Колода Семи Печатей: Мертвая Рука

Глава 2. Глава 2

Гул вспомогательного маневрового контура отозвался в зубах мелкой, противной дрожью. Старенький буксир «Шмель-4» — списанная с рудников лоханка с помятыми дюзами и заклинившим шлюзовым затвором правого борта — жалобно заскрипел силовым набором. Компенсаторы инерции захлебывались, выдавая в кабину тяжелый, приторный запах перегретого синтетического масла.

Захар не обращал внимания на вонь. Он вообще перестал замечать неудобства в тот момент, когда его Восприятие скакнуло до шестнадцати единиц.

Мир изменился.

Раньше кабина пилота казалась ему просто тесной металлической коробкой с засаленным креслом, гирляндами болтающихся проводов и потрескавшимся бронестеклом. Теперь же зрение выхватывало каждый дефект с хирургической, пугающей точностью. Взгляд цеплялся за микротрещину на сварном шве левой консоли — Система услужливо подсветила ее бледно-желтым контуром усталости металла. Захар видел, как под кожухом генератора поля вибрирует ослабленная гайка на двенадцать, и почти физически ощущал, с какой частотой резонирует перегруженный охладитель.

[Внимание! Параметр «Восприятие» превысил базовый человеческий оптимум на 60%.]

[Адаптация зрительного и вестибулярного аппарата завершена. Эффективность сканирования структурных повреждений увеличена на 18%.]

— Шестнадцать… — выдохнул Захар, слизывая с губы соленый металлический привкус запекшейся крови. — Вот оно как работает, значит.

Он опустил пальцы на рычаги вектора тяги. Движения стали экономнее, точнее. Никаких резких рывков. Дроссели на три процента вперед. «Шмель» послушно шевельнул кормой, плавно входя в тень исполинского мертвого корабля.

Перед ним вздымался дредноут.

Вблизи трехкилометровая туша казалась не творением разумных существ, а блуждающим астероидом из черненого тритания, изрытым кратерами и каньонами. Война, отгремевшая в этом секторе добрую сотню лет назад, не пощадила гиганта. По правому борту зияла чудовищная пробоина — оплавленный след от попадания рельсотронного снаряда субсветовой скорости или залпа тяжелых плазменных торпед. Входное отверстие метров сорок в поперечнике по краям застыло фестончатыми наплывами металлокерамики толщиной в двухэтажный дом. Внутренности корабля вывернуло наружу: разорванные силовые кабели толщиной с вековые дубы, скрученные узлом двутавровые балки, обломки жилых палуб и переборок, застывшие в жуткой неподвижности вакуума.

Захар активировал модуль внешнего сканирования, задействовав прокачанный навык.

[Применен навык: «Оценка лома (Ур. 4)»]

[Идет сбор телеметрии… Анализ спектрального отражения… Обработка топологии цели…]

Перед глазами развернулась трехмерная полупрозрачная сетка, наложившаяся прямо на оптическое изображение дредноута. Линии текли по контурам броневых плит, ныряли в проломы, высвечивали уцелевшие переборки и точки критического напряжения.

[Идентификация завершена:]

[Объект: Тяжелый ударный дредноут 2-го ранга ВКС Старой Конфедерации, проект «Левиафан-Бис». Тактический номер: КД-884 «Молот Громовержца».]

[Класс угрозы сектора: B- (Локальный радиационный фон, нестабильные плазменные карманы, высокая вероятность активности автономных ремонтных или охранных подсистем).]

[Общая целостность корпуса: 9.4%.]

[Уровень остаточной энергии реакторного узла: 1.8% (Внимание: обнаружена утечка трития и активное черенковское излучение в зоне вспомогательного машинного зала).]

[Оценка ликвидности лома: Исключительно высокая.]

[Доступные к извлечению узлы (предварительно):]

— Сверхпроводящие шины макромагистралей (Сплав Т-9): до 40 тонн;

— Реакторные охладители глубокого вакуума (Криогенные матрицы): статус неизвестен;

— Дополнительные арсеналы ПКО (противоточечной обороны): повреждены, возможен демонтаж боеголовок;

— Центральный блок сервоприводов главного калибра: 34% ресурса;

— …для детального анализа приблизьтесь на дистанцию прямого сканирования (менее 50 метров).

