Апокалипсис второго пришествия

Приказав ученикам, не тревожить его по пустякам, он уединился в шатре и принялся за чтение Священного Писания. С самого первого листа начал. Вот только мысли в голове почему-то не такие, как раньше. Например: с первого же листа и первый вопрос; почему каждый из «дней творения» заканчивался фразой: «и был вечер и было утро…» Но ведь между вечером и утром только ночь…

Да и дальнейшее чтение, тоже не вызывали прежнего осмысления. «Похоже, каверзные речи ночного гостя начали своё разрушительное воздействие», – подумал с горечью Иешшу.

– О, я вижу, ты решил проверить свои знания, – раздался вдруг в темноте ненавистный голос незнакомца. – Ну и как, не изменилось мнение хотя бы о праматери нашей… Еве?

– Чтобы ты о ней не говорил, она всё равно останется для меня моей прародительницей. И все дети её будут только от одного мужчины. Мужа её – Адама. Вот, такое моё слово, и тебе его не сломить.

– Браво, Иешшу, твёрдость твоего духа мне даже импонирует!.. – воскликнул незнакомец, по-прежнему укрываясь за темнотой. – Но помнишь ли ты, как я, когда-то, намекнул тебе о славных людях? Если нет, тогда послушай:

«Когда люди начали умножаться на земле, и родились у них дочери. Тогда сыны божии увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали их себе в жёны, какую кто избрал. И сказал господь (бог): не вечно духу моему быть пренебрегаемым человеками, потому что они плоть; пусть будут дни их сто двадцать лет. В то время были на земле исполины, особенно же с того времени, как сыны божии стали входить к дочерям человеческим, и они стали рожать им: это сильные, издревле славные люди.»

Оказывается, у Бога ещё есть сыновья, кроме нас с тобой, Иешшу. Возможно, что и дочери, чем Бог не шутит. Правда, Священное Писание ничего об этом не говорит. Может, потому, что они к сыновьям человеческим не входили, в отличие от своих братьев-ловеласов. Да и сыны божии в Священном Писании тоже не упоминались, словно их и в природе не существовало. Единственным, если ты помнишь, был херувим. Тот самый, с мечом обращающим… Я допускаю, что так могут называть себя ангелы, архангелы и прочие серафимы. Может, это они сыны божии, но, зная их суть, мне как-то трудно представить их в роли обольстителей дочерей человеческих…

– Вот!.. Вот, я поймал тебя на лжи, Злоязыкий! – ликующе воскликнул Иешшу. И, торжествующе, продекламировал наизусть:

«Так как число людей сильно увеличилось, то были у них очень красивые девушки, и самые прекрасные из ангелов полюбили их и были вовлечены через это во многие ошибки. И воодушевились они и сказали: пойдём на землю и изберём жён себе между красивейшими дочерьми человеческими. Тогда Семиазас, которого бог создал князем над самыми блестящими ангелами, сказал им: это намерение прекрасно, но я боюсь, что вы не дерзнёте осуществить его, и придётся мне одному породить детей от прекрасных дочерей человеческих. И все отвечали: клянёмся исполнить намерение наше, и да будем прокляты, если его нарушим. И соединились они клятвою… И было их двести сперва. И было это во времена, когда жил Иаред, отец Еноха. И отправились они вместе и опустились с небес и взошли на гору Хермонскую, гору клятв. И вот имена двадцати главнейших между ними: Семиазас, Атаркуф, Арасиел, Хабабиел, Харамам, Рамикл, Самкеих, Закинел, Балкиел, Азакиел, Фармар, Амариел, Анагемас, Фаузаил, Самиел, Саринас, Евмиел, Тириел, Сариел, Юмиел. Они, и другие, и много других ещё взяли женщин в жёны в году 1170 по сотворении мира. И от браков этих родились исполины.»

