Суп из обезьяны / Monkey Soup

БОККАЛУЧЧИ. Логично.

ФАРТУИСТЛ. В общем, история очень грустная. Послушайте, вы же не расскажите об этом старухе Квакенфартер?

БОККАЛУЧЧИ. Я – нет, конечно, нет, пусть даже вы и убили моего давнего друга докатора Фартауистла, но вот Гусик – не знаю. Он был очень близок с его женой, так, Гусик?

ГУСИК (поднимает голову, кивает, вновь прижимается к груди ФАРТУИСТЛА). ГУДИ-ГУДИ-ГУДИ.

БОККАЛУЧЧИ. Вот что я вам скажу, мы с Гусиком не скажем миссиссе Квакенафарте о том, что вы убили режиссера, если вы сделаете нам маленькое одолжение.

ФАРТУИСТЛ. Наличных у меня нет, но я могу выровнять вам коренные зубы.

БОККАЛУЧЧИ. Нет, благодарима, газа мы уже получили достаточно. Мы с Гусиком хотим, чтобы вы вывели нас на сцену.

ФАРТУИСТЛ. Ваше желание исполнилось. Вы уже на сцене. Мои поздравления. А теперь, несите шампанское!

БОККАЛУЧЧИ. Но мы с Гусиком хотим появиться на сцене на премьере.

ФАРТУИСТЛ. Да, и я уверен, в театре у вас великое будущее. Вы еще сыграете Ромео и Джульетту. Я буквально это вижу. Чувствую. Вы обязательно сыграете в моей следующей постановке.

БОККАЛУЧЧИ. Нет, босс, мы хотим сыграть в етой постановке.

ФАРТУИСТЛ. Но актерский состав на эту постановку уже утвержден.

БОККАЛУЧЧИ. Ета ничего, мы от них избавимся.

ФАРТУИСТЛ. Разве в этом штате убийство актеров не является преступлением?

БОККАЛУЧЧИ. Не собираемся мы их убивать. Просто накормим перед шоу несвежей скумбрией. Им станет дурно, и вместо них на сцену выйдем мы.

ФАРТУИСТЛ. Не знаю, парни. Вы думаете, старуха Квакенфартер ничего не заподозрит?

БОККАЛУЧЧИ. Так ей понравится. Когда мы с Гусиком выйдем на сцену, для нее это будут приятный сюрприз.

ФАРТУИСТЛ. Сюрприз будет, это точно. А если она хлопнется в обморок? Кто будет ее поднимать? Придется брать напрокат автопогрузчик.

БОККАЛУЧЧИ. Не волнуйтесь, мы чем-нибудь ее прикрывать и продолжать. Или засунем под ковер, и она будет выглядеть, как гора Рашмор. Что скажете?

ФАРТУИСТЛ. Что ж, почему нет? Мне терять нечего.

БОККАЛУЧЧИ. Мы что-нибудь найдем. Внимание. Сюда идет миссисса Квакенафарта. Надевай противогаз, Гусик, мы начинаем репетировать.

ГУСИК (надевая противогаз). ГУДА-ГУДА!

МИССИС КВАКЕНФАРТЕР (вернувшись, подтягиваются и остальные). Итак, начинаем репетицию. Я отдаю вас в более чем способные руки гениального, всемирно известного режиссера, доктора Корнелия Ти Фартуистла.

ФАРТУИСТЛ. Благодарю, Лилиан. И, позволь сказать, никогда ты не выглядела прекраснее. Что, конечно, наводит тоску. Итак, ходят слухи, что это шоу смердит. Они говорят, что пьеса смердит, актерская игра смердит, декорации смердят, костюмы смердят… скажите, ну почему, почему вы не можете чаще мыться? Я хочу, чтобы после репетиции все женщины собрались в моей гримерке, и мы вместе примем душ. Но если это шоу провоняло Нью-Хэвен и Филадельфию, это не означает, что оно будет смердеть и на Бродвее. Это нью-йоркская публика, и не такая она умная. Нечего волноваться и из-за критиков. Они надевают брюки сначала на одну ногу, а потом на другую, как и все мы, только в промежности им много места не нужно. А теперь я хочу начать с самого начала, дойти до середины, а потом, при удаче, если я в какой-то момент не умру, добраться до концовки. Такая вот у меня мечта. И я хочу, чтобы, выходя на сцену, вы сражались, сражались, сражались за положенные вам два с половиной доллара в неделю. Все по местам к началу первого действия.

Примечания