Топограф Сновидений: Лабиринт Иллюзий

В правом верхнем углу его зрительного поля монотонно мерцали системные хронометры:

**[Время до критической дезинтеграции сигнатуры: 13 мин. 48 сек.]**

**[Когнитивная матрица цели: 10.8% (Угасание ускоряется).]**

**[Текущий запас Астрального Резонанса: 24/55 (Скорость восстановления: +0.4 ед./сек.)]**

**[Когнитивная Стабильность: 100% (Норма)]**

— Тринадцать минут с хвостиком, — негромко пробормотал Вадим под нос. Звук собственного хриплого голоса приятно оцарапал барабанные перепонки, возвращая мыслям трезвость. — Метров сорок по прямой. Если бы это была обычная тайга, добежал бы за десять секунд. Но здесь прямой линии в природе не существует, пока ты сам ее не начертишь и не забьешь в нее сваи.

Он взглянул на матовый экран планшета. Тонкая фиолетовая черта — проложенный им створ — уходила вперед, но на тринадцатом метре ее кончик начал предательски подрагивать. Линия высот, отображаемая цифровым высотомером, внезапно поползла вверх под нелепым углом в сорок пять градусов, хотя визуально перед Вадимом расстилалась все та же унылая, пологая серая равнина.

Пространство слоилось. Оно сопротивлялось геометрии, пытаясь обмануть оптику, преломить луч и завязать вектор в ложный узел.

Вдруг фиолетовый лазерный след впереди преломился. Луч света, который по всем фундаментальным законам физики обязан был двигаться прямолинейно в однородной среде, изогнулся пологой дугой вправо, скользнул по невидимой выпуклости тумана и рассеялся россыпью блеклых фиолетовых искр.

Вадим замер, мгновенно остановив движение. Каблуки зафиксировались на твердом гранитном пятачке.

**[Внимание: обнаружена зона переменной кривизны метрики.]**

**[Коэффициент оптической рефракции Морока: 1.74.]**

**[Прямая визирная ось нарушена. Дальнейшая прокладка створа вслепую грозит срывом в фазовую расщелину.]**

— Вот оно как, — прищурился маркшейдер, медленно переводя дыхание. — Оптический клин. Кто-то очень не хочет, чтобы я шел по прямой.

Воздух впереди заметно похолодел. Не физическим морозом, от которого индевеют ресницы, а тем мерзким, вкрадчивым астральным ознобом, который заставляет внутренности сжиматься в тугой узел. В глубине тумана, метрах в пятнадцати впереди, послышался сухой, царапающий звук. Словно десятки стеклянных игл скребли по наждачной бумаге.

А затем пришел вой.

Он не был похож на вой земного волка — в нем не было тоски или призыва к стае. Этот звук напоминал резонансный гул высоковольтных проводов под шквальным ветром, смешанный с шелестом радиопомех на пустой частоте. Звук проникал не через уши, он резонировал прямо в костях черепа, заставляя вибрировать зубы.

**[Предупреждение: Ментальная интерференция низкой частоты.]**

**[Параметр «Когнитивная Стабильность» снижен: 99%... 98%...]**

**[Внимание! Зафиксировано присутствие блуждающих фазовых хищников.]**

**[Классификация: Грезовый волк (Порождение Первого Круга Бессознательного).]**

**[Уровень сущностей: 3–4.]**

**[Количество активных маркеров: 3 (внимание: возможны зеркальные фантомы).]**

Из серых клубов, метрах в двенадцати впереди, плавно выплыли три силуэта.

Они напоминали крупных псовых, но анатомия их была текучей, нестабильной. Шкура казалась сотканной из серого пепла и клочьев грозовых облаков, сквозь которые слабо просвечивали контуры ложных ребер. Морды были вытянутыми, безглазыми — на месте глазниц пульсировали вертикальные щели, наполненные мутным фосфоресцирующим светом. Но самое скверное заключалось в их движении: волки перемещались рывками, оставляя за собой смазанные, мерцающие шлейфы. В один миг зверь стоял прямо по курсу, а через долю секунды его изображение двоилось, распадаясь на две зеркальные копии, сдвинутые относительно друг друга на метр.

Один волк припал к несуществующей земле слева. Второй бесшумно скользил справа, заходя в полукруг. Третий — самый крупный, с грязно-белым наростом на холке, похожим на окаменевший кристалл, — остался в центре, скаля длинные, похожие на сосульки клыки, с которых капала густая черная жижа, испаряющаяся еще до падения.

