Незримая паутина
- -
- 100%
- +
– Да ну что вы, – отмахнулся капитан. – Общее дело делаем.
Верка фыркнула и одновременно подмигнула подбитым глазом.
Когда Денис удалился, Абросимов встал, выглянул за дверь, потом в окно, затем зашел в пустой кабинет начальника отделения, набрал сотовый номер.
– Калита, да, это я… Слушай! Он только что был здесь, этот пацан! Да-да, как ты и говорил… Знаешь, кто он? Племянник генерала Грязнова! Да-да, того самого… Ну точно тебе говорю! Он удостоверение своего частного агентства мне показал, потом звонил дяде и при мне с ним разговаривал! Денис его зовут, да, точно, так у него в удостоверении записано! И еще звонил в отделение аэропорта. Сказал им, что в его темно-красной «тойоте» номер… сейчас, подожди, вспомню… вроде 4277, сидит какой-то важный тип, чтоб они его охраняли… Да, еще он говорил, чтоб ему на мобильник не звонили. Почему, я не понял…
– И не поймешь, – засмеялся Калита. – Ладно, объясню: мы у него мобильник сперли, чтоб он к тебе заскочил позвонить. Ну все… Благодарю за службу!
Выйдя из отделения, Денис, оглядываясь, подошел в ближайшем уличном кафе к молодой паре студентов, беззаботно щебетавшей под зонтиком за «Клинским». У обоих за поясами летних шорт поблескивали мобильники.
– Ребята, извините, у меня аккумуляторы сели… Только один звоночек! – с просящим видом противно прогнусавил Денис, сложив губки бантиком, а брови домиком, изобразив распространенный тип назойливого уличного попрошайки, от которого простым отказом не отделаешься. – Я вам заплачу… – добавил он трагическим шепотом.
Они прервали свое воркование, и молодой человек без видимой охоты снял руку с округлого колена девушки и, не глядя, протянул свой мобильник Денису.
– Только покороче, – сказал он. – Я жду звонка.
Денис снова позвонил Самохе.
– Это опять я, – начал он скороговоркой. – Ну, ты все понял? Короче. Там впереди моей машины увидишь темно-красную «тойоту». На всякий случай, проследи там, что и как вокруг нее происходит. Ага? – И протянул освободившийся мобильник студенту. – Спасибо, с меня сколько?
– Ничего, все нормально… – Парню явно хотелось снова остаться наедине со своей девушкой.
– От кого ты ждешь звонка? – услышал Денис вопрос девушки, когда, откланявшись, отошел на несколько метров.
Денис приехал на Петровку, 38, через сорок минут. В кабинете Вячеслава Ивановича находился еще один человек – пожилой, наполовину седой, с цепким взглядом из-под очков.
– Знакомьтесь. – Вячеслав Иванович сделал широкий жест. – Это Виктор Петрович Жигулин, следователь по особо важным делам Московской областной прокуратуры. А это мой племянник, Денис, он же частный детектив, возглавляет агентство «Глория». Теперь к делу. Виктор Петрович занимается уголовным делом по убийству банкира Абрамяна и обратился к нам с просьбой о передаче какой-либо информации, которая могла бы дополнить то, что ему уже стало известно… А сейчас вам слово, Виктор Петрович.
– Я хочу сначала напомнить о том, к чему мы с вами, Вячеслав Иванович, пришли в результате нашей предварительной беседы, – заговорил Жигулин. – Банкиров, к сожалению, все еще убивают, к этому наша общественность уже привыкла. Но именно это дело обещает иметь далеко идущие последствия. Полагаю, убийство Абрамяна лишь первое и далеко не последнее, и нам следует ожидать «эффекта домино», ибо преступление совершено на фоне приближающихся торгов алтайского предприятия «Редкозем», которое ожидает широкого притока инвестиций, прежде всего иностранных, а значит, обещает быть высокорентабельным. Так вот, руководимый Абрамяном Коминвестбанк считается одним из главных игроков и должен был принять в этих торгах самое непосредственное участие.
– Извините, что перебиваю, но там еще есть конкурент, просто Инвестбанк во главе с Гаевским, – напомнил Грязнов-старший. – Вы еще не пробовали здесь копать?
