Пустотный Паладин: Щит Забвения

НЕЙТОН ПАТЧЕР

ПУСТОТНЫЙ ПАЛАДИН: ЩИТ ЗАБВЕНИЯ

Серия «Пустотный Паладин» • Книга 1

Глава 1. Падение Цитадели Света под ударами порождений Бездны.

Золотой купол Седьмого Серафического Предела трещал так, будто само небо раскалывалось по кристаллическим швам.

Звук этот не походил на привычный гром или раскат осадных орудий — это был стеклянный, тошнотворный скрежет умирающей геометрии пространства. Когда священная лазурь рушится под напором первозданной черноты, воздух наполняется запахом жженого озона, перетертого в пыль мрамора и гнилостной, вымораживающей кровь серы.

— Правый фланг смят! Архипаладин Валериан пал! Его благодать распылена до нулевого ранга! — надрывался в мегафоны системной связи чей-то истеричный, срывающийся голос, тонущий в гуле тысяч сирен.

— Прорыв на Бастионе Солнцестояния! Они сжирают саму землю под ногами! Бегите к центральному телепорту! Во имя Первозданного Пламени, отступа...

Голос офицера связи оборвался мокрым хлюпаньем, за которым последовал скрежет мандибул, многократно усиленный зачарованной акустикой циклопической крепости.

Глеб Воронов стоял на самом краю Пролома Тысячелетия — гигантской трещины в белом адамантине внешних врат, куда секунду назад рухнул обломок сорокаметровой башни арканистов. Ветер, ворвавшийся сквозь брешь, хлестал по лицу пеплом сожженных защитных свитков и черной копотью. Внизу, в полутора километрах под обрывом стены, где еще вчера простирались цветущие Сады Элизиума, колыхалось безбрежное, смоляное море.

Оно дышало. Оно чавкало, перемалывая плоть сотен тысяч погибших паладинов, и выбрасывало в зенит тысячи ложноножек из пульсирующей протоплазмы Бездны.

Перед глазами Глеба, мерцая холодным темно-фиолетовым маревом, привычно развернулся полупрозрачный системный интерфейс, отсекая панические вопли гибнущей Цитадели.

[СИСТЕМНОЕ ОПОВЕЩЕНИЕ: РЕГИОНАЛЬНАЯ КАТАСТРОФА КЛАССА «ОМЕГА-ЭКСТИНКТ»]

[Локация: Верхний Эон, Сектор 01-«Люмен», Цитадель Вечного Света.]

[Статус барьера «Щит Серафимов»: РАЗРУШЕН (0.00%).]

[Плотность радиации Бездны: 18 450 Зв/с (Критическая энтропия).]

[Процент выживания гарнизона: 4.12% (Стремительное падение).]

[Внимание! Концепт «Священный Свет» подавлен на 98.4%.]

[Исцеляющие и защитные молитвы ранга EX и ниже теряют эффективность.]

— И ради этого они собирали десятину с трех тысяч материальных миров? — негромко, без тени страха или злорадства произнес Глеб. Его голос, глухо рокотавший из-под массивного забрала, был единственным островком абсолютного спокойствия среди ревущего хаоса. — Триста лет возводили эти стены, молились своим хрустальным идолам, начищали золотые кирасы... И стоило Бездне лишь чихнуть, как все их «абсолютное добро» рассыпалось трухой.

Он опустил взгляд на свои руки, закованные в матово-черный, шершавый металл, поглощавший даже крохи рассеянного света.

Доспех Погасших Звезд не отражал пламени горящих башен. Он казался вырезанной из ткани мироздания дырой в форме человеческого силуэта. Но главным было не это.

Левая рука Глеба сжимала рукоять артефакта, ради которого гибли целые звездные скопления.

