- -
- 100%
- +
– Зачем она это сделала? – поступки Жасмин были безрассудными. Она не нежный цветочек, и да, она любит не меня. Но она и раньше не меня любила. Я заставлю тебя забыть его, только бы спасти.
– Сложно сказать. Вероятно, чтобы смелости хватило так поступить и теперь быть осужденной, – добавил Катриэль.
– Жасмин хорошая девушка, – добавила Ляйсан. – Она просто немного заблудилась в своих чувствах. Плохо, что никого к ней не пускают, и доступ к ее темнице есть только у Тэрриона.
– Что же теперь делать?
– Все улики и детали того, что произошло, находятся у Хранителей. Тэррион еще не знает, что никого к Хранителям вызывать не будут. Хранители имеют право рассматривать документы и принимать решение в течение месяца, так что нам остается только ждать, – заключил Катриэль. Я лишь кивнул и покинул покои своего императора. Время потянулось.
День за днем я думал о Жасмин и ждал решения Хранителей относительно участи моей пары. Я только ее обрел, едва почувствовал ее запах, усладил свой взор ее красотой и все, мое будущее оказалось под вопросом. Умрет она, умру и я. И если мне уйти не страшно, я хотя бы пожил, то она совсем девчонка. Моя дива, вскружившая мне голову, и из-за которой я потерял покой.
Прошла неделя, потом другая. И каждый день я пытался узнать, каковы результаты. А потом кристалл связи сверкнул синим светом, и я активировал его.
– Ваше Величество, – увидел я лицо Тэрриона. Оно было мрачнее тучи.
– Я жду тебя сегодня в полдень в своем дворце, будет исполнен приговор. Приговор Хранителей вынесен.
Мое сердце готово выпрыгнуть из груди. Если приговор вынесен, то он имел место быть, и это уже ужасно.
Я отправился порталом туда, где буду иметь возможность видеть ее.
На закрытой площади безлюдно. Родственников не допустили, как Мелиссу и Ветистана. Присутствовал Тэррион и его стражники. Я стоял. Площадь предназначена для сожжения и пыток. Сердце сжалось, я почувствовал боль девчонки и жажду. Ту, что испытывал сам, когда находился на острове «Мертвых душ».
Жасмин еле стояла на ногах. Что они с ней сделали? Тэррион равнодушно смотрел на девушку. Потом я взглянул на советника, стоящего рядом. Нет, это не Самир, Самира я знал, и он вряд ли бы спокойно наблюдал за истязанием своей внучки.
Закрыл глаза и попытался направить потоки магии к ней, но они не смогли проникнуть сквозь купол, вернулись ко мне, и я почувствовал неприятный магический откат.
Наконец, свиток вскрыли, и советник начал зачитывать приговор.
– Жасмин из рода Миранта обвиняется в посягательстве на честь самого принца Ветистана. Изменив личину, она, будучи на балу в отсутствие приглашения на этот бал, позволила себе дерзость: поцеловала принца на глазах у его невесты. Данное преступление является достаточным для вынесения смертного приговора. Однако, при рассмотрении данного дела учтен факт присутствия алкоголя в крови. Обвиняемая незадолго до совершения данного преступления выпила эльфийское вино, пробуждающее физическое желание. Допустимая доза принятого напитка превышена в десять раз. Хранители посчитали, что это является смягчающим обстоятельством, так как поступок совершен в состоянии невменяемости. Учитываются заслуги родителей Жасмин перед империей, а также принадлежность обвиняемой к роду Хранителей. Родство с самим принцем Ветистаном лишь усугубляет вину подсудимой. Приговор скорректировали, и он подписан главным Хранителем Яном: Жасмин приговаривается к ста ударам кнута на закрытой площади, без свидетелей. Далее она будет изгнана и передана генералу Кербиасу, будущему покровителю Жасмин. Он единолично имеет право распоряжаться ее жизнью на свое усмотрение, вплоть до лишения ее жизни, если посчитает такое наказание допустимым. На этом у меня все.
Я хотел спасти Жасмин, но площадь скрыли магическим куполом. Тэррион, вероятно, знал, что я испытаю настоящий ад, и захочу спасти ее, он перестраховался, да и желание наказать девочку не позволило ему проявить милосердие. Моя сущность рвалась к ней. Жасмин была измучена, бледна, и мое сердце просто кровью обливалось.
Высокий палач расы Высших эльфов, который и являлся карателем моей Жасмин, взял кнут и приблизился к девушке. Платье ее испачкалось в какой-то пыли бурого цвета, запястья моей предначертанной стянули тугой веревкой и закрепили выше над головой.
