Золотой выстрел

— Вот видите, Александр Иванович, — значит, завтра. Но вам же теперь придется взять на себя и все, что касается оформления, всю эту юридическую казуистику. Впрочем, доверенность и прочие необходимые документы вы получите уже завтра. Приезжайте в Питер, вот адрес. — И она протянула молодому человеку свою визитную карточку, отпечатанную на золоченом пластике.

В мире большого бизнеса нет места кадровикам из отставных полковников, решающих твою судьбу, там есть хозяин (или хозяйка), говорящие «да» или «нет». Вот что понял из всего происшедшего Александр Иванович Затопин, еще недавно молодое дарование, обуреваемое мечтами о возрождении красоты, а ныне мелкий чиновник, подписывающий и перекладывающий с места на место никому не нужные бумажки. Удача сама прыгнула ему в руки в лице этих новых буржуев. В конце концов, что бы с ними ни произошло когда-нибудь потом, а маленький дворец княжны Малаховой его стараниями обретет вторую жизнь. И потомки однажды скажут ему спасибо…

Он проводил глазами сверкающий алыми огнями заграничный автомобиль и, вздохнув, еще не веря своему счастью, отправился в контору подбирать документы, которые понадобятся ему во время новой работы…

А в «пежо» тем временем шел свой разговор.

— Ты не поторопилась? — без всякой обиды на то, что его «женили», спросил Сергей.

— А ты против? Так бы сразу и сказал.

— Нет, что ты… — пошел на попятный Сергей. — Я просто не был готов к столь скоропалительному решению… И потом, я думал, что мы с тобой просто въедем в красивый дом, где все уже стоит на своих местах, а нам останется лишь осваивать многочисленные ложа — под балдахинами и без оных — как понравится. А здесь, вижу, и конь не валялся… Откуда эта идея?

— Ты не поверишь, — хмыкнула Нелли, — мне подсказал ее Саблин.

— Когда? Теперь уже, после возвращения из Франции?

— Ну познакомились-то мы гораздо раньше, еще в Париже… — как-то не очень охотно отозвалась Нелли. — Но то знакомство ни к чему не обязывало…

— А что же, значит, появились уже и обязательства? — с иронией спросил Сергей. Этакое партнерство его никак не устраивало. Хотя та же Нелли высказалась по поводу бывшего губернатора Санкт-Петербурга вполне однозначно.

— Нет, и, пожалуйста, не мечи искры, нечего ревновать. У нас не только ничего не было, но и не могло быть. Хотя должна тебе заметить, что если бы не его болезни…

— Он что, сифилитик?

— Нет, — живо откликнулась Нелли, — и даже не филателист! У него сердечная недостаточность, причем в ярко выраженной форме. Ему вообще ничего нельзя делать. А он книги пишет, выступает, занимается политикой…

— Ага, и чего ж это он с таким «здоровьем» в губернаторы-то метит? Я слышал, он собирается всерьез выдвигать свою кандидатуру. И это после того, как его с треском посадили на предыдущих!

— Ну мне он говорил, что это как раз у Алексеева и было нечисто. Что Москва и местные бывшие партийные кадры вкупе с питерским криминалом завалили его кандидатуру. А то бы прошел.

— Как же, как же… Знаешь, расскажи-ка мне о нем, что он за человек? — Сергей спросил без всякой задней мысли, просто чтобы поддержать беседу в длинной дороге. Потому что никаких решительно симпатий к этому известному демократу, одному из основателей демократического движения, Сергей, как и всякий бывший военный, как большинство из них, ни малейшего почтения да и вообще какого-либо пиетета не испытывал. Просто спросил, а Нелли стала рассказывать, совершенно не придавая значения своему рассказу.

И начала она с того, что это именно Саблин посоветовал ей выкупить особняк княжны и довести его до ума. Сейчас он стоит копейки, но если подойти к делу умно — а каким образом это сделать, уж он-то подскажет, — то, когда закончится реставрация, особняку в буквальном смысле цены не будет. Саблину были ведомы планы иностранных фирм, готовых даже и не купить, а лишь взять в аренду, чтобы восстановить согласно первоначальному облику старинные дворянские дома и усадьбы в России, после чего разместить в них свои офисы. Так что в любом случае, если Нелли когда-нибудь и передумает жить в доме княжны, продать его она сможет за сумасшедшие деньги.