**[Щит Забвения (Примордиальный/Концептуальный Ранг)].**

Он не имел золотой каймы, гербов или затейливой гравировки. Это была массивная, каплевидная плита из монолитной пустотной руды, поверхность которой не была гладкой — она непрерывно дрожала микроскобическими сингулярностями. Пространство вокруг щита заваливалось внутрь себя с тихим, едва уловимым гулом сминаемого вакуума. Любой квант света, коснувшийся его внешней грани, исчезал безвозвратно, не рождая даже тени.

[СТАТУС ПЕРСОНАЖА:]

[Имя: Глеб Воронов]

[Класс: Пустотный Паладин (Трансцендентный ранг, Ранг Миродержца)]

[Уровень: 4 820]

[Очки Здоровья: 1 450 000 000 / 1 450 000 000]

[Резерв Пустоты: [НЕПРЕРЫВНЫЙ КОНДЕНСАТ: 100%]

[Пассивный навык «Скала Небытия»: Включен.]

[Иммунитет к концептуальному разложению: 100%]

[Сопротивление давлению Абисса: АБСОЛЮТНОЕ]

Позади послышался топот десятков ног. Из переулка Верхнего Яруса, волоча по мраморным плитам зазубренные мечи, вывалился отряд уцелевших защитников. Во главе бежал Верховный Инквизитор Альбрехт — некогда высокомерный старик в сияющей митре, украшенной сапфирами размером с кулак. Сейчас его митра была расколота, мантия заляпана черной дымящейся слизью, а левый наплечник отсутствовал вместе с куском мяса на ключице.

За ним неслись около полусотни рыцарей ордена Сияющей Зари и с десяток жриц, рыдающих от бессилия.

Увидев фигуру Глеба, заслонявшую вход на единственный уцелевший мост к внутреннему алтарю, Альбрехт вскинул жезл, искрящий остатками золотой магии:

— Прочь с дороги, еретик! — закричал он, захлебываясь слюной и кровью. — Отойди от врат! Мы должны запечатать проход изнутри и активировать жертвоприношение Сердца Цитадели! Если мы подорвем кристалл, Бездна подавится!

Глеб даже не повернул головы. Он лишь слегка сместил центр тяжести, и гранит под подошвами его тяжелых сапог покрылся сеткой трещин.

— Запечатать? — глухо отозвался Воронов. — А как же восемьдесят тысяч ополченцев на нижних ярусах? Как же женщины из ремесленных гильдий, которых вы согнали молиться за вашу победу?

— Они — пыль под ногами богов! Приемлемая жертва во славу Небесного Отца! — завизжал инквизитор, подбегая ближе. — Пропусти нас к алтарю, падаль пустотная, или я лично испепелю тебя святым гне...

Договорить Альбрехт не успел.

Снизу, из черной бездны пролома, раздался рев, от которого содрогнулись сами тектонические плиты Цитадели. Звук этот походил на одновременный визг миллиона ржавых пил, распиливающих кость титана.

В следующую секунду стометровый участок стены просто разорвало изнутри.

В небо взметнулся гейзер из обломков адамантина, и на плацдарм перед мостом выплеснулась первая волна авангарда Бездны.

Это не были рядовые бесы или низшие тени. Из разлома лезли [Гончие Апокалипсиса 3500-го уровня] — твари размером с осадного мамонта, с челюстями, состоящими из вращающихся колец зазубренных костей, вместо глаз у них зияли горящие фиолетовым пламенем провалы. За ними вышагивали [Ткачи Искажения] — многоногие кошмары из сухожилий и черного льда, чье присутствие искажало законы физики: гравитация вокруг них меняла направление, заставляя обломки камней падать вверх.

— Матерь Божья... — прошептала одна из жриц, падая на колени. Ее посох выскользнул из ослабевших пальцев. Системные бафы света, висевшие над отрядом, мигнули и с тихим треском погасли, не выдержав давления вражеской ауры.

Рыцари застыли в оцепенении. Их золоченые мечи дрожали в руках. Они привыкли сражаться с демонами, чья природа подчинялась законам стихий, но существа Бездны не были стихией. Они были отрицанием самого факта существования материи.