Она едва взглянула на меня и одними губами прошептала.
– Кербиас… – узнала. Я так жалел ее сейчас. Дракон метался как умалишенный, он желал вырваться и спасти ее, но купол не позволит мне это сделать, и я вынужден переживать ведь этот ад вместе с ней.
Первый удар хлыста, и платье на спине девушки окрасилось в алый цвет. Она прерывисто вздохнула, но не заплакала.
«Жасмин, девочка моя, как же так?…».
Удары стали обрушиваться на несчастную девочку с частотой и силой, ничем не уступающим первому. Платье стало багровым от крови. Сто ударов. После такого бывалые воины, закаленные в боях, умирали, а тут девушка. Ее убили здесь и сейчас, я был уверен в том, что убили. Через купол я не чувствовал в ней жизнь, а когда мне позволили приблизиться, я ощутил посторонний синтетический запах.
Подбежав к Жасмин, я осторожно склонился и даже боялся обнять. Тело истерзано, и этот запах… А потом до меня дошло. Хлыст отравлен! Меня прорвало. Я терпеливый дракон, но это слишком даже для меня.
– Император Тэррион, Ваша жестокость в стократ превышает жестокость Кракаса. Зачем убивать таким способом? Мало того, что голодом ее морили, так и еще хлыст ядом пропитали. Если у меня есть хоть малейший шанс спасти ее, я спасу, но запомните, Вы раз и навсегда утратили мое уважение к великому императору. Слава небесам, ни я, ни она больше не подчиняемся Вам! – после моих слов Тэррион ощутил растерянность. А потом я тут же раскрыл портал, прижимая Жасмин к себе. В последний момент я понял, что император, скорее всего, не знал, что Жасмин морили голодом, и про яд тоже. Тэррион стоял за куполом, а действия происходили внутри. Пусть пожинает плоды своей жестокости. Среди его верных слуг есть предатели, я понял это слишком поздно. Увы, я не менталист, а вот Тэрриону еще предстоит во всем этом разбираться. Моя рука горела от яда, он въедался в кожу от истерзанного тела Жасмин.
Яд оказался сильным, это изерцин. Сочетание ядовитых растений, произрастающих на территории орков. Яды я изучал в академии, но доза, которую получила девушка, превышала допустимую. Выжить шансов не оставалось, но сердце девушки билось, и я уже вернулся в свой замок.
Я дракон, но глаза обожгли слезы. Ничто не могло заставить меня-дракона прослезиться, а сейчас слезы застилали глаза. Понимал, что она ошиблась, но наказание назначили такое, словно она лично убила всех наследников империи, а девочка всего лишь его поцеловала. Нет, не понимаю законов эльфов. Жестоко, очень жестоко. Жасмин держалась только благодаря магии метаморфа, еще какой-то неведомой силе, и той магии, что получала от меня, когда мне дали приблизиться.
Заметил Аделя, частого гостя в моем замке, и, увидев меня, он тут же последовал за мной без лишних слов. На целителя он не учился, но часто помогал мне с больными.
– Кто ее так? – встревоженно отозвался племянник.
– Эльфы наказали за то, что принца поцеловала.
– И всего-то? Но разве это достойно такого наказания?
– Это эльфы, я их законов не знаю. Наверное, для них поцелуй это повод убить. Помогай, у нее в крови яд. Сильный яд.
– На тебе тоже яд. Смотри.
Когда я перевел взгляд на свою руку, то увидел, что кожа покрылась волдырями как при ожоге.
– Мелочи, само пройдет, – я перевернул Жасмин на живот и ужаснулся. Глубокие раны кровоточили, и от них исходил специфический запах. – Неси нейтрализатор, третья полка слева. Бери весь.
– Не рискованно будет? Много нейтрализатора это тоже очень опасно.
– Ничего, справимся. Надо привязку завершить, я забыл надеть перчатки, и теперь она еще и магию теряет, которой и так не много. Поцелуй не годится, придется через кровь, – я схватил скальпель и резанул свою ладонь. Поднес ее к губам девушки, и кровь струйкой потекла ей прямо в рот, руны на руке тут же пришли в движение. Можно было и поцеловать, но так быстрее и надежнее. Магия тут же заискрилась в теле Жасмин.