– И снова браво, Иешшу, – в очередной раз воскликнул незнакомец, – поверь, я поражён твоей эрудицией. Оказывается, ты не только Священное Писание постиг, но и «Книга Еноха» оказалась тебе по силам.

– А ты не ёрничай… Не ёрничай, – отвечал ему Иешшу. – Я потому обратился к этой «Книге», ибо нет в Священном Писании той информации, что почерпнул я в этой «Книге». Скажи как, брат мой, не отозвалась ли душа твоя на одно из этих имён, которые я только что перечислил? Мне почему-то кажется, что тебе приличествует самое главное из них – Семиазас.

– Если тебе так будет легче со мной разговаривать, то я не против, – отозвался незнакомец. – Но ты вот что мне скажи, раз ты знаком с текстом этой «Книги»; вспомни, что сделали эти мятежные ангелы для своего потомства?

– Да, они научили их разным наукам, ремёслам и даже тайным знаниям.

– А что же Адам? – изобразил недоумение незнакомец. – Что же он ничему не научил потомство своё? Вроде бы и землю он умел обрабатывать, и семя в эту землю, когда надо бросать, тоже знал. И урожай, выросший из этого семени, собирать и хранить тоже умел. Он и Каина, судя по всему, судя по всему, этому научил. Да и Авель, вечная ему память, скот пасти, охотиться и шкуры выделывать, тоже, наверное, у отца научился. Иначе придётся признать, что последний был гораздо способнее своего отца и ремесло своё постигал сам. Как получилось, что дальнейшее освоение ремёсел стало недоступным для потомков Адама и Евы, и только благодаря ангелам они снова стали обретать эти знания?

Вот только ангелам не повезло. Разгневанный бог наказал их тем, что сделал бесплодными. Или, говоря современным языком, оскопил. Если помнишь, он сделал это после того, как четверо ангелов, если верить той же «Книге Еноха», обратились к Богу за помощью. Иначе говоря, донесли на своих товарищей. Кстати, обрати внимание: Бог наказал провинившихся сынов своих бесплодием, но не изгнанием. Если не брать во внимание историю ангела, по имени Азазел, вздумавшего незаконно занять место и должность Семиазаса, князя ангелов.

– А может… тебя Азазел зовут? – Иешшу вгляделся в темноту шатра (Солнце давно уже зашло, а собеседники этого даже не заметили). Насколько я помню, Господь заключил его в одну из земных пещер в наказание.

– Нет, моя судьба не так трагична, – ответил незнакомец. – Если ты помнишь; он был заключён в ту пещеру до Всемирного Потопа. И что с ним стало после этого – можно только гадать. Но об этом мы ещё поговорим, а пока предлагаю вернуться к началу. К Богу – единому в трёх лицах. Вернёмся туда, где «земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною и дух божий носился над водою.»

Обрати внимание, пока только один «дух божий», и никого более. Но вот приходит решение о Сотворении Мира и на сцене появляются Бог-отец и Бог-сын. Или они появляются согласно церковному канону?..

– Неважно, как это было, – ответил Иешшу, – главное, что они сотворили мир, в котором мы сейчас живём.

– Ты снова прав, Иешшу, – в очередной раз согласился незнакомец. – Итак; вся божественная тройка, которую Церковь величает, почему-то, в единственном числе, в сборе. Или это были всё-таки три разных существа?.. Либо два, но объединённых духом созидания и… разрушения. Почему разрушения, спросишь ты? Ведь Бог – Творец; он должен только созидать, но опять же вспомни. Что земля «была безвидна и пуста, и тьма над бездною…», но дух-то божий «носился над водою…» А значит, творить-то Бог начал не на пустом месте. И не стало ли оно пустым, когда Богу пришлось разделить (разрушить состояние монолитности) воду, чтобы превратить одну в твердь (то есть; в небо), а другую в землю. А дальше, если помнишь, в том же Писании говорится о водах, которые над твердью и которые под твердью. Тем самым как бы подтверждая процесс разрушения.