— Назад! — завизжал Альбрехт, пятясь и толкая в спины собственных солдат. — Обратно в катакомбы!

— Отступать некуда, старик, — холодно произнес Глеб.

Он сделал шаг вперед. Всего один шаг. Но звук опустившегося на камень кованого сапога прозвучал громче обрушения крепостных стен.

В правой руке Глеба вспыхнул тяжелый цепной моргенштерн — [Звездный Сокрушитель Забвения], чье навершие представляло собой крошечную скованную черную дыру в каркасе из адамантиевых цепей. А левую руку он выставил перед собой, намертво зафиксировав ростовой щит.

— Вы звали меня монстром, когда я отказался присягнуть вашему Солнечному Престолу, — не оборачиваясь, бросил Воронов беглецам. — Вы кричали, что пустота — это скверна. Что паладин может быть только проводником света. Что ж... Смотрите, слепцы. Смотрите, как сражается тот, кому не нужны боги, чтобы стоять до конца.

Волна тварей заметила одинокую фигуру у края пролома.

Сотни гончих, взрывая когтями вековой мрамор, сорвались с места единым черным цунами. Земля заходила ходуном. В воздухе материализовались тысячи шипов из спрессованного антивещества, летящих со скоростью звука прямо в грудь Воронова. Следом за ними Ткачи Искажения выпустили синхронный залп: [Проклятие Молекулярного Распада] и [Гравитационный Коллапс 9-го круга].

Любой рейд-босс Света испарился бы на атомном уровне за десятую долю секунды. Защитные чары Цитадели просто растворились бы, превратившись в ничто.

Глеб даже не моргнул.

Мышцы его плечевого пояса натянулись, как титановые тросы. Он опустился в низкую стойку, вогнал нижнюю кромку Щита Забвения на полметра в адамантиновый пол и глухо выдохнул:

— [Стойка Абсолютного Ноля]. Активация.

[АКТИВИРОВАН НАВЫК: «ЭГИДА ЭНТРОПИЙНОГО СТОПОРА» (Уровень: МАКС)]

[Эффект: Персонаж становится неподвижной точкой пространства.]

[Векторы кинетической энергии обнуляются при контакте с щитом.]

[Конверсия поглощенного урона в массу Пустоты: 100%.]

*БУ-У-У-У-УМ!!!*

Первый удар тысячи снарядов антивещества потряс цитадель так, что треснули основания далеких башен внутреннего кольца. Но взрыва не последовало. Не было ослепительной вспышки, не было разлетающихся во все стороны осколков.

Черный диск Щита Забвения просто проглотил залп.

Снаряды, врезаясь в его поверхность, не детонировали — они втягивались в монолит, словно капли воды в раскаленную губку. Луч гравитационного коллапса, способный разорвать на части луну средних размеров, согнулся под неестественным углом, закрутился спиралью и бесследно исчез в недрах артефакта.

[Боевой лог]:

- Поглощен концептуальный урон: 480 000 000 ед. (Тип: Распад/Энтропия).

- Кинетическое воздействие: 12 000 000 тонн-сил -> СКОНВЕРТИРОВАНО В НОЛЬ.

- Урон персонажу: 0.

- Накоплено энергии Пустоты: +15%.

Не успели Ткачи осознать провал атаки, как на щит нахлынула живая масса Гончих Бездны. Первые ряды чудовищ на полной скорости врезались в черный металл.

Это было похоже на то, как если бы поезд на магнитной подушке влетел в нерушимую гору из нейтронного вещества.

Раздался омерзительный хруст сотен ломающихся костей. Твари, бежавшие сзади, на огромной скорости впечатывались в спины передних, превращаясь в однородную кашу из черной плоти, когтей и шипящей кислоты. Ни на миллиметр. Щит Забвения не сдвинулся ни на единый микрон. Глеб стоял, словно вросший в самую сердцевину планеты.