«С инициацией, любимая» – горько выдохнул я, а потом обильно вылил нейтрализатор на спину девушки, и яд тут же изменил цвет. Он стал голубым и собрался в капсулы, стягиваясь из тела, облегчая ее состояние. Интуитивно рассчитал правильно дозировку. Кто-то хотел смерти Жасмин, и я не совсем понимал, кому это на руку. Тэррион, всегда правильный и справедливый, поступил вопреки своим принципам. Нет, что-то здесь не то. Во всем этом еще стоит разобраться, но не сейчас, и, пожалуй, даже не мне.
Тайное всегда становится явным, и эта история с Жасмин явно не простая.
– Адель, неси регенерирующую мазь. Мою, ту, что зелёная, – сам подбирал травы и вытяжки из различных растений, корней и прочих источников, чтобы создать идеальный регенератор. Его не купишь в целительских лавках, я готовил ее только для особо сложных больных, сейчас как раз тот самый случай. Мазь не оставляет рубцов, но восстанавливает медленно. Очень зудит, но шевелиться нельзя. В случае Жасмин она сработает идеально, ведь мое солнышко все еще без сознания.
– Кербиас, ты знал, что это эльфийка, твоя, ну это…
– Пара? Да, знал, только уберечь ее от опрометчивых поступков не смог. Она любит Ветистана, только он её брат, за это и поплатилась.
– Она брата поцеловала? – усмехнулся Адель.
– Да, – отозвался я как-то равнодушно. Да плевать, кого она там поцеловала, теперь она моя. С этого момента я несу за нее ответственность по праву покровителя, и точно ничего больше не случится. А на ухо ей шепнул тихо-тихо:
– Ты никогда больше никого не поцелуешь, кроме меня.
К тату привязки присоединилось еще одно тату, на этот раз ограничение. Для кого-то это наказание, но я хотел лишь защитить. Потом я взял небольшую трубочку, очень узкую, как соломинка, только длиннее, осторожно протолкнул ее в горло девушки почти до самого желудка и стал медленно вводить через нее воду. Теплую, чистую. Нужно срочно восстановить жидкость в организме. Когда я понял, что самое страшное позади, уже светало. Всю ночь мы с Аделем провели рядом с Жасмин. Раны начали заживать, поэтому я обернул тело девушки в простыню, как ребенка, и отправился в свои покои. Теперь она проспит долго-долго, а потом…
Потом у нее будет возможность оценить, чей поцелуй лучше.
Глава 7. Понять и принять…
Жасмин
Мое тело, оно не принадлежит мне больше. Боль… снова боль… и снова… и снова. Уже не жжется. Это не я, это всего лишь тело, и оно почти умерло, только вот ради чего? Я ведь больше не люблю Ветистана как мужчину. Как же я ошиблась, осознала это так поздно, а потом я увидела серебристые пряди и светло-сапфировые глаза того, с кем бы еще хотела поговорить хоть раз. Я не теряю надежду, что в следующей жизни судьба сведет меня с этим драконом снова.
Держать глаза открытыми трудно, и я, тяжело дыша, старалась стойко терпеть боль, как учил мой отец. Папа, мама, что же я наделала… Вам тоже будет больно, когда вы узнаете, как закончилась моя жизнь, простите меня, прошу. И ты, милый дракон, прости. Удары мучительного хлыста прекратились, а я чувствовала себя так, словно это израненное тело не мое, и я не могла пошевелиться…
Щекотно, на щеке щекотно, а на лицо упали несколько капель. Мой дракон рядом, я чувствую его так близко. Как горько сейчас. Сердце рвалось на части, хотелось расплакаться у него на груди, словно я все еще маленькая девочка, но я понимаю, что это не так. Все не так, и Керби не простит меня, такое в нашем мире не прощают.
Он плачет? Соленые капли, их я ощутила губами.
«Кербиас…», это я уже не сказала вслух. Я почувствовала покалывание на руке, и ощутила его прикосновения к спине, плечам. Его руки дарили прохладу, а когда-то он показался мне горячим.
«Кербиас, ты мой покровитель, жаль, что стал им лишь на мгновение, и я не буду с тобой больше никогда. Прощай…».
«Не отпущу, слышишь…» – последнее, что ворвалось в мое сознание. Поняла, это прошептал он.
Когда он прижал меня к себе, я осознала, что именно так выглядит счастье…, а потом действительность растворилась, и я оказалась в мире сновидений, где больше не осталось места тревожным мыслям и бесконечной боли, приносящей ни с чем несравнимые страдания…
***
Очнулась от солнечных зайчиков на кровати, вокруг стояли невероятная тишина и прохлада. Простыни приятно согревали. Ничего не болело, дышалось легко, и я явно выспалась.
