- -
- 100%
- +
Я нервно сглотнул. Я понимал, что в моем доме не простая девушка, но не думал, что настолько.
– Где ты нашла мой пистолет?.. – Пришлось встать с поднятыми руками и ждать, что она будет делать дальше. – Кто ты? – спросил я, и, конечно, она не ответила.
Я постепенно пятился, давая ей пройти. Видимо, она не преследовала цели убить меня, поэтому я решил с ней не спорить.
– И это благодарность за мою помощь? – сухо спросил я, отведя взгляд куда-то в угол.
Она приподняла бровь и коротко кивнула.
Если честно, было немного обидно. Я, можно сказать, оказал ей первую помощь, приютил ее, а она…
Она просто продолжила держать меня на прицеле и идти по направлению к выходу.
По коридору ей пришлось идти спиной, а я надвигался на неё.
Черт, да кто она такая? Я хотел позвонить в полицию, как только она покинет квартиру.
Остановившись в прихожей, она заметила, что шнурки на её ботинках не были завязаны, поэтому указала пистолетом сначала на меня, а потом на свои ноги.
– Что? Ты грозишься меня убить, а я тебе шнурки буду завязывать? – Я усмехнулся, и тогда её лицо стало ещё серьёзнее.
Тяжело вздохнув, я присел на корточки прямо в полотенце и принялся делать то, что она приказывала, чувствуя себя подкаблучником ровно до тех пор, пока холодное дуло пистолета не уперлось в мою голову. Тогда мое сердце заколотилось еще быстрее. Завязав ей шнурки, я начал подниматься на ноги.
Это был один из критических моментов, потому что она вполне могла лишить меня жизни в самый последний момент, поэтому я занервничал и как-то оступился, пяткой придавив полотенце, которое сразу же с меня и спало.
Я думал, хотя бы это её отвлечет. Надеялся, что она оценит моё достоинство, замешкается, и я смогу воспользоваться моментом и выхватить у нее пистолет. Но она даже не посмотрела вниз, а просто продолжила пялиться мне в глаза, держа под прицелом. Затем ногой она начертила воображаемую линию, и я понял, что не должен её переступать. Убедившись в том, что я её слушаюсь, она открыла дверь и максимально быстро побежала вниз по лестнице, прихватив с собой мой пистолет.
Это была не просто девчонка. Ещё ни одной не удавалось оставить меня голого в коридоре в полном одиночестве, да ещё и без оружия.
Я усмехнулся, закрыл за ней дверь и пошёл к окну. Во дворе я её, естественно, не увидел.
Я даже в полицию звонить не стал. Не знаю, почему. Просто не хотелось портить ей жизнь. Она и сама с этом прекрасно справится. Я был в этом абсолютно уверен.
POV Ника
Я шла по улице с улыбкой. Интересно, он специально наступил на полотенце? Очень трудно было удерживать взгляд на глазах, но меня радовало то, что у особей женского пола довольно неплохо развито боковое зрение.
От пистолета нужно было избавиться, поэтому, идя по мосту, я протерла его своей кофтой и рукавами пальто, чтобы не оставлять отпечатки, после чего бросила в реку.
Нужно было ехать домой. Девочки, наверное, уже заждались. Меня ведь не было довольно долго.
Хорошо, что я сперла сотню у этого прекрасного мужчины.
Добравшись до своей многоэтажки, я поднялась на десятый и позвонила в звонок. Очень скоро мне открыла Лиза.
– Боже, я так переживала за тебя!
Я зашла в квартиру и начала разуваться, пока Лиза все продолжала тараторить про то, что приходило ей на ум, пока меня не было.
Это была худенькая девушка с довольно посредственной внешностью, которую она использовала по назначению. У неё не было идеально прямого носа и большого разреза глаз, а были довольно жидкие волосы до плеч светло-русого цвета. Единственное, что мне в ней нравилось, – это губы. Они смотрелись, как вишенка на не очень удавшемся торте. Однако я считала, что в посредственности тоже есть свои плюсы. Если б она была красивой, то вряд ли бы до сих пор разгуливала на свободе. Ровно то же самое я могла сказать и про себя.
Я прошла в комнату, где все так же, за своим ноутбуком, закинув ноги на стол, сидела Руслана.
