Ты больше не одна

1. Решение

Бескрайний осенний небосвод заволокло мрачными кучевыми тучами, закрывая его насыщенную синь. Крупными пушистыми хлопьями повалил снег. Он плавно ложился на улицы, здания и деревья, укрывая их роскошным белым покрывалом. В одно мгновение стало темнее.

Разрывая рыхлый белоснежный полог, плотно укрывавший промёрзшую землю, внезапно разбушевалась метель. Она яростно швыряла колючие частички в спешащих людей, заставляя их опасливо прикрывать глаза и торопливо искать надёжное укрытие, где бы переждать непогоду.

В неподалёку расположенной больнице, у украшенного лёгкой изморозью окна, замерла тонкая девичья фигура. Оставаясь незаметной для суетливо бредущей по своим делам разношёрстной толпы, девушка равнодушно наблюдала за бесчинствами непогоды.

Её отрешённый взгляд вдруг скользнул по стеклу и остановился на изломанных тёмно-серых ветвях сухого дерева. Они тихонько скреблись по влажным от мокрого снега окнам, стряхивая пушистый саван, напоминая протянутые в исступлённом отчаянии человеческие руки.

Девушка вдруг пылко подняла руку и с затаённой надеждой прикоснулась к нему. Но её прозрачная ладонь прошла сквозь стекло и ветку и упала вниз, безвольной плетью повиснув вдоль тела. С пухлых губ сорвался надрывный вздох. Она порывисто обернулась, останавливая свой взор на противоположной стороне.

Там, у дальней стены, на функциональной кровати, подключённая к нескольким аппаратам с плотно закрытыми глазами, находилась пациентка. Её бледные, слегка запавшие щёки выглядели серыми, особенно в сравнении с кипенно-белым постельным бельём.

Из хорошо очерченных приоткрытых белёсых губ выходила тонкая прозрачная трубка. Безвольно лежащее тело не подавало признаков жизни. Даже грудь вздымалась за счёт работы многочисленных приборов. Тихий звук техники казался единственной нитью, связывающей его с жизнью.

Прозрачная девушка плавно покачнулась, отходя от окна, и неторопливо поплыла к кровати. Она остановилась возле неё, протянула ладонь к пострадавшей и бережно погладила её по длинным светло-русым волосам. На её губах возникла болезненная усмешка.

– Да, вот это мы с тобой попали, – прошелестела вдруг девушка. – Не ожидала я такого. – Синий взгляд скользнул по безучастному лицу лежащей. – Хотя я вообще ни о чём не подозревала…

– Можно подумать, что если бы знала, то не бросилась бы спасать того человека, – внезапно раздавшийся насмешливый голос из угла комнаты грубо прервал её тихую беседу. – Ну что, ты уже подумала над моим предложением?

Его слова мгновенно отозвались в ней неистовым гневом. Тонкие ладони непроизвольно сжались в кулаки. Девушка медленно обернулась. Её взгляд запылал от ярости, глядя на высокого темноволосого мужчину. В глубине её глаз отразилась жгучая неприязнь.

– Не думала, что кто-то не в состоянии понять всё с первого раза, – зло бросила она и едко добавила: – Что ж, повторюсь: моё решение останется неизменным. – Жёстко отрезала девушка и презрительно оглядела его. – Удивительно, что после стольких лет охоты ты так не смог изучить меня и даже на что-то надеялся?

– Тебе придётся смириться, – равнодушно пожал он плечами и, не приближаясь к ней, прошёлся по комнате. – Неужели не устала от всей этой обстановки?

– По мне лучше всю вечность провести здесь, чем добровольно расстаться со своим телом, – ответила девушка, настороженно следя за ним и не сводя с него подозрительного взгляда. – Да и будь у тебя на меня права, как говоришь, то ты бы не спрашивал, а просто забрал бы меня. – Едко заметила она. – Вот только не надо считать меня дурой и вешать лапшу на уши.

– Ты можешь думать о чём хочется, но истина одна, и она в том, что ты принадлежишь мне, – заверил её мужчина. – Совсем скоро я тебя заберу. – Торжествующе сообщил он, откинул длинный плащ и насмешливо продолжил: – Просто у меня возник такой каприз: хочется, чтобы ты пошла со мной по собственной воле.