Ты задумывался когда-нибудь, Иешшу, что имело ввиду Священное Писание под словами: «тьма», «бездна», «вода»? Или вот такая странная фраза: «земля же была безвидна и пуста…» Она была безвидна, потому что «тьма над бездною» или по причине своего полного отсутствия?

Если верно первое предположение, то получается, что земля существовала ещё до официального своего сотворения и была сплошь покрыта водой, над которой и носился «дух божий». Если же верно второе, то определение «пустота» звучит здесь как нонсенс; ибо не может быть пустым то, чего вообще ещё нет в природе. А значит, не могло быть и опор для той же «воды», что упоминалась ранее. Тем более, что дальше Бог, сотворив «свет», создаёт небесную твердь и сушу, которую тоже называет землёй. Получается, что Бог, уничтожив то, что было до него, создаёт свой мир. Тут я позволю себе вернуться к формуле «един в трёх лицах», чтобы рассмотреть её более подробно, и внести в неё некоторые уточнения. Первое: было всё-таки два Бога – Отец и Сын. Второе: дух святой – это, на самом деле, некая субстанция, управляемая совместными усилиями (психологическими или физическими) обоих Богов. Возможно, что с помощью этой «субстанции» и создавали они этот мир. При этом Богу-Отцу выпало творение так называемой «неживой природы»: звёздных скоплений и отдельных звезд; планетных систем и отдельных планет. Либо, как в истории создания земли, сотворение материков и морей, и, например: растительного мира.

А Богу-Сыну, в свою очередь, достаётся сотворение гадов и рыб, животных и птиц. То есть; живой природы… Возможно, что человек – это продукт их совместной деятельности. И по специфике своего «творчества» Бог-Отец не властен над жизнью человека. И тогда становится понятной «разноголосица» взаимоотношений между Богом и Каином…

А потом, как будут говорить в будущем: «между ними пробежала чёрная кошка». Что послужило причиной разлада между Отцом и Сыном? Возможно, кто-то из них решил занять главенствующее положение. То есть, нарушить установленный паритет. А возможно, что уже и нарушил. Я даже склоняюсь к мысли, что это был Бог-Отец. Уж больно нрав у него, если верить Священному Писанию, был крутой. Чуть что – громы и молнии!..

Вот они и повздорили, и разругались, и разошлись в разные стороны. Да ладно бы просто разошлись. Так нет; Бог-Отец проклял Бога-Сына!.. Врагом своим объявил…

И кажется мне, что они не просто разошлись, но каждый из них свою долю «духа святого» с собой унёс. Возможно, потому и не может с той поры Бог-Отец сотворить что-то путное, кроме катастроф и катаклизмов. И кто теперь знает, не использует ли Он свои разрушительные способности для уничтожения того, что пытается создать Бог-Сын. Не зря же церковники стращают твоих современников, Иешшу, божьей карой по любому поводу. И в будущем будут так же стращать…

– Остановись, Семиазас – это в тебе обида на господа Бога заставляет говорить эти напрасные слова, – решительно прервал Иешшу крамольные речи собеседника. – Но не сам ли ты подтолкнул Бога на такое решение, идя на поводу у мятежников? Ты мог бы своим словом, своим авторитетом остановить их. Не совершить столь тяжкий грех по отношению к земным женщинам. А раз уж не сумели сдержать своих эмоций, так хотя бы не пичкали людей, знаниями,

тем самым пытаясь поставить их чуть ли не на один уровень с Богом. И скажи спасибо, что не поступил Он с тобой, как с Азазелом.

– А теперь давай разойдёмся; время уже позднее и я устал. Желаю тебе спокойных снов. Прощай…

Глава6:

И снова был день, и снова были люди, собравшиеся послушать речи божьего сына. Сработала пропаганда его учеников, распространяющих слухи о божественном происхождении своего Учителя. Но Иешшу не знал этого и, в ответ на подобный эпитет не высказывал ни подтверждений, ни отрицаний. «Главное – скромность, – твердил он про себя, – пусть народ сам решит, чего ты достоин…»

Скромность скромностью, но молва о его божественном происхождении уже побежала из уст в уста: давая простым людям надежду на обретение обещанного им Рая, и пугая его противников растущей популярностью…

А ночью снова явился Семиазас (пусть будет он) и предложил обсудить историю Потопа.