– Кажется, когда я уходила, ты сидела ровно в том же положении, – нахмурившись, сказала я.
Она повернулась на меня и равнодушно приподняла бровь.
– А, ты уже вернулась.
Да, какой ещё реакции я от неё ждала? Это же человек-робот.
– Меня не было три дня, – бросила я в её адрес. – Ты бы хоть голову помыла за это время. – Я легла на диван, все ещё ощущая лёгкую боль из-за гребаной раны.
– Зачем? Я же никуда не собираюсь.
Я не стала отвечать. Руслана была одним из тех людей, с которыми лучше не спорить.
К слову, это была девушка двадцати четырёх лет. Очень бледная и очень вредная. В основном она носила тёмную мешковатую одежду, которую могла не менять месяцами. Иногда надевала шапку и ходила в ней даже дома. Скорее всего из-за того, что я надоедала ей со своими замечаниями про грязную голову. Она практически не двигалась со своего компьютерного кресла, только если в туалет и к холодильнику за энергетиком. Руслану можно было назвать самой красивой из нас: у нее были шикарные каштановые волосы и павильные черты лица, однако ей все это было совершенно без надобности, ибо, кроме нас, ее практически никто не видел за последние несколько лет.
В общем, специфический герой моей жизни. Порой я сама удивлялась, как умудрилась такую откопать.
Лиза принесла мне чаю и пару бутербродов. Она была самой молодой из нас. Ей было девятнадцать.
– Так где ты шлялась-то? – спросила Руслана, даже не отводя взгляда от экрана ноутбука.
– Так тебе все-таки интересно?
Она промолчала, и я приняла это за знак согласия.
– Меня выследили и подкараулили во дворах на другом конце города.
Тогда Руслана оторвалась от своего дела и повернулась ко мне всем корпусом.
– Опять?! – спросила она.
Я кивнула.
– Но мне помог один парень. Спугнул чувака и отнёс меня к себе. Оказалось, что швы разошлись, поэтому пришлось поваляться у него пару дней.
– Ты ему ничего не сказала?
Я усмехнулась.
– Ты даже представить себе не можешь, насколько я была молчалива, – усмехнулась я.
В тот момент мне действительно ни пришло в голову ничего лучше, чем притвориться немой. И, как я и ожидала, он был слишком шокирован этим, так что даже не стал задавать лишних вопросов.
– С этим надо что-то делать.
– А что ты с этим сделаешь? – спросила я. – Я сама лоханулась, сама и плачу за это. Хорошо, что вас не трогают.
Она бросила на меня недовольный взгляд и открыла очередную банку энергетика.
– Что с деньгами? – спросила я Руслану после недолгого молчания.
– Перевела в Овшор, – неохотно ответила она.
– Отлично.
О каких деньгах шла речь? О тех, которые мы украли у одного высокопоставленного старпера. Да, это из-за меня поднялся такой шум по поводу чиновника, который слишком любил брать взятки и пилить бюджет. Я убила его и ни капли об этом не жалела. Всё мы считали, что он этого заслуживал. Все мы также играли определённую роль в этом деле.
Последнее время мы на постоянной основе делали что-то подобное, но раньше не брались за столь громкие дела.
Нас было трое, и каждый из нас был важен. Я составляла план действий в зависимости от цели. Руслана была отличным хакером. На ней всегда были одни из самых важных операций. Она писала вирусы, воровала деньги с банковских счетов, разбирались в прослушке и жучках, которыми мы тоже нередко пользовались. Когда нам не на что было жить, однако такое случалось редко, она просто писала новую модификацию какого-нибудь трояна, запускала в банковскую систему, и на ближайшие недели мы уже были обеспечены.
Лиза отвечала за самое рискованное. Она выполняла мелкие задания, типа прикрепления прослушки, слежки, иногда проникновения в здание, включая частную собственность…
Однако убийствами занималась только я. И я знала много способов. До того, как собрать команду, я была простым киллером, которого можно было заказать через знакомых из криминального мира. В общем-то, ничего особо не поменялось, только в команде работать было как-то проще.
Работы было не так уж и много. Денег от одного дела нам хватало надолго, а в излишествах мы не нуждались. Я не любила тратить деньги на побрякушки и дорогую одежду. Единственное, во что мы вкладывались, это техника и переезды с места на место, а также оплата съемных квартир и еды, а иногда и оружие и подделка документов.
