- -
- 100%
- +
– Там рыба, и она вам не достанется!
С этими словами он резко ударил толстого парня в живот. Но тот даже не пошевелился; его тело оставалось неподвижным, как камень. Кенши замер с вытянутой рукой, глядя в злые глаза противника. Вокруг стояла тишина, нарушаемая лишь шорохом листвы и стуком сердца Кенши.
Трое хулиганов рассмеялись противно, как гиены, их смех раздавался в воздухе, словно насмехаясь над смелостью Кенши. В этот момент он понял: ему придется бороться не только за свою честь, но и за свою безопасность.
– Тебя даже бить стало скучно, – хохотал небритый, оттолкнув Кенши так, что тот оказался в грязной луже. Кенши почувствовал, как холодная влага пропитывает его одежду, и с досадой посмотрел на своих обидчиков.
Толстый хулиган схватил тяжелую корзину с рыбой, его лицо расплылось в злобной улыбке.
– Прощай, неудачник! – произнес он с презрением, и троица разразилась противным смехом, который эхом разносился по пустынной улице.
В этот момент из лавки вышла Кэти, держа в руках горячую лапшу, парящую в воздухе. Увидев, что трое хулиганов забирают их рыбу, она мгновенно поняла, что происходит. С решимостью в глазах она подошла ближе и, не раздумывая, сунула Кенши лапшу в руки.
– Эй, вы! – обратилась она к ним грубым тоном, её голос звучал уверенно и властно.
Толстый, небритый и прыщавый обернулись к ней, их лица исказились от удивления и злобы.
– Чего тебе, малолетка? – прорычал толстый, его голос был полон пренебрежения.
– Может её украсть и хорошенько наказать? – предложил прыщавый с ухмылкой, почёсывая руки с грязью под ногтями. Он явно наслаждался ситуацией.
Кэти не отступила:
– Лучше бегите! А корзину с рыбой оставьте! – прогнала она их, сверкнув строгим взглядом.
Небритый усмехнулся и начал угрожающе:
– Сама сейчас убежишь! Считаю до трёх! – его голос звучал угрожающе. Он медленно подходил к ней, а Кэти, не отводя взгляда, стояла на месте, как статуя.
– Раз… – начал он, его шаги становились всё ближе.
Кэти не дрогнула. Она стояла прямо, её глаза сверкали решимостью.
– Два… – продолжил небритый, приближаясь к ней с наглой ухмылкой.
– Три… – закончил он свой отсчёт и грубо схватил её за талию. Но Кэти была готова. В один миг она резко выдернула руку и ударила его своим браслетом в шею. Удар был неожиданным; небритый отшатнулся от боли и отпустил её.
Толстый хулиган остолбенел от шока. Он поставил корзину на землю и, испугавшись за свою шкуру, бросился в сторону вместе с прыщавым. Их смех сменился криками удивления и страха, когда они исчезли в тенях.
Кенши поднялся с земли, его сердце билось быстро от адреналина.
– Кэти, твой браслет пригодился! – радостно сказал он, но вдруг его радость сменилась на грустное признание. – Спасибо тебе, иначе бы… папины труды были напрасны.
Кэти улыбнулась, её лицо светилось гордостью.
– Верно! – согласилась она и наклонилась к корзине, надев её на спину с лёгкостью. Кенши удивился: как ей не тяжело носить эту тяжесть?
– Не так уж и тяжело! – ответила она на его молчаливый вопрос и направилась в сторону дома.
«Она даже не сутулится…» – думал Кенши, наблюдая за её уверенной походкой. Но вдруг она остановилась и повернулась к нему лицом.
– Идёшь? – спросила она с лёгкой улыбкой.
Кенши, держа в руках две коробки с лапшой, кивнул и пошёл за ней. Они возвращались домой по той же каменной тропинке, по которой шли на работу к отцу. Вокруг царила тишина; рисовые поля были пусты и безлюдны. Кенши заметил это и задумался.
– Странно… их рабочий день заканчивается гораздо позже… – размышлял он вслух, осматривая безлюдные поля. Вдруг Кэти остановилась и посмотрела на небо, её лицо стало серьезным.
– Что-то не так? – спросил Кенши, чувствуя нарастающее беспокойство.
Кэти нахмурила брови и указала пальцем в сторону горизонта.
– Смотри… там дым…
Кенши прищурился и увидел вдалеке клубы черного дыма, поднимающиеся к небесам. Его сердце забилось быстрее; они оба знали: это может означать только одно – беда.
