Робин Гуд / Robin Hood

Картина 3

(Лагерь РОБИНА в Шервудском лесу. Разбойники, едят, чинят одежду, затачивают стрелы, занимаются своими делами. МАРИАН прибывает в глубокой задумчивости).

АЛАН (поет):

Где лес густой и темный

Среди больших деревьев,

Здесь дева одинокая грустит,

Сжимает ей сердце, душа болит.

Хочу, чтоб ты был в широком море.

Хочу, чтоб ты был глубоко в аду.

Где – все равно, но далеко.

Где – все равно, но далеко[4].

МАЛЫШ ДЖОН (подходит с ДЕЙВИ к тому месту, где едят РОБИН и УИЛЛ СКАРЛЕТ). Робин, у нас проблемы с молодой дамой.

РОБИН. Она требует чашу для ополаскивания пальцев и свечи?

ДЕЙВИ. Они ничего не ест. Вообще ничего. Не притронулась к еде.

МАЛЫШ ДЖОН. Не то, чтобы меня это обижает. Я понимаю, вкусы у всех разные, и не изучал я во Франции премудрости готовки, но я боюсь, что она умрет у нас на руках. Женщины такие хрупкие.

УИЛЛ СКАРЛЕТ. По мне не выглядит она хрупкой, Джонни. Она крепкая, упрямая женщина, и у нее есть, что прихватить. По правде говоря, я бы с удовольствием прихватил ее за пару мест.

ДЕЙВИ. Уговори ее поесть, Робин. Мы за нее тревожимся.

РОБИН. Хорошо. Я попробую.

УИЛЛСКАРЛЕТ. Осторожно, Робин. Опасная женщина.

РОБИН. Я буду осторожен. (С двумя мисками бобов идет к МАРИАН, которая сидит, надув губки). Обед подан, миледи. (Она его игнорирует. Он ставит миску рядом с ней, садится неподалеку ест). Этим вечером голод не донимает? (Она его игнорирует). Так плохо себя чувствуете, что не можете говорить? Мои люди о вас тревожатся. Клянусь. Если вам нездоровиться, я позову женщину с пиявками, чтобы она пустила вам кровь.

МАРИАН. Я совершенно здорова. Просто не разговариваю с бандитами.

РОБИН. Ох. Сожалею.

МАРИАН. Что вы сделали с леди Куигли?

РОБИН. Лично я ней ничего не делал. Мне сказали, что у нее учащенное сердцебиение. Брат Тук приглядывает за ней.

МАРИАН. Брат Тук?

(На сцену выбегает вскрикивающая и смеющаяся КУИГЛИ. Ее преследует БРАТ ТУК. Они кружат вокруг РОБИНА и МАРИАН).

КУИГЛИ. О… О-О-О… НЕТ… О-О-О… ПРЕКРАТИ… ТЫ ДЬЯВОЛ… ХИ… ХИ-ХИ-ХИ… ОТСТАНЬ… О-О-О…

БРАТ ТУК (его реплики перемежаются с вскриками и смехом КУИГЛИ). ХО-ХО-ХО… ПОЙМАЮ… ПОЙМАЮ… ПОЙМАЮ… СЕЙЧАС… СЕЙЧАС… СЕЙЧАС… АГА-А-А-А…

(Они убегают. МАРИАН возмущена. РОБИН улыбается и продолжает есть).

РОБИН. Похоже, она пошла на поправку.

МАРИАН. Этот отвратительный человек – НЕ монах.

РОБИН. У него множество достоинств, одно из которых – терпимость к слабостям других. С этой добродетелью у вас, как я вижу, не очень. И он – монах, насколько мне известно. Здесь мы все очень набожные.

МАРИАН. И чему вы поклоняетесь? Деревьям?

РОБИН. Я бы не говорил ничего дурного о деревьях, особенно здесь, где они живут. Нашего Спасителя распяли на дереве, и задолго до этого дерево было символом, связанным с возрождением, с воскрешением, с вечной жизнью, а также со знанием, ибо деревья знания и жизни росли в райском саду, который это место очень напоминает. Брат Тук говорит…

МАРИАН. Я не обсуждаю святое писание с бандитами.