Устраивала ли меня моя жизнь? Вполне. Мне всего хватало, и я оставалась на свободе. А большего мне и не надо было. Я больше толком ничего не умела. Поэтому довольствовалась тем, что у меня имелось.
Мучила ли меня совесть за все то, что я совершала? В сознательном состоянии – почти нет. Однако редкими холодными ночами я просыпалась в ледяном поту и судорожно пыталась вспомнить, что же мне снилось. И ни разу мне этого не удалось. Спала я плохо почти всегда. Ложилась поздно и просыпалась поздно.
Из-за таких ночей я и старалась убивать, в основном, с далеких расстояний. Чтобы жертва превращалась в обычную цель, которую нужно уничтожить. Главное – это не видеть в жертве человека. Тогда у меня все получалось. Но бывали и исключения. Иногда приходилось стрелять в упор. Это сложнее с моральной точки зрения. Ты видишь, как человек дышит, смотрит на тебя, шевелится, а потом… потом он становится просто телом. И все, что он делал на протяжении жизни, превращается в пыль. Вот так в моих руках рассыпались достижения, мечты и мысли других людей. Рассыпались жизни.
Глава 4. – Свято место пусто не бывает.
POV Ника
Я не стала говорить Руслане и Лизе о том, кем был тот человек, у которого я жила эти пару дней. Стоило ли? Я размышляла над этим, сидя в гостиной на диване.
К слову, квартира у нас была самая обычная. Никаких евроремонтов и красивых потолков. Обычные светлые обои, угловой диван у стенки слева, справа от окна – огромный компьютерный стол Русланы, заваленный всем, чем только можно: от банок с энергетиками до пустых коробок от пиццы, которые периодически убирала Лиза. О всяких проводах и технических примочках вообще и говорить не стоит. На стене висел телевизор, которым мы пользовались только ради того, чтобы выводить на него картинку с экрана ноутбука. Порой смотрели по нему новости, если там говорилось что-то о делах, в которых мы были замешаны. Ну и Руслана иногда на нем в приставку играла.
– Я хотела с тобой поговорить. – Как гром среди ясного неба вдруг раздался ее голос.
Я тут же перевела на нее взгляд. Руслана оттолкнулась от своего стола и подъехала ко мне на своем кожаном кресле. Я вопросительно посмотрела на нее.
– Ты же понимаешь, что тебя выследили, и это не просто так?
– Спасибо, блин, что сказала, а то я действительно сидела и думала, почему же это произошло. – Я закатила глаза и откинулась на спинку дивана.
Руслана подогнула под себя ноги и зачем-то посмотрела в окно.
– И что ты думаешь по этому поводу? – спросила она.
– Что это заказчик, – после недолгой паузы ответила я. – Я жестко тупанула, связавшись с этим делом. Они предложили мне огромную сумму денег за него, а, когда раскрыли личность жертвы, я просто не смогла отказаться.
– Почему ты сразу не поняла, что после такого заказа тебя и саму могут заказать?
– Ну я же не экстрасенс. Я не могу предугадать всё. Я могу только продумать… спрогнозировать. Даже самый вшивый заказ не гарантирует того, что от тебя потом не будут избавляться.
Тяжело вздохнув, я уставилась на свинцовые тучи за окном и поняла, что в один прекрасный момент и в моем окне может появиться пулевое отверстие.
– С тобой такое уже случалось? – задала вопрос Руслана, пристально уставившись на меня.
Я лишь коротко кивнула.
– И что ты сделала?
Я тяжело вздохнула и подошла к окну. Оглядев машины, стоявшие во дворе, и крыши домов, находившихся неподалеку, я задернула шторы. Комната тут же погрузилась в полумрак.
– А ты не догадываешься? – Я любила отвечать вопросом на вопрос, для меня это была такая своеобразная стратегия ухода от ответа.
– Ты избавилась от заказчика. – Она оттолкнулась от дивана и вернулась к своему столу.
– Только в этот раз сложнее, – бросила я, и это заставило ее вновь обратить на меня свое внимание. – Я не знаю, кто заказчик.
Руслана то ли с осуждением, то ли с удивлением посмотрела на меня и уставилась в монитор.