Дым, завуаливший горизонт, становился всё более густым и черным, как будто сама земля вздыхала от боли. Кенши и Кэти стояли, прижавшись друг к другу, с широко открытыми глазами, полными ужаса и непонимания. Внезапно, словно по команде, они бросили корзину с рыбой и рванулись вперёд, их ноги несли их изо всех сил по знакомой тропинке.
– Быстрее! – закричал Кенши, его голос был полон паники, а сердце колотилось в груди как бешеное. Он не думал о том, что может произойти; в голове лишь одна мысль: «Отец!»
Кэти следовала за ним, её волосы развевались на ветру, а глаза блестели от слез. Она пыталась не отставать, но каждое дыхание давалось с трудом из-за гари, которая заполнила воздух. Рисовые поля вокруг них пылали, яркие языки пламени поднимались ввысь, словно зловещие флаги.
– Кэнши, смотри! – закричала она, указывая на дом. Но Кенши уже мчался вперёд, его сердце сжималось от ужаса при каждой секунде ожидания.
Когда они наконец добежали до своего дома, перед ними открылась картина настоящего ада. Полыхающие обломки лежали повсюду. Деревянные стены, которые когда-то были крепостью их семьи, теперь горели дотла. Кенши остановился как вкопанный, его глаза расширились от ужаса.
– Нет… нет… – прошептал он, не веря своим глазам.
Издалека доносился звук вертолетов. Черные машины с эмблемой красной змеи кружили над деревней, как хищные птицы, готовые к атаке. На земле стояли люди в черно-красных кимоно с масками на лицах. Каждый из них был вооружён катаной, а на груди красовался перечеркнутый кружок – символ страха и разрушения.
– Папа! – закричал Кенши, его голос прозвучал как крик души. Он бросился к дому, но Кэти схватила его за руку.
– Стой! – закричала она с отчаянием в голосе. – Не иди туда!
Но Кенши уже не слышал её. Он смотрел вокруг в поисках своего отца и вдруг увидел высокую фигуру мужчины с короткой стрижкой, который тащил за собой его отца. Сердце Кенши оборвалось. Отец был весь в крови, его лицо исказилось от боли и страха.
– Папа… – прошептал он, а рядом с ним дрожащим голосом произнесла Кэти: – Господин…
Мужчина в черном пиджаке остановился и отпустил Шинджи. Тот медленно поднял голову и увидел своих детей. Его рука потянулась к ним, но силы покинули его.
– Бе-ги-те… – произнес он последние слова, и его рука опустилась.
Кенши почувствовал, как мир вокруг него рушится. Он не мог поверить в то, что произошло. Взгляд мужчины в черном пиджаке встретился с глазами детей, и он кивнул головой. За его спиной начали двигаться люди в черно-красных кимоно в их сторону.
– Кэнши, бежим отсюда! – пронзительно закричала Кэти, её голос, как звон колокольчика, был полон слёз и отчаяния. Она схватила его за шкирку, её руки дрожали от страха, и попыталась потянуть назад, словно хотела вытащить его из трясины, которая поглощала их мир.
– Вы… вы… пожалеете об этом! – огласил он пространство гневным криком, его кулаки сжались до белизны, как будто в них заключалась вся сила его боли и предательства. Внутри него бушевал ураган эмоций; он чувствовал себя преданным, как будто весь мир обрушился на него.
Кэти дернулась от его слов, её лицо побледнело, как утренний туман. Глаза её наполнились ужасом, отражая пламя, которое разгорало их деревню.
– Т-ты чего? Они бегут сюда… Нас тоже убьют! Надо бежать! – пыталась она объяснить ему, но упрямство Кенши было непоколебимо, как старое дерево, корни которого глубоко вросли в землю.
Он шагал вперёд, слёзы текли по его щекам, словно ручейки горькой боли. В памяти всплыли рассказы отца о том, как он защищал свою семью и деревню – эти слова звучали в его голове как заклинание: «Я должен быть героем!» – думал он, и эта мысль придавала ему сил, несмотря на страх.
Внезапно один из людей в черном кимоно бросил шипящую гранату в их сторону. Она приземлилась у ног Кенши с глухим ударом, и время словно замедлилось. Он смотрел на неё с ужасом; в этот миг мир вокруг него стал невыносимо ясным – каждый звук, каждое движение, каждый взгляд казались замороженными в воздухе.
