- -
- 100%
- +
Он промочил горло остывшим чаем и замолк, с интересом ожидая реплики Рауля.
– А при чем здесь я? – спросил тот.
– Потому что вытрясти деньги из «Антипова» мы сможем только на пару. Если я приду к ним со своими справками и голограммами, надо мной только посмеются. Может быть, через месяц-другой как-нибудь незаметно прикончат, при моей разъездной работе это не слишком сложно. А когда ты предъявишь в полиции пиропатрон и тротиловую начинку, тебя повяжут с обвинением в терроризме. Или упекут в психушку… А если вдруг потребуешь у заказчика дополнительную плату, тебе сначала накинут пару тысяч, а потом все равно убьют. Верно я излагаю?
– Может быть… – пробормотал Рауль. – Только откуда у меня какие-то там патроны?
– Может, хватит уже мальчика изображать? – добродушно рассердился Иван. – Тебя собираются убить, ты этого не понял? А зачем, если ты ни в чем не замешан? Ладно, слушай дальше. Мы объединяемся в одну команду – ты отдаешь тротил и взрыватель, а я данные химического анализа и сам кусок провода. Отправляем на домашний компьютер директора Технического департамента «Антипова» подробное письмецо, голограмму с нашими «аргументами» и номер счета. В общем, за тобой только материальная часть дела, остальное я беру на себя. Поскольку основная работа моя, предлагаю поделить прибыль в соотношении 2 на 3. Тебя устроит 40% от десяти миллионов крон?
Всякое благодушие слетело с Вешкина. Сейчас Рауль смотрел в холодные, жесткие глаза дельца, для которого работать за гранью закона – привычное и повседневное дело. Но разве сам Рауль так уж сильно отличался от него, когда монтировал в двигателях клиентов микровзрыватели? Он мог сколько угодно убеждать себя, что никакой реальной опасности для клиентов пиропатроны не представляют, что вся эта «диверсионная деятельность» – лишь на время и сразу прекратится, как только он наберет нужную для переезда старого Эндьеты сумму. Путешествие по мосту Эйнштейна – Розена стоит очень недешево… И кто виноват в том, что погоня за деньгами привела к тому, что сам Рауль стал объектом охоты? Сейчас уже ничего не изменить, не вернуться в прошлое и не отказаться от той, самой первой своей сделки, когда он согласился поставить взрывоопасную «начинку» на двигатель. А значит, остается или принять правила чужой игры, или погибнуть.
– Этого недостаточно, – сказал Рауль.
– Разве? – изумился Иван. – По-моему, очень приличная сумма.
– По поводу денег у меня возражений нет. – Действительно, 4 миллиона в сотни раз превосходили «гонорар» за установку одного пиропатрона. – Я про подготовку операции, – пояснил Рауль. – Предлагаю одну поправку. Все наши улики почти ничего не стоят без реального «обработанного» флаера, с целым пиропатроном в двигателе. Я вылетаю на станцию-66 и снимаю копию с рабочего журнала, чтобы добыть данные своего последнего клиента, которому поставил «бомбу». Тебе останется только договориться с ним покупке флаера и одновременной консервации. Тогда «Антипов» не сможет доказать, будто мы воткнули пиропатрон уже после сделки.
– Вот настоящий разговор! – восхитился Иван. – А компьютер станции завязан в корпоративную сеть «Антипова»?
– Разумеется! Иначе как заказывать комплектующие и пересылать выручку? Только ты верно заметил, что влезть в сеть не получится, у «Антипова» самые современные средства защиты. Раз в месяц рабочий журнал сбрасывается через спутник в головной офис в Форт-Нуэво, но перехватывать пакет без толку – он зашифрован.
Иван с видом кота перед мышиной норкой откинулся на спинку дивана и возбужденно потер руки. Видимо, он уже сейчас обдумывал первые фразы письма с требованием денег.
– У тебя есть оружие? – спросил он.
– «Лама» М-103, еще земного производства, – смутившись, проговорил Рауль. – Он запустил руку в карман и достал свою игрушку. Коробку с шестью потемневшими от времени батарейками он хранил в другом кармане.
Иван с любопытством ощупал пистолет, погладил все его потертые грани, будто приручая зверя, и неодобрительно покачал головой.
– Лет сто не чистил, верно? Весь в пыли. Штука неплохая, хотя и слабоватая, мне доводилось стрелять из нее по воробьям. У многих мексиканских первопоселенцев они были, но сейчас, кажется, порядочная редкость.