(Пауза. РОБИН смотрит на нее).

РОБИН. Ваш ужин остывает. Или вам претит есть с бандитами?

МАРИАН. Я не буду есть то, что украдено у честных людей.

РОБИН. Дорогая моя, вы всю жизнь ели то, что украдено у честных людей.

МАРИАН. Я тебе не дорогая, и я никогда такого не делала.

РОБИН. А как ваш отец зарабатывает на жизнь?

МАРИАН. Ты отлично знаешь, как он зарабатывает. Он – благородный дворянин. Ему нет нужды зарабатывать на жизнь. Я хочу сказать…

РОБИН. Он – землевладелец.

МАРИАН. Да, на наших землях живут и работают крестьяне.

РОБИН. Вы часто заглядываете к людям, которые живут на землях вашего отца?

МАРИАН. Мы часто проезжаем мимо, в карете. Они нам машут.

РОБИН. И сколько пальцев они поднимают?

МАРИАН. Они выглядят счастливыми. Иногда мы останавливаемся.

РОБИН. Но, разумеется, ненадолго. У вас не возникает желания подойти ближе и хорошенько их рассмотреть, так?

МАРИАН. Не смей говорить со мной в таком тоне.

УИЛЛ СТЬЮТЛИ (с листом бумаги и пером в руках пытается привлечь внимание РОБИНА). Извини, Робин, но мы закончили инвентаризацию захваченного у шерифа.

РОБИН. Хорошо. Что мы имеем?

УИЛЛ СТЬЮТЛИ. Ящик французского вина для принца Джона и свежие персики.

РОБИН. Думаю, мы найдем им применение.

УИЛЛ СТЬЮТЛИ. Денежный ящик с девяносто семью золотыми монетами, рента из Донкастера.

РОБИН. Их мы тоже оставим себе.

МАРИАН. Преступник. Вор. Лицемер.

УИЛЛ СТЬЮТЛИ. Маринованные огурцы и селедка для Эйдома из «Синего кабана».

РОБИН. Отвезем завтра. И держи брата Тука от них подальше.

УИЛЛ СТЬЮТЛИ. Может, отвезем этой ночью, Робин? Или весь лагерь провоняет ими.

РОБИН. Ночь будет безоблачная. Еще и полнолунье.

УИЛЛ СТЬЮТЛИ. Лучше рискнуть.

РОБИН. Хорошо. Что еще?

УИЛЛ СТЬЮТЛИ. Сундук с платьями и личными женскими вещами интимного характера…

МАРИАН. МОЯ ОДЕЖДА! ЕСЛИ ТЫ ПРИТРОНЕШЬСЯ ХОТЬ ПАЛЬЦЕМ К МОЕЙ ОДЕЖДЕ, ВАРВАР, Я…

УИЛЛ СТЬЮТЛИ (отступив на шаг). Извините, мисс, мы их не попортили, но без инвентаризации никак нельзя.

МАРИАН. Держи подальше свои грязные руки от моего гардероба!

УИЛЛ СТЬЮТЛИ (обиженно). Я всегда мою руки перед ужином, мисс. Надеюсь, вы можете сказать тоже самое.

РОБИН. Все платья порезать на мелкие кусочки.

УИЛЛ СТЬЮТЛИ. Будет исполнено. (Уходит, улыбаясь).

МАРИАН. На мелкие кусочки? Порезать мои платья на мелкие кусочки? Ты не ПОСМЕЕШЬ!

РОБИН. Еще как посмею.

МАРИАН. Ты… О-О-О-О-О! ЗВЕРИ!

РОБИН. Опять вы за старое… Сначала оскорбляете деревья, теперь – зверей. На самом деле вы сами зверь… Только из тех зверей, которые могут выбирать, что он за зверь, хотя вы и не пользуетесь этим даром.

МАРИАН. Я не понимаю, о чем ты говоришь.