Я направилась в свою комнату, но вдруг остановилась, коротко бросив:
– Скажи Лизе, чтоб пару дней на улицу не выходила.
Я надолго заперлась в своей комнате, думая обо всем случившемся. Мне очень хорошо было известно, что если эти люди начали за мной охоту, то они не остановятся. Мне хватило уже двух покушений, чтобы в этом убедиться. Третьего я не хотела.
Я думала об этом примерно сутки. Даже уснуть не могла. В какой-то момент я поймала себя на мысли, что чувствую себя ровно так же, как Костя, который никак не мог раскрыть убийство, исполнителем которого была я.
Какие удивительные совпадения порой случаются в жизни. Он и представить себе не мог, насколько близко был к убийце… Однако время было упущено. Я очень надеялась, что никогда с ним больше не увижусь, ибо такое стечение обстоятельств слишком опасно для меня.
– Можно? – Послышался голос Русланы из-за двери.
– Заходи.
Она открыла дверь и, пробежавшись взглядом по комнате, села на край кровати. Руся редко ко мне заходила. Она вообще редко вставала со своего места, и это по ней было заметно. Как только ее пятая точка коснулась моей кровати, она подняла туда и ноги, после чего по привычке сгорбилась и открыла ноутбук, который принесла с собой.
– Взгляни, – бросила она.
Я пододвинулась ближе и уставилась на экран. Она включила видео. Там были новости, опубликованные буквально несколько часов назад. В них говорилось о том, кто занял пост того чиновника, которого не стало благодаря мне.
– Свято место пусто не бывает, – пробормотала я. – Так значит теперь он первый зам мэра?
Руслана лишь кивнула и устремила на меня вопросительный взгляд.
– Что? Я не могу просто взять и убить его, иначе полиция точно найдет в этом какую-то закономерность. Тут надо подумать. Но сначала убедиться, что он точно в этом замешан.
– И как ты собираешься это сделать?
– Придется за ним следить. Рано или поздно с ним точно должен появиться тот человек, который на меня вышел. Думаю, это кто-то из его подчиненных. Скорее всего телохранитель. Но, быть может, я ошибаюсь…
Руслана вопросительно приподняла бровь.
– С чего ты взяла, что именно телохранитель?
– Потому что в большинстве случаев именно те люди, которые готовы рискнуть своей жизнью, плотнее всего связаны с криминальным миром. В телохранители, в основном, идут бывшие военные, либо те, кто работал в полиции.
Она молчала, напряженно разглядывая меня, после чего сказала:
– Скажи, как примешь решение.
Она с трудом поднялась на ноги и покинула комнату. Я обратила внимание на то, что из-за своего образа жизни она начинает терять свою привлекательность. Когда мы с ней познакомились, она еще могла держать спину прямо. Но уже тогда она особо не следила за собой, но все равно оставалась красивой. Удивительно, но ей никогда не нужен был особый уход за кожей. Она не пользовалась косметикой, не выщипывала брови. Поэтому они у нее были довольно широкими и густыми, однако не срастались, так что в какой-то степени ей это даже шло. Наверное, на ее месте я вела бы себя абсолютно так же. Руслана практически не выходила из дома, а на наше мнение о ее внешности ей было плевать. Я не знала, с чем связан такой ее образ жизни. Я бы не сказала, что она страдала агорафобией. Скорее всего отчасти она была социопаткой. Ей очень не нравились большие скопления людей. В таких случаях она просто начинала беспорядочно оглядываться по сторонам так, будто что-то ей угрожало.
Я развалилась на диване и принялась смотреть в потолок, пытаясь прийти в себя. Рана на животе иногда все-таки ныла. Но ныла скорее от нервов. Потому что я прекрасно осознавала, что меня хотят убить.
В такие моменты я думала, что на смерть есть много разных точек зрения. Я не видела в смерти ничего особенного, когда убивала сама. Для меня это было просто работой в большинстве случаев. Но когда я понимала, что что-то угрожает моей жизни, то чувствовала себя настолько уязвимой, насколько чувствует себя солдат, посланный на войну. Он понимает, что жить ему или умереть, зависит только от вероятности того, что в него попадет пуля.