– Мечтать не вредно, – фыркнула девушка и скользнула взглядом по своему беспомощно лежащему телу. – Но с тобой я в любом случае добровольно не пойду, потому что с незнакомыми подозрительными личностями ходить небезопасно.

Он остановился напротив неё и принялся заинтересованно разглядывать изящную девичью фигуру в длинном белоснежном одеянии, напоминавшем рубаху с широкими рукавами. Его тёмный изучающий взгляд внезапно столкнулся с насыщенно-синим.

Девушка сердито поёжилась от неприятного чувства оценивания и невольно посмотрела на него. Заметив столь откровенное внимание с его стороны, она горделиво выставила подбородок, одаривая незваного гостя пренебрежительным взором.

Видя такое демонстративное неповиновение, мужчина вдруг громко расхохотался, запрокидывая назад голову. Казалось, его не только совершенно не разозлило её нарочито неуважительное отношение, а даже, напротив, подняло настроение.

Ей неожиданно до ужаса захотелось стукнуть его чем-нибудь тяжёлым, чтобы прервать это безудержное веселье и привести в себя. Ей никак не удавалось понять, как можно быть настолько циничным и смеяться над беспомощным человеком в подобной ситуации.

– Знаешь, а ты нравишься мне всё больше и больше, – утирая глаза от выступивших слёз, пробормотал он. – Пожалуй, дам тебе ещё три дня, а после… Думаю, ты и сама понимаешь, что будет после.

Для неё это стало последней каплей. Девушка резко повернулась к нему спиной, откровенно показывая, что ей неприятно их общение, и на миг прикрыла глаза, слушая постепенно затихающий смех. Она порывисто склонилась к телу и судорожно сглотнула.

– Что мне теперь делать? – сорвался с губ исступлённый шёпот. – Всего три дня… У меня осталось лишь три дня свободы. – Страх медленно заковывал её в ледяные кандалы безысходности. – Как мне вернуться? Как снова стать человеком, а не полупрозрачной сущностью?

Девушка впилась полным отчаянной надежды взглядом в своё тело, но на бледном безучастном лице не отразилось ни одной эмоции. Безмятежно лежащие на щеках длинные тёмные ресницы ни на мгновение не дрогнули, продолжая скрывать синь глаз.

– Мы должны стать одним целым, как прежде, – обречённо воскликнула она. – Иначе случится что-то плохое… Я чувствую это.

Девушка пылко склонилась к собственному телу и уткнулась в него головой, прерывисто всхлипывая. Она порывисто обняла его прозрачными руками и крепко прижалась. Но оно, словно отвергая, равнодушно продолжало лежать, не подавая никаких признаков жизни.

Ей не на кого было надеяться, но осознание, что, по сути, никто больше не переживал за неё, не находился рядом, – и вовсе сковало все члены холодом одиночества. Даже несмотря на то, что сейчас она являлась лишь бестелесным духом, каждая её частичка ощущала зябкость происходящего.

Тоскливая пустота разлилась по комнате и соединилась с угрюмой тишиной, обволакивая помещение. Это делало пребывание в палате невыносимым. Оно словно лишало последнего глотка воздуха и заставляло задыхаться от безысходности.

Находясь в плену у собственных эмоций, желание бороться и отстаивать свою свободу практически исчезло. Хотелось лишь покоя и вечной тишины, и чтобы всё это поскорее закончилось. Под гнётом чувств глубоко внутри начала зарождаться рабская покорность.

Вечерний полумрак сочувствующе глядел на неё задумчивыми тёмными провалами окон. Мягко обнимал душным воздухом закрытого помещения. Он навязчиво убеждал противным писком техники поскорее смириться с подобным положением вещей и принять уготованную судьбу.

Создавшаяся ситуация настолько невыносимо давила, что девушка уже фактически готовилась послушаться и безропотно принять выпавший жребий. Но, прерывая её размышления, за спиной внезапно раздался тихий вкрадчивый шорох.

Странный приглушённый звук окатил её подобно ушату ледяной воды. Он заставил её вздрогнуть от неожиданности и прийти в себя. Она невольно обернулась, скользнув взглядом по комнате в поиске источника шума, и от удивления слегка приоткрыла рот.

В центре комнаты возвышался подозрительный мужчина, скрытый светло-серым плащом. Статный незнакомец пристально смотрел на неё, будто они были хорошо знакомы. Столкнувшись с ней взглядом, он внезапно широко улыбнулся.