– Я… вас… всех… уб… – начал он произносить угрозу, но взрыв огласил воздух синим дымом и оглушающим гулом. Звуки разрывающегося металла и трескающихся деревьев сливались в один страшный симфонический аккорд.
Кенши не успел закончить свою фразу. Мир вокруг него распался на куски, словно хрупкое стекло под мощным ударом. Он почувствовал, как его тело теряет силы и падает на землю, как лист осенью – беззащитный и одинокий. В тот же миг рядом рухнула Кэти, её глаза закрылись под тяжестью страха и бессилия, как цветы, лишенные солнечного света.
Они оба погрузились в темноту, оставляя за собой лишь дым и пламя, которые продолжали пожирать всё на своём пути. Пламя танцевало, как безумный артист на сцене разрушения, а дым поднимался к небесам, унося с собой последние остатки надежды. В этом хаосе они оставили только тени своих воспоминаний – светлые моменты детства, которые теперь навсегда затерялись в тёмной бездне.
ГЛАВА ВТОРАЯ – ВЫБОРА БОЛЬШЕ НЕТ
Кенши приоткрыл глаза, и первое, что он увидел, – это черная стена, испещренная вертикальными красными полосами, словно кровавые следы, оставленные кем-то в муках. Вблизи стоял человек низкого роста, его фигура казалась угрюмой и зловещей в тусклом свете. Юноша почувствовал, как веревки туго сжали его запястья, и паника охватила его, как ледяные пальцы.
– Г-где я? – произнес он шепотом, его голос звучал хрипло, как будто он только что вырвался из долгого сна. Внезапно в его сознании всплыли образы – высокий мужчина с короткой стрижкой, тащивший его отца на руках. Чёрная рубашка и пиджак в белую полоску, которые выглядели так же зловеще, как и этот странный человек перед ним. Глаза Кенши наполнились слезами, когда он снова пережил тот ужасный момент.
Внезапно к нему приблизился невысокий человек. Его походка была решительной и твёрдой, словно каждый шаг был исполнен угрозы. Кенши с ужасом смотрел на него. Один глаз был скрыт повязкой, из-под которой виднелся шрам, пересекающий лицо. Чёрные волосы были собраны в короткий хвост, а по бокам они были сбриты. В тусклом свете блестел стальной протез вместо левой руки. На нём было надето хаори – кимоно без рукавов, которое придавало ему вид воина. Красный пояс удерживал два клинка с красными хвостиками на рукоятках, которые покачивались при каждом движении.
– Тихий час окончен, – объявил он с суровым спокойствием, его голос, словно раскат грома, разорвал тишину. Кенши сверлил его взглядом, пытаясь найти хоть каплю человечности в этом устрашающем существе. Он заметил, что зрачок у него был красным – как капля крови на белом снегу.
– Это вы убили моего отца! – разъяренно крикнул юноша, его голос дрожал от ярости. В этот момент Кэти дёрнулась и открыла глаза, словно пробуждаясь от страшного сна.
– Эх… – произнёс человек невысокого роста, отводя взгляд от расстроенного ребёнка. На его лице не было ни тени сочувствия.
В этот момент в комнату вошёл высокий мужчина с короткой стрижкой. Его пиджак был белым, и Кенши потерял дар речи при виде этого человека. Он стоял перед юношей, словно тень над бездной. Кэти пока не осознавала, что происходит, её мысли были в смятении, как осенние листья на ветру.
– Кенси, это твоё имя? – спросил высокий мужчина с неприятной ухмылкой на лице. Его голос звучал пренебрежительно и холодно. Кенши почувствовал, как внутри него закипает ненависть к этому человеку, но слова застряли у него в горле.
– Ты можешь звать меня Орочи, – с самодовольством произнес он. – Несмотря на то что все обращаются ко мне как к господину Орочимару.
Кенши изменился в лице; его ненависть начала угасать, но мальчик по-прежнему смело смотрел на Орочимару, как лев на своего врага.
– Ты думаешь, что я убил твоего отца? – спросил Орочимару с легким презрением в голосе. Кенши вздрогнул от этих слов; его взгляд снова наполнился яростью.
– Это вы убили его! Вы держали его в своих руках… Отец кричал нам бежать! Это вы совершили… Отняли жизнь у самого обычного человека, который жил мирной жизнью! – Его голос раздавался в комнате, как грозовой раскат.
Ухмылка исчезла с лица Орочимару. Человек со строгим взглядом смотрел искоса на своего господина, словно размышляя о чем-то глубоком и личном.