— Мой черед, — проскрежетал он.

Пальцы на рукояти Звездного Сокрушителя сжались до белизны суставов.

— [Пустотный Откат: Воздаяние Небытия]!

Вся та чудовищная энергия, которую Щит Забвения только что вобрал в себя — сотни миллионов единиц сырой разрушительной мощи заклинаний и кинетика сотен несущихся туш — не растворилась бесследно. Артефакт перековал ее в одно-единственное свойство: абсолютное отрицание формы.

Щит ослепительно полыхнул... тьмой. Это была не вспышка света, а вспышка черного вакуума, расходящаяся полусферой радиусом в триста метров.

*Ш-Ш-Ш-А-А-А-Х-Х!*

Звук напоминал вздох умирающей вселенной.

Вся передовая волна Бездны — полторы тысячи элитных чудовищ, Ткачи Искажения, тяжелые осадные слизни — просто перестали существовать. Они не сгорели, не истекли кровью, не разлетелись на куски. Пространство перед Глебом на секунду потеряло пиксели реальности, обратившись в серую рябь, а когда геометрия восстановилась, перед мостом образовалась идеальная, стерильная пустота.

Ни капли слизи. Ни единой кости. Даже воздух на этом пятачке перестал существовать, и атмосфера Цитадели со свистом ринулась заполнять образовавшийся барический вакуум, породив яростный вихрь.

[Боевой лог]:

- Навык «Пустотный Откат» наносит: 1 240 000 000 истинного урона по площади.

- Уничтожено целей: 1 842.

- Получено опыта: 840 000 000 (Штраф за предел уровня: опыт перенаправлен в кристалл сингулярности).

- Прочность Щита Забвения: БЕЗУПРЕЧНО (Неразрушимый объект).

Позади раздался грохот падающего оружия. Кто-то из рыцарей Света выронил свой двуручный клинок, не в силах удержать его ослабевшими от шока пальцами.

Инквизитор Альбрехт застыл с открытым ртом, глядя на пустую, аккуратно срезанную воронку диаметром в три сотни метров, на дне которой обнажились самые древние, титанические фундаменты крепости.

— Ч-что... что ты такое?.. — пролепетал старик, крестясь трясущейся рукой. — Ни один смертный... ни один паладин не способен сотворить подобное без благословения Высших Архонтов! Ты продал душу Повелителю Глубин!

Глеб медленно повернул шлем в сторону инквизитора. Сквозь узкие прорези забрала блеснули два холодных, бледно-лиловых огонька его зрачков, в которых не осталось ничего от прежнего человека, покинувшего Землю сотни томов назад.

— Если бы я продал душу Бездне, Альбрехт, ты бы уже захлебывался собственной желчью, — ледяным тоном ответил Воронов. — А если бы я уповал на твоих Архонтов... посмотри наверх. Где они?

Он указал острием шипа на щите в зенит.

Там, сквозь разодранные золотые небеса, падали горящие кометы. Это были не метеориты. Это были тела Серафимов — шестикрылых титанов Света двухтысячных уровней. Их золотая кровь проливалась на умирающий город кислотным дождем, а в небесной вышине медленно разворачивалось то, от чего даже у ветеранов системных войн стыла кровь в жилах.

Из разлома вылезала Осадная Цитадель Бездны — живой левиафан размером с тектоническую плиту, усеянный тысячами щупалец и пастей, каждая из которых могла проглотить королевский дворец.

**[Ксаар'Гол, Пожиратель Эонов. Мировой Босс Класса «Катаклизм». Уровень: 5 200].**

Его появление сопровождалось глобальным системным сообщением, окрасившим весь интерфейс в кроваво-алый цвет:

[ГЛОБАЛЬНАЯ ТРЕВОГА СИСТЕМЫ:]

[Зафиксировано вторжение Сущности Нулевого Порядка]

[Радиус искривления реальности: 50 000 километров.]

