагать обратно к своим людям. Лишь на секунду остановившись, заглянул в испуганное лицо своей неожиданной добычи и его синие омуты полыхнули красным. С его губ сорвалось:

– Спи…

И светловолосая покорно закрыла веки, уплывая в сонное, такое сейчас необходимое для измотанного организма царство.

Добравшись до кареты, Канан под всеобщее молчание самураев, осторожно внёс уснувшую находку внутрь и уложил на сиденье, обитое мягким бархатом. А после принялся одевать новое кимоно, тут же немедленно поданное верным воином. И забравшись в карету сам, отдал приказ отправляться. «Фьють!» – пропел кнут, и позолоченная повозка поколесила дальше.

Принц Крови меж тем рассматривал девушку.

Мелкие порезы покрывали бледные нежные черты, пушистые ресницы подрагивали, скрывая раскосые глаза цвета сочной листвы. Светлые аккуратные брови слегка изогнуты дугой, маленький немного курносый носик. Взгляд опустился на пухлые губы, такие манящие. Не удержавшись, Канан провел по ним подушечкой большого пальца. А затем, повинуясь внутреннему чутью, обратил внимание на багряную полную луну в окне. Казалось, от ночного светила исходил пульсирующий свет.

– Интересно…

***

Наследный принц неспешно ступал по темному коридору дворца, пребывая в своих мыслях, а крутились они около одной особы.

Дойдя до нужной комнаты, не постучавшись распахнул створки фусума* с рисунком журавлей и попал в довольно мрачное помещение, освещаемое множеством свечей. В кабинете находилось пару шкафов со встроенными искусно вырезанными ящиками из темного легкого по весу дерева, по углам стояли вазы прошлых династий с бумажными цветами. Герб клана с алым восьмиглавым драконом и со столькими же хвостами свисал с потолка. Стены украшала богатая коллекция оружия.

За низким письменным столом заваленным свитками и стопками книг, на подушке восседал черноволосый мужчина и, хмуря брови, что–то изучал.

– Отец, ты звал меня? – отстранено осведомился Канан. Глава Рода оторвался от чтива и взглянул на сына проницательными тёмными глазами. Уже немолодое лицо покрывала сеть мелких морщинок. Ровный нос, высокие скулы и твёрдый волевой подбородок делали черты Миширо Ороти жесткими и властными. По сути он таким и являлся, а иначе в их мире не выжить. Оставили свой след и многочисленные войны, что пережил за это время клан.

– Да. Проходи, садись, – но наследник остался стоять на месте, смотря сверху вниз на отца. Миширо нахмурился, цыкнув про себя на выросшего упрямца.

– Канан, через месяц состоится прием, – на последней фразе Ороти–старший поджал губы, потому что прекрасно представлял реакцию сына на это заявление.

– Отец, ты…

– Хватит! – оборвал на полуслове. Глава Рода взирал укоризненно со сталью в чёрных глазах. Ох, как он устал от всего этого. – Прошло уже много времени, пора перестать жить прошлым. Сульри хотела бы этого. Мне тоже больно, но жизнь не стоит на месте и продолжается. – Миширо горько вздохнул, от воспоминаний кольнуло сердце. – Да, и на прием прибудет твой брат.

А вот это стало неожиданностью. Нет, не так. Это было, словно гром ударил посреди ясного неба. Глаза наследного принца налились кровью, губы сжались в тонкую полоску, а на скулах заиграли желваки.

– Успокойся! Я знаю, ты этому не рад, но так нужно. На приеме соберутся знатные кланы, и нам нужны новые связи. Ты меня понял, сын? – припечатал Миширо.

– Да, отец, – буркнул тот.

– Вот и хорошо. У меня большие планы на тебя.

– Я могу идти?

– Постой. До меня дошли слухи, что во дворце появилась странная девица. Объясни, – на секунду в синих глазах промелькнул огонёк азарта, даже испорченное настроение начало возвращаться.

– Она не простая девушка, – ответил, усмехнувшись. – У неё необычный аромат крови. Чувствуется примесь сущности, но я не смог распознать какой именно. Пока не смог. На ауре стоит магический блок, и сорвать его будет сложно.

Слова повисли в воздухе. Затем раздался хриплый смех.

– Ты уверен?

– Это не шутка, – проговорил серьёзным тоном Ороти–младший. – Вчера на небо восходила алая луна. Ты знаешь, что это может означать.

Миширо опёрся локтями о стол, сложив руки в замок, брови сошлись на переносице. Весь его вид говорил о глубокой задумчивости.

– Ясно. Узнай кто она и как оказалась в наших землях.

– На теле девушки было множество ран, скорее всего она убегала от охотников.