– Похоже, Синдзи всё ещё умеет скрывать от родных то, что не хочет им рассказывать, – спокойно и уверенно сказал Орочимару. Кенши удивлённо поднял брови. Как он мог отрицать это? Вся его злость вдруг исчезла.
– Мы не убивали твоего отца, – продолжил Орочимару, отойдя от связанного ребенка и отвернувшись от него с небрежностью. – Наоборот, пытались спасти, несмотря на его упрямство.
– Тогда почему вы нас связали? – спросила Кэти, пришедшая в себя, но всё ещё выглядящая подавленной и испуганной.
– Это для нашего общего блага. Вы, детишки, можете причинить вред, – ответил человек с серьёзным выражением лица, нахмурившись и скрестив руки на груди.
Орочимару усмехнулся, и в этом смехе звучала угроза. Комната наполнилась напряжением; воздух был пропитан страхом и недоверием. Кенши и Кэти смотрели друг на друга; в их взглядах читалось одно – они должны найти способ выбраться отсюда и узнать правду о том ужасе, который поглотил их жизни.
– Позвольте представить вам этого человека, – произнес Орочимару, его голос был подобен холодному ветру в зимнюю ночь. Он кивком указал на своего помощника. – Сатейгасира Кай станет вашим новым господином. Он будет нести ответственность за вашу работу. Настоятельно рекомендую вам быть послушными, рядовые.
Кенши, все еще в замешательстве от происходящего, повторил последнее слово с недоумением:
– Рядовые?
– Вы приняты в нашу семью, не быть же вам сиротами, – произнес Кай с выражением лица, словно он только что проглотил лимон. Его глаза сверкали недовольством, а губы были плотно сжаты.
Орочимару направился к выходу, его шаги были уверенными и властными. Перед тем как исчезнуть за дверью, он бросил через плечо:
– Думаю, ты разберешься с ними, Кай.
– Разберусь… Господин, – ответил Кай, его голос звучал как натянутая струна. Он подошел к привязанным детям, его движения были точными и быстрыми. С ловкостью он развязал веревки, оставив на запястьях Кенши и Кэти красные следы от трения.
– А теперь идите за мной, детишки, – приказал Кай, и его тон был так же холоден, как сталь. Повернувшись к стене, он нажал на скрытую кнопку. Стена раздвинулась в стороны с глухим шорохом, открывая вход в красный коридор.
Кенши и Кэти обменялись напряженными взглядами. Они чувствовали себя как звери в клетке, готовые к побегу. Каждый шаг заставлял их оборачиваться назад, словно опасность могла поджидать за каждым углом. Кай резко остановился – дверь справа внезапно открылась.
– Заходите, – произнес он с таким же безразличием, как будто говорил о погоде. Кенши и Кэти обменялись еще одним тревожным взглядом и вошли в темную комнату. Кай шагнул следом за ними, и дверь автоматически закрылась с глухим щелчком.
Когда свет включился, перед детьми открылась захватывающая картина: это был склад оружия и спецодежды. Глаза Кэти загорелись от восхищения при виде электрических сюрикенов, которые висели на стене за решеткой. Они сверкают как звезды на ночном небе – заманчивые и опасные одновременно. Вокруг висели катаны и кинжалы, их лезвия блестели в свете ламп.
Кенши заметил черное-красное кимоно с красным поясом, которое элегантно свисало с вешалки. Оно выглядело так же величественно, как доспехи самураев. Под ним стояли несколько больших коробок – возможно, там лежали такие же кимоно. Комната была скучной: черные стены и лишь несколько коробок и скамейка с зеркалом придавали ей унылый вид.
Кай подошел к коробкам с решительным шагом и взял одну из них. Он поставил ее рядом с детьми с легким глухим звуком.
– Это вам пригодится, – произнес он с ледяным спокойствием, словно раздавая игрушки детям на празднике. Его жесты были уверенными и властными, но в них не было ни капли тепла.
Кенши посмотрел на коробку и затем на Кэти; в ее глазах читалось удивление и восторг. Они оба понимали: это была не просто комната со скучным оружием – это было начало их новой жизни. Жизни в мире, полном опасностей и приключений.
– Как же я ненавижу это занятие, – дал комментарий Кай и открыл коробку, отодрав скотч руками, – Сейчас вы, рядовые, получите специальное кимоно для обряда посвящения в семью.
Кенши поменялся в лице на злое, и сказал:
– Я не хочу быть ребенком убийцы моего настоящего отца! Уж лучше убейте меня, так будет правильнее! Кай промолчал и посмотрел в глаза несчастного ребёнка.