На самом деле близость смерти – это лучшая возможность понять ценность жизни. Понять, что жизнь – это лучшее, что с тобой случалось. Многие люди не понимают, насколько приятно просто дышать этим воздухом, пусть даже пропитанным выхлопными газами большого города. Главное – дышать. Насколько приятно лежать в своей постели и чувствовать себя в безопасности… Для меня это было лучшим чувством в жизни.
За минуту в мире умирает около ста человек. И я считаю, что каждую минуту люди должны радоваться, что не оказались в этой сотке. Я, как никто другой, знала, что каждая минута может стать последней. Произойти может что угодно. Человек может банально подавиться кусочком апельсина, и через пару дней уже лежать под землей и разлагаться.
***
Через пару дней в моей голове все-таки созрел план, и я собрала всех в гостиной. Руся, как обычно, сидела и смотрела в монитор, а вот Лиза внимательно слушала меня, развалившись на диване.
– Смотрите, стратегия элементарно проста. Мы попробуем установить камеру в машине. Если это телохранитель, то скорее всего они передвигаются на одном авто. Ты же сможешь открыть машину? – обратилась я к Руслане, на что она лишь коротко кивнула. – А ты установишь камеру, – сказала я Лизе. – Только лучше переоденься в парня. На всякий случай. И пальчики не оставь только.
Руслана тяжело вздохнула.
– Ну а что потом? Нам же все равно придется от него избавиться. Если ты и этого застрелишь, нас будут искать с удвоенной силой.
Я повернулась к ней и скрестила руки на груди.
– Тогда он умрет не от выстрела. Посредника трогать не будем. Избавимся только от заказчика. Самым неприметным способом.
– Это каким? – недоверчиво спросила она.
– У него же есть дом или дача…
Руслана нахмурилась.
– Узнать адрес тебе не составит труда, – сказала я, повернувшись к ней всем телом. – Существует яд, который позволяет избавиться от человека и не обнаруживается при вскрытии. В заключении будет написано, что он отравился угарным газом. Остается только выяснить, если у него камин или баня.
– И у тебя есть этот яд?
Я коротко кивнула.
– Берегла на крайний случай. Но, думаю, потом можно будет достать еще.
Оставалось только надеяться, что все получится. Я никогда ни в чем не была уверена до конца. Очень сложно учитывать степень влияния человеческого фактора.
POV Костя
– Ну и что ты сделал за это время? – спросил у меня мой непосредственный работодатель, майор следственного комитета, Федор Викторович Ульянов.
Это был довольно тучный мужчина за сорок, с практически лысой головой и маленькими темными глазами. Ростом он тоже не отличался, так что я был его выше практически на голову. Когда я смотрел на него, то понимал, что принял правильное решение, когда отказался работать в органах. Не хотел бы я к сорока годам выглядеть так же.
– Я раскрыл убийство. Ну, то, которое со множественными ножевыми.
На какое-то время я решил забить на дело с политиком, потому что у меня действительно ничерта с ним не получалось. А кушать на что-то нужно. Пришлось попросить еще одно дело, на которое у меня ушло буквально два дня.
– С этим бы мы и сами справились, – заявил майор, устремив на меня свои маленькие темные глазки.
Я сидел в его кабинете и ждал, когда же он уже выскажет мне все, что обо мне думает, и отправит домой заниматься делом дальше.
– Тогда почему же вы полторы недели не могли понять, кто убийца? – спросил я, пару раз щелкнув ручкой, которую зачем-то вертел в руках.
– Ты что, опять умничать сюда пришел? Не забывай, с кем разговариваешь, – хрипло, но угрожающе произнес он.
– Да. Но я не ваш подчиненный, товарищ майор. – Я старался оставаться спокойным в любых ситуациях.
– Почему ты не можешь раскрыть дело, о котором я тебя просил? Был убит серьезный политический деятель, а ты будто даже и не хочешь, чтобы виновного нашли.
Знал бы он, сколько бессонных ночей я просидел над этим делом, вряд ли бы говорил так.
– Я выяснил, откуда стреляли, но мы не нашли никого подозрительного ни на камерах, ни опрашивая людей. На крыше тоже никаких следов. Это бесполезно. Работал профессионал. Проще пойти от противного и найти заказчика.
– Тогда почему ты его не ищешь? – Майор, похоже, уже еле сдерживался, чтобы не сорваться на меня.
– Я как раз собирался этим заняться.