Всей своей сущностью ощущая приближение новых проблем, девушка судорожно сглотнула. Отчего-то он до ужаса напоминал ей её мучителя, пытавшегося уговорить добровольно отправиться с ним в какие-то неведомые места.

Неизвестный, похоже, расценил её молчание, как радость от его появления, и с довольно бодрым видом двинулся к ней. Он подошёл ближе, продолжая всё также лучезарно улыбаться, чем ещё больше заставлял тревожиться о его истинной причине нахождения здесь.

Девушка невольно дёрнулась, испуганно отступая на шаг назад. Она предпочитала верить интуиции, чем всяким неизвестным личностям, пусть они и делали вид, что желают ей добра. Ей было слишком хорошо известно, что понимание добра у каждого своё.

То ли этот жест показался ему слишком отчаянным, то ли слишком агрессивным, но он заставил незнакомца нахмуриться и резко остановиться. Он пытливо заглянул ей в лицо, словно надеясь прочитать там испытываемые чувства. Но, видимо, не найдя ответов на свои вопросы, – опечаленно покачал головой.

– Мирослава, я знаю про твою беду, – вдруг услышала она его тихий мелодичный голос. – Я пришёл, чтобы помочь.

2. «Ключ»

Узкая тропинка тонкой пыльной лентой изгибалась и изящно вилась средь высоких раскидистых деревьев и мощных каменных надгробий. Всё вокруг было погружено во всеобъемлющую умиротворяющую тишину. И покой этот невольно заставлял думать о бренности бытия.

Но тихую безмятежность этого места последнего упокоения внезапно разрушили две незваные путницы. Они неторопливо шагали, стараясь не выходить за границу тонкой дорожки, чтобы нечаянно не наступить на могилу. Раздававшийся от них шум едва слышным эхом прошёл по старому кладбищу, беспокоя отправившихся в вечность.

Высокая, довольно привлекательная женщина степенно проходила мимо небольших холмов, скользя по ним равнодушным невидящим взглядом. Она то и дело поглядывала на бредущую за ней маленькую светловолосую девочку с огромными синими, как весеннее небо, глазами.

Внучка крепко держала бабушку за руку, но при этом постоянно вертела головой. Со стороны могло показаться, что это всего лишь временный интерес. Малышка проявляет присущее всем детям праздное любопытство и разглядывает старинное кладбище.

Но никому бы и в голову не пришло, что на самом деле её внимание вызвано вовсе не этим. Девочка мысленно извинялась перед теми, чей покой они так дерзко нарушили, бесцеремонно вторгаясь в границы вечного и оскорбляя своим бестактным присутствием.

– А дедушка, папа и мама тоже тут спят? – неожиданно спросил ребёнок и задумчиво продолжил: – Интересно, они сильно по нам скучают?

– Мирослава, что ты такое болтаешь? – раздражённо бросила женщина, недовольно косясь на внучку. – Лучше поторопись, а то на автобус опоздаем. – Она невольно ускорила шаг. – Кто тебе вообще такие сказки рассказывает?

– Но это не сказки, – опечаленно вздохнула внучка и поспешила за ней. – Почему все смеются, когда я говорю об этом, а ты злишься?

– Пойми, малышка, большинство из нас о таком и не задумывается, пока не приходит время и не становится слишком поздно, – терпеливо пояснила бабушка, грустно улыбнувшись. – Люди не любят говорить, да и думать о неутешительном итоге, который ждёт каждого человека.

– Но для чего поздно, бабушка? – девочка изумлённо поглядела на неё. – Разве начало может быть итогом?

Проникновенные слова внучки заставили женщину остановиться. Она заглянула в чистые детские глаза, поражавшие своей синевой, и не сдержала тяжёлого вздоха. Но поспешила сразу же исправить его мягкой улыбкой и ласково погладила внучку по голове.

– Малышка моя, если хочешь жить в гармонии с этим миром, то лучше не говори ни с кем о таком, – обеспокоенно посоветовала бабушка. – Люди порой бывают очень жестоки с теми, кто отличается от них. – Она с тревогой смотрела на ребёнка. – Прежде чем довериться кому бы то ни было, узнай его получше. Помни: предательство ранит сильнее любого оружия…

Мирослава решительно тряхнула головой, отгоняя прочь болезненные воспоминания и акцентируя внимание на странном визитёре. Она невольно затаила дыхание и подозрительно прищурилась. Но незнакомец не отвёл глаз, продолжая смотреть на неё в упор.