Обычный боец, будь то мечник или лучник, в этой ситуации доверился бы глазам или слуху. Он натянул бы тетиву, прицелился в оскаленную пасть центральной твари или приготовился встретить прыжок флангового зверя рубящим ударом.

И неминуемо погиб бы.

Потому что на экране геодезического планшета Вадима реальность выглядела совершенно иначе.

Никаких трех волков в тех точках, где их рисовал воспаленный обманчивый взор, прибор не видел. На месте левого волка планшет показывал абсолютно пустую топографическую пустоту — изолинии высот шли ровно, без малейшего возмущения массы. Зверь слева был чистым оптическим параллаксом, фантомом, порожденным преломлением астрального света.

Настоящие маркеры возмущения массы — три тяжелых, хаотично пульсирующих гравитационно-пространственных узла — располагались совсем в других координатах. Центральный зверь на самом деле находился на два с половиной метра правее и на сорок сантиметров ниже видимого силуэта. А тот, что казался правым, уже бесшумно стелился по дуге прямо за спину инженеру, скрытый складкой иллюзорного рельефа.

— Хитрые твари, — процедил сквозь зубы Вадим. Рука его не дрогнула. — Работают по принципу миража в пустыне. Создают ложный угол визирования, чтобы жертва била в пустоту, открывая шею для реального удара. Классическая коллимационная погрешность, возведенная в абсолют.

Левый, фантомный волк внезапно издал яростный рык и метнулся вперед, целясь прямо в лицо человеку. Прыжок выглядел чудовищно правдоподобно: мускулы перекатывались под пепельной шкурой, челюсти щелкали в воздухе, поднимая вихрь тумана.

Любой рефлекс требовал закрыться руками, отшатнуться, сбить зверя локтем.

Вадим даже бровью не повел. Он стоял неподвижно, как гранитный репер на вечной мерзлоте.

Фантом пролетел сквозь его грудь без единого звука, обдав лишь мимолетной волной затхлого холода, словно распахнулась дверца старого погреба. Системное сообщение лениво моргнуло:

**[Ментальная атака типа «Ложный выпад» проигнорирована.]**

**[Когнитивная Стабильность удержана на отметке: 98%.]**

**[Иллюзорный контур цели рассеян.]**

Но в ту же секунду с правого фланга — из пустоты, где человеческий глаз видел лишь серый клокочущий пар, — донесся настоящий, смертоносный шелест когтей. Настоящий волк шел на перехват, используя замешательство жертвы.

— Поиграли в прятки, и хватит, — глухо бросил маркшейдер.

Работать с руки портативным планшетом против подвижных целей на пределе видимости было недопустимо. Слишком велика угловая погрешность, слишком велик риск смазать замер. Против геодезической аномалии требовался инструмент тяжелого класса.

Вадим резко сбросил с плеча длинный продолговатый тубус из ударопрочного углепластика и титанового сплава. Одно движение широкой ладони — защелки раскрылись с сухим щелчком.

В его руках оказался геодезический штатив с массивными телескопическими ножками и сердце его арсенала — **Замерный Теодолит Маркшейдерский Полевой «ЗТМ-А1»**.

Это не было изящным магическим жезлом или сияющим посохом чародея. Прибор выглядел грубо, монументально и функционально: массивный корпус из оливкового анодированного алюминия и матовой латуни, тяжелая зрительная труба с толстыми просветленными линзами из горного хрусталя, микрометренные винты тонкой наводки с алмазной насечкой, лимб и алидада, размеченные с точностью до долей угловой секунды. От основания прибора тянулся тяжелый латунный отвес на плетеном шелковом шнуре, оканчивающийся граненым конусом из радиоактивно мерцающего берилла.

Движения Вадима были выточены тридцатью годами полевого стажа. Ни одного лишнего взмаха.

Ножки штатива с металлическим лязгом раздвинулись на нужную длину. Стальные заостренные наконечники — башмаки штатива — со всего маху вонзились в узкую гранитную полосу, выбивая снопы сизых искр.

**[Развертывание полевой геодезической станции...]**

**[Точка стояния определена: Пикет 0+13.7.]**

**[Устойчивость основания: 100%.]**

Секунда — и на столик штатива лег сам теодолит. Становой винт снизу затянулся с тугим, сытым скрипом.