Потянулась, потом села в постели. На туалетном столике слева лежал мой браслет, но к сожалению он оказался сломан. Поднялась и прошлась по комнате.
Большая спальня цвета сирени. Огромный шкаф аж с шестью дверцами, в каждой из которых я увидела свое отражение и подошла. На мне оказалась белоснежная сорочка из шелка с изящной отделкой из серебряной нити. Осмотрела лицо, руки, ноги, вздохнула. На руке увидела тату: красивый серебристый дракон и еще какие-то руны.
– А мне идет, – подошла к столу возле окна, налила себе воды из хрустального графина и начала пить. Божественная чистейшая вода. Как же я хотела пить. Мой мозг заботливо закрывал воспоминания о том, что я пережила. Силилась вспомнить детали того ужасного дня, но как-то все стиралось в моей голове. Думаю, без магии не обошлось. Мне казалось, что я по осколкам себя собирать буду после наказания, а на самом деле нет. Я словно оказалась в том месте, которое мне снилось в самом раннем детстве. Очень-очень давно мне снилась именно эта комната…
– Так тихо, – только шелест деревьев слышался снаружи, и я осторожно выглянула в окно. Захотелось выйти в сад. Открыла балконную дверь и вышла прямо в сорочке на открытую террасу, ощутила прохладу, но было не холодно, а приятно. Такой воздух свежий.
Любопытство взяло свое, и я решила осмотреться. Вернулась в спальню, открыла шкаф, выбрала для себя платье цвета лазури и с помощью магии его надела. Платьев оказалось много, но все не мои. Новые, другие, с разным фасоном, и ни одного моего. Волосы перекинула через плечо вперед и начала прочесывать. Решила особо не мучиться и заплела легкую косу лишь из части волос. Нашла балетки, тоже лазурные, и отправилась на поиски кого-нибудь, ведь не одну же меня тут оставили.
Осторожно спустилась по ступенькам, прошла на кухню, пахло булочками и медом. Ох же, какой божественный аромат. Я так проголодалась! Прошла и увидела женщину, странную. Не сказать, чтобы красавица, но высокая, очень высокая, и у нее добрый взгляд. Сколько ей лет, сказать сложно. Русые волосы собраны в шишку, уши как у эльфов. Я догадалась, что она драконица расы Высших Серебристых.
– Добрый день, – проговорила я, чем явно напугала служанку.
– Госпожа, слава небесам, Вы пришли в себя! Мы так переживали. Хозяин уже и из Высокогорья целителя приглашал, но тот лишь руками развел. В порядке, говорит, девушка, а то, что спит долго, так кто его знает почему. А Вы все почивали.
– А долго я проспала?
– Так месяц уж как. Хозяин первые две недели от Вас не отходил, и днем, и ночью у постели дежурил, а потом император призвал. Сказал, нуждается в нем, и теперь я за Вами присматриваю, пока его нет.
– Как тебя зовут? – спросила я. Голос у нее звучал так доброжелательно, она мне понравилась.
– Кариба.
– Кари? Буду звать тебя Кари.
– Как Вам будет угодно. Желаете отобедать?
– Желаю, конечно. А почему в замке так тихо?
– Дак, а кому шуметь? Дома я управляюсь, а еще мне муж мой помогает, Бонель. Он и садовник, и принесет, если чего надо, и камины топит. Генерал ведь привык обходиться минимумом, и потому у него только двое слуг. Он и сам много чего делает по хозяйству, простая работа для него не в тягость. И готовит неплохо, конечно, если время у него есть.
– Я виновата перед ним. Наверное, он меня убьет, – обреченно, с долей иронии, добавила я. Честно говоря, я смерти не боюсь, но сейчас было безумно стыдно за содеянное. И как смотреть в глаза покровителю, теперь не знаю.
– Глупости. Он Вас выхаживал столько времени, зачем ему это делать, если бы он хотел Вашей смерти? Он мог бы просто позволить Вам умереть. Да, сегодня бумаги пришли. Не знаю, сами посмотрите, или генерала дождетесь?
– Ну, наверное, некрасиво мне быть излишне любопытной. Я лучше после обеда в сад схожу, там цветы вянут, я знаю как им помочь.
– Госпожа Жасмин, Вы бы отдыхали, только ведь в себя пришли.
– Ничего страшного, я отдохнула. И это не сложно, природная магия у меня в крови.