РОБИН. Не вина шакала, что он – шакал, у него нет выбора, поэтому он и ведет себя соответственно. Такой он от природы. Но, скажем, землевладельцу совсем не обязательно вести себя, как шакал. Это уже другая история.

МАРИАН. Ты НИКЧЕМНЫЙ, ПРЕЗРЕННЫЙ, БЕССЕРДЕЧНЫЙ, ОТВРАТИТЕЛЬНЫЙ…

РОБИН. Прячетесь за истерию.

МАРИАН. НЕ НАЗЫВАЙ МЕНЯ ИСТЕРИЧКОЙ. Я НЕ ИСТЕРЮ… Я В ЯРОСТИ!

РОБИН. Что ж, это хорошо. Начало положено

МАРИАН. ИЛИ ОСВОБОДИТЕ НАС, ИЛИ УБЕЙТЕ, И ПОКОНЧИМ С ЭТИМ! НЕ ЖЕЛАЮ Я СМОТРЕТЬ И НАБЛЮДАТЬ, КАК МОИ ПРЕКРАСНЫЕ ПЛАТЬЯ ИЗ ЗЛОБЫ РЕЖУТ НА МЕЛКИЕ КУСОЧКИ!

РОБИН. Желаете завтра отправиться со мной в небольшое путешествие?

МАРИАН. КОНЕЧНО ЖЕ, НЕТ! Куда?

РОБИН. На земли вашего отца.

МАРИАН. Ты хочешь отвезти меня домой?

РОБИН. Я могу, при условии, что вы перестанете орать на меня и поужинаете.

МАРИАН. Я тебе не верю. Ты просто хочешь, чтобы я заткнулась.

РОБИН. Да, если честно, я хочу, чтобы вы заткнулись, и я хочу, чтобы вы поели, но я не лгу. Я также пытаюсь предложить вам простую сделку, хотя прекрасно понимаю, что с бандитами вы и сделки не заключаете. Как не делаете многого другого.

МАРИАН. Если я соглашусь угомониться…

РОБИН. И съесть ужин.

МАРИАН. И съесть эту отвратительную бурду, ты поклянешься, что завтра отвезешь меня на земли моего отца?

РОБИН. Безусловно.

МАРИАН. Но откуда мне знать, что я могу тебе доверять?

РОБИН. Вам этого не узнать. Но, если я лгу, вы достаточно скоро это выясните, а потом сможете кричать, сколько душе угодно, и никогда больше не поверите бандиту на слово. Договорились?

МАРИАН. До завтрашнего дня я могу умереть.

РОБИН. Вполне, если не поужинаете сейчас.

МАРИАН. А если я откажусь?

РОБИН. Тогда я прикажу вас связать, накормлю силком, потом вставлю кляп в рот и на ночь засуну в мешок из-под картошки. Я не допущу, чтобы кто-нибудь оставался голодным в моем лагере, и мне не нужна исте… разъяренная женщина, которая своими криками сообщает о местонахождении лагеря половине населения Англии.

МАРИАН (обдумывает его слова, потом смотрит на миску). Это что? Выглядит ужасно.

РОБИН. Это бобы. И хороши на вкус.

МАРИАН. Вы едите бобы? Разве вы не едите вырезку?

РОБИН. Если и едим, то редко.

МАРИАН. Но все говорят, что ты – лучший лучник королевства.

РОБИН. Это так, но, если честно, не люблю я убивать. Только никому не рассказывайте. Вредно для бизнеса.

МАРИАН. Вроде ты с легкостью убивал людей шерифа.

РОБИН. Вы видели, как я кого-то убил?

МАРИАН. Нет, сама не видела, но…

РОБИН. Я не несу ответственности за выдумки местных фантазеров. Иногда мы убиваем старого оленя или молодого, если кто-то из неумелых охотников принца Джона оставляет его раненым. Они плачут, знаете ли. У них большие грустные карие глаза, и они плачут, когда им больно. Олени – не охотники.

МАРИАН. Ты думаешь, я поверю, что ты никого не убивал?