– Это не мой, – признался Рауль. – У отца позаимствовал. Но лицензия есть, получил лет пять назад.
– Стрелял из него? – усмехнулся Вешкин, возвращая оружие Раулю. Не дождавшись ответа, он остался очень недоволен, будто от умения Рауля стрелять зависел успех шантажа. – Не знаю, найдутся ли у нас батарейки нужной мощности, поищем. Но почти наверняка нет, потому что киловаттники давно сняты с производства, а другие совать бесполезно, только контур пережжешь. Полагаю, твои батарейки скорее всего уже разрядились… Хорошо, предложение с журналом принимается. Полетишь сегодня ночью, я так понимаю?
Рауль кивнул и устало поднялся, потягиваясь. Перед визитом к неизвестному сменщику – если «Антипов» успел подобрать Раулю замену – следовало поспать хоть несколько часов. Остальное можно будет добрать в полете, переключив управление на автоматику. Автоматику?
– Что помрачнел, братец? – весело поинтересовался Иван, тоже вставая и делая знак оптическому датчику уборщика.
– Мне нужно сменить машину. Наши друзья из «Антипова» прекрасно знают номер моего двигателя и могут неожиданно перехватить управление со спутника. Так уже было, кстати. К тому же они будут знать, что я лечу на станцию-66.
– Не только машину, но и телефон. Моя «Пандора», кстати, тоже засветилась, придется менять номер… Замена флаера не поможет, если ты оставишь при себе упаковку с тротилом. – Они направились к выходу из кафе, и ни один не обогнал другого. Теперь Рауль ощущал себя партнером в этом бизнесе и знал, что Вешкин также считает его таковым. И что с того, что у них разные доли? – Она при тебе?
Рауль молча вынул полупустую пачку и двумя пальцами извлек из нее сигарету с черной каемкой поперек фильтра. Вешкин на ходу достал свой неизменный искажатель, с которым, похоже, никогда не расставался, и открыл в его боку плоскую пустую ячейку, в которую и поместил трофей. Через секунду он вынул сигарету и отдал ее Раулю со словами:
– Можешь оставить себе, теперь она безопасна. – И точно, от фильтра, почерневшего и какого-то оплывшего, поднимался дымок с едким запахом горелой изоляции. – Эта «сигаретка», кстати, передавала на твой телефон все разговоры в радиусе трех метров, как будто ты им пользовался, а оператор «Антипова» снимал сигнал со спутника связи. Хотя ты мог просто сидеть в сортире и трепаться с котом. Помнишь, с чего начались твои проблемы? Ты всего лишь высказал желание позвонить мне, а тебя уже услышали.
Уже перед самой дверью бытового блока Иван добавил, жестко глядя прямо на Рауля:
– Ты только помни, что у нас команда. Поодиночке никто из нас не справится. Тебя просто убьют без моего прикрытия, а я… сам понимаешь, зачем бы я стал искать такого человека, как ты? Не отступай от плана – и мы победим.
Планы королей
Закрылся Санта-Кларский шахматный клуб. Заместитель мэра по культуре Олаф Ульянин заявил, что это связано с ремонтом помещения, которое нанимает клуб. Однако это лишь часть правды: по сведениям Комитета по управлению городским имуществом, реставрировать старинное здание взялось небезызвестное АО «Синяя птица»…
Наш шахматный клуб имеет почти тридцатилетнюю историю. На протяжении этого времени здесь проходили личные и командные первенства города и района, квалификационные турниры высших разрядов, в том числе турниры с кандидатской нормой, блицтурниры и даже межрайонные соревнования.
Какой конец будет у этой своеобразной шахматной партии, сказать трудно. Остается надеяться, что пока идет ремонт помещения, спортсмены и руководство мэрии найдут общий язык.
«Санта-Кларские ведомости»Прилетев на вокзал, первым делом Рауль и поместил в автоматическую камеру хранения свой «дипломат» с пиропатронами и тротилом, который от спрятал в тот же потайной отсек, что и оболочки взрывателей. Разделить «улики» решил Иван: во-первых, так было надежнее, а во-вторых, это исключало зависимость одного компаньона от «надежности» другого.
Раулю повезло – на Валхаллу отправлялся ночной дилижанс, и десяток-другой чиновников, туристов, полицейских и прочего люда помог ему не «засветиться» в пустом зале.