– Ну да, ага. Магия у Вас в полном порядке, ведь Кербиас Вас своей кровью поил.
– Вот как? А зачем? Я ведь не вампир, – немного испугалась и подбежала к зеркалу. Мало ли что за месяц могло случиться. Может мы с Кербиасом уже вампиры и теперь пытаемся приспособиться к жизни. Посмотрела на свои глаза, потом провела языком по верхнему ряду зубов и прикоснулась к горлу. Вроде как на вампира я не похожа…
– Так это, Вы же не могли через поцелуи магию получать, почивали, поэтому только так он восполнял Вашу магию. У драконов это обычная практика. Если пара тяжело болеет, то вернее всего восстановить магию через кровь.
– Или не может меня поцеловать из-за Ветистана. Я предала Керби, и нет мне прощения.
– Не думаю. Но вы это лучше у хозяина узнайте, когда он вернется.
– А когда он вернется?
– Наверное, к вечеру будет. Сказал к ужину его ждать.
– Отлично, тогда после обеда я прогуляюсь в саду.
– Как пожелает, моя госпожа, – не стала больше возражать Кариба, но выглядела она немного настороженной.
Поела с аппетитом, мне подали бульон и сухарики. Конечно, я бы съела чего-нибудь и посущественнее, но мой целитель дал настоятельные рекомендации Карибе, чтобы она накормила меня именно бульоном.
После обеда я отправилась в сад. Думать о том, что меня практически убили в эльфийском дворце, не хотелось. Я вдруг осознала, что, возможно, родители в неведении или считают меня погибшей. Сердце сжалось, захотелось услышать голос мамы.
Уверена была, что отец и дедушка Самир, как и мама, очень волнуются. Решила вернуться в комнату. Я быстро отыскала кристалл связи, но не свой, а, вероятно, Керби. Попробовала настроить контакты моей семьи, получилось. Активировала кристалл.
– Дочка, живая!!! О, небеса!!! – мама, казалось, не верила, что услышала мой голос. Она любила меня, а любовь ведьмы, скажу я вам, намного горячее и ярче проявляется, чем любовь Высших эльфов. Папа сдержан всегда, все эмоции под контролем, а мама это ураган, который готов снести все на своем пути. От нее мне достался бунтарский характер, и я была Высшей эльфийкой, которая ломала стереотипы в головах мужчин. Внешне ледышка, а узнаешь ближе и поймешь, что я далеко не скромная девочка.
Бедный мой покровитель, я так его опозорила. С другим целовалось, о чем очень жалею. Но я готова исправиться, я понимаю, что он спас меня и лечил все это время. Да, он не обладает такой силой как Ветистан, но он опытный целитель и очень деликатный.
Я помню, какие травмы получила при каждом ударе хлыста, яд тоже почувствовала. Не знала, выживу ли, но хватило мгновения, чтобы встретиться с взглядом Кера и понять, он со мной. Я физически ощущала его желание помочь мне, и именно в тот момент мне захотелось выжить.
Для метаморфа очень важно быть кому-то нужным. Кербиас. Я знаю, кто ты для меня, и я готова идти навстречу, сама связь меня подталкивает в твои объятия, и я чувствую. Истинная связь это что-то другое, в душе все меняется. Это тот, кто не предаст и не отступится, тот, кто будет рядом. Кому я расскажу самое тайное, то, что даже маме не расскажешь, а ему расскажу. Мои чувства… Да, я запуталась, долго шла неверным путем и заблудилась.
Я слушала долгий монолог своей матери, а думала о нем. Поняла, что Тэрриона предали. Самир и отец помогли повелителю раскрыть предательство, целью которого являлось убить меня, а еще навредить отношениям Самира, Миранта и повелителя, тем самым ослабить императора. Вся надежда оставалась на то, что Кербиас сможет спасти меня. Хотели в помощь Керу отправить Ветистана, но мой дракон отказался от такой услуги, сказал, что не нуждается больше в помощи эльфов. Его самолюбие задели основательно.
– Мама, я в порядке.
– А почему я не могу сама с тобой связаться? – я придирчиво осмотрела кристалл.
– А этот кристалл не позволяет принимать входящие сигналы, сбоит. Может из-за местности.
– Он тебя не обижает?
– Мама, он меня спас, как ты успела понять. Он мой покровитель, не думаю, что в его планы входит меня теперь обижать. На самом деле, я только сегодня пришла в себя и не знаю, как он ко мне относится. Пока что его в замке нет.
– Тебя кормят? Ты не взаперти?