— «Молот Громовержца», — протянул Захар, и по спине пробежал холодок восторга пополам с первобытным ужасом. — Флагман девятого ударного флота. В исторических базах синдиката о нем была всего строчка: «Пропал без вести при прорыве кольца у Танатоса». А он здесь. Гниет в пустоте.

Синдикат «Транс-Орион» платил за грамм чистого тритания броневой плакировки по тридцать кредитов. За уцелевший квантовый вычислитель третьего поколения можно было купить собственную станцию переработки на внешней орбите. А этот мертвец нес в своем чреве миллионы тонн редчайших сплавов, военную электронику предков и оружие, способное раскалывать луны.

Хорст, жирный ублюдок из службы безопасности, думал, что сбросил ненужного штрафника в гравитационную помойку, обрекая на медленное удушье в сломанном буксире. Если бы начальник станции знал, что именно лежит в трех тысячах километров от точки сброса, он лично пригнал бы сюда весь шахтерский флот корпорации.

Но здесь был только Захар.

— Ну, Хорст… спасибо за путевку в жизнь, скотина, — оскалился он.

Буксир мягко вошел в зону ветрового затишья между двумя циклопическими ребрами противоторпедного фальшборта. Здесь царила мертвая, абсолютная тьма, нарушаемая лишь редкими вспышками туманности вдалеке и ядовито-синим призрачным сиянием, сочившимся из глубины машинного отделения. Черенковское излучение. Значит, вторичный контур аварийного питания до сих пор держал остаточный заряд в накопителях. Опасно? Безумно. Одно неосторожное касание резаком — и дуговой разряд в миллион вольт превратит его вместе со скафандром в горсть ионизированного пепла. Но там, где опасность, там и самая дорогая добыча.

Захар заглушил маршевые двигатели, переведя реактор буксира в режим скрытной циркуляции. Оставил активными только магнитные подошвы стыковочных опор.

Глухой металлический удар сотряс днище катера — гидравлические захваты намертво впились в полуметровый лист титано-ванадиевой обшивки дредноута. Раздался протяжный вой стягивающих сервомоторов: «Шмель» зафиксировался.

[Стыковка подтверждена.]

[Режим консервации малого судна активирован.]

[Энергозапас буксира: 42%. Ресурс системы жизнеобеспечения: 61 час.]

— Хватит за глаза, если не тупить, — пробормотал Захар, поднимаясь с пилотского ложемента.

В невесомости каждое движение требовало контроля, но возросшие характеристики давали о себе знать. Тело двигалось плавно, без суеты. Мышцы отзывались на малейший мысленный импульс с упругой готовностью.

Он подплыл к оружейному и аварийному шкафам в жилом отсеке буксира. Настало время одеваться.

Его скафандр — шахтерский тяжелый комбинезон модели «Забойщик-6М» — повидал лучшие времена еще до того, как дед Захара пошел в начальную школу. Многослойная композитная ткань на рукавах была затерта до белесого блеска, на левом бедре красовалась грубая заплатка из вулканизированной смолы, закрывавшая след от осколка бурового долота, а шарниры коленных суставов поскрипывали при каждом сгибе.

Захар методично, шаг за шагом, начал предпусковую проверку снаряжения. На флоте говорили: «Забыл протянуть штуцер дыхательного автомата — напиши матери прощальное письмо заранее».

Он влез в плотные штанины, просунул ноги в массивные магнитные ботинки с подошвами из редкоземельного сплава. Втянул живот, застегнул гермомолнию подслойного термобелья с капиллярной системой охлаждения. Натянул тяжелую кирасу из армированного пластика со встроенным ранцем жизнеобеспечения. Щелкнули замки на ключицах.

[Подключение внешнего экзоскелетного контура…]

[Синхронизация нейроинтерфейса скафандра: 100%.]

[Герметизация… Норма.]

[Давление в контуре: 0.8 атм. Газовая смесь: 78% азот, 21% кислород, 1% аргон.]

[Запас дыхательной смеси в баллонах: 3 часа 45 минут.]