Справа, всего в четырех метрах, туман взорвался. Настоящий волк вышел на финишную прямую атаки. Теперь Вадим видел его периферийным зрением: зверь казался размытым пятном, его пасть раскрылась почти на сто восемьдесят градусов, обнажая частокол зубов, вибрирующих на ультразвуковой частоте. Он летел низко над землей, целясь маркшейдеру в сухожилие под коленом.

У обычного человека не хватило бы времени даже вскинуть ружье.

Но Вадим не собирался стрелять по зверю. Он брал отсчет.

Пальцы в грубых перчатках метнулись к подъемным винтам подставки — трегера. Взгляд метнулся к круглому пузырьковому уровню.

Пузырек воздуха в спиртовой капсуле метнулся от края к центру. Раз — поворот левого винта. Два — встречное движение правого. Пузырек послушно замер точно между двумя контрольными рисками.

Горизонт взят.

**[Инструмент приведен в отвесное положение.]**

**[Коллимационная ось стабилизирована.]**

**[Включен режим угловых измерений высокого разрешения.]**

— Поймал тебя, сука, — выдохнул Вадим, припадая глазом к резиновому наглазнику окуляра зрительной трубы.

Мир внутри оптической системы кардинально преобразился.

Серый туман в окуляре перестал быть хаотичной массой. Он распался на четкую координатную сетку тончайших зеленых светящихся линий. Сетка нитей — строгий крест с горизонтальными и вертикальными дальномерными штрихами — намертво легла на пространство.

И там, где невооруженный глаз видел лишь пустоту и обрывки серой мглы, через хрустальную оптику теодолита Вадим отчетливо разглядел истинное тело хищника.

Это был клубок бешено вращающихся силовых линий, сотканных из плотного фиолетового тумана, внутри которого пульсировало крошечное, размером с грецкий орех, геометрически правильное ядро — додекаэдр из застывшего серого кварца. Это было средоточие сущности твари. Ее точка привязки к этому миру. Ее истинный центр тяжести.

Волк находился в фазе прыжка. Расстояние — 3.82 метра. Скорость сближения — 11 метров в секунду. Угол места — минус четыре градуса.

Пальцы Вадима легли на наводящий винт алидады. Плавное микроскопическое движение — сетка нитей с математической неотвратимостью совместила перекрестье точно с пульсирующим кварцевым додекаэдром в груди твари.

В ухе щелкнул зуммер:

**[Цель захвачена в визирную ось.]**

**[Азимут: 284°12'44".]**

**[Дистанция: 3.81 м.]**

**[Превышение: -0.14 м.]**

**[Истинные пространственные координаты зафиксированы без возможности фазового уклонения.]**

— Засечка первая, — прошептал Вадим и вдавил указательным пальцем массивную латунную гашетку на боковой панели теодолита. — Прямая угловая. Координата снята.

**[Активирован навык: «Геометрическая Фиксация Репера: Принудительный Коллимационный Пробой»!]**

**[Расход Астрального Резонанса: 15 единиц.]**

**[Текущий Резонанс: 11/55.]**

Из широкого объектива зрительной трубы не вырвалось пламя. Не было взрыва.

Раздался звук, похожий на звон лопнувшей басовой струны гигантского рояля, помноженный на металлический треск ломающегося рельса на сорокаградусном морозе.

Тончайший луч абсолютно белого, ослепительного света — толщиной не толще швейной иглы — пронзил пространство вдоль визирной оси. Он не жег и не испепелял. Он делал нечто куда более страшное для порождения мира снов: он принудительно наделял точку пространства постоянными, неизменными декартовыми координатами.

В тот миг, когда луч коснулся кварцевого ядра волка, хаотичная, текучая природа зверя вступила в смертельное противоречие с законами евклидовой геометрии.

Волк замер прямо в воздухе. Его движение не просто остановилось — вектор скорости мгновенно обнулился. Пространство вокруг зверя сжалось с сухим, хрустальным хлопком.

На глазах Вадима пепельная шкура хищника посерела, потеряла призрачную полупрозрачность и мгновенно остекленела. По телу твари побежали белые трещины, словно по оконному стеклу, в которое на полном ходу влетел булыжник.

— Хрупкая конструкция, — хладнокровно констатировал Вадим, не отрывая взгляда от окуляра. — Ошиблись в расчетах сопромата.

Остекленевшая туша первого волка рухнула на гранитную полосу и с сухим звоном разлетелась на тысячи мелких, тусклых осколков, которые тут же начали таять, превращаясь в белесую известь.