– Ты ещё кто такой? – зло поинтересовалась Мира, уставшая от бесконечности чьих-то попыток заполучить её. – Хм… Тебя, видимо, тот «рабовладелец» прислал, – язвительно предположила она. – Самому не удалось, так он решил действовать через посредников. – Не сдержав эмоции, с её губ гневно сорвалось: – Я уже сказала, что не пойду за ним!

– И я безмерно рад этому, – кивнул мужчина и, словно в подтверждение своих слов, одобрительно улыбнулся. – Если бы ты согласилась, то это могло бы привести к непоправимым последствиям.

Самонадеянность незваного гостя вызывала раздражение. Мирослава невольно закусила губу. На её языке вертелось множество язвительных слов, которые могли сорваться в любую минуту. Но его светлая улыбка отчего-то обезоруживала и рассеивала её злость.

Внутри неожиданно затеплилась надежда на спасение, и Мира тут же поспешила мысленно одёрнуть себя. Ей вновь вспомнились бабушкины слова, что не стоит не только доверять незнакомым людям, но и на кого-то полагаться. Ведь предательство ранит сильнее всего.

Одиночество внезапно сжало её ледяными тисками. Оно снова напомнило ей, что надеяться уже попросту не на кого. Та, кто всегда поддерживал и помогал выбраться из самых сложных ситуаций, ушла из жизни. И теперь она навсегда осталась одна.

Мирослава едва сдержалась, чтобы не вздохнуть. Нет, она не станет проявлять свои чувства. У неё нет на это ни времени, ни желания. К тому же сейчас первостепенная задача – отыскать способ, который помог бы ей узнать, говорит ли незнакомец правду.

Её взгляд невольно остановился на окне, за которым по-прежнему медленно опускались пушистые снежинки. На ум вдруг пришли слова предыдущего мужчины про срок в три дня. Этот изверг даже не оставил ей права выбора. Он сделал его за неё, будто её жизнь действительно находилась в его руках.

Мира неожиданно осознала, что, по большому счёту, ей нечего терять, и прекратила наконец колебаться. Она решила рискнуть и пойти ва-банк.

– Хорошо, возможно, я поверю, что ты не имеешь с ним ничего общего, – скрестив руки на груди, скептически начала Мирослава. – Но ты ведь тоже пришёл не просто навестить меня – у тебя явно есть свои цели. – Проницательный синий взгляд буквально впился в него. – Говори всё как есть, только не ври – я сразу пойму.

Мужчина изучающе оглядел её, надменно отвернулся, неторопливо прошёл к одиноко стоящему стулу и присел. Он закинул ногу на ногу и бесцеремонно посмотрел на неё. Подобное поведение определённо не располагало к уважению и уж тем более не вызывало доверия.

Мирослава отчётливо видела откровенную насмешку в его глазах. Все его поступки говорили о том, что он не относится серьёзно к их беседе. Она едва заметно сглотнула и напряжённо нахмурилась: похоже, интуиция в очередной раз не подвела её.

– Думаю, ты и сама знаешь, что испокон веков в мире существует противостояние добра и зла, – размеренно начал он, словно проводил занятие для первоклашки. – Как бы абсурдно для тебя сейчас это ни звучало, но ты одна из «ключей», или, как мы вас иногда называем, – экскимий, которые способны повлиять на исход очередной битвы. – Проницательный взгляд незнакомца снова прошёлся по ней. – Каждая из сторон многое бы отдала, чтобы заполучить тебя.

Мира в панике заметалась по палате, не в силах оставаться на месте. При таком положении вещей выводы казались совершенно неутешительными. Все вокруг – враги. Они ни за что не оставят её в покое и будут преследовать как вожделенный трофей.

– У каждого «ключа» есть особые силы, пользоваться которыми на Земле невозможно, – невозмутимо продолжил незнакомец. – Эти способности запечатаны до тех пор, пока они живы, – терпеливо прояснил он. – Впрочем, это нормально – ты и не должна принадлежать этому миру.