Купив в универсальном автомате местную газетенку, он сел в лифт и поднялся на стоянку флаеров. Его новая машина, арендованный Вешкиным у «Синей птицы» «Боинг», нравился Раулю уже только тем, что мог вытворять в небе любые виражи – в конструкцию его гравиблока был встроен инвертор поля. К тому же она была покрыта антирадарным слоем, активируемым по желанию водителя, – тогда обычные, гражданские флары не «видели» ее на своих мониторах. Довольно опасное свойство для плотного городского трафика.
В объемистом пакете у Рауля имелось несколько технических приспособлений. Среди них тепловой радар и антирадар под одним корпусом, переносной и потому безумно дорогой, а также шифратор спутниковой связи, гранатомет с парой электронных гранат малой мощности, инфракрасные очки и пульверизатор с охладителем – то есть почти все, по мнению Вешкина, что могло пригодиться Раулю в его предприятии. Тому пришлось потратить не меньше часа, чтобы разобраться с управлением «шпионскими» штучками.
Вылетев за пределы Санта-Клары, Рауль ввел в полетное задание координаты конечной точки. Крейсерская скорость «Боинга» достигала полутора тысяч километров в час, и он рассчитывал быть на месте примерно в два ночи.
Из прессы Рауль почерпнул несколько занятных фактов о деятельности АО «Синяя птица», но большинство новостей вызывало лишь скуку. Они разительно походили на те, что муссировались в «Вечернем Эль-Фернандо». Только сейчас Рауль стал по-настоящему понимать, в какой же дыре ему пришлось провести свои детские и юношеские годы. Пожалуй, он был даже рад, что похвалился Розе вниманием Вешкина, хотя и призвал тем самым на свою голову смертельную опасность.
Прежде чем уснуть, Рауль минут десять почитал книгу, захваченную им из дома: она была не в пример любопытнее газеты.
Как я кербера лечил
Спроси теперешних молодых – как выглядит настоящий кербер, и ответит не каждый. А в наше время, в первые годы колонизации Эккарта (сейчас иногда пишут просто «к.Э.», и сразу теряется все очарование героических слов, прибитых шляпками точек-гвоздей), этих жутких зверей водилось в лесах видимо-невидимо.
Те твари, что прячутся по вольерам сектора эндемиков Валхалльского зоопарка, и размерами, и характером отличаются от своих вольных сородичей. Они похожи на козлов-переростков, потерявших где-то рога, ночью ловят «бурундуков» и спят дни напролет, забившись в логовища. В начале же века леса нынешнего Северного округа буквально кишели керберами. Среди дорожных рабочих нередки были случаи травматизма, когда во время охоты они сами становились дичью, подвергаясь внезапным атакам зверей, привыкших полагать все движущееся своей законной добычей.
Однажды и мне довелось повстречаться с «семейкой» керберов, и вот как это случилось.
Дело было зимой, я увлекся преследованием раненого барана и не заметил, как начало темнеть. Хоть я снарядился по всем правилам «полевого» похода и нес в карманах не только мощный фонарь и запас пищи, но и палатку с подогревом, оставаться ночевать вдали от нашей строительной времянки мне никак не хотелось. Это грозило серьезным штрафом. Ведь на другой день нам с напарником предстояло возобновить прокладку трассы Петровск – Нордстрем… Я мог бы вызвать по телефону флаер, но как представил себе лицо коллеги, вырванного из теплого дома во мрак и холод, сразу передумал. И пошел как только мог быстро, возвращаясь в лагерь по своим же следам…
И вдруг жуткий вой раздался всего в нескольких метрах от меня! Я замер и сорвал с плеча винтовку, но никого не мог увидеть, настолько было темно за пределами луча, к тому же фонарь мешал мне как следует ухватиться за оружие. Внезапно что-то огромное и страшное возникло прямо передо мной, вынырнув сбоку, и вырвало из руки оружие. Я упал в снег и подумал, что настал мой конец! Но вот что случилось дальше.
Гигантский кербер навис надо мной, раскрыв пасть, и тут я услышал вдалеке чей-то жалобный стон! Зверь нагнул жуткую голову и схватил меня за рукав, да так осторожно, будто опасался разорвать ткань. Схватил и потянул на себя – вставай, мол, замерзнешь! Не чуя ног, я поднялся и пошел вслед на хищником, забыв о винтовке и не решаясь зажечь фонарь. И вскоре мы подошли к засыпанной снегом берлоге, из которой и доносился визг. Самка – думаю, что это была она – скрылась в ней и тут же вынесла к моим ногам совсем еще мелкого щенка, который скулил и царапал лапами шею. Я медленно, стараясь резко не двигаться, наклонился к нему, зажег фонарь на самой малой мощности и разжал зверьку челюсти.
