Повелитель теней. Том 4

Она уселась на лавочку и подтянула колени к груди. Незаметно для себя Кристина задремала и проснулась от звука поворачиваемого замка. Хлопнула слишком резко открытая дверь, и в камеру вошли трое мужчин. Все они были в чёрных масках. Кристина отпрянула к противоположной стене, на что мужчины расхохотались. Один из них потянулся к ремню на брюках – и всё это без единого слова. Сердце Кристины билось в горле, она попыталась закричать, но с ужасом поняла, что на неё наложили заклинание безмолвия. В отчаянном порыве она вскочила и сжала кулаки – очевидно, что они победят, но Кристина не собиралась сдаваться без боя.

– Какая воинственная цыпочка, – это были первые слова, сказанные в этой камере одним из мужчин. И его последние слова в жизни. Потому что с потолка сорвалось пять чёрных пятен – они двигались быстро, но Кристина смогла рассмотреть их очертания. Монстры! Это точно были монстры. Дикобразная Пантера, Паучья Горилла, Королевская Анаконда, Зубастая Жаба и… улитка? Пантера прыгнула на мужиков и сшибла их с ног. Горилла яростно взревела, ударила себя несколько раз в грудь, а потом со всей силы опустила кулаки на череп одного из насильников. Вторым занялась Анаконда – она медленно проглатывала его, не обращая внимания на сопротивление. Ну а с третьим расправилась улитка – она растворила его заживо, как в кислоте.

Тень в виде Зубастой Жабы прыгнула к Кристине и ласково ткнулась лбом в её колено.

– Ква, – проговорила она. Кристина с осторожностью погладила её по круглой башке и услышала ещё одно благодарное: – Ква.

В камере остался труп только одного мужчины – того, кому Горилла размозжила голову. Тень Пантеры схватила его зубами за ботинки и потащила на выход из участка – к стойке регистрации. Моментально поднялась суматоха. Кто-то громко матерился, кто-то – испуганно кричал. Спустя пару минут к камере Кристины подбежал знакомый майор – именно он её арестовал. Его лицо перекосило от злости, он попытался войти внутрь, но перед ним встала Горилла – она схватила его за горло, подняла и швырнула через всю комнату, подальше от камеры.

– Чего вы стоите?! – проорал майор. – Взять её! Немедленно!

Но никто не спешил выполнить приказ – перед камерой уселось пять Теней, которые выжидательно наблюдали за каждым человеком, находящимся в помещении. Сколько бы ни вопил майор, его подчинённые так и не решились приблизиться к камере. Очень скоро все разошлись, и Кристину больше никто не тревожил – вечером ей даже снова удалось заснуть под тихое кваканье Жабы.

***

В другой ситуации я бы поберёг ресурсы и действовал постепенно – так сказать, брал бы не количеством, а качеством. Но сейчас мне нужны были быстрые результаты – и чтобы без сучка и задоринки. Поэтому я направился к Виктору Викторовичу – требовать своё желание по востребованию. Я нашёл его в ректорате, он разговаривал с юристом Академии. Увидев меня, директор извинился перед юристом, взял меня под локоть и вывел в коридор.

– Что такое, Ломоносов? – устало спросил он. – Мы с Алексеем Николаевичем как раз обсуждали, как…

– Желание по востребованию, – перебил я его. – И моё желание – любыми средствами освободите Кристину. Законно. Чтобы ей не пришлось уезжать и прятаться, чтобы он смогла вернуться в Академию и благополучно её закончить. Я оплачу все издержки, просто напишите мне, если потребуются деньги.

– С тобой всё в порядке? – Виктор Викторович внимательно в меня вгляделся.

– Желание, – настойчиво повторил я.

Он поджал губы, немного помолчал, но всё-таки ответил:

– Хорошо. Я его выполню.

Отлично. Развернувшись, я пошёл в общежитие – мне нужно кое-кому позвонить, и лучше сделать это в тишине своей комнаты.

ГЛАВА 6

– Добрый вечер, Марк, – поприветствовал меня князь Прусский, когда секретарь передал ему трубку. – Звонишь, чтобы осведомиться о моём здоровье, или по деловому вопросу?