– Что?! – от изумления Мира остановилась. Ей показалось, что она ослышалась. – Ты совершенно спокойно говоришь мне, что я для вас что-то вроде «добычи», и добавляешь, что для этого и существую? Добро и зло? Да вы попросту играете чужими жизнями и не видите в этом ничего предосудительного. – Она окинула его презрительным взглядом. – Вы оба мне отвратительны.

Мирослава стояла напротив него и гневно сжимала ладони в кулаки, пытаясь подавить охватившую её дрожь ярости. В глубине синих глаз отразилась вся гамма переживаемых ею чувств. Её растерянность, мучительное смятение и боль из-за сложившейся ситуации.

Мужчина внезапно почувствовал, как внутри него что-то дрогнуло и сжалось под измученным выражением этого невероятно синего взгляда. Небрежная усмешка незаметно исчезла с его лица, мгновенно сменяясь задумчивым сжатием губ.

«Этот «ключ» действительно силён, раз даже я поддался её напору, – пронеслось в его голове. – А ведь она ещё не в полной своей силе».

– Тебе всё равно придётся сделать выбор, – несколько поспешно выпалил он, не в силах отвести от неё глаз. – Тёмная сторона может вернуться в любую минуту – ты не сможешь противостоять ему.

Мирослава только презрительно скривила губы, одарила его надменным взглядом и направилась к своему телу. Она жадно вглядывалась в своё неподвижное лицо, как в зеркало, и крайне бережно проводила пальцем по бледно-серым щекам.

– Я тебе… вам обоим… не верю, – в надтреснутом голосе отчётливо слышались непролитые слёзы. – Вы живёте какими-то своими амбициями, называя людей – «ключами», или какими-то экскимиями. – Мира на миг замолчала и негромко продолжила: – А помните ли вы, что у нас тоже есть желания и стремления?

– Говори прямо: чего хочешь? – Мужчина с трудом удержал маску равнодушия на лице, поражаясь пылу собственного порыва. – Если пойдёшь со мной, то я сделаю всё, о чём попросишь.

Тонкие пальцы невольно дрогнули и замерли на впалой щеке. Мирослава импульсивно обернулась и недоверчиво заглянула в его глаза. Серебристый взгляд незнакомца остался, как и прежде, равнодушным. Мужчина безучастно взирал на неё, оставаясь совершенно беспристрастным.

– Хорошо, – словно боясь, что он передумает, поторопилась согласиться она. – Во-первых, с телом я расставаться не буду, – начала спешно перечислять Мира. – Во-вторых, ты поклянёшься, что не заставишь меня выполнять то, что я не захочу. В третьих – никто не будет посягать на мою свободу.

3. Столкновение

Недоверчивый пристальный синий взгляд настороженно скользнул по мужчине. Мира не сводила с него глаз, бдительно следя за реакцией. Она даже не заметила, что из-за неожиданно возникшей тишины невольно затаила дыхание, ожидая категорического отказа.

Ей совершенно не верилось, что он пойдёт на её условия, ведь это ему не выгодно. Поскольку, в таком случае, она сама сможет распоряжаться своей силой и уже не станет марионеткой в чужих руках. Скорее всего, сейчас незнакомец попросту станет хитрить и изворачиваться, чтобы обмануть её.

– И это всё, чего ты хочешь? – неожиданно уточнил мужчина, заставив её вздрогнуть от удивления. – Тебе стоит хорошенько подумать и озвучить всё сейчас. После того, как мы заключим контракт, – уже ничего нельзя будет добавить или изменить.

Его внезапная покладистость и добродушие вызвали у Мирославы беспокойство, что её по-прежнему пытаются обвести вокруг пальца. Она с подозрением прищурилась и слегка склонила голову набок, с пристальным вниманием изучая поведение оппонента.

– Да, ты прав, – поспешно кивнула она, не став отказываться. – Ещё не добавила, что соглашусь пойти с тобой, только если дашь слово, что не замыслил в отношении меня никакого обмана.

Их испытывающие взгляды невольно столкнулись. Мужчина вдруг удивлённо поднял брови и, к её недоумению, громко рассмеялся. Ей стало до ужаса неприятно. Он снова вёл себя так, будто она какая-то недалёкая школьница, которая не понимает очевидных вещей.

Мирослава неприязненно оглядела его и холодно произнесла:

– Смотрю, тебе очень весело, – пренебрежительно заметила она. – Может, поделишься со мной причиной своего столь отличного настроения? Посмеёмся вместе.