– Вот как. И что ты намерен с ней делать? – по лицу наследного принца скользнула хищная улыбка.

– «Что делать?» Приручать, – хмыкнул Канан и взглядом спросил разрешения выйти.

– Ну что ж, иди. Только хорошенько подумай нужно ли тебе ввязываться в это.

– Отец, я свое решение не изменю, – твердо произнес принц.

– Я вижу, что ты действительно мой сын, – немного приподнял уголки губ Ороти–старший и вновь сказал:

– Иди, – наследник поспешил удалиться. Однако у двери его нагнали последние слова:

– Вольная птица на свободе будет жить и радовать своим голосом, а посади ты её в клетку – погибнет, – створки с шелестом закрылись: «Но когда ты это поймешь, будет слишком поздно сын».

***

Девушка медленно приоткрыла глаза, голова раскалывалась на части. Вспомнился сон, где она бродила по темному лесу. Какие–то воины и незнакомец с красными глазами.

«Брр–р–р! Приснится же такое…» – потерев глаза, потянулась. Тело сразу же отозвалось острой волной боли. Вскрикнув, рухнула обратно на подушки.

– О–ох, – выдохнула и принялась осматривать помещение.

Находилась она в просторных роскошных покоях в приятной салатовой гамме. Над головой колыхался прозрачный балдахин. Стены украшали гобелены ручной работы, ветви дерева сакуры стояли в высоких вазах. Запах сандала царил в воздухе, создавая атмосферу расслабленности и уюта. Ага, как же.

Полумрак разбавляли горящие ароматические свечи, от терпкого непривычного аромата немного затошнило. На прикроватной тумбе обнаружился поднос с дымящимся зеленым чаем и парочкой сладких рисовых шариков сиротливо лежащих на блюдце.

«Как я здесь оказалась? – перед мысленным взором промелькнули недавние события. – Обрыв и того мужчину помню… А что было перед этим?»

Как не старалась вспомнить – не получалось, даже собственное имя не всплывало в мутном сознании. Окинув взглядом себя, заметила, что одета в легкий халат из синего шёлка. Светлые волосы растрепанные ото сна волнами спадали на грудь и плечи. Все раны обработаны и перевязаны бинтами.

– Это сколько же я была в отключке? – скривившись от тянущей боли, осторожно села, ноги по щиколотку утонули в мягком зеленом ковре.

Желудок напомнил о себе громким урчаньем, и, сглотнув вязкую слюну, она протянулась к подносу за угощением. Ведь не отравят же теперь раз уже сюда притащили. Решила, что для начала необходимо перекусить и набраться сил, а уж потом разбираться: куда, кто и зачем привезли?

Неожиданно по стопе скользнуло что–то холодное. А потом это что–то лизнуло голую лодыжку.

– А–а–а! – заверещала и быстро закинула ноги на постель, отползая к резной грядушке.

– Ш–ш–ш… – раздалось из под кровати.

Затем показался чешуйчатый хвост раздвоенный на кончике, а следом появилась и огромная голова… кого? Девушка решила, что всё же змея. Только вот странного: морда сплошь покрыта серо–зелеными чешуйками и наростами, влажные ноздри существа трепетали, а вот глаза… их не было. Точнее они были, только сокрытые черной плотной повязкой, которая крепилась цепями за выступы на коже. Змей все принюхивался и водил по воздуху алым языком, время от времени прицыкивая и шипя.

«Он же меня не видит!»

Сердце гулко билось о ребра, грозясь вырваться из груди и убежать. Чтобы не вскрикнуть, зажала рот ладонью и пыталась успокоить своё шумное дыхание. Ведь слух у чешуйчатого должен быть просто отменным.

Змей же начал заползать на постель. Его гладкое брюшко скользило по бордовому шелку, кстати, длиной существо достигало порядка четырех метров. И он медленно, но верно приближался к застывшей добыче, играя, словно хищник с жертвой.

Девушка, найдя в себе силы отвести взгляд, быстро осмотрела комнату в поисках спасения. Наткнулась на большое окно с широким подоконником. Не теряя времени и превозмогая страх, стремительно вскочила и кинулась туда. Даже про боль забыла. Жить–то всем хочется.

Забравшись с ногами, взглянула на змея: тот по–прежнему находился на постели, грузное тело утопало в ворохе одеял, но мордочка была направлена в её сторону. Холодная дрожь пробежала по коже, а липкий страх пробрался в самое нутро.

Отвернувшись, уставилась в окно. Вид открывался превосходный: вечер уже вступил в свои законные права, лунный свет перепрыгивал по темным изогнутым крышам огромного дворца, кое–где горели огни. Прямо напротив её комнаты располагался огромный сад, освещаемый причудливыми красными фонариками. В темноте были видны лишь очертания деревьев, что клонились к серебристой глади водоёма, в котором плавали черные лебеди.