Он тяжело вздохнул и посмотрел на меня взглядом, в котором читалось сомнение. Он всегда так смотрел на меня, когда у меня хоть что-то не получалось. Свысока. Будто в очередной раз сообщая, что я никто по сравнению с ним. Однако раз за разом он все равно почему-то прибегал к моей помощи.
Я вышел на улицу и глубоко вдохнул морозный воздух. Курившие у входа сотрудники косо посмотрели на меня. Они знали, кто я, и почему-то тоже меня не особо любили. К счастью, мне не приходилось общаться с ними всеми.
Я пошел домой, в который раз размышляя о том, зачем я вообще занимаюсь тем, чем занимаюсь. А мог бы ведь закончить этот гребаный юридический и работать на нормальной работе. Да, у меня не было даже высшего образования. Так уж вышло, что мне не нравилось ходить в универ и делать эти нудные задания. Я привык заниматься только тем, что мне действительно было интересно. Поэтому с третьего курса меня отчислили за плохую посещаемость. Родителям, конечно, это не понравилось, но они знали, кого воспитали. Знали, что, если я так поступил, значит, у меня есть какой-то план. Знали, что я должен сам во всем разобраться.
Я бы просто не смог сидеть в пыльном офисе и перебирать бумажки. Главный плюс моей работы был в том, что заполнять всякую ересь мне не требовалось. За меня это делали другие. Я лишь решал задачу и получал за это свои деньги.
Глава 5. Рабочие будни
POV Костя
На следующий день я решил заняться допросами коллег убитого чиновника. К мэру, естественно, меня никто не пустил, ссылаясь на его плотное расписание. Но для мэра мотивов убивать своего же подчиненного я не видел, ибо, изучив информацию, я выяснил, что они работали вместе около десяти лет и дружили семьями.
Я поговорил с секретаршей убитого, из которой очень сложно было вообще что-то вытянуть, ибо это оказалась довольно сентиментальная женщина. Как только я начинал обсуждать с ней день преступления, у нее ком подкатывал к горлу, и она чуть ли не истерики начинала устраивать. Потом я зашел еще в пару кабинетов, где сидели его коллеги и, по совместительству, друзья. Они, как мне показалось, вели себя совершенно адекватно, но я не стал списывать их со счетов. Я спросил, с кем у погибшего были конфликты, и узнал одну важную деталь. Погибший все время соперничал с человеком, которого недавно назначили новым заместителем мэра. Эта идея показалась мне довольно интересной, но к этому человеку по фамилии Волков, меня не пустили. Его секретарша сказала, что он очень занят, и попросила прийти в другой день. Ее словам я, конечно же, не поверил, поэтому решил действовать другими методами.
POV Ника
– Ну что, готова? – спросила я, осматривая внешний вид Лизы.
Она коротко и уверенно кивнула.
Под слоем грима и в мужской одежде в ней трудно было распознать Лизу. Она использовала какой-то специальный воск и накладки на лицо, чтобы больше походить на парня. Я не особо разбиралась в этом, но она была просто гуру. Я была уверена, что в таком виде ее бы мать родная не узнала.
Через полчаса она была уже на месте и связалась с нами.
– Ну что? – обратилась я к Русе.
– Пусть начинает.
Мы решили использовать обычный простенький телефон, в который я и диктовала ей указания. Их она могла слышать через микронаушник.
– А ты можешь перенаправить сигнал с камер так, чтобы мы видели, а они нет? – спросила я у Русланы.
Она посмотрела на меня, как на дурочку, и принялась за дело.
– Готово.
На экране появилась картинка с уличной камеры видеонаблюдения, на которой мы могли видеть Лизу.
– Давай, – скомандовала я.
И Лиза двинулась к черной машине.
– Сигнализация точно не сработает?
– Не должна, – ответила Руслана, внимательно уставившись в монитор.
Она вывела на экран еще и вид со внутренней камеры, где вполне можно было разглядеть и охранника, и тех, кто выходил и заходил в здание.
Тем временем Лиза открыла машину без особого труда, ибо транспортное средство полностью взяла под свой контроль Руслана, и забралась внутрь, затем перелезла на заднее сиденье. Мы решили установить камеру там. Обзор так, конечно, был хуже, но и вероятность того, что ее обнаружат, снижалась.