– Пробовали, – кивнул Жигулин. – С этого я начал искать мотивы преступления. Сначала, вы правы, все полагали эти банки основными претендентами. Но потом выяснилась одна банковская тайна: им обоим не хватало активов, чтобы сорвать этот выгодный куш, так что встал вопрос, чтобы с кем-то объединяться. Гаевский в разговоре со мной утверждал, будто незадолго до убийства он предложил Абрамяну объединить активы. Тот взял тайм-аут, чтобы подумать, но не успел дать ответ. Но это все еще предстоит проверить… Тут интересно другое. Еще недавно «Редкозем» долгое время был убыточным и буквально дышал на ладан, отчего был объявлен банкротом. И почти сразу к нему проявили интерес западные фирмы, а вслед за ними первыми встрепенулись наши криминальные структуры, у которых на такие вещи хороший нюх, и только потом российские банки… Ну, вы знаете, как это бывает.
– Да уж… Это всем знакомо, – согласился Грязнов-старший. – Сегодня сплошь и рядом происходят подобные махинации.
– Именно так. То есть речь идет о смене собственников, что всегда проходит весьма болезненно. После банкротства все мгновенно переменилось. К тому же, так уж совпало, в Алтайском крае вскоре предстоят губернаторские выборы, которые, в связи с этой историей, ожидаются весьма напряженными.
– Извините, Виктор Петрович, – снова прервал его генерал, прижав руку к сердцу. – Но я вижу по глазам своего племянника, что он не совсем понимает, при чем здесь он и его агентство «Глория», занимающиеся в основном слежкой за неверными супругами. Я сейчас ему поясню, а вы потом продолжите. Видишь ли, Денис, – он встал и прошелся по кабинету, – сложившаяся ситуация требует получения скорейшего результата. Виктор Петрович должен как можно быстрее найти исполнителей и заказчиков убийства Абрамяна, а также мотивы, пока не произошли новые убийства и дестабилизация социальной обстановки в Алтайском крае… Подожди, – он выставил руку в сторону племянника, порывавшегося что-то сказать. – Сперва дослушай. Ты мне сегодня звонил из аэропорта и сообщил, что в Москву из Барнаула прилетел Потап. Так вот, чтоб ты знал, Потап крышует этот самый «Редкозем». Теперь говори.
– Вот, значит, что… – протянул Денис. – Кажется, начинаю понимать… Кстати, Игорь прилетел в Москву не просто так. У них в Барнауле убили одного предпринимателя, которого он хорошо знал. Он просит меня расследовать это дело, поскольку тамошние менты не ловят мышей… И, судя по его рассказу, все нити ведут к этому самому непотопляемому Потапу. Потому я согласился, даже подписал с ними договор. Может, и зря…
– Ну так тем более! – удовлетворенно воскликнул генерал Грязнов. – Мы с Виктором Петровичем тоже пришли к аналогичному выводу еще до твоего прихода: смерть Абрамяна и прилет Потапа тесно взаимосвязаны. И вот что я хочу тебе предложить. Мы уже говорили с тобой, и не раз, о преимуществах частного сыска по сравнению с официальным. И не только в доходах. Вы можете оперативно добывать нужную информацию тогда, когда нам требуется соблюдать разного рода формальности и проходить через массу согласований, что отнимает массу времени. Почему бы вам с Виктором Петровичем не поработать вместе, по единому плану, объединив ваши расследования? Уверен, вы прекрасно сможете друг друга дополнить, вместо того чтобы работать параллельно и независимо друг от друга. Конечно, такого рода взаимодействия между ЧОП и правоохранительными органами никакими инструкциями не предусмотрены и на моей памяти такого еще не было, но почему не попробовать? Полагаю, Виктор Петрович должен возглавить ваш союз. А ты, Денис, будешь выполнять отдельные поручения и оперативно добывать специфическую информацию, которую тебе закажут. И еще. Поскольку Алтай для тебя не чужой и ты болеешь за все, что происходит на малой родине, то это должно стать дополнительным стимулом в твоей работе.
– Есть тут один щекотливый момент… – с сомнением произнес Жигулин. – Все-таки это частное предприятие, за так работать они не могут. Нужно оформить соответствующий договор, но как я смогу объяснить начальству, особенно бухгалтеру? Скажут, что у нас полно своих сотрудников и дополнительных, со стороны, работников оплачивать не будут.
– Проблема, – задумчиво кивнул Грязнов-старший. – Что делать, подобного опыта сотрудничества у нас еще нет… Сделаем тогда так: сейчас мы заключим под моей эгидой джентльменское соглашение, под мою гарантию, – а вы оба меня давно и хорошо знаете, – и, если будет достигнут положительный результат, начальство никуда не денется. Согласны? Тогда по рукам! И с этого дня, Дениска, Виктор Петрович становится до конца расследования твоим неформальным начальником… Ну что?