**[Уничтожена сущность: Грезовый волк (Уровень 3).]**

**[Получено опыта: 85 ед.]**

**[Элемент Морока нейтрализован в радиусе 5 метров.]**

**[Трофеи: Осколок фазового кварца (Низшее качество) — 1 шт. (Перемещено в инвентарь).]**

Но расслабляться было нельзя. В воздухе стоял удушливый запах горелого кремния, а счетчик времени безжалостно отсчитывал секунды:

**[Время до критической дезинтеграции сигнатуры: 11 мин. 12 сек.]**

**[Когнитивная матрица цели: 9.4%.]**

Оставшиеся два волка среагировали мгновенно.

Они не обладали человеческим разумом, но звериное чутье порождений Морока подсказало им: неподвижная трехногая конструкция из металла и стоящий за ней двуногий представляют абсолютную, противоестественную угрозу для всего их иллюзорного естества.

Крупный вожак с кристаллическим наростом на холке издал короткий хриплый лай.

Второй волк — тот, что ранее прятался за ложной дугой преломления, — не стал атаковать в лоб. Он начал кружить вокруг штатива на расстоянии семи метров, бешено наращивая скорость. Его силуэт размазывался, превращаясь в непрерывное серое кольцо. Пространство вокруг геодезической станции начало закручиваться: изолинии на экране планшета поплыли, превращаясь в концентрические воронки.

Тварь пыталась сорвать горизонт прибора! Создать искусственную турбулентность пространства, чтобы сбить пузырек уровня и заставить тяжелый латунный отвес раскачиваться, как маятник в часах.

Если горизонт собьется — точность наводки упадет до нуля. Без точной засечки луч теодолита превратится в бесполезную световую указку.

Одновременно с этим вожак начал медленно, шаг за шагом наступать с фронта. Но он больше не бежал. Он использовал фазовое мерцание: шаг — он здесь, шаг — исчез, оставив лишь дрожащий контур, шаг — возник на полметра левее и на два метра ближе.

— Умные, падальщики, — пробормотал Вадим. Левая рука скользнула к поясу, проверяя латунный отвес. Тот действительно начал мелко вздрагивать, отклоняясь от центрального маркера на полтора миллиметра.

Резонанс медленно полз вверх: `[14/55]... [15/55]...`

Мало. На два одиночных выстрела энергии впритык, но кружащий волк двигался со слишком высокой угловой скоростью. Зрительная труба имела узкое поле зрения — поймать его перекрестьем на такой скорости с помощью микрометренных винтов было физически невозможно. Не хватит скорости вращения алидады.

А вожак уже подобрался на дистанцию шести метров. Его мутные глазницы вспыхнули ядовито-зеленым пламенем. Он готовился к финальному фазовому скачку прямо на окуляр прибора, чтобы разнести оптику вместе с головой топографа.

— Хотите динамики? — осклабился Вадим, и в глазах его сверкнул недобрый, профессиональный азарт старого маркшейдера, которому пьяные проходчики пытались доказать, что забой ушел в сторону «всего на пару лаптей». — Будет вам динамика. Метод засечки по движущимся ориентирам. Способ профессора Красовского, модифицированный полевыми условиями.

Вадим опустил руку в брезентовую сумку на бедре и извлек три тяжелых предмета.

Это были геодезические шпильки — толстые тридцатисантиметровые стержни из закаленной инструментальной стали, оголовки которых венчали миниатюрные призматические отражатели из искусственного граната. Обычно их использовали для закрепления временных реперов и разбивки базисных линий на сыпучих грунтах.

Взмах широкой жилистой руки — и первая шпилька со свистом ушла влево, вонзаясь точно в край гранитной полосы в трех метрах от штатива.

Второй взмах — вторая шпилька с металлическим щелчком вошла в камень справа.

Третья — далеко вперед, прямо под лапы медленно наступающему вожаку.

Три точки. Три жестко зафиксированных базиса.

Вадим резко перевел тумблер на левой стойке теодолита из положения «Визирование» в положение «Тахеометрическая круговая развертка».

**[Внимание: изменение режима работы инструмента.]**

**[Обнаружены пассивные отражающие световозвращатели: 3 ед.]**

**[Формирование локальной триангуляционной сети...]**

**[Требуется подтверждение привязки базиса.]**

— Привязывай намертво! — гаркнул Вадим. — Замкнуть треугольник погрешностей!