РОБИН. Я такого не говорил.

МАРИАН. То есть ты признаешь, что ты – убийца?

РОБИН. Если вы настаиваете, я убил своего отца, то есть меня можно так назвать. Просто я не бегаю по округе, превращая это занятие в привычку. Устраивает вас такой ответ? (МАРИАН смотрит на него, не зная, что и сказать). Если вы хотя бы не сделаете вид, что вам нравятся эти бобы, то разобьете сердце Малыша Джона.

МАРИАН. Ну… Хорошо. (Начинает есть, сначала неохотно, потом с все возрастающей жадностью).

РОБИН. Не такие они и плохие, правда?

МАРИАН (с полным ртом). Совершенно ужасные.

(РОБИН вскидывает руки с оттопыренными большими пальцами, и разбойники хлопают в ладоши, радостно кричат и свистят).

РАЗБОЙНИКИ. ДА-А-А-А-А-А-А-А!

МАРИАН. Почему они так себя ведут? Почему смотрят на меня?

РОБИН. Никогда не видели, как ест леди. Ладно, парни, займитесь делом, нечего таращиться. Вы кушайте, а мне перед сном предстоит небольшое путешествие.

МАРИАН. Ты же оставишь меня здесь одну?

РОБИН. Я попрошу брата Тука приглядеть за вами. А еще двоих-троих приглядеть за ним. Вы в полной безопасности.

МАРИАН. Завтра ты действительно отвезешь меня домой?

РОБИН. Хорошенько выспитесь. Отдых пойдет вам на пользу. Добавку можете взять в котле. Держитесь.

(Уходит, МАРИАН провожает его взглядом, ест, на лице тревога).

АЛАН (поет):

Луна встает,

Лес полон теней,

Она лежит,

В небо вперив взгляд.

Любит уже того, кто ушел.

Любит, но он ушел[5].

Картина 4

(Ночь в таверне «Синий кабан». ЭЛЛЕН и ДЖЕННИ прибираются. КУТАЙ ПЬЯНИЦА спит, положив голову на стол. БЕЗУМНАЯ БЕТТИ, старая женщина, которая выглядит, как ведьма, раскладывает карты таро. ЭЛЛЕН и ДЖЕННИ к ним привыкли, работают, не обращая на них внимания).

ЭЛЛЕН. Это правда, Дженни, я видела людей с топорами, они скоро вырубят весь лес.

ДЖЕННИ. Там, где я выросла, был прекрасный лел, а теперь одни болота да грязь. Ты думаешь, лес будет стоять вечно, а потом – раз, и его больше нет. И что появится на его месте?

ЭЛЛЕН. Я слышала, теннисный корт.

ДЖЕННИ. И что это такое?

ЭЛЛЕН. Не знаю, но едва ли что-то христианское. Я слышала, джентльмены ходят туда, чтобы обзывать другу друга непотребными словами. Королевство разваливается, потому что короля Ричарда Львиное Сердце держат в Австрии в ожидании выкупа.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Здесь и ниже привожу английский текст песен, на случай, что театр захочет взять свой вариант:

How many months in a year, my love?

There are thirteen, I would not lie…

But the sweetest month in all the year

Is the month one does not die.

2

Twas one fine day in a time long past

When the Sheriff and his men

In the forest dark had lost their way

With the fair maid Marian,

With the fair maid Marian.

3

What you hear in the wood, my love?

What make your face so warn with care?

I saw my love all dressed in white.

I heard the leaves a Whispering there.

That death is a song so sweet, my love.

That death is a song so sweet.

4

Within the forest dark and deep

Among the gnarled and twisted woods

Among the fallen cherry trees

The lady sits alone and broods.

I wish you were in

The wild wood deep.

I wish you were in the sea,

I wish you were in

The bottom of Hell

And far away from me

And far away from me.

5

The Moon rose up

And the wood was full

Of shadows things come out to play

And while she lay

Staring at the sky

Her lover crept far away, my love,

Her lover crept far away.