– Согласен… – кисло отозвался Денис.
– Жду вас завтра у себя, – сказал Денису Жигулин. – Познакомлю вас с нашей следственной группой и сообщу то, что мы уже знаем.
7
Андрей долго не мог заснуть после визита дознавателя Чугунова. Влип однозначно, тоскливо думал он. И по-настоящему. Или по-черному? Главное, непонятно, что с этим теперь делать…
Только к трем часам ночи он нашел, как ему показалось, верное решение. Он вскрыл конверт, оставленный старшим лейтенантом, нашел в нем адрес сайта Инвестбанка и нечто на первый взгляд сначала похожее на пароли, но оказавшееся сущей туфтой. Тем не менее он легко вошел в их сайт и присвистнул от удивления, обнаружив наличие дыр в системе безопасности. После чего ввел в нее свою фирменную закладку – программу перехвата паролей, а когда узнал их, то без особого труда взломал сервер, потратив на все про все не больше чем три часа.
Помозговав еще немного, Андрей отправил в Инвестбанк электронное письмо следующего содержания:
«Прикиньте, господа банкиры, одной левой я взломал ваш сервер, но отнюдь не корысти ради, а токмо для обращения вашего внимания на проблему вашей безопасности. О себе скажу без ложной скромности: к благотворительности отношусь с отвращением и потому предлагаю по разумной цене свою скромную помощь по латанию дыр в вашей программе защиты. О'кей?»
Ответа он ждал недолго. Письмо от «банкиров» загрузилось в его «Входящие» уже через полчаса: «Приезжайте, ждем вас к пятнадцати ноль-ноль, вас встретят у входа. Наш адрес… контактный телефон…»
Где-то после десяти часов Андрей кинул в рассылку своим многочисленным адресатам послание: «Юзеры, если кто-нибудь сечет в юриспруденции или имеет к ней какое-то отношение, отзовитесь! Срочно нужны помощь и консультация».
Затем послал письмо об этом же Максу, своему первому учителю по компьютерным делам. Андрей вспомнил, что Макс сейчас кормится тем, что помогает неким частным сыскарям отлавливать и выводить на чистую воду неверных жен, которые, как правило, потом становятся еще более неверными, что лишь усиливает эмоции и ускоряет развод, к общему облегчению сторон.
Макс откликнулся сразу: «Андрюха, привет! Нельзя ли подробнее и без экивоков?» Пришлось расписать более подробно, как он влип в эту историю.
Прежде чем ответить, Макс позвонил Денису Грязнову.
– Денис, здорово, это я, Макс.
– Здорово…
– Слушай, тут разворачивается какая-то многоактная опера с большим количеством исполнителей вокруг то ли соперничающих, то ли сотрудничающих банков Коминвест и просто Инвест. Вроде Монтекки и Капулетти. В каком-то из них, уже не помню, в каком именно, замочили главного банкира с армянской фамилией. В Интернете что-то про это было, но я такие вещи пропускаю мимо глаз и ушей.
– Ну знаю. И что?
– Так вот, крышеватели одного из банков прихватили моего знакомого юзера, проще говоря, моего любимого ученика, и хотят его использовать в преступных целях, а он меня просит о срочной помощи.
– Не мямли, – строго сказал Денис. – Сколько раз говорил: свою бороду или подстриги, или держи ее в стороне от микрофона. А то не поймешь: кто они и какого еще юзера прихватили?
– Моего ученика, – обиженно повторил Макс. – Так понятнее? А юзер – это пользователь Интернета, я, кажется, уже объяснял. Но если тебе это неинтересно, извини…
– Что от нас требуется? – спросил Денис, зыркнув в сторону Щербака, и тот тут же схватил параллельную трубку. – Короче можешь?
– Его вызвали сегодня в этот банк… Только не где убили главного банкира с армянской фамилией, а наоборот… У их конкурентов, что ли.
– Это уже интересно, – прервал его Денис. – Ну вызвали, и что?
– Просит о моей помощи и поддержке. Что тут не понятно? – продолжал обижаться Макс. – Его ждут сегодня в офисе банка к пятнадцати ноль-ноль… Хорошо бы его подстраховать. Договор можете заключить хоть со мной. Он мой друг, понимаешь?