– Здравствуйте, дядюшка, – с лёгкой иронией протянул я, немного помолчал, собираясь с мыслями, и спросил: – Помните, когда я звонил вам в прошлый раз, вы сказали, что поможете мне только в одном случае? – князь Прусский вздохнул и начал что-то говорить, но я не стал слушать. Перебил его на полуслове и продолжил: – Возможно, вы выразились не так прямо, но смысл был тот же. Вы сказали, что поможете мне, только когда я добьюсь чего-то значимого. Когда меня будут знать не просто как последнего из Рода Ломоносовых. В тот момент ваше требование мне показалось разумным. И логичным. Но сейчас… Вынужден сообщить, что условия изменились.

– Да неужели? – хмыкнул Прусский.

– Именно, – твёрдо произнёс я. Основная загвоздка заключалась в том, что о своих достижениях я не мог похвастаться в приличном обществе. Незаконное посещение Данжей, быстрое несанкционированное магическое развитие, связи с преступной группировкой, монстры и Тени, которые мне прислуживают, – не в моих интересах об этом распространяться. Так что мой план состоял в другом. Я собирался получить расположение князя Прусского с помощью подкупа, шантажа и красивых обещаний. В общем, решить вопрос как матёрый дипломат.

Я специально выдержал многозначительную паузу, чтобы князь не утерпел и потребовал:

– Выкладывай, племянничек. Если заинтересуешь, то, так уж и быть, я прощу твою наглость.

– Я собираюсь восстановить свой Род и поднять его на вершины, с которых он рухнул. И сейчас я присматриваю себе соратников, которые будут вместе со мной почивать на лаврах. Завтра я преодолею первую ступень к этой вершине. И хочу, чтобы вы поняли, я преодолею её в любом случае, с вами или без вас.

– Ты ставишь мне ультиматум?

– Нет, делаю вам предложение, потому что, на мой взгляд, вы – достойный человек. Зачем мне соратники, которые придут на всё готовое? А как же вода, огонь и медные трубы? – ровным голосом ответил я, с трудом сдерживая эмоции. Честолюбие, дерзость и хладнокровие – эти качества должны были подкупить князя Прусского. Я обязан идеально сыграть свою роль. – Я слышал, что вы торгуете с Родом Нахимовых. Закупаете у них ингредиенты для лекарственных зелий, верно? Смехотворно. Нахимовы ведь тоже производят лекарственные зелья. Но их продукция устарела, из-за чего им приходится барыжить ингредиентами для собственных конкурентов. Однако благодаря грамотной рекламе они всё равно отбивают у вас долю покупателей. Бессмысленное и раздражающее соперничество… А ведь как бы было прекрасно, если бы все заводы Нахимовых перешли под ваше руководство!

– Невозможно, – отрезал князь Прусский. – Мои заводы остановятся без их сырья. К сожалению, Зелёная Кислица растёт только на юге Российской Империи, в Пруссии её не достать. Это замкнутый круг. Если я разорву контракт с Родом Нахимовых, они пострадают, но некритично. А вот моё производство заглохнет. Так что в этой схеме я нахожусь в зависимом положении. Как только Нахимовы восстановят бизнес и им больше не будут так сильно нужны деньги, я останусь без сырья. Мои лаборатории сейчас активно проводят исследования, чтобы найти аналоги на замену.

В том, что он говорил об этом настолько откровенно, не было ничего удивительного – эта информация лежала на поверхности. Конечно, в открытую её никто не обсуждал, но в кулуарах – за милую душу. Нахимовы пытались удержать свой бизнес на плаву любыми средствами – кое-где им приходилось, сцепив зубы, помогать конкурентам.

– Да, всё правильно, – усмехнулся я. – Если от сотрудничества с ними откажетесь только вы, то это фактически ничего не изменит. Но если вас поддержит князь Карпов и граф Пожарский…

– Едва ли они пойдут на прямой конфликт с Нахимовыми, – цокнул языком князь Прусский. – Марк, ты рисуешь красивую картинку, но фактически – это пазл из тысячи деталей, которые не складываются.

– Сегодня ночью взлетит на воздух крупнейший завод Нахимовых – единственный, который приносил им большую прибыль, – сообщил я. – Сорока на хвосте принесла, что завтра они должны были отправить огромную партию чистящих средств в Москву, в крупную сеть магазинов. Какая жалость, что эта партия взорвётся вместе с заводом… Ещё более печально, что Нахимовы поскупились на страховку. Им придётся оплатить все издержки и штрафы. Но на этом их несчастья не закончатся. Через пару часов неизвестные бандиты ворвутся в лаборатории Нахимовых и уничтожат все исследования и наработки. Однако кое-что просто чудом сохранится… Поплывёт слушок, что Нахимовы промышляли наркотическими веществами, и сразу после этого с ними расторгнут сотрудничество Пожарский и Карпов. Я был бы признателен, если бы вы к ним присоединились.