Так и есть! Поперек горла у него встала кость, она-то и вызывала у детеныша такие мучения. Я ухватил щенка за загривок. Самка зарычала мне прямо в ухо, но я запустил ему в пасть руку. Острые зубки царапали мне кожу запястья, но я все же вынул кость и показал ее керберихе. Не знаю, почему вдруг я стал таким смелым, но что-то мне подсказывало – она не нападет. Я даже осмелился погладить ее детеныша по голове, но тот вырвался у бросился к мамаше, виляя хвостом и радостно тявкая.
А когда я уже шел домой, слыша в отдалении вой и совершенно ничего не боясь, этот страшный хищник настиг меня и бросил мне под ноги мою винтовку. Вы не верите? Что ж, согласен, в наши дни встреча с диким кербером закончилась бы совсем не так идиллически. Природа Эккарта мстит людям за жестокое обращение с собой в начальный, «романтический» – а по сути дикий – период колонизации. Может, вам мало аллергии Гиссона?
«Они были первыми»За минуту до завершения программы автоматика выдала протяжный звуковой сигнал, Рауль протер глаза, восстановил привычную форму кресла и ткнул в кнопку отключения автопилота.
Так и хотелось погасить бортовые огни флаера, однако Рауль этого не сделал. Ограненная по контуру фонариками, посадочная площадка станции-66 выделялась в темноте, словно елка в новогоднюю ночь, разве что не подмигивала разноцветно и весело. Заходя к ней на низкой высоте, Рауль всматривался в желтый прямоугольник ангарных ворот, каждое мгновение ожидая увидеть незнакомого сменщика.
Сгорбленная фигура механика возникла из офиса, и Рауль с облегчением узнал в ней Ульфа. Тот засунул руки в карманы комбинезона и встал, опершись сутулой спиной о дверной косяк.
Рауль залихватски посадил мощный «Боинг» в нескольких метрах от бывшего напарника, вздыбив ветром полы его халата, и с жизнерадостным видом выскочил из машины, воскликнув:
– Привет, дружище!
– Ты! – отшатнулся Ульф, как-то странно сжимаясь. Челюсть его на секунду отвисла. – Вот уж не ожидал. У тебя же была другая машина!
Рауль выдернул из паза на передней панели переносной блок бортового компьютера и, помахивая им словно сумкой с чем-то незначительным, бодро двинулся вперед.
– Сочувствую, что тебя вырвали из объятий Офелии. – Проходя мимо Ульфа в офис, Рауль похлопал его по плечу. – Понимаешь, отец попросил меня взять отпуск, хочет оформить какие-то наследственные документы. Втемяшилось ему в голову, что дрифтер со дня на день пойдет ко дну, и все тут! Как будто на нем нет спасательного блока. – Он сел в еще теплое кресло у включенного терминала и вынул из кармана банку пива. «Как бы избавиться от него?» – Будешь?
Ульф настороженно покачал головой, зачем-то косясь на выход.
– Извини, я сейчас, – буркнул Ульф и с перекошенной физиономией схватился за живот, словно поняв желание Рауля. – Прихватило что-то, бегаю каждые полчаса.
Он поспешно вышел из домика, закрыв за собой дверь, и Рауль тут же отставил запечатанную банку и вошел в каталог рабочего журнала. Однако первая запись в нем датировалась прошлой неделей. «Черт!» Рауль уставился на экран, не понимая, кому понадобилось чистить журнал в середине месяца. Корпорация отнюдь не требовала от своих ремонтников таких частых отчетов, позволяя им пересылать пакет по спутниковой связи три раза в квартал.
Он торопливо сунулся во вчерашние записи: точно, этот сопливый урод отправил в головной офис заказ на комплектующие и заодно, в куче, загнал им пакет с журналом! А вот корзину с удаленными файлами Ульф не очистил. Рауль воткнул в порт кабель от переносного компьютера и включил программу копирования корзины – восстанавливать файлы было некогда. Свернув окно программы, он запустил ее дубль и вошел в каталог со «стрелялкой», в которую иногда поигрывал во время долгих дежурств на станции.