[Запас во вторичном аварийном картридже: 30 минут.]

[Заряд батареи скафандра: 76%.]

Захар надел шлем. Раздался короткий шипящий звук, гермоворотник сомкнулся, отсекая звуки кабины. В уши ударил мерный, успокаивающий ритм собственной вентиляции и тихое потрескивание радиоэфира. На внутреннюю поверхность щитка визора легла проекция интерфейса.

Теперь инструменты. Без них утилизатор в космосе — просто кусок замороженного мяса.

Первым делом он снял с зарядной станции плазменный резак «Вулкан-У». Тяжелый, двуручный инструмент промышленного класса с массивным кожухом магнитного фокусиратора. Батарея резака была заряжена на восемьдесят процентов. На пояс отправился кинетический мультиключ-импактор со сменными головками, магнитный гарпун с полусотней метров сверхпрочного кевларового фала на катушке, ручной спектроанализатор и пачка аварийных герметизирующих пластырей.

Напоследок Захар проверил свое главное сокровище — недавно полученный навык.

«Импровизированный монтаж (Ур. 1)». Пассивный. Снижает штраф за несовместимость оборудования на 15%, повышает шанс успешной интеграции узлов на 10%.

— Посмотрим, как ты себя покажешь, когда я начну потрошить эти военные схемы, — усмехнулся он под шлемом.

Захар шагнул в крошечную шлюзовую камеру буксира. Внутренний люк с глухим шипением закрылся за его спиной. Насос принялся откачивать воздух обратно в расширительные баки — терять драгоценный кислород в его положении было непозволительной роскошью. Стрелка манометра на стене поползла вниз: 0.6… 0.4… 0.1… Ноль.

Замигал зеленый светодиод внешней декомпрессии. Наружный люк разошелся в стороны тремя лепестками, открывая вид на бездну.

Захар сделал шаг — и шагнул в пустоту.

Магнитные подошвы ботинок с сухим щелчком прилипли к броне «Шмеля». Он перегнулся через поручень, посмотрел вверх — и дух перехватило.

Над ним вздымалась отвесная черная стена дредноута. Гладкие плиты брони, каждая размером с баскетбольную площадку, уходили вдаль, теряясь в фиолетовом сиянии газопылевой туманности. В свете далеких мертвых звезд тританий отливал тусклым графитовым блеском. Ни звука. Ни малейшей вибрации. Только ледяное, всепоглощающее безмолвие открытого космоса, в котором человек чувствовал себя меньше пылинки.

Захар активировал магнитные подошвы на переменный шаг и медленно, страхуя себя коротким фалом, перешел с обшивки катера на броню дредноута.

Клац. Первое касание.

Клац. Второе.

[Внимание: зафиксирован локальный радиационный фон: 45 миллизиверт/час.]

[Защитные экраны скафандра «Забойщик-6М» поглощают 94% излучения.]

[Расчетное безопасное время пребывания: 6 часов.]

— Терпимо, — прошептал он сам себе. Собственный голос в шлеме звучал гулко и сухо. — Бывало и похуже на шлаковых отвалах Калипсо.

Его целью была пробоина по правому борту. Лезть через штатные шлюзы дредноута было самоубийством: военные протоколы Старой Конфедерации славились параноидальной надежностью. Заблокированные бронестворки шлюзов наверняка находились под контролем уцелевшей аварийной автоматики, и любая попытка несанкционированного взлома могла активировать турели внутренней зачистки. А вот рваная дыра, проделанная вражеским снарядом, вела прямиком в раскуроченные внутренности вспомогательного машинного зала, минуя внешние контуры безопасности.

Шаг за шагом Захар подобрался к краю каверны.

Здесь броня толщиной почти в метр была смята, как фольга. Внутри зиял мрак. Огонь прожектора на шлеме выхватил из темноты сплетение перекрученных балок, свисающие гирлянды разорванных световодов и плавающие в невесомости хлопья замерзшей пены пожаротушения.

Он переключил визор в режим «Оценки лома».