– Вот, казалось бы, жили себе люди спокойно и горя не знали, – заявил Семиазас. – Каждый своим делом занимался: кто-то обрабатывал землю и собирал с неё урожай; кто-то строил дома и дороги; были и такие, кто растил скот или охотой добывал мясо и шкуры; были, наверняка, и такие, кто учил других разным наукам и ремёслам; и такие, кто лечил людей от различных недугов. То есть, они делали то, чему научились у своих родителей – Ангелов. Я спрашиваю тебя, Иешшу, разве могли от Ангелов рождаться чудовища? Тем более, что и Священное Писание даёт отрицательный ответ: «Это сильные, издревле славные люди».

Но Иешшу в ответ промолчал, и Семиазас продолжил свой монолог:

– Но вот Некто: ужасно Великий, дико Справедливый и чудовищно Милосердный вдруг решил, что погрязли эти «славные люди» в Большом и Страшном Грехе. Настолько большом, что нет им никакого прощения… кроме смерти. Впору задуматься; за что же он их так? За то, что научились они от «сынов божиих» разным ремёслам и постигли многие науки? Или за тайные знания, которыми поделились с ними те же «сыны божии»?.. И заключались ли те знания только в постижении врачевания и ведовства или это были те знания, за которые Адам и Ева своим райским благополучием расплатились? И есть ещё одно знание, за которое люди точно могли поплатиться жизнями. Например: такое, что не Бог создал живую природу и человека на земле…

Если последнее верно, то я могу лишь повторить слова Экклезиаста, что: «Многие знания умножают многие печали…» Вот и люди той, допотопной, эпохи, возможно, тоже оказались, по мнению Бога, слишком много знающими. За что и были утоплены Богом во Всемирном Потопе.

Правда, не все… Одну семью Господь всё-таки пожалел. Уж больно она ему безгрешной показалась. Безгрешнее даже собственных «сынов», наказанных бесплодием.

Ты можешь со мной не согласиться, брат мой, но мне почему-то думается, что не безгрешной была та семья, а беспросветно тупой. Настолько тупой, что никакие науки, никакие знания не сумели закрепиться в их головах, кроме способности к охоте…

– Почему ты так решил? – не удержался Иешшу в молчании. – Насчёт охоты?..

– Потом объясню, – ответил Семиазас. – Что же касается этой семейки, что жило в их умах только упование на божью помощь и божье милосердие. Потому-то Бог и решил оставить их в живых, чтобы воссоздали они новый род человеческий. Они-то уж точно не поделятся со своим потомством никакими крамольными и запретными знаниями. И всё же!..

И всё же Богу пришлось кое-чему научить эту семейку. Скорее даже не научить, а силой своего могущества вдолбить в их пустые мозги такие науки, как кораблестроение, умение разбираться в породах животных, птиц и прочих гадов (иначе, откуда им знать, кто из них чистый, а кто не чистый), ну и кое-какие азы навигации. Так что самыми древними науками на Земле, дошедшими до нас с допотопных времён; можно считать судостроение, биологию и навигацию. Да, ещё ботанику!.. Должны же были они знать, чем кормить, чем какая тварь питается…

Вот только Иешшу ничего этого не слышал, потому что спал. И снилось ему, что он тот самый Ной, который настолько потряс господа Бога своей праведностью, что последний оставил его жить. Причём, вместе со всей семьёй. Более того; назначил им стать будущими родоначальниками нового человечества. Человечества, чей разум был настолько чист и ясен, что в него можно было вложить всё, что угодно. Человечества, не обременённого никакими знаниями и опытом прошлой жизни. Человечества, которое можно было снова учить и заставлять при этом думать, что все эти знания и таланты есть дар божий, а не память, доставшаяся Ною и его сыновьям от великих и «издревле славных» предков, поплатившихся за это своими жизнями…