Повисла тишина. Через десяток секунд князь Прусский откашлялся и произнёс:

– А вы умеете удивлять, юноша, – от волнения у него появился немецкий акцент. – Но всё же смею уточнить… Как ваша признательность позволит мне завладеть заводами Нахимовых?

– Не всеми заводами, – уточнил я. – Тридцатью процентами, и не навсегда, а на двадцать лет аренды. Разумеется, по смехотворной и чисто символической цене – например, копейка в год. Пусть эта копейка станет символом нашего плодотворного сотрудничества. А как это произойдёт… Пусть это останется моим секретом.

– Мне нужно подумать, – хриплым голосом проговорил князь и громко сглотнул.

– Времени нет. Я не люблю разрушать, но, если вы откажетесь, мне придётся… – я постучал пальцами по столу, слепо уставившись в стену. – Мне придётся сделать всё, чтобы ваши договорённости с Нахимовыми потеряли силу. Сердце кровью обливается, когда я представляю, как прекрасные теплицы с Зелёной Кислицой сгорают дотла… Что уж говорить о садах с Золотыми Яблонями? Просто представьте, какая катастрофа случится, если какой-нибудь безумец отравит пруды с Жабьими Лилиями? От такого ужасного исхода проиграют все. Но вы мне нравитесь, и поэтому я предлагаю вам выигрышную стратегию. Просто представьте – тридцать заводов Нахимовых! Они невероятно усилят ваш Род. К тому же к вам будет не подкопаться – производство наркотических веществ испортит репутацию Нахимовых. На вашем месте, любой побыстрее бы от них открестился.

– Хорошо. Я согласен, – после секундной заминки сказал Прусский. – Буду ждать новостей.

– Погодите, – окликнул я его. – У меня одна просьба. Когда глава Рода Нахимовых спросит вас, почему вы шлёте его куда подальше, намекните ему, что в этом замешан я.

– Ладно, – вздохнул Прусский и добавил: – Ломоносов, ты странный.

Мы попрощались, и я положил трубку. Уф, договориться с ним было самым сложным заданием из тех, что я перед собой поставил. С Карповым всё разрешилось легко: старый князь был тем ещё авантюристом. Он, собственно, так и сказал: “Ломоносов, мальчик мой, я за любой кипиш, кроме голодовки!” Плюс, как оказалось, он недолюбливал Нахимовых, но скрывал это – в обществе аристократов было принято улыбаться там, где хотелось плюнуть человеку в лицо. Да и что уж таить – Карпов также был хитрым бизнесменом и не любил терять прибыль. В качестве оплаты ему я тоже пообещал тридцать процентов заводов Нахимовых. С одной стороны, это была большая доля, но с другой… заводы Нахимовых производили неконкурентоспособную ерунду. Было необходимо разработать новую продукцию, закупить под неё оборудование, наладить производство – а это дорого и непросто.

Пожарский же согласился помочь мне, потому что я спас Машу. Мне не пришлось упоминать желание по востребованию. Он даже не выслушал мои доводы и аргументы, словно ему было всё равно, какие последствия может повлечь его решение. Хотя… Наверное, так и было. Граф Пожарский – небожитель среди аристократии. Он может пройтись по Москве абсолютно голым, и остальные аристократы будут старательно притворяться, что на самом деле он одет в великолепный дорого-богатый костюм. Как в сказке про голого короля.

В общем, с Пожарским и Карповым я уже всё уладил. Как и Прусского, я попросил их оставить Нахимовым на меня прямую наводку. За всеми тремя я отправил следить Тени – в таком деле паранойя может сыграть на руку и уберечь от предательства.

Я посмотрел на часы, набрал номер Миши, сына Гавроша, и поднёс телефон к уху.

– Алло? – Миша поднял трубку после первого же гудка.

– Как дела? – поинтересовался я.