Он ударил ладонью по верхней пластине алидады, заставляя зрительную трубу теодолита бешено вращаться вокруг вертикальной оси.

Обычно теодолит вращают медленно, плавно, затаив дыхание. Но в конструкции «ЗТМ-А1» был заложен аварийный маркшейдерский контур для работы в условиях обрушения горных выработок.

Раскрученная оптическая головка издала тонкий турбинный свист. Сквозь линзы во все стороны брызнули веерные лазерные лучи. Отражаясь от трех стальных шпилек, лучи не рассеялись в тумане — они замкнулись в жесткую, геометрически безупречную пирамиду из рубиново-красных световых нитей, внутри которой оказался сам Вадим, его штатив и оба оставшихся хищника.

Это был триангуляционный контур замкнутого полигона.

И внутри этого контура законы астрального Морока перестали действовать вовсе.

Кружащий волк, несшийся по дуге с бешеной скоростью, влетел в одну из граней этой невидимой геометрической клетки. Воздух мгновенно загустел, превращаясь для зверя в вязкую смолу. Его фазовое размытие сорвало, как ветром срывает бумажный фантик. Иллюзии лопнули. Зверь проявился целиком — костлявый, перекошенный, беспомощно скребущий когтями по воздуху, плотность которого внезапно стала равна плотности железобетона.

**[Объект №2 зафиксирован в створе между Репером-1 и Репером-2.]**

**[Поправка за кривизну пространства: 0.000.]**

**[Угловая скорость цели принудительно обнулена.]**

Вожак стаи, осознав ловушку, издал панический визг и попытался совершить вертикальный фазовый скачок, уйдя в верхние слои тумана.

Но третья шпилька, вбитая прямо перед ним, держала верхнюю вершину пирамиды. Стоило зверю подпрыгнуть на полметра, как луч, соединяющий шпильку с вершиной теодолита, хлестнул его по брюху, оставляя глубокий дымящийся след абсолютной фиксации. Тварь рухнула на брюхо, прижатая к граниту невыносимой гравитационной массой собственного зафиксированного веса.

— Вот и погуляли, — холодно произнес Вадим.

Турбина вращения замедлила бег. Зрительная труба щелкнула стопорным винтом, остановившись точно на застывшем в световой сетке круговом волке.

Вадим даже не стал смотреть в окуляр. Координаты цели были вычислены триангуляционной сетью автоматически и выведены на цифровое табло наводки.

— Отсчет по горизонтальному кругу: 114 градусов, 38 минут. Дистанция — шесть сорок пять. Уничтожить.

Палец нажал гашетку.

Короткий белый импульс вспорол воздух. Второго волка разорвало на куски прямо в воздухе — без воплей, без агонии. Он просто рассыпался градом известковой крошки, которая с сухим шелестом осыпалась на камни.

**[Уничтожена сущность: Грезовый волк (Уровень 3).]**

**[Получено опыта: 90 ед.]**

Остался только вожак.

Крупный зверь лежал у подножия третьей шпильки. Он тяжело, хрипло дышал, из его пасти текла мутная пена, но в безглазой морде все еще читалась слепая, утробная ненависть порождения бездны к живому разуму. Кристаллический нарост на его холке яростно пульсировал, пытаясь накопить энергию для последнего пространственного разрыва.

Вадим медленно подошел к зверю, не вынимая штатива из земли. В его руке блеснул полуметровый стальной геодезический штырь с острым закаленным жалом.

— Ты красивый экземпляр, — негромко сказал маркшейдер, глядя сверху вниз на хрипящую тварь. — Редкая форма кристаллического вырождения Морока. В земных недрах такое называют «ложной рудной жилой». С виду блестит, а на поверку — пустая порода и серный колчедан.

Волк дернулся, пытаясь достать сапог человека зубами, но граница триангуляционной сетки держала его намертво.

Вадим поднял штырь острием вниз, точно совмещая его с направлением отвеса, падающего от центра тяжести кристалла на холке зверя.

— Засечка третья. Высотная привязка к нулевому горизонту.

Удар был коротким, точным и поставленным — так горные мастера забивают клинья в трещину монолита, чтобы отколоть породу строго по слою спайности.

Стальное жало вошло точно в центр кристалла на холке вожака.

Тварь забилась в беззвучной судороге. По кристаллу побежали глубокие фиолетовые трещины. Из них хлынул не яд и не кровь, а плотный поток искрящегося серебристого света — чистая, сконденсированная ментальная энергия, лишенная формы и воли.