– Что это ты тут записываешь? – раздался за спиной холодный голос Ульфа. Его белесые, выпуклые глаза настороженно поблескивали, будто у рыбы в свете фонаря аквалангиста. – Ты держал здесь свои личные файлы?
– А ты разве с игрушками не балуешься? – хмыкнул Рауль. – Я тут до восьмого уровня добрался, знаешь, там такие зеленые монстры с двойными хвостами. А дома тоска, да и хочется узнать, что там дальше. Вот и решил сохраненку забрать. – Он придумал причину для визита еще по дороге от Вешкина на вокзал.
– Ночью?
– Отвык я спать в это время.
Ульф поднялся и стал возиться с пищевым автоматом, кинув в раструб щепотку кофе. Теперь он напоминал гостеприимного хозяина, хоть и удивленного неурочным визитом гостя. Рауль в это время закрыл оба окна терминала – процессы копирования в них закончились – и отцепил блок.
– Будет чем теперь заниматься, – удовлетворенно заметил он.
– Сейчас кофейку тяпнем, – улыбнулся Ульф. – Представляешь, звонит мне сегодня днем менеджер из Форт-Нуэво и говорит: надо, мол, заменить сотрудника. Ну и разозлился же я, по правде говоря! А потом он сказал, что заплатит по двойному тарифу, а это уже немалые деньги, верно? Когда еще предложат дополнительный заработок! А ведь мне деньги нужны как никому, ты же понимаешь… Офелия девушка дорогая.
«Что-то он слишком разговорчивый», – подумал Рауль. Поднявшись, он подхватил блок и банку пива и, держа их в разных руках, и сделал шаг к выходу.
– Уходишь? Подожди еще немного, посиди со мной, – забормотал Ульф. – Скука смертная.
– Извини, дружище, уже поздно.
– Сейчас, минутку… Кажется, ты забыл кое-что в сейфе. – Ульф подскочил к металлическому ящику в углу офиса и нервно набрал на нем шифр: его пальцы непослушно дрожали и едва попадали в нужные кнопки. – Сейчас, сейчас…
Рауль недоуменно поморщился, остановившись в дверях. У него мелькнула мысль, что на фоне желтого прямоугольника света его фигура – идеальная мишень для стрелка, притаившегося снаружи, во тьме.
– Положи блок, – хрипло сказал Ульф, широко расставив ноги и вытянув перед собой пистолет. – И сядь обратно за стол.
Ульф, кажется, едва не падал от перенапряжения. Ствол в его стиснутых руках нервно метался вверх-вниз, черты лица окаменели, и даже вечная капля, кажется, замерла, едва показавшись из ноздри.
– Спятил, малыш? – Дуло импульсника, подергиваясь, смотрело прямо в грудь Раулю, по нему нетерпеливо пробегала голубая искра, словно ожидая момента, когда можно будет вытянуться в смертоносную иглу жесткого электромагнитного излучения и пробить податливую человеческую плоть. – Не играй с оружием.
– Ты понял меня?
«И ведь обе руки заняты, «Ламу» не достать. Да и не успею, вон он какой решительный». Удивительно, но Рауль совершенно не боялся за жизнь, слепо веря в удачу – и при этом тело словно само хотело выполнить команды Ульфа.
– Неужели ты убьешь друга? – спросил он. Видимо, в такие минуты на язык лезут только откровенные банальности.
В этот момент где-то за спиной Рауля, в черноте ночи разнесся слабый, еле слышный шум приближающегося флаера. Его мотор надсадно ревел, и Рауль ни на секунду не усомнился, что сюда, летя на предельной скорости идет машина с настоящим врагом на борту.
– Живот, говоришь, прихватило? – вымученно усмехнулся Рауль.
– Ты уж не серчай, брат. – Ульф тоже услышал мотор и заметно успокоился. Сейчас приезжий дядя, щедрый и сильный, заберет у него пленника, подкинет ему обещанные деньги и оставит в привычном одиночестве, наедине с техникой и терминалом, в уютном тепле офиса. – Он предложил мне очень приличные кроны. Ведь ты выкрал корпоративные документы! Ты незаконно влез в сеть «Антипова».
«Быстро добрался, гад. Наверняка в Эль-Фернандо торчал, за домом следил».
– Этот твой заказчик просто убьет меня, – сказал Рауль. – Пойми, это не арест, а похищение человека. Тебя осудят как сообщника.
– Что ты несешь? – заколебался Ульф. – За что тебя убивать?
– Это он тебе сказал такую чушь?