Картинка вспыхнула разноцветными маркерами. Красным подсвечивались нестабильные конструкции — срезанные под корень опорные стойки, готовые рухнуть при малейшем механическом воздействии. Серым обозначался бесполезный шлак — оплавленная сталь, выгоревшие микросхемы, деградировавший пластик. Но среди этой серости то и дело вспыхивали манящие синие и зеленые огоньки.

[Обнаружен узел распределения энергии вспомогательного контура (Правый борт, секция 14-Б).]

[Состояние: Критическое (31%).]

[Ценные элементы: Шина сверхпроводящая из сплава «Орихалк-М», конденсаторные батареи высокой емкости (3 шт. уцелело).]

— Ого… — выдохнул Захар. — Орихалк-М? Да на рудниках за одну такую шину бригадир три месяца в две смены пахал бы!

Орихалк-М использовался исключительно в магистралях военной техники первого эшелона. Сверхпроводник с нулевым сопротивлением при температурах до трехсот кельвинов, не деградирующий от радиации. Синдикат скупал его по закрытым каталогам для сборки орудийных систем корпоративных фрегатов.

Захар отцепил карабин страховочного фала от внешнего леера и закрепил его за край разорванной бронеплиты. Проверил натяжение. Трос выдержал рывок.

— Поехали.

Он оттолкнулся ногами и плавно заскользил вглубь пробоины, регулируя спуск лебедкой на поясе.

Внутри мертвого гиганта царил абсолютный холод. Датчики наружной температуры скафандра мгновенно ушли в глубокий минус: тридцать кельвинов. Металл вокруг был хрупким от векового пребывания в космическом холоде. Одно неверное движение тяжелым инструментом — и тонкая переборка могла расколоться, осыпав шлейфом острых, как бритва, ледяных и металлических осколков.

Подошвы коснулись решетчатого настила технической палубы. Захар сразу же активировал магниты. Щелк! Ноги зафиксировались.

Он огляделся. Помещение, куда он попал, когда-то было трансформаторным постом правого борта. Потолок вырвало наружу взрывной декомпрессией, но вдоль уцелевшей переборки тянулся массивный шкаф распределительного щита размером с грузовой контейнер. Его дверцы из броневой стали были сорваны с петель, обнажая сложное нутро военной электроники полувековой давности.

И там, в глубине шкафа, тускло мерцала толстая, толщиной в руку взрослого мужчины, витая жила золотисто-зеленого металла. Сверхпроводник.

Захар подошел ближе. Его Восприятие работало на полную мощность. Глаза словно видели структуру креплений сквозь слой инея и осевшей копоти.

[Внимание! Целевой узел находится под остаточным электростатическим напряжением.]

[Потенциал: 4 200 Вольт. Сила тока: Нестабильна.]

[Риск поражения при прямом контакте без заземления: 89%.]

— Значит, живой контур… — процедил Захар сквозь зубы. — Ну конечно, военспецы Конфедерации всегда ставили дублирующие емкостные ловушки на случай обесточивания.

Если бы у него было стандартное Восприятие шахтера (семь-восемь единиц), он бы полез срезать шину напрямую, схлопотал дугу через резак и сварился заживо в собственном скафандре. Но интерфейс четко рисовал путь стекания заряда: кабель уходил вглубь переборки, к аварийному балластному сопротивлению.

— Сначала разрядка. Потом демонтаж.

Захар отцепил с пояса заземляющий штырь с ферритовым сердечником. Прицелился, нашел в трех метрах правее оголенный медный контакт шины заземления корпуса. Вскинул пневмопистолет, нажал на спуск.

Щелк! Штырь с тихим глухим ударом вонзился в контактную площадку. Тонкий вольфрамовый тросик натянулся между штырем и землей.

В темноте отсека на долю секунды вспыхнула ослепительная сине-фиолетовая искра. По тросику пробежала змейка статического разряда, шлем предупреждающе пискнул, компенсируя электромагнитную наводку.

[Статический заряд снят.]

[Потенциал в узле: 12 Вольт (Безопасно).]

[Опыт получен: +15 к навыку «Техническое обслуживание».]

— Вот так-то лучше, — ухмыльнулся Захар.