– Ш–ш–ш… – послышалось сзади, и она зажмурилась.

«Как будто он меня здесь не достанет!» Как же ей хотелось сжаться в маленький неприметный комочек или и вовсе исчезнуть, просто раствориться в пространстве.

Неожиданно дверные створки с громким шелестом разошлись, заставив испуганно обернуться. В проеме стоял тот самый мужчина, что привез её сюда.

– Вы? – возмущённо прошептала и уже собралась высказать этому нахалу всё, что о нём думает, даже ноги свесила с подоконника, как взгляд наткнулся на змея: чешуйчатый с удобством расположился на постели.

«Вот же!» Девушка с негодованием испепеляла взором этого холоднокровного, который преспокойно свернулся колечком на нагретом ею месте. Оценив всю комичность ситуации, Канан произнес:

– Смотрю, ты уже познакомилась с моим питомцем. Этого маленького василиска зовут Локиар, – и видя, как озадачено вытягивается лицо его «гостьи», добавил: – Он не хотел тебя обидеть, только познакомиться.

«Маленького? Василиск?! Л–локиар?!!»

Ороти пока незнакомка не успела отойти от потрясения, быстро сократил разделяющее их расстояние и заключил её в ловушку из кольца своих рук.

– Что вы… – не дав договорить, мужчина впился жадным поцелуем в её губы. Протестующе замычав, девушка уперлась ладонями в широкую грудь, пытаясь отпихнуть наглеца. Но оттолкнуть его было все равно, что сдвинуть скалу. Тогда она укусила его, но это опять не возымело эффекта, лишь привкус железа разлился во рту. Насытившись, Принц Крови сам отпустил уста из плена и поведал, ошарашив её окончательно:

– Отныне ты – моя пленница.

Раздался хлесткий звук пощёчины. Канан отшатнулся, накрыв рукой горящую щёку. «Пленница» соскочила на пол, с силой сжимая кулаки. Его заявление ей явно не понравилось…

– Да как ты смеешь! – синие глаза стали чернее самой ночи, и девушке показалось, что в их глубинах сверкнул красный огонёк. Невольно пронзил ужас. Теперь василиск представлялся не таким уж и страшным по сравнению с озверевшим мужчиной.

Но встряхнув головой, она гордо вздернула подбородок.

– С какой это радости?!

«Дерзкая… Хм, ладно, ей и так досталось, – Ороти посмотрел на бинты прикрывающие раны, кстати (судя по отсутствии запаха крови), уже почти зажившие. – Какая быстрая регенерация, а ведь прошли только сутки».

Но злость за её проступок не утихла, и наследник стал стремительно наступать на девушку, та же попятилась назад, пока не уперлась спиной в стену.

– Никогда. Не смей. Так. Больше. Делать, – чеканя слова, прошипел мужчина. – За это мне придётся наказать тебя.

Он остановился напротив, почти соприкасаясь с ней. Обжигающий взгляд блуждал по желанному телу и остановился на лице. Глаза цвета сочной листвы смотрели со злостью, но Ороти чувствовал страх, который она пыталась скрыть. Сопротивление заводило.

Принц медленно поднял руку, коснулся волос, накручивая прядь на палец, поднес к носу и вдохнул приятный аромат. Пленница попыталась улизнуть в сторону, но горячие ладони легли на талию, удерживая на месте.

– Пусти! Сволочь! – воскликнула она, лупя кулаками по его спине и плечам. Улучив момент, замахнулась коленом, чтобы ударить мерзавца между ног, но тот вовремя увернулся и, поймав тонкие кисти, вдавил девушку в деревянную поверхность стены, полностью обездвиживая. Склонившись к маленькому ушку, прошептал:

– Я же сказал, что ты – моя! Не стоит оскорблять того, кто стоит выше тебя. Поверь, это плохо может кончится, – мужчина прикусил мочку, и пленница в его объятьях вздрогнула. Она надсадно задышала, грудь часто вздымалась, привлекая к себе взгляд. От отчаяния слёзы подступили к глазам, но зажмурившись, прогнала их прочь. Такого удовольствия она своему мучителю не доставит.

– Как тебя зовут? – спросил наследник с придыханием, осыпая шею жгучими поцелуями.

– Не помню, – хрипло прошипела сквозь стиснутые зубы. Щеки пылали от злости и смущения. Ощущения казались противными и мерзкими.