– Видишь ли, ты назвала всё то, что и так имело место быть, – пояснил незнакомец, заметив её уничижительный взгляд. – От тела не пришлось бы отказываться, ведь без него дар не получить. – Он перестал улыбаться и уже серьёзней продолжил: – Неволить тебя тоже нельзя – «ключ» должен добровольно избрать ту или иную сторону. – В его глазах вдруг возникло беспокойство. – И сделать это можно лишь один единственный раз, поэтому необходимо хорошенько взвесить все «за» и «против».

– Хочешь сказать, что тот прохиндей, который приходил до тебя, попросту обманул меня? – рассвирепела Мира и в несколько шагов преодолела разделявшее их расстояние. Она порывисто схватила его за руку и заглянула ему в лицо. – Рассказывай мне обо всём и поподробнее! – гневно сорвалось с её губ. – В чём суть моих сил, и кто вы вообще такие?

Незнакомец невольно затаил дыхание, с непонятным трепетным волнением глядя в пылающую синь разгневанных глаз «ключа». Впервые за всё общение ему довелось испытать страх. Он вдруг ужасно испугался того, что может не суметь уговорить её перейти на свою сторону.

В её пронзительном взгляде был явственно заметен пылающий могущественный огонь силы. Но будущая соратница поразила его не только этим. Её несокрушимая воля духа и бесстрашие ошеломляли. Она вызывала в нём чувство, которому он не мог подобрать название.

– Меня зовут Анвар[1] – я отвечаю за сохранность «ключей», решивших присоединиться к Светлой стороне, – не в силах выдержать её взор, мужчина опустил глаза. – К тебе приходил Велимир[2] и, как понимаю, не стал говорить всю правду. – Он задумчиво продолжил: – Видимо, решил вынудить тебя принять их сторону обманом.

Анвар с тревогой почувствовал, как хрупкая девичья рука внезапно разжалась, отпуская его кисть на волю. Он в замешательстве вскинул на неё глаза, удивлённый неожиданно резкой смене настроения, и уткнулся взглядом в спину удаляющегося «ключа».

Мирослава неторопливо добрела до окна и остановилась возле него, уставившись невидящим взглядом на разбушевавшуюся за окном метель. Она зябко обхватила себя руками, словно испытывала жуткий холод и отчаянно пыталась согреться.

Анвар пристально наблюдал за ней. Он видел болезненную напряжённость, сквозившую в каждом её движении, и вдруг ощутил затопившую его странную печаль. Ему невыносимо захотелось подойти, положить ладони ей на плечи и пообещать, что никому не позволит её обидеть. Что станет для неё надёжной защитой.

– Продолжай, – донёсся до него её тихий помертвевший голос.

– Твоя сила заключается в возможности видеть Суть всего Сущего, – размышляя над возникшими эмоциями, он выполнил её просьбу. – Ничто не сможет укрыться от твоего проникновенного взора. Стоит тебе лишь взглянуть на любое существо или предмет, и ты будешь знать о нём всё.

Анвар договорил и замолчал, продолжая сверлить взглядом неестественно прямую спину, угадывавшуюся под тонкой тканью рубахи. Раздался её негромкий тяжёлый вздох. Он нарушил тишину комнаты и наполнил окружающее пространство едкой горечью.

– Что необходимо сделать, чтобы принять твою сторону? – не оборачиваясь, отрешённо спросила Мирослава. – Хочется покончить со всем этим как можно скорее.

– Для этого нам нужно подойти к твоему телу, – начал неторопливо объяснять Анвар. – Я возьму за руки вас обеих и спрошу, готова ли последовать за мной ради спасения мира. Ты должна ответить согласием.

– Пойдём, – равнодушно бросила она и, не взглянув в его сторону, направилась к постели.

Анвар беспрекословно последовал за ней, совершенно не испытывая восторга от её решения. Он задумчиво шёл и никак не мог понять, отчего Мирослава так неожиданно изменилась. Из разъярённой фурии она в один миг превратилась в нежную кроткую овечку.

Внезапное лёгкое движение воздуха мгновенно отвлекло его от размышлений и привело в себя. Анвар резко бросился к Мире и порывисто толкнул её к кровати. Сам же встал к ней спиной, пристально разглядывая пустое пространство в центре комнаты.