Секунда — и тело вожака осыпалось серой золой, оставив на граните лишь расколотый надвое граненый кристалл, переливающийся изнутри мягким лазурным сиянием.

**[Уничтожен лидер стаи: Грезовый волк-альфа (Уровень 4).]**

**[Получено опыта: 180 ед.]**

**[Внимание! Накоплен достаточный объем когнитивного и полевого опыта.]**

**[Ваш уровень повышен! Текущий уровень: 3.]**

**[Получены свободные характеристики: 3 очка распределения.]**

**[Получено очко профессионального навыка: 1.]**

**[Внимание: Триангуляционный контур успешно замкнут с нулевой невязкой. Качество геодезической сети: Высокое.]**

Воздух вокруг внезапно очистился.

Тяжелый, давящий туман в радиусе пятнадцати метров от теодолита словно смело гигантской невидимой метлой. Серая мгла отступила, обнажив чистое, темно-фиолетовое небо, усыпанное блеклыми, холодными звездами, не принадлежащими ни одному земному созвездию. Гранитная полоса под ногами Вадима больше не казалась узким карнизом над пропастью — теперь это была устойчивая, монолитная площадка правильной треугольной формы, зафиксированная тремя стальными шпильками.

Вадим тяжело перевел дух. По лбу катился едкий, холодный пот, заливая глаза. Он вытер лицо тыльной стороной рукава брезентовой штормовки и взглянул на свои показатели:

**[Характеристики субъекта:]**

**[Имя: Вадим Озеров]**

**[Класс: Топограф-Маркшейдер Сновидений (Ранг: Практик)]**

**[Уровень: 3]**

**[Астральный Резонанс: 8/55 (Внимание: близко к истощению!)]**

**[Когнитивная Стабильность: 96%]**

**[Нераспределенные очки: 3]**

— Так, сопли подтереть, отдышимся на пенсии, — скомандовал сам себе инженер, глядя на таймер спасения.

Таймер неумолимо сокращался:

**[Время до критической дезинтеграции сигнатуры: 06 мин. 44 сек.]**

**[Когнитивная матрица цели: 6.1% (Критический порог!).]**

**[Дистанция до источника сигнала: 24 метра по азимуту 358°.]**

Шесть с половиной минут. Шесть процентов матрицы. Это означало, что личность умирающего уже начала распадаться на бессвязные лоскуты памяти. Еще немного — и там останется лишь пустая телесная оболочка, которую туман переварит без остатка за считанные мгновения.

Вадим быстро распределил полученные очки. Времени на глубокие размышления не было:

Два очка ушли в **Астральный Резонанс**, поднимая верхнюю планку запаса сил до 65 единиц и мгновенно восстанавливая двадцать очков из-за скачка уровня. Одно очко он снова отправил в **Когнитивную Стабильность** — после ментального воя волков голова неприятно гудела, а ясный ум маркшейдеру был нужен больше, чем мускулы.

**[Астральный Резонанс: 28/65.]**

**[Когнитивная Стабильность: 100%.]**

Нагнувшись, Вадим поднял с камня расколотый кристалл вожака. Система тут же выдала описание:

**[Трофей: Расколотое Сердце Фазового Вожака (Ранг: Необычный).]**

**[Тип: Материал / Катализатор пространственной стабилизации.]**

**[Эффект: При использовании в качестве призмы теодолита увеличивает дальность прямой засечки на 15 метров и снижает расход Резонанса на 10%.]**

— А вот это дельная вещь. В хозяйстве пригодится, — спрятал он кристалл в специальное бархатное отделение полевой сумки.

Теперь — инструмент.

Свернуть теодолит за секунды для опытного полевика было делом привычным. Отпустил становой винт, снял прибор со столика, уложил в гнездо тубуса, защелкнул замки. Собрал телескопические ноги штатива. Выдернул из гранита две шпильки, а третью — центральную — оставил на месте.

Пусть стоит. Это постоянный репер. Если придется отступать, назад он пойдет по жестко привязанной линии, а не по зыбкому туману.

Вскинув тубус за спину и взяв штатив в левую руку, Вадим поднял планшет.

После уничтожения стаи волков и фиксации триангуляционного треугольника туман впереди больше не заворачивался оптическими петлями. Фиолетовый луч планшета пробил пространство вперед на целых тридцать метров, уверенно и прямо чертя створ прямо к подножию циклопической структуры.