– Довольно болтать, сядь за стол и не дергайся.
Он непроизвольно повел вытянутыми руками вправо, в сторону терминала, и в ту же секунду Рауль метнулся назад, в черноту ночи. Вслед ему треснул разряд, и банка в руке внезапно лопнула, окатив брюки горячим пивом. Отбросив обрывки жести, Рауль побежал к своему флаеру, благо до него было всего несколько метров. Чужая машина уже показалась из-за ближайшего холма – ее бортовые огни перемигивались, цепочкой огибая корпус.
На ходу Рауль выдернул пистолет и, мельком обернувшись, выстрелил и попал в створку двери офиса, которая с резким шипением задымилась. После этого Ульф, если даже собирался выскочить и продолжать пальбу, должен был отказаться от такого намерения. Перестрелка со смертельным риском – совсем не то же самое, что держать на прицеле безоружного человека. Вряд ли она стоит обещанных Ульфу грошей.
К счастью, «Боинг» так и стоял с поднятой дверцей, и Рауль без промедления нырнул внутрь. Бросив переносной блок компьютера на соседнее сиденье, он не мешкая вынул стержни из реактора и активировал антирадарное покрытие машины. А затем рывком, не поднимаясь на высоту больше трех метров, повел машину вбок, подальше от посадочной площадки.
– Внимание! Внимание! – заголосил компьютер. – Резервный носитель памяти поврежден или отсутствует. Если необходимо, обратитесь в ремонтную службу корпорации «Антипов». Ближайший к вам сервисный центр находится на расстоянии двадцати метров от вас, в координатах…
Ориентируясь только на показания носового радара (иначе бы никакое суперпокрытие не помогло скрыться), он на скорости в семьдесят километров в час уводил машину на север. Насколько он мог понять, противник еще только заходил на посадку и, если Ульф не прыгал внизу, размахивая руками и показывая куда-то во тьму, полагал, что пленник молча и безропотно сидит под прицелом пистолета.
Скользнув в лощину между холмами, Рауль несколько раз повернул, вписываясь в извилины ландшафта, и резко заглушил двигатель. Флаер автоматически выпустил закрылки, теряя скорость и высоту, и ткнулся носом в скопление кустов. Проехав днищем по прошлогодней траве, пару раз жестоко подпрыгнув на кочках, он замер. Колеса, конечно, так и остались невыпущенными. «Вот и чужую технику поцарапал», – некстати подумал Рауль. Он сдернул с крюка пакет с аппаратурой, запихнул в него переносной блок от бортового компьютера и выбрался наружу. Под ноги попался какой-то корень, и Рауль чуть не растянулся на скользком склоне. Подумав, что сидеть на холоде и в темноте придется не один час, он открыл багажник и бросил в пакет несколько банок с консервами, которые вытряс из вокзального автомата – все веселее, если что-то пожуешь.
Поддавшись неясному импульсу, Рауль вскрыл двигатель и вынул из реактора одну из двух капсул с плутонием. Затем он полностью обесточил все бортовые системы, даже те, что не запитывались от реактора, чем фактически «умертвил» машину. Для этого пришлось отцепить от аккумулятора пучок световодов. Теперь «Боинг» не отзовется на опросные сигналы со спутника. Нащупав в мешке баллон с жидким азотом, Рауль поспешно распылил на капот десяток-другой миллилитров. Кажется, при этом померзло несколько особо нахальных веток. Увы, план бегства он не продумал, а потому и метался, как таракан на сковородке.
Закрыв глаза рукавом, – острые ветви так и норовили проткнуть ткань куртки, – Рауль стал пробираться вверх.
Пытаться убежать от врага не имело никакого смысла; если тот вооружен ракетной установкой, то увильнуть в темноте от «заявки на крематорий» нереально. А этот тип наверняка имел на борту пушку. И никакое антирадарное покрытие не поможет, если враг влезет в спутниковую систему ДВС – в том, что он это сумеет, сомневаться не приходилось. Обесточенный же флаер мертв, попробуй отыщи его холодную тушку из космоса, среди ночи…
Черт побери, как они ухитряются так грубо плевать на закон?
Вешкин, кстати, еще в Санта-Кларе, напутствуя Рауля, рекомендовал ему именно такой план действий – в случае опасности затаиться и переждать.
– Затаиться… – пропыхтел Рауль скептически, вспомнив хищную физиономию Ивана в момент подачи этого дельного совета. – Мафиози чертов. Как в воду глядел…