– Всё в силе, – отрапортовал он. – Две боевые группы собраны, взрывчатка заложена, порталы настроены. Мы потратили больше половины суммы, которую ты выделил. Но думаю, что в бюджет уместимся, докидывать не надо. Сейчас вот прогоним операцию ещё раз, чтобы от зубов отскакивал порядок действий, и будем готовиться к выезду, до назначенного часу посидим на месте, в засаде. Андрей поедет на завод, а я – в лабораторию. Слушай… – он замялся. – Я всю дурь с района выкупил и аппараты надыбал, мне можно хоть сейчас самому варить это адское зелье. Бабок потратил больше, чем на взрывчатку. Не понимаю – зачем? Мало им, что ли, будет взорванного к лешему завода?

– Это личное, – ответил я и злорадно ухмыльнулся. Репутацию Нахимовых можно было растоптать в пыль различными способами, но я решил сделать их в глазах общественности наркобаронами, потому что Кристину посадили в тюрьму именно по обвинению в создании и распространении запрещённых веществ. Кто с мечом к нам придёт, от меча и погибнет. Я делал всё одновременно и нарочито демонстративно, и осторожно – так, чтобы ни у кого не осталось сомнений, кто стоит за диверсией. Но также, чтобы мою причастность невозможно было доказать.

– Понял, понял, – фыркнул Миша. – В двенадцать часов ждём тебя в гаражах. Ты уже решил, с кем поедешь?

– С тобой, в лабораторию. Я на связи, если что-то понадобится, звони.

– Договорились, босс, – хекнул Миша, и в трубке раздались длинные гудки.

Я вытянулся на кровати и прикрыл глаза. До полуночи оставалось четыре часа. Самое время немного отдохнуть…

***

Час спустя, Москва, особняк Нахимовых, кабинет главы Рода Нахимовых.

Даниил Денисович вот уже тридцать лет возглавлял Род Нахимовых. Под его руководством Род расцвёл и возвысился – стал близок к Императору, создал бизнес, который приносил стабильный доход. Со дна аристократии Нахимовы поднялись на вершину. Правда, со временем Даниил Денисович расслабился – ему захотелось отдохнуть, насладиться честно заработанным наследством. И он, как мудрый отец, поручил вести бизнес своим сыновьям – они были умными парнями, целеустремлёнными и решительными. Первые несколько лет всё шло хорошо, и Даниил Денисович окончательно ослабил контроль – он отстранился от бизнеса и погрузился в светские дела. Однако он переоценил своих сыновей. К несчастью, они оказались не из тех, кто приумножает богатство предков, а из тех, кто пользуется готовеньким.

Они тратили всю прибыль на развлечения и красивую жизнь, тогда как Даниилу Денисовичу говорили, что ведут разработки, вкладываются в акции других компаний, проводят перспективные исследования и спонсируют знаменитых магов-учёных. Конечно, он требовал отчётность, но его сыновья были умными парнями… целеустремлёнными и решительными. Они научились подделывать документы. Надо отдать им должное – они никогда не перегибали палку и следили, чтобы Род не обанкротился. Даниил Денисович мог бы никогда об этом и не узнать, если бы его конкуренты не разработали совершенно новые и уникальные зелья, которые произвели фурор на рынке. Прибыль Рода начала стремительно уменьшаться, и правда всплыла наружу.

Даниил Денисович рвал и метал. Младшего сына он отправил в Сибирь – следить за добычей торфа и железных руд. Среднего насильно женил на страшной девице из Рода Жуглиных – глава Жуглиных давал большое приданое тому, кто позарится на его сокровище. А вот старший сын, Дмитрий, обвёл Даниила Денисовича вокруг пальца – быстро переобулся в воздухе и переквалифицировался из повесы-аристократа в охотника на монстров. Эта профессия очень ценилась, и её представителей защищало государство. Даниил Денисович смирил гнев и сделал вид, что великодушно простил старшенького – а если бы заартачился, мог бы навлечь на себя гнев самого Императора.

Сейчас Даниил Денисович исправлял ошибки своих сыновей, но, откровенно говоря, это получалось у него из рук вон плохо. К тому же Дмитрий опять влез в какую-то неприятную историю… Даниил Денисович засомневался, того ли сына он сослал в Сибирь?

В дверь постучали.

– Войдите, – каркнул Даниил Денисович, откашлялся, прочищая горло, и повторил ещё раз, более чётко: – Войдите!