– Ладно. Сегодня в пятнадцать ноль-ноль… – Денис снова кинул выразительный взгляд на Щербака. – Ты хочешь, чтоб мы проконтролировали и проследили?
– Вроде того…
– Тогда поподробней, плиз, о своем любимом ученике, – попросил Денис. – И что возглавляемая мною «Глория» может с него иметь, помимо договора с тобой?
– Во-первых, он хороший малый. И очень талантливый. Ну что еще? Его ник – Янус, хотя это тебе ни о чем не говорит. Давно его не видел, но слышал, что он очень вырос, стал самым классным хакером… Может, пригодится нам в этом качестве.
– А конкуренции не боишься?
– В случае чего замочу, как того банкира.
Положив трубку, Денис повернулся к Щербаку, листавшему на мониторе компа электронный справочник.
– Тест на соображалку. Если покойный банкир Абрамян возглавлял банк Коминвест, то какой банк является ему конкурентом и партнером одновременно?
– Инвест! – по-солдатски гаркнул вскочивший Щербак, преданно выкатив глаза на начальство. – Разрешите выполнять?
– Вольно, – милостиво кивнул Денис. – Адрес нашел?
– Обижаете, начальник! – Щербак пренебрежительно кивнул в сторону мерцающего экрана монитора, где уже высветились данные Инвестбанка.
По дороге к метро Андрей несколько раз оглянулся. На эскалаторе он продолжал озираться, в том числе присматривался к тем, кто поднимался по другой лестнице навстречу, поскольку теперь ему везде мерещились ментовские дознаватели и участковые, переодетые в сутенеров и следящие за ним. Приехал в институт, опоздав на лекцию, вошел в аудиторию на цыпочках. Едва дождался перерыва и, крадучись, через столовую, через задний двор, пыльный и грязный, выбрался из института, сел в первый же трамвай на ближайшей остановке… Фу-у…
Офис Инвестбанка выглядел вполне цивилизованно, по-европейски, и трудно было поверить, что здесь строят планы, как мочить непокорных конкурентов. К тому же, как он позже убедился, сверкающие холодной чистотой туалеты к этому не располагали.
Да нет, не может того быть, мотнул головой Андрей, отгоняя ночное наваждение, когда увидел холеных девушек, покуривающих и щебечущих на крыльце, и вежливых секьюрити у входа.
Он еще не знал, какой переполох вызвало его «мыло» (и-мейл) в банке. Глава аналитического отдела, он же по совместительству руководитель отдела безопасности, Валентин Дмитриевич Полухин – бывший гэбист, квадратный, короткошеий, чисто выбритый, аккуратно выглаженный, с солдатской стрижкой и офицерской выправкой – собрал в своем кабинете своих компьютерных асов.
– Ну что, хакеры хреновы! – так начал он свое выступление, грозно глядя на притихших интеллигентного вида молодых людей в белых сорочках и при галстуках. – Знаете, сколько мы бабок вбухали в нашу систему безопасности по вашей же рекомендации? Все вы тут нас убеждали, будто она самая лучшая да самая надежная. Последнее слово техники, да? Я еще выясню, кто и какой процент поимел с этой рекомендации! – Он погрозил пальцем в пространство, цепко оглядывая притихших хакеров. – А вот только вчера какой-то отморозок вскрыл вашу хваленую систему безопасности «одной левой». Да еще поиздевался над нами! Читали его послание? Зачитывать вслух не надо?
Он потряс в воздухе распечаткой электронного письма Андрея. Все угрюмо молчали.
– Что, в курсе?
Полухин внимательно оглядел присутствующих. Читали все, в этом можно было не сомневаться.
– Вот когда этот отморозок здесь объявится… – он многозначительно понизил голос, – я лично попрошу его дать вам предметный урок, чтоб знали, как это делается. А уж потом поставлю перед правлением вопрос о кардинальном сокращении штатов…
Словом, к пятнадцати часам банк гудел как улей, и в такой наэлектризованной обстановке оказался Андрей, когда вошел в операционный зал банка.
Его там перехватили улыбающиеся и разглядывающие его с интересом девушки и провели в кабинет к Полухину.
Бывший гэбист взглянул поверх очков на неряшливо одетого очкарика с бородкой – именно такими он представлял себе тех, кого про себя называл «хануриками», то есть интеллигентных компьютерщиков, и кивнул на свободное кресло, делая вид, что не видит протягиваемой ему руки.