И снилось Иешшу (Ною), что целых сорок дней поливали «хляби небесные» проклятую землю, покрывая постепенно её водным покровом, под которым исчезали не только равнины с полями и степями, но леса, и холмы, и горы…

И все эти сорок дней, носился ковчег (вместе со всем своим содержимым) по волнам действительно бескрайнего моря, пока не наткнулся на единственную сушу – вершины гор Араратских.

И вот тут явился ему во сне сам Господь Бог и во всеуслышание заявил: «Впредь во все дни земли сеяние и жатва, холод и зной, день и ночь не прекратятся…» и «всё движущееся, что живёт, будет вам в пищу; как зелень травную даю вам всё. Только плоти с душею её, с кровью её, не ешьте».

Даже во сне Иешшу почувствовал, как его сердце наполняется благостью. Вот ведь; не забыл Господь завета своего, данного первым людям. Не забыл, но и не ограничил новых людей только растительной пищей. Позволил и мясо животных в пищу употреблять. Правда; с некоторыми ограничениями. В частности: не употреблять эту с « душою её и кровью её…» То есть, живьём.

И перед самым пробуждением предупредил:

«Кто прольёт кровь человеческую, того кровь прольётся рукою человека: ибо человек создан по образу Божию».

А потом приснилось ему, что спит он в шатре своём, пьяный и голый, и что сын его – Хам, увидел это и рассказал своим братьям. Но Иафет и Сим накрыли его…

«Ной проспался от вина своего, и узнал, что сделал над ним меньший сын его и сказал: проклят Ханаан; раб рабов будет он у братьев своих…»

«Ной… Старик Ной… Старый маразматик Ной. Он посчитал себя круче Господа Бога!.. Тот прямых виновников наказывал, а Ной сразу потомство своего сына, Хама, проклял. Причём морально усугубляя моральную силу своего проклятия: не просто рабами быть им, а рабами у рабов потомков других сыновей, – задумался Иешшу, едва пробудившись. – И почему Бог не указал ему на это?.. А что, если прав Семиазас, говоря, что бога это совершенно не волнует.

И вдруг подумалось ему совсем уж страшное: «Что, если Бог наказал людей совсем не за то, о чём говорится в Священном Писании? А за то, например, что жили они между собой в ладу и дружбе; и не было у них ни рабства, ни войн, ни мятежей и восстаний. То есть; жили себе и никак не хотели умирать: ни все разом, от какого-нибудь катаклизма, вроде потопа, ни от постепенного самоуничтожения от упомянутых неоднократно невзгод. То ли дело сейчас!.. – не без иронии подумал Иешшу, – Бесконечная череда войн: за территории, за людские ресурсы, за ресурсы природные, за правое дело своей идеологии и своей религии. За независимость… Войны… войны… войны… Бесконечная череда войн!.. а мы всё ещё существуем. Благодаря Богу?.. Или вопреки его желанию?..

Непонятно только, почему все противоборствующие стороны убивают и умирают под одним и тем же лозунгом: «С нами Бог!..»

Надо будет спросить у Семиазаса, как с этим делом в будущем делается?..

На что Семиазас ответил следующими словами:

«На всей земле был один народ и одно наречие… И сказали они: построим себе город и башню до небес; и сделаем себе имя, прежде нежели рассеемся по лицу всей земли. И сошёл Господь посмотреть город и башню, которые строили сыны человеческие. И сказал Господь: вот, один народ, и один у всех язык: и вот что они начали делать, и не отстанут они от того, что задумали делать. Сойдём же, и смешаем там язык их, так чтобы один не понимал речи другого. И рассеял их господь по всей земле, и они перестали строить город (и башню).»