Он снял со спины плазменный резак «Вулкан-У». Привычная тяжесть рукоятей легла в перчатки скафандра. Палец нажал клавишу поджига дуги. На кончике сопла зашипел высокочастотный факел сжатой плазмы — тонкая, не длиннее спички, игла ослепительно белого света с температурой ядра под десять тысяч градусов. В вакууме не было звука горения, но вибрация передавалась через кости рук прямо в плечи.

Захар поднес плазменную иглу к первому крепежному фланцу, удерживающему сверхпроводящую шину.

Металл болта — легированный вольфрамовый сплав — сопротивлялся секунды три. Затем потек ослепительными каплями жидкого чугуна, которые тут же, остывая в вакууме, превращались в черные круглые дробинки и медленно разлетались во все стороны.

[Идет процесс демонтажа…]

[Применяется навык: «Оценка лома» — определена точка минимального сопротивления материала.]

[Скорость резки увеличена на 12%.]

Захар работал аккуратно, без спешки, словно хирург, вскрывающий грудную клетку древнего гиганта. Срез первого фланца. Срез второго. Нижняя скоба…

Шина дрогнула и отделилась от распределителя. Захар подхватил двухметровый кусок золотисто-зеленого кабеля манипулятором левой руки. Вес в невесомости отсутствовал, но инерция полусотни килограммов сверхплотного металла ощущалась отчетливо.

Перед глазами всплыла долгожданная плашка:

[Успешно демонтирован редкий компонент!]

[Предмет: Сверхпроводящая магистральная шина «Орихалк-М» (Военный класс)]

[Качество: Отличное (84% ресурса)]

[Вес: 48.2 кг.]

[Описание: Фрагмент силовой магистрали питания тяжелых лазерных излучателей. Обладает пренебрежимо малым удельным сопротивлением и устойчивостью к импульсным перегрузкам.]

[Рыночная стоимость (по оценке Системы): 1 800 — 2 200 стандартных кредитов.]

[Получено опыта: +120.]

— Две тысячи кредитов… — Захар с трудом подавил нервный смешок. — За один кусок кабеля. Мой полугодовой оклад на перерабатывающем комплексе Хорста. А тут — двадцать минут работы резаком.

Он закрепил шину на грузовой стропе скафандра. Но это было только начало. Распределительный шкаф скрывал в себе куда более лакомый кусок.

В нижнем отсеке стояли три цилиндрических контейнера, оплетенных керамическими трубками охлаждения.

[Обнаружено: Накопительные емкости суб-квантового типа «Тесла-400» (3 шт.)]

[Состояние: 2 повреждены (микротрещины в криостатах), 1 в полной сохранности (герметичность 96%).]

[Текущая емкость уцелевшего блока: 85% заряда (сохранился с момента гибели корабля!).]

Захар замер. Заряженный военный накопитель? Это не просто металлолом. Это мобильный источник энергии колоссальной плотности! Если удастся подключить его к бортовой сети «Шмеля», можно будет запитать маневровые щиты и форсировать двигатели втрое, не боясь спалить чахлый реактор буксира.

Но тут же возникла проблема: разъемы Старой Конфедерации имели призматическую форму с коаксиальным расположением управляющих шин. Стандарт синдиката «Транс-Орион» использовал трехточечные плоские контакты. Они были несовместимы в принципе. Попытка соединить их напрямую в полевых условиях обычно заканчивалась взрывом или выгоранием интерфейсной платы.

И вот тут в сознании Захара что-то щелкнуло.

Вспыхнуло знание — резкое, интуитивное, пришедшее вместе с новым навыком. Он посмотрел на призматический разъем накопителя, затем на свисающий с потолка переходник аварийной помпы и увидел. Он увидел схему обходного моста. Если срезать внешний изолятор, закоротить вторую фазу через ферритовый сердечник заземляющего штыря и подать синхроимпульс с сервисного порта скафандра… штраф за рассогласование фаз снизится до безопасного минимума!

[Активирован навык: «Импровизированный монтаж (Ур. 1)»!]

[Анализ совместимости компонентов: Военный накопитель «Тесла-400» <-> Гражданский распределительный щит СТ-14.]

[Базовый штраф несовместимости: -45%.]

[Коррекция навыка: -15%.]