– Садитесь, господин…
– Моргунов, – представился Андрей, выдержав паузу, в течение которой его рука еще какое-то время висела в воздухе, после чего сел и закинул ногу на ногу. – Простите, я не расслышал ваше имя-отчество, – произнес он.
– Валентин Дмитриевич. А скажите, господин Моргунов, с чего вдруг вы решили взломать наш вебсайт, где хранится секретная информация банка? Кто вам это позволил? Вы понимаете, что это подсудное дело?
– Все люди ходят по улице и заглядывают в окна, – нравоучительно заявил Андрей, нагло помахивая ногой. – И в этом нет ничего преступного. Преступление начинается, когда в это окно влезают. Я всего лишь к вам заглянул и предупредил, что на ваших окнах стоит сменить шпингалеты или ставни, чтобы в них не влезли те, кто вам об этом никогда не сообщит.
– Тогда спрошу прямо: на кого вы работаете?
– А что, у вас здесь прокуратура? – удивился Андрей. – И меня вызвали без повестки?
– Вам что, делать больше нечего, как хамить! – побагровел, прервав наглеца, Полухин. И даже привстал с места.
– …И это вместо того, чтоб сказать мне спасибо, – продолжил Андрей, поменяв положение ног. – Начинаете на меня орать и запугивать.
– Извините, но вас никто не запугивает, – услышал он сзади вежливый негромкий голос и, обернувшись, сразу узнал известного всей стране главу здешнего банка, олигарха и мецената Михаила Аркадьевича Гаевского, которого не далее как вчера видел по телику. Сейчас он будто материализовался, сойдя с экрана и оставаясь на себя похожим. (Правда, казался более серым и не столь фотогеничным, но это, наверное, зависит от искусства телевизионных гримерш.) Вот он, в отличие от Полухина, точно не походил на злодея, замышляющего убийство конкурента.
Оставалось понять, в какой момент он неслышно вошел и с какого места прислушивался к их разговору.
– Сидите, сидите! – помахал рукой Михаил Аркадьевич. – Продолжайте ваш содержательный разговор. Надеюсь, я вам не помешаю. – И скромно присел на край кресла.
Полухин тоже сел. Установилось молчание.
– У меня, если позволите, тоже есть вопрос к господину Моргунову Андрею Витальевичу, – сказал Гаевский после продолжительной паузы. – Поправьте меня, если я неверно назвал ваше имя-отчество.
– Все верно, – кивнул Андрей, переведя торжествующий взгляд на Полухина: вот, мол, как со мной разговаривает твое начальство. Учись, старый пердун!
– Поймите правильно Валентина Дмитриевича. Такая у него работа – стоять на страже нашей конфиденциальной информации, которую он с присущим ему блеском всегда выполняет.
– Меня бы кто понял… – не удержался Андрей. – Я продемонстрировал вам, как легко взломать вашу систему безопасности… Хотел вам помочь… И что в ответ?
– Тогда у меня к вам есть вопрос. – Гаевский спокойно и вежливо улыбался. – Это ваше хобби – проникать в чужую информацию, или как?
– Или как. – Андрей встал с кресла. – Так я пошел, если вы не хотите, чтобы я исправил защиту вашего сервера. Оставайтесь с вашей сверхсекретной информацией, которая рано или поздно полезет из всех дырок в вашей системе безопасности. Вам впарили дешевку, понимаете?
– Серьезные люди так переговоры не ведут, – снова улыбнулся Гаевский, теперь уже по-отечески. – Мы о вас мало знаем. Может быть, здесь такой вариант, что это сделал кто-то другой, а вас к нам подослали, чтобы самим остаться в тени? Уж больно вы молоды…
– Все может быть, – согласился Андрей, продолжая стоять. – Поэтому и говорю: давайте не терять времени. Я вам на ваших глазах залатаю ваши дырки, и вы сами убедитесь…
– К сожалению, мы с Валентином Дмитриевичем в этом ничего не понимаем… – смущенно сказал Гаевский.
– Но свои специалисты у вас есть?
– Сами видите какие, – махнул рукой Гаевский. – Но вы правы. Не стоит терять зря время. Латайте, пожалуйста, наши дырки, а мы посмотрим на вашу работу. Надеюсь, наши профессионалы сумеют понять и оценить ваше искусство… Думаю, Валентин Дмитриевич, вам следует распорядиться, чтобы были созданы все условия для показательного урока Андрея Витальевича. Остается договориться о цене. Во что вы сами оцениваете вашу работу?