Грамотная постановка проблемы лишний раз убедила Сергея, что раздававшиеся в адрес Саблина во время прошлой выборной кампании обвинения в коррупции и откровенной спекуляции жильем имеют под собой почву. Он, видишь ли, и знает, и умеет, и где что лежит в курсе, ну, золотой человек при большой сердечной недостаточности. А в общем, жулик — он жуликом и останется, в какие бы одежды ни рядился…

Тема иссякла сама по себе. Сергей перестал внимательно слушать, а Нелли, заметив это невнимание, перевела разговор в иную плоскость.

Кажется, кто-то намекал на Лазурный берег, как на один из возможных вариантов? Ну и что, это очередной блеф или дружеский розыгрыш?

Лазурный берег возник так же спонтанно, как и согласие на покупку княжеской развалины. Но объяснять все это в настоящий момент Нелли было бы верхом безрассудства. И Сергей сказал, что идея устроить совместный отдых где-нибудь в райских краях копошилась в его мозгах давно, да все времени как-то не было. А сейчас он рассчитывает на две недели покоя. Вот и делай выводы, дорогая…

С другой стороны, неожиданная покупка и все с нею связанное требуют наличия определенной суммы, которая обозначится, видимо, в ближайшие день-два. О самой сумме беспокоиться, разумеется, нет нужды, но одновременно возникают некоторые проблемы, которые также придется решить в темпе.

Ну, к примеру, миллионом баксов он в настоящее время располагает, хотя тот дом и трети не будет стоить. Но как говорится, лиха беда начало, и во что обойдется реставрация, один черт знает. Значит, к сказанному накинь вдвое, для начала. Покупателем будет, конечно, выступать Нелли, ибо у нее все абсолютно чисто с налогами, платить же будет он, Сергей. Сложившиеся уже отношения вполне устраивают обоих, менять их ни он, ни она не собирались, а вообще говоря, ему очень подошла бы роль ее телохранителя, в особых ситуациях подающего полезные советы… Но все это следует обсудить с утра и на свежую голову. Хотя он сильно сомневался, что головы с утра будут у них действительно свежими…

Нелли поймала его красноречивый взгляд и втопила педаль газа с таким азартом, что у Сергея едва не хрустнули шейные позвонки…

Утром, плескаясь в душе, она вдруг сообщила ему, что давно не испытывала подобной душевной и телесной облегченности. А он, валяясь на широченном лежбище, молча кивал, улыбаясь и вспоминая изысканные ночные позы своей гениальной любовницы. И еще он подумал, что прогулка на Лазурный берег, в сущности, ничто по сравнению с тем проектом, который — с его первоначальной подачи, кстати, — возник в умной головке Нелли относительно княжеского особняка. Однако ни от первого, ни от второго отказываться теперь не было смысла.

Придя к такому решению, он снова вернулся мыслями к Нелли, к бурной прошедшей ночи и неожиданно расхохотался.

— Что с тобой? — донеслось из ванной.

— А ты выгляни! Вот удивишься!

— Ну что еще меня может сегодня удивить? — Она появилась в дверях с полотенцем вокруг стройных высоких бедер, встряхивая мокрой своей каштановой гривой, уставилась на него. — О! — И рот, и янтарные глазищи ее округлились. — Кажется, я не рассчитала свои силы… Нет, милый, этот номер у тебя не пройдет. Победить сегодня должна я!

Глаза ее продолжали разбрызгивать золотые искры, ноздри напряглись, как у породистой кобылицы. Полотенце упало к ее ногам, а сама, явно ведь утомленная, чертовка, проказница, вытянулась, поднявшись на кончики пальцев, и медленно пошла к нему потрясающей походкой королевы подиума.

Она оказалась все-таки излишне самоуверенной и потому встретила свой миг победы отчаянным воплем, после чего окунулась в нирвану. А вот он, ловко опрокинув тяжелое и безвольное тело очаровательной девушки на спину, деловито и чинно продолжил собственные утехи и скоро добился того, что она, сонно приоткрыв глаза, констатировала:

— Сумасшедший… Победил слабую девочку и радуешься?..