[Все законы сохранения материи временно аннулированы.]

[Текущий статус локации «Цитадель Вечного Света»: ОБРЕЧЕНА.]

[Рекомендация Системы: НЕМЕДЛЕННАЯ ЭВАКУАЦИЯ В ДРУГИЕ ИЗМЕРЕНИЯ.]

От одного только взгляда на циклопическую тушу левиафана трое паладинов позади Глеба упали замертво — их полосы здоровья мгновенно опустели из-за пассивного навыка монстра [Аура Первозданного Ужаса], пробивающего любую ментальную защиту ниже божественного ранга. Инквизитор Альбрехт рухнул на четвереньки, царапая мрамор ногтями и исторгая из горла бессвязное мычание; из его глаз и ноздрей сочилась тонкая струйка черной крови.

— Вот они, твои боги, — тихо сказал Глеб, не обращая внимания на агонию клириков. — Они бежали. Либо сдохли первыми, потому что их свет был слишком ярок и сладок для тварей мрака.

Из туши Ксаар'Гола вырвались сотни багровых молний. Каждая из них несла в себе заряд чистой деконструкции. Чудовище раскрыло свою главную пасть, внутри которой формировалась сфера из черного анти-солнца — абсолютная атака, способная стереть континент вместе с континентальным шельфом.

Оно целилось не в разрушенные башни. Оно почуяло единственную точку во всем этом умирающем измерении, которая не дрожала перед его волей.

Оно почуяло Глеба.

— Думаешь, ты здесь самый голодный, червь? — прошептал Воронов, и в его голосе впервые прорезалась ярость. Ярость воина, который прошел сто семьдесят томов бесконечной резни, потерял всех, кого знал, сжег свои воспоминания о земном доме и оставил себе лишь одно право: право говорить «НЕТ» любому закону вселенной.

Глеб перехватил Щит Забвения двумя руками, заведя его за правое плечо, словно готовясь к тарану.

Его броня отозвалась глухим звоном. Из стыков пластин вырвались снопы черного пламени — не магии, а концентрированной энергии энтропии, переполнявшей его энергетические каналы.

[АКТИВАЦИЯ СВЕРХНАВЫКА: «СИНГУЛЯРНОСТЬ АВАНГАРДА»]

[Потреблено: 50% запаса выносливости.]

[Время действия: 60 секунд.]

[Эффект: Персонаж принимает на себя ВЕСЬ урон, направленный в радиусе]

[10 километров. Уклонение заблокировано. Парирование невозможно.]

[Вся входящая агрессия врагов принудительно перенаправляется на вас.]

[«ТЫ — СТЕНА. ЗА ТОБОЙ НИЧЕГО НЕ БУДЕТ СЛОМАНО».]

— Эй, гора тухлого мяса! — рявкнул Глеб, и его голос, усиленный резонансом Пустоты, разорвал вой сирен и грохот рушащихся стен, ударив по сенсорам гигантского левиафана. — Я здесь! Твоя Бездна хотела пожрать этот мир? Попробуй сначала сожрать меня!

Ксаар'Гол взревел.

Из его пасти сорвался луч Черного Анти-Солнца. Это был столб тьмы толщиной в полкилометра, окруженный кольцами багрового огня и искривленного пространства. Все, чего касались периферийные лучи этой атаки — вековые скалы, парящие обелиски Цитадели, облака, сам воздух — мгновенно обращалось в элементарный субатомный пар. Земля под лучом испарялась, обнажая мантию планеты.

Удар шел вертикально сверху, под углом в сорок пять градусов, целясь ровно в мост и брешь, где стоял Глеб.

Остатки отряда Света зажмурились, ожидая мгновенной смерти. Даже инквизитор затих, скорчившись в предсмертной молитве.

Глеб не закрыл глаз.

Он шагнул навстречу лучу.