– Полторы тысячи баксов, – проговорил Андрей, заранее вспотев в ожидании оскорбительного (уничижительного, пренебрежительного – нужное подчеркнуть) отказа.
Они переглянулись. Кажется, продешевил… Или, наоборот, переборщил, решал про себя Андрей, пока длилась эта томительная пауза.
– Договорились, – протянул руку Гаевский.
– Как сделаешь, так сразу получишь, – пообещал Полухин.
– Нет-нет… – прикрыл глаза Гаевский. – Это уже моя компетенция. Полагаю, аванс в пятьсот долларов может быть выдан прямо сейчас. А пока для вас будут готовить условия для показательного урока, будьте добры, подождите в нашей курительной или в баре. У вас есть на это время?
– Есть… А аванс я могу получить? – несмело спросил Андрей.
– Прямо сейчас, – очаровательно улыбнулся Гаевский. – Как только вы выйдете из этого кабинета, подойдите, пожалуйста, к седьмому окошку операционного зала. Там вам все выдадут… Я распоряжусь. Не беспокойтесь, у нас подобные вещи строго выполняются.
Андрей шел по направлению операционного зала банка и терзался про себя: черт, надо было сразу сказать Гаевскому, такому обходительному и порядочному, о предложении его конкурентов, исходящем от крышевателей Инвестбанка. И о том, что они подозревают Михаила Аркадьевича в организации убийства Абрамяна… Или лучше не надо?
Он зашел в здешний полутемный и полупустой стильный бар, где с его появлением сразу прекратились разговоры нескольких холеных мальчиков в белых сорочках и темных галстуках. Андрей взял бутылку немецкого пива, выпил, ни на кого не глядя. Потом зашел в курилку, тоже полутемную, стильную, с итальянскими бра и медными плевательницами. Там, напротив, были только девушки, в большинстве хорошенькие, чтоб не сказать сексапильные, о чем-то оживленно беседовавшие. Они тоже смолкли, едва его увидев. Но если парни в баре глаза отводили, то девушки, наоборот, с интересом его рассматривали, шушукаясь и подталкивая друг друга локтями.
Только одна из них, стоявшая в стороне, пожалуй, самая стройная и высокая, в самой коротенькой юбчонке, лишь на секунду косо взглянула на Андрея, после чего отвернулась и достала новую сигарету. Он поспешно попытался дать ей закурить, вынув свою зажигалку, но уронил ее на пол. Девчонки прыснули, а «мисс Инвестбанк», как он окрестил ее про себя, снова покосилась в его сторону и снова тут же забыла о его существовании.
Зато Андрей сразу на нее уставился – не только потому, что понравилась. Он был просто убежден, что где-то видел ее раньше. И даже захотел ее об этом спросить, но дверь в курилку открылась, и в комнату сунул голову какой-то молоденький клерк в округлых, как колеса, очках.
– Андрей Витальевич? Вас ждут…
8
Чтобы не привлекать к себе внимания, Самоха оставил свою тачку возле въезда на территорию аэропорта. Недоуменно огляделся. Придумал Денис задание, ничего не скажешь… Поезжай туда, не знаю куда, отыщи его машину, номер которой еще нужно вспомнить.
У Дениса бежевая «шестерка». Легко сказать, труднее найти. Таких автомобилей здесь был не один десяток. Правда, только в одном из них – в самом последнем – сидел растерянный, скучающий родственник Грязнова, ничуть на него не похожий. А впереди, правильно, стояла широкозадая темно-красная «тойота», перегретая на солнце.
Родственник Дениса подавал признаки нешуточного беспокойства и уже намеревался выбраться из своего заточения, когда Самоха склонился над его окошком.
– Извините, вы Дениса ждете? – вежливо спросил он.
– Да… А вы кто? – с некоторым облегчением откликнулся Ладейников, соображая, потребовать ли у порученца удостоверение личности или он сам покажет.
Словно почувствовав его опасения, Самоха сунул в окошко удостоверение ЧОПа «Глория».
– Он велел вам передать свои извинения. Влип в какую-то историю и, чтобы вас не засекли, если я правильно понял, уехал отсюда на другой машине…
– Мне бы до ветру, – попросился Ладейников у Самохи, как если бы тот был его конвоиром, который только что пришел на смену. – И перекусить чего-нибудь. Третий час здесь торчу. А он до своего возвращения не разрешил мне вылезать.