Кэти кивнула головой, но не стала так смело высказываться перед Шатейгаширой. Кай вздохнул от недовольства и встал перед юношей. Кенши снова поменялся в лице, испытывая страх.
– Напомнить, что сказал господин Орочимару? – решил напомнить Кай, – Меня нужно слушаться, иначе яйца отрежу и ты не сможешь быть уже таким смелым.
Кенши потерял дар речи после услышанного, но он не стал сдаваться и продолжил говорить:
– Вы хотя бы представляете, что значит потерять близкого человека, особенно на глазах? И после того, что вы сделали, я должен присоединиться к вам? Ни за что!
Глаза Кенши наполнились слезами, когда он вспомнил о смерти отца.
«– Бе-ги-те! – кричал отец, протягивая руку Кенши и Кэти…»
Выражение лица Кая оставалось невозмутимым, словно он был статуей.
– В коробке два комплекта кимоно. Если не подойдёт по размеру, позовите, – сказал он и ушёл в другую комнату. Всё это время Кэти смотрела на Кенши с отчаянием.
– Почему ты так на меня смотришь? – с раздражением спросил юноша у своей спутницы.
Она не ответила, лишь отвернулась и посмотрела на коробку. Затем она подошла к ней и достала оттуда белое кимоно с белым поясом.
Девушка взглянула на Кенши и произнесла:
– У нас нет другого выхода…
Кенши сжал кулаки, как будто пытаясь удержать в себе всю боль, которая разрывала его изнутри. Он медленно опустился на колени, и его сердце сжалось от горечи утраты. Слезы, горячие и горькие, начали катиться по его щекам, оставляя за собой влажные дорожки на его лице. Он не мог сдержать всхлипывания, и каждый звук казался ему эхом его безысходности. Пол под ним был покрыт красной плиткой, отражающей свет, словно пролитая кровь.
– Как бы хотелось сейчас сходить на рыбалку с папой… – думал он, погружаясь в свои воспоминания. – Почему мне это никогда не нравилось?
Кэти, стоявшая неподалеку, наблюдала за ним с сердцем, полным сострадания. Её глаза заполнились слезами, и она не смогла остаться в стороне. Она подошла к Кенши и обняла его, прижимая к себе. Её теплые объятия были как спасательный круг в этом океане горя.
– Всё будет хорошо, – тихо произнесла она, но её голос дрожал от эмоций.
Кенши вдруг вспомнил отрывок из своего детства. Образ всплыл в его сознании, как яркая картина на холсте.
***
– Кенси, ты спишь? Проснись уже! – пытался разбудить отец сына, его голос звучал как мелодия радости. Двенадцатилетний Кенши приоткрыл глаза и увидел ясное небо, обрамленное зелеными деревьями. Солнечные лучи играли на поверхности воды, создавая искрящиеся блики. Они с отцом сидели в лодке, покачивавшейся на спокойной реке.
– Мы хоть кого-то поймали? – спросил Кенши, зевая и потирая глаза. Он взглянул между ног отца и увидел железное ведро, наполненное рыбой, сверкающей как драгоценности на солнце. Его собственное ведро было пустым, что вызвало у него недовольство.
– Я не понимаю. Ты постоянно засыпаешь на рыбалке. Я понимаю, когда мы работаем, но сегодня у нас выходной! – сказал отец с улыбкой, его глаза светились весельем.
– Я не выношу рыбалку. Она такая скучная… – ответил Кенши, надутый от недовольства тем, что не поймал ни одной рыбы.
Он вдруг заметил удочку, привязанную к его правой руке.
– Ты меня привязал к удочке? – удивленно спросил он.
– Да, чтобы удочка не утонула после того, как ты заснешь! – радостно ответил отец, смеясь.
После рыбалки они вернулись к берегу, оставив лодку привязанной к забору у хвойного дерева. Отец взял ведро с рыбой, а Кенши – пустое, и они направились через лес домой. Вдруг юноша заметил странные царапины на коре деревьев вдоль их пути. Он остановился и указал на них.
– Папа, смотри! Что это? – с восторгом в голосе воскликнул Кенши, указывая на странные царапины, которые пересекали кору деревьев, словно загадочные знаки, оставленные кем-то незнакомым. Его большие, любопытные глаза светились от волнения, а солнечные лучи пробивались сквозь листву, играя на его лице.