Получив полнейшее удовлетворение, он откинулся, благо места хватило бы на целый эскадрон гусар летучих, и стал размышлять о том, что надо будет устроить так, чтобы Нелли познакомила его как бы невзначай с этим Саблиным. Если тот знает, что и как делается в этом мире по части приватизации собственности, грех не воспользоваться этими знаниями. А взятки ведь все равно давать надо, так уж лучше с умом и по делу — дешевле на круг обойдется.

Глава пятая

ОШИБКА РЫЖЕГО МЕХАНИКА

Олег не думал, что его кто-то станет встречать. И очень удивился, когда увидел на перроне подходящего к нему рослого милицейского полковника. Наверняка, подумал, это и есть тот самый лучший питерский сыщик Виктор Петрович Гоголев, о котором говорил Турецкий. Значит, позвонили, предупредили…

— Олег Борисович? — приветливо спросил полковник и в ответ на кивок Левина протянул руку: — Гоголев.

— Да, — улыбнулся Олег, — Александр Борисович мне много о вас хорошего рассказывал.

— Да? — словно бы удивился Гоголев.

Вопрос ответа не требовал. Гоголев посмотрел на маленький чемоданчик Левина и с почти незаметной иронией спросил:

— Надеетесь быстро разобраться в деле?

— Хочется надеяться. Но почему вы так решили?

— Багажа, вижу, не взяли. Или есть?

— Нет, здесь все.

— Понятно, — снова двусмысленно хмыкнул Гоголев и обернулся к шедшему сзади сержанту милиции: — Володя, помощь не нужна, возвращайся к машине. — А потом сказал и Левину: — Тогда пойдемте потихоньку. Ваши просили меня по возможности ввести вас в курс дела…

Из недолгого рассказа начальника уголовного розыска Петербурга явствовало, что в городе и, естественно, в области шла настоящая криминальная война. Началась она не сегодня и даже не позавчера, а в те далекие уже дни, когда из Кремля долетел известный клич: «Берите суверенитета сколько унесете!» Но суверенитет — это власть, а власть без экономики — ничто. Вот и пошел великий передел собственности. Государственные предприятия за гроши уходили в частные руки. Криминальный бизнес сотрясался от внутренних разборок, при этом любой победитель немедленно обращал свой алчущий взор на власть. В житейский обиход стремительно вошли новые понятия, присущие прежде исключительно уголовному миру, такие, как «замочить», опустить», всякие «стрелки» и «разборки», характеризующие опять-таки как нельзя лучше взаимоотношения новейших бизнесменов со своими партнерами или конкурентами. А сами «взаимоотношения» приобрели теперь абсолютно уголовный характер: пуля, бомба и похищение стали решающим аргументом в споре, а чаще всего единственным и наиболее простым способом разрешения любого конфликта. Один из ведущих в стране регионов в области науки, промышленности и культуры, Северо-Запад превратился в самый бедный, живущий на дотации соседей. Казнокрадство и коррупция достигли небывалого, немыслимого уровня. Что с особенной силой проявилось в период губернаторства Родиона Алексеевича Алексеева, пришедшего к власти на волне патриотического движения. Конечно, среди главных его тезисов, которые должны были определить дальнейшую политику в регионе, являлись борьба с коррупцией, с уголовщиной, поддержка честного, легального бизнеса, помощь немощным старикам и детям, забота о культуре… Чего только не было сказано на многолюдных митингах! Чего не обещано уставшим от жалкого существования обывателям! И люди снова поверили в «честную власть». И снова, как уже случалось не раз, были подло обмануты. Продолжались разборки, убивали бизнесменов и банкиров, госчиновников и директоров предприятий. Убивали всех, кто становился на пути у оборзевшего криминала. Последние громкие убийства двух питерских предпринимателей в Петербурге и Москве, по сути двух главных руководителей крупнейшего в регионе концерна, есть не что иное, как прямой вызов уголовной власти и уголовного мира всем тем, кто требует, чтобы власть принадлежала гражданскому обществу. И в городе уже есть такая сила, есть партия, объединившая и ведущих политиков, и бизнесменов, и промышленников, и просто честных людей…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.