– Не помнишь? – удивился принц, грубые пальцы обхватили девичий подбородок, заставляя смотреть прямо в глаза. – Ты можешь обращаться ко мне Канан–сама. Откуда ты в наших землях?

Он провел большим пальцем по щеке, задевая уголок губ. Пленница в его объятьях судорожно вздохнула.

– Я не знаю, ничего не помню… – повисла тишина. Девушка пыталась успокоить бешено колотящееся сердце, этот мужчина пугал до дрожи. До чертиков в конце концов!

– Вот как. Тогда нужно тебе придумать имя. Как насчет… – Принц Крови задумался. – Например, Нарина? Как весенний цветок. Да, отныне тебя будут звать именно так. До тех пор пока не вспомнишь свое настоящее. Что ты за птица я обязательно узнаю, а теперь отдыхай.

И он отпустил её. Девушка немедля отскочила в сторону, вызвав у мужчины смешок. Затравленный взгляд скользнул по кровати, на которой дремал всё это время василиск.

«Вместе с ним?!» Она в ужасе смотрела на змея. Заметив это, Канан разразился громким смехом.

– Локиар, ко мне! – и это чешуйчатое… существо проворно поползло к хозяину. Взвизгнув, нареченная Нарина вновь забралась на злосчастный подоконник. А змей меж тем обвил ноги Ороти своим мощным хвостом, морду же подставил под хозяйскую ладонь, мол, гладь давай. И тот погладил, приговаривая:

– Ах ты бесстыдник! Зачем пугаешь нашу пленницу? – жуткий питомец что–то довольно прошипел, наслаждаясь лаской.

Нарина ошарашено наблюдала за этой картиной, переводя взгляд с одного на другого.

– Ладно, Локиар. Придется тебе сегодня почивать в моих покоях, – и насмешливо посмотрел на притихшую девушку. – А то, боюсь, наша добыча так и уснет у окна. Идём.

И действительно направился к выходу. Раскрыв створки, выпустил василиска вперед и, обернувшись через плечо, бросил:

– Я пришлю служанку, – и закрыл за собой дверь.

Спустя несколько минут пришла женщина в простом однотонном то ли кимоно, то ли халате и предложила сделать массаж стоп. Нарина отказываться не стала и, присев на постель, позволила ей делать свою работу.

Мягкие ванночки и масла благоухали свежестью, прикосновения служанки были нежными и успокаивающими. И вскоре девушка расслабилась, плывя на волнах блаженства. Страхи и тревоги на время отступили, навалилась дремота.

Закончив, прислуга помогла лечь в постель и ушла. За створками раздалась возня, и следом через рисовую бумагу с изображенным на ней бамбуком, проявились силуэты двух самураев.

«Охранники…» – последнее, что подумала Нарина, прежде чем сон окончательно сморил её.

___________________

Хантэн* – своеобразная куртка–рубашка без рукавов, подвязывается поясом.

Фусума* – внутренние раздвижные стены (двери).

Глава 2

Проснулась невольница ещё задолго до восхода солнца. Ей опять снились эти жуткие красные глаза. Вздохнув, Нарина поднялась с кровати, сладко зевнула и накинула халат, который оставила служанка. Небо за окном только начинало светлеть, медленно одна за другой гасли звезды.

– Кто я? Откуда эти раны? – прошептала в тишину. Одни вопросы и никаких ответов.

Утро потихоньку брало вверх над ночью, постепенно прогоняя тяжелые сумерки. С первыми лучами солнца, в помещение вошла девочка зим двенадцати. Длинные каштановые волосы были собранные в строгий пучок, а карие, немного раскосые глаза светились озорством. Руки с широкими рукавами, подобно крыльям птицы, взметнулись вверх и сложились лодочкой, голова склонилась в низком поклоне.

– Доброе утро Нарина–сама, вы давно встали? – улыбаясь, поприветствовала девчушка.

– Доброе, недавно. Кто ты? И почему так меня назвала? – поинтересовалась обескураженная пленница.

– Моё имя Сайя, я ваша личная служанка. Приставка «сама» означает «госпожа» или «господин», – пояснила. – Так распорядился Канан–сама. А сейчас позвольте мне подготовить вас к завтраку.

С этими словами девчушка прошествовала к тумбе. Там оказались различные приспособления, видимо с помощью которых и будет подготавливать.

Неожиданно в приоткрытые створки своеобразной двери просунулась морда василиска. Втянув ноздрями воздух, тот фыркнул и заполз в комнату целиком, причем целенаправленно направляясь в сторону Нарины.

– А–а–а! Опять ты! Стой! – пропищала невольница. Но характером змей, похоже, был весь в своего хозяина и, стремительно приблизившись, улегся в клубок вокруг ног девушки. Морду же – положил на хвост.