Отец, с доброй улыбкой на губах, присел рядом и наклонился, чтобы лучше рассмотреть следы. Его лицо, обрамленное легкой щетиной, стало серьезным, когда он нахмурился.
– Не знаю… Может быть, это следы какого-то животного? – произнес он, его голос звучал как мягкий бархат. Он обводил взглядом лес, густо заросший зелеными кустами и высокими деревьями, которые шептали свои древние секреты на ветру.
– Хм… Странно, откуда эти царапины? – задумался отец вслух, потирая подбородок. – В лесу нет диких животных…
Кенши остановился, его внимание привлекло что-то в кустах. Он прищурился и увидел, как чей-то ботинок высовывался из-под листвы. Сердце мальчика забилось быстрее, а в груди застрял комок тревоги.
– Пап..? – подавленно произнес он, его голос дрожал от неопределенности.
Отец, заметив изменение в настроении сына, поставил ведро с рыбой на землю и подошел к кусту. Его движения были уверенными и спокойными, но в глазах мелькнула тень беспокойства. Он осторожно отодвинул ветки и продолжил двигаться вперед, пробираясь сквозь растения.
– Папа! Ты куда? Стой! – взволнованно закричал Кенши, не в силах оставаться на месте. Он быстро последовал за отцом, его маленькие ноги легко пробирались через заросли. Сердце стучало в унисон с шагами, когда он отодвинул ветки и увидел, как отец остановился и смотрел на что-то с неподдельным ужасом.
Кенши прижался к дереву и заглянул за плечо отца. Его взгляд опустился ниже, и он увидел лежащего человека – мужчину с ножом в спине. Глаза ребенка расширились от ужаса, как будто мир вокруг него распался на миллионы осколков. Он не мог поверить своим глазам.
– Кенси… Здесь девочка… – тихо произнес отец, его голос стал хриплым и дрожащим. Он отошел в сторону, чтобы освободить путь для сына.
Перед глазами Кенши открылась светловолосая девочка, прижатая к стволу дерева. Её белоснежное платье было запачкано землей и листьями, а глаза полны страха и слез. Она казалась такой хрупкой и потерянной в этом мрачном лесу.
Кенши замер на месте, не зная, что сказать или сделать. Внутри него бушевали эмоции – страх, жалость и желание помочь. Девочка встретила его взгляд, и в её глазах отразилась такая же паника и непонимание.
– Эй… – осторожно произнес Кенши, стараясь звучать как можно мягче. Он шагнул вперед, протянув руку к девочке. – Мы не причиним тебе вреда. Всё будет хорошо…
Но девочка лишь прижалась сильнее к дереву, её маленькие плечи тряслись от страха. Кенши чувствовал, как его сердце сжимается от боли за неё. Вокруг них царила гнетущая тишина леса, нарушаемая лишь шорохом листвы и далёким пением птиц.
Отец стоял рядом, его лицо выражало глубокую обеспокоенность. Он знал, что необходимо действовать быстро.
– Мы должны помочь ей, Кенси. Давай подойдем ближе вместе, – сказал он уверенно, делая шаг вперед и протягивая руку к девочке.
Кенши кивнул и сделал шаг следом за отцом, его страх постепенно уступал место решимости. Они оба знали: сейчас важно было не только понять происходящее, но и поддержать эту девочку в её ужасном испытании.
***
В зале посвящения царила атмосфера таинственности и напряжения. Мягкий серый дым окутывал пространство, словно завеса, скрывающая от посторонних глаз все тайны этого обряда. На стенах висели старинные картины, изображающие драконов и змеев, а свет от множества свечей бросал причудливые тени, создавая иллюзию живых существ, танцующих на стенах. Запах воска смешивался с чем-то острым и пряным, заставляя сердце биться быстрее.
Кенши и Кэти стояли напротив Орочимару, их белые кимоно контрастировали с темными одеждами присутствующих. Оба юноши выглядели неуверенно, а в их глазах читалось волнение и страх. Кенши, сжимающий кулаки, чувствовал, как его ладони потеют. Он бросил взгляд на Кэти – её лицо было бледным, а губы слегка поджаты, словно она пыталась подавить в себе бурю эмоций.
Орочимару, высокий и худощавый, стоял перед ними в черных штанах, его тело было покрыто татуировками, которые сверкали в полумраке. Красное солнце на груди с черным драконом в центре казалось живым, а змея, извивавшаяся по его шее, придавала ему зловещий вид. Он медленно протянул правую руку к Кенши, как будто призывая его подойти ближе.