– Это, Иешшу, ответ на твою догадку о едином народе, – сказал он. – Когда народ един, его даже боги боятся. И стараются поскорее разделить и поработить при помощи междоусобных распрей. И потом: почему вдруг Бог испугался? Неужели он решил, что люди действительно могут построить такую башню? Ему ли, знающему (в отличие от сочинителей Священного Писания), что такое небеса в действительности, бояться этого? Нет, мне больше нравится версия от Всемирного Потопа, потому что в неё я могу заключить идею того, чего на самом деле мог опасаться Бог. Идею, что эти люди могут возродить древние знания среди нового человечества. Идею возрождения единства среди народов. Единства, которое могли бы принести нам наши предки. Вот Господь потому и заставил их говорить на разных языках. И рассеял по всей земле. Ведь разобщённых и разделённых гораздо легче уничтожать. И обманывать проще. А самое главное в обмане – это разрушить чужую идею, чтобы освободившееся место занять своей. Например: религией. Ведь что такое религия, как не самая древняя идея заставить все народы жить по одним правилам и канонам?..

– Ты противоречишь сам себе, Семиазас!.. – тут же воскликнул Иешшу. – Только что, рассказывал о едином народе, которого, якобы, даже Бог испугался; и тут же рассказываешь, что Церковь этот же народ стремится объединить. Где логика, брат мой?..

– А логика в том, что ты судишь с точки зрения одной религии. Пока одной… Но вот у римлян, ваших поработителей, своя религия. И у греков, их соседей на Земле, тоже своя. А в будущем даже у твоих соотечественников, а так же всех их соседей появится новая религия. Ради торжества которой, они будут готовы перебить друг друга.

– Нет, Семиазас, моя религия будет держаться только на добром отношении человека к человеку, – опротестовал Иешшу, слова собеседника.

– Твои бы слова да Богу в уши… – Семиазас вздохнул и начал прощаться:

– Ладно, брат мой, отдыхай и пусть тебе приснится хороший сон…

Глава7:

– Сегодня, Иешшу, мы начнём разговор о единоплеменном народе твоём. – Такими словами встретил Семиазас своего собеседника, едва они уединились в шатре. – Помнишь эти строки?

«И прошёл Авраам по земле сей до места Сихема, до дубравы Море. В этой земле тогда жили Хананеи. И явился Господь Аврааму и сказал: потомству твоему отдам Я землю сию.»

– Конечно, помню, – проворчал Иешшу, недовольный сомнением в последних словах Семиазаса. – Отец наш обещал место на земле своему богоизбранному народу? Вот он и предоставил им такое место.

– А, ничего, что оно уже было занято хананеями? Естественно, их возмутило это наглое вторжение; они и вышибли аврамитов со своей земли. И даже Бога не побоялись. А почему?.. А потому, что у них был свой Бог. Тогда у каждого народа, каждого племени был свой Бог. И то, что хананеи победили вопреки всему; составители Священного Писания стали думать, как повысить значимость Бога, в которого вы, потомки аврамитов, верили, верите и, наверное, ещё будете верить. Они отправили проигравших битву аврамитов, вместе с их вождём – Аврамом и женой его, Сарой, в Египет, который уже тогда существовал и процветал. И вот что из этого получилось:

«Когда же он приблизился к Египту, то сказал Саре, жене своей: вот, я знаю, что ты женщина, прекрасная видом. И когда египтяне увидят тебя, то скажут: „это жена его“; и убьют меня, а тебя оставят в живых. Скажи же, что ты мне сестра, дабы мне хорошо было ради тебя, и дабы жива была душа моя чрез тебя. И было; когда пришёл Авраам в Египет, египтяне увидели, что она женщина весьма красивая. Увидели её и вельможи фараоновы, и похвалили её фараону: и взята она была в дом фараонов. И Аврааму было хорошо ради её; и был у него мелкий и крупный скот, и ослы, и рабы, и рабыни, и лошаки и верблюды.»