– Да, меня кормят. Я в своей комнате. Все в порядке.
– Дочка, мне так жаль. Повелителя, ко всему прочему, еще и опоили. Настоящий приговор гласит о том, чтобы передать тебя покровителю и только, а по-факту ты пережила настоящий ад.
– Мамочка, что поделаешь… Что случилось, то случилось. Зато я теперь не люблю Ветиса.
– Не любишь? Совсем?
– Нет, ну да, я понимаю, что он мой брат, но не схожу с ума от мысли, что увижу его. На самом деле не горю желанием его сейчас видеть, по крайней мере, пока. У меня своя жизнь.
– Ветистан преисполнен благодарности к тебе, ведь ты своим поступком укрепила их брак с новоиспеченной женой. Да, и он очень переживает за тебя.
– Как же это? За что меня благодарить?
– Она приревновала его после того случая и теперь постоянно рядом, не позволяет ему ни с кем больше танцевать, а он счастлив. Они вместе.
– Тогда, что сказать… Жертвы оказались не напрасны, – я заметила своего покровителя, он пересек главные ворота. При виде генерала я замерла. Форма, защита на руках, груди и ногах, а еще меч, высокие сапоги и волосы, заплетенные в плотную косу. Выглядел очень круто. Но я решила не встречать его, а, отключив кристалл и оборвав разговор с мамой, отправилась по другой лестнице в сад. Знала, что он поднимется в комнату, но решила оттянуть момент нашей встречи на какое-то время. Услышала его голос.
– Кариба! – услышала я уверенный командный мужественный и очень глубокий голос. Я не знала как себя вести, сердце готово было выпрыгнуть из груди. Это так не похоже на то, что я испытывала к Ветистану. Тогда я чувствовала только боль, не знаю почему. Сердце болело, словно кинжал вонзили и проворачивали рукоять время от времени, а сейчас… Только адреналин, словно я готовилась к прыжку с обрыва водопада в диких лесах орков.
– Да, хозяин.
– Где она?
– Не знаю, вроде как в комнату поднялась. Она пришла в себя и, наверное, где-то здесь, – про себя улыбнулась. Нет, прятаться не стану. Навела порядок в саду, создала качели, такие как у нас дома. Садовые качели – диван, очень удобно. Решила оценить то, что у меня получилось, а потом услышала, как его сапоги отбивают удары. Он уверенно шел по каменистой тропинке прямиком ко мне. Не переоделся, немного разъярен, но пусть так, посмотрим.
Приблизился, окинул меня внимательным взглядом, потом посмотрел на цветы и качели. Я старалась сохранять спокойствие, осторожно поднялась с качелей и вздохнула так, словно наслаждалась свежим воздухом.
– Жасмин, добрый вечер, – сказал он очень осторожно. Боялся напугать.
– Привет. Тяжелый день? – я посмотрела на него и решила сориентировать беседу на его персоне. А то я знаю этих покровителей, сейчас начнет вопросы задавать.
В нашей академии учились Серебристые драконы, они весьма галантные кавалеры, но не очень любят говорить о себе. Кривятся, словно я не вопросы задаю, а лимон им съесть предлагаю. Не любят они про себя и о себе. Хотела ли я еще сильнее разозлить Кербиаса? Нет. Просто решила немного поэкспериментировать и очень вежливо поговорить с ним так, как с ним никогда еще девушки не разговаривали.
– У меня? – словно ослышался, переспросил Керби. Небеса, он едва улыбнулся. Улыбка вышла очаровательная, словно солнышко осветило все вокруг. Уверенно шагнула к нему ближе.
– Ну не у меня же. Я тут в замке, вообще ничем не занимаюсь, и у меня день как на лучшем загородном курорте. Конечно, у тебя, – коснулась его руки ладонями, и ощутила, насколько у него теплая кожа. Нет, не теплая, горячая, словно его лихорадило. Но это не так. У Катриэля тоже кожа, словно огнем горела, но не всегда. Он родился полукровкой, а Кер чистокровный дракон.
– Жасмин, день как день, все в порядке. Ты нормально себя чувствуешь? – это похоже на дуэль. Снова вопрос прилетел от него.
– Просто отлично. Кер…биас. Ужинать будешь?
– Ужинать? Конечно. А ты составишь мне компанию? Рад, что мы перешли на «ты», это нас как-то сблизит.
– Ну конечно, идем, – я не отпустила его руки, а он не очень-то этого и хотел. Его пальцы взяли мою руку удобнее, и я шагнула за ним в сторону замка.