Щит Забвения взметнулся вверх, перекрывая горизонт.

— [КОНЦЕПТ: НОЛЬ]! — выкрикнул Глеб, вкладывая в это слово всю волю своей искалеченной, закаленной в миллиардах битв души.

*УДАР.*

В этот миг время остановилось.

Не метафорически — Системный таймер в углу обзора Глеба дернулся и замер: [00:00:00:000]. Квантовая ткань реальности Цитадели Вечного Света не выдержала столкновения двух абсолютов: Первородного Разрушения Бездны и Абсолютного Небытия Щита Забвения.

Столб анти-солнца врезался в монолит щита.

Возникла точка бесконечного давления. Ударная волна должна была сдуть атмосферу планеты, но Щит Забвения работал иначе. Он не отражал силу — он требовал ее всю без остатка.

Вокруг Глеба гранит пошел трещинами глубиной в километры, гигантские куски моста взлетели в воздух, распадаясь в пыль от колоссальной гравитационной перегрузки, но сам Паладин стоял.

Его ноги по колено ушли в древний адамантин. Металл наголенников накалился до белого каления, испуская едкий дым. Мышцы спины Глеба рвались под чудовищным давлением и мгновенно сшивались обратно за счет запредельной регенерации трансцендентного ранга:

[Боевой лог]:

- Критический входящий концептуальный урон: 8 900 000 000 ед./сек!

- Срабатывание пассивного навыка «Кость Пустоты»: урон снижен на 90%.

- Поглощение Щитом Забвения: 890 000 000 ед./сек.

- Внимание! Превышение лимита аккумуляции артефакта!

- Внутренний реактор щита заполнен: 99.8%!

- Внимание! Угроза разрыва энергоканалов персонажа!

— Держись... — сквозь зубы процедил Глеб. Изо рта под шлемом брызнула густая, темно-бордовая кровь, заливая подбородок. Боль была такой, будто его душу засунули в гидравлический пресс и медленно сдавливали между двумя наковальнями. — Держись, кусок космического железа! Мы еще не закончили!

Он чувствовал, как за его спиной воют испуганные до смерти люди. Те самые люди, которые вчера плевали ему вслед, называя порождением тьмы. Но паладин Пустоты стоял не ради них. И не ради славы.

Он стоял, потому что если падет этот рубеж — Бездна прорвется в срединные миры, где не осталось даже таких трусливых защитников, как эти инквизиторы. Где остались лишь триллионы беззащитных душ, ничего не знающих о Великой Системе и ее безжалостных играх.

— Р-А-А-А-А-А-Х-Х-Х! — яростный, первобытный рев вырвался из груди Воронова.

Он нашел в себе силы оторвать правую ногу от просевшего адамантина и сделать еще один шаг вперед. Навстречу потоку антивещества.

Затем еще один.

Каждый его шаг отзывался гулким колокольным звоном по всей Цитадели. Щит Забвения, не выдерживая запредельной концентрации поглощенной мощи, начал видоизменяться. Черный монолит покрылся сетью ослепительно-фиолетовых трещин, из которых било чистое, дистиллированное Ничто.

Левиафан Ксаар'Гол в небесах захлебнулся собственным лучом. Его гигантские фасеточные глаза расширились от невозможного, немыслимого для существа его уровня зрелища:

Маленькая черная букашка, стоящая на краю разрушенной стены, не просто выдерживала дыхание Мирового Босса.

Она шла сквозь него.

— Твой голод... — прохрипел Глеб, поднимая Звездный Сокрушитель, чья цепь раскалилась до прозрачности, — ...слишком мелок по сравнению с моей Пустотой!

Когда дистанция между щитом и источником луча сократилась до критической, Глеб ударил навершием моргенштерна прямо по внешней грани своего щита.

Это был запрещенный, безумный прием, противоречащий всем руководствам Системы. Слияние двух противоположных пустотных матриц в замкнутом контуре.

— [СВЕРХНОВАЯ ЗАБВЕНИЯ]!

*ЩЕЛЧОК.*

Звук исчез. Полностью. На сотни километров вокруг наступила абсолютная, гробовая тишина.

А затем луч Черного Анти-Солнца разорвало изнутри.

Поглощенная мощь вырвалась обратно, но уже не в виде рассеянной энергии, а в форме гигантского копья из абсолютного вакуума, окруженного лезвиями гравитационных искажений. Луч вспорол луч. Словно раскаленный меч сквозь масло, пустотное копье Глеба ударило прямо в распахнутую пасть Ксаар'Гола.

В небесах расцвел колоссальный, беззвучный цветок из черных лепестков антиматерии.

Левиафан даже не успел взреветь. Его голова, размером с крупный мегаполис, схлопнулась внутрь себя в микроскопическую черную дыру, потянув за собой километры щупалец, панциря и плоти. Чудовищная гравитационная воронка в небе за долю секунды сожрала верхнюю половину тела монстра, после чего сколлапсировала и исчезла с тихим хлопком, оставив после себя лишь облако ионизированного космического мусора.

Обезглавленная туша космического левиафана, охваченная фиолетовым огнем распада, качнулась и начала падать вниз — мимо Цитадели, в бездонные глубины нижнего астрала.

[СИСТЕМНОЕ ОПОВЕЩЕНИЕ:]

[Мировой Босс [Ксаар'Гол, Пожиратель Эонов] — УНИЧТОЖЕН]

[Нанесен рекордный урон: 42 150 000 000 (Концептуальное стирание).]

[Ваш ранг угрозы для Бездны повышен до: «ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЙ ВРАГ №1».]

[Внимание! Внимание! К локации стягиваются Владыки Второго Эшелона]

Дым медленно рассеивался.

Небо над Цитаделью Вечного Света больше не было золотым. Оно было разорвано, обнажая бесконечный звездный космос, подернутый багровыми туманностями Бездны.

От великого моста остался лишь узкий карниз шириной в пару метров, нависший над многокилометровой пропастью.

И на этом карнизе, тяжело дыша, стоял Глеб Воронов.

Его плащ сгорел дотла. Черный доспех дымился, покрытый сетью микротрещин, сквозь которые сочилось лиловое сияние. Руки дрожали от запредельной отдачи, а полоска выносливости мигала в критической красной зоне: [Выносливость: 1.2%]. Но Щит Забвения по-прежнему был поднят. На его матовой грани не осталось ни единой царапины — он снова был голоден, холоден и бесстрастен.

Позади послышался судорожный вздох.

Альбрехт, перепачканный в пыли и собственной крови, с благоговейным ужасом смотрел на спину человека, в одиночку уничтожившего то, перед чем склонились все Архонты Небес.

— Кто... кто ты на самом деле?.. — выдавил из себя инквизитор, не узнавая собственный голос. — Ты не человек... Ты чудовище...

Глеб медленно опустил моргенштерн. Металл цепи с лязгом остывал на ледяном ветру.

— Я тот, кто держит рубеж, пока вы молитесь, — не оборачиваясь, ответил Воронов. Его голос звучал глухо, устало, но в нем звенела несокрушимая сталь. — Забирай своих недобитков и уходи через аварийный круг в катакомбах. У вас есть ровно десять минут, пока падение туши Ксаар'Гола сдерживает нижние орды.

— А... а ты? — дрожащим голосом спросила молодая жрица, поднимаясь с колен и с ужасом глядя на край обрыва.

Внизу, в бездонном мраке под расколотой стеной, снова зашевелилась тьма. Миллиарды горящих красных и зеленых глаз зажигались во мгле. Смерть одного левиафана лишь разъярила Бездну. Из глубин поднимались новые тени — быстрее, голоднее, бесчисленнее, чем прежде. Воздух вновь наполнился низкочастотным гулом приближающегося роя.