В кабинет проскользнул слуга, низко поклонился и протараторил:

– В участке, к которому прикреплён ваш сын, произошло нечто странное, – он запнулся, подбирая слова. – Там кого-то убили. Точно неизвестно – кого именно. Говорят, что убийцы – какие-то монстры, которые охраняют девчонку.

– Девчонку? Это та, что…

– Верно, господин. Кристина Безликая, подруга Марка Ломоносова, под которого копал ваш сын последние две недели, – услужливо закончил слуга. – Смею заметить, что после того, как Дмитрий организовал нападение на клуб “Танцевальное наслаждение” и бандитский ломбард, за Родом начали следить. Слуги не раз докладывали о странных ощущениях… Но вы же понимаете, господин, странные ощущения – это простая мнительность, а не доказательства. Однако после ареста девчонки слуги заметили подозрительных людей. Я приказал охране отследить этих таинственных шпионов, только вот… они исчезали. Вероятнее всего – использовали сильные скрывающие артефакты. Также была замечена странная активность вокруг нескольких наших заводов и лаборатории.

Даниил Денисович потянулся, налил в стакан воды, сделал несколько глотков и сказал:

– Ломоносов – ошибочный след. Студент, без сильного Рода, почти бедняк. Скрывающие артефакты стоят дорого, да и где бы он взял столько людей для слежки? Нет, причину стоит поискать в другом месте. Например, среди Ронинов или бандитов. Дмитрий подложил им здоровенную и вонючую свинью. Правда, я всё-таки надеюсь, что у него хватило ума замести следы. Так, – он хлопнул ладонями по столу и поднялся. – Прикажи усилить охрану на всех объектах и купи дополнительные защитные артефакты. Лучше бы, конечно, нанять сильных магов…

– У нас нет на это денег, – грустно покачал головой слуга. – Простите, господин.

– Ничего страшного, – отмахнулся Даниил Денисович. – Чёрная полоса скоро закончится. Должна закончиться.

И он действительно хотел в это верить.

***

То же время, Императорский Дворец, личные покои Императора.

– Угощайся, – Император кивнул на блюдо с фруктами.

– Благодарю, я не голоден, – начальник охраны отступил, скрестив руки за спиной.

– Когда-нибудь ты сдашься, Евгений, – шутливо пригрозил Император. – Я заставлю тебя что-нибудь съесть.

– Увольте, я ненавижу траву, – хмыкнул Евгений. Он был с Императором на короткой ноге и мог позволить себе разговаривать с ним как с другом, а не командиром. Но сегодня настроение не располагало к дружественной беседе. Евгений принёс серьёзные и тревожные новости. Он поморщился, потёр виски, пытаясь унять головную боль, и сказал: – Что-то назревает. Этот мальчишка, последний из Ломоносовых, мутит воду. Разведка донесла, что он подговорил Пожарских, Прусских и Карповых объединиться против Нахимовых. Это попахивает войной Родов. А если остальные об этом пронюхают… – он мученически простонал. – Нет, самое страшное – если у Ломоносова всё получится. Нахимовых растерзают в клочья!

Император закинул в рот виноградину, прожевал и усмехнулся:

– Не растерзают. Психотроники принесли мне одно интересное предсказание… – он повернулся к Евгению и улыбнулся. – В каждом лесу должны быть волки. Они санитары леса. Не мешайте Ломоносову. Он поработает нашим личным санитаром.

ГЛАВА 7

Кабинет начальника Краснодарского подразделения “СиДР”.

В комнате находились двое – мужчины средних лет расположились на неудобных казёных стульях для посетителей и, отодвинув документы на столе хозяина этого кабинета, играли в картишки. Им было позволительно – тогда как остальных за такую наглость сразу бы упекли за решётку. Начальник Краснодарского подразделения “СиДР”, Александр Ерёмин, был очень строг. А ещё он был трудоголиком – вот и сейчас застрял в архиве, перебирая бумажки, пока его друзья уже вовсю расслаблялись после тяжёлого трудового дня. Один из мужчин – остроносый, как крыса, – покачал головой и скинул карты.

– Пас, – с недовольством произнёс он и зыркнул на своего оппонента. – Какой ты всё-таки везунчик. Сколько раз я зарекался играть с тобой в покер?

– Много, невероятно много раз, – усмехнулся его товарищ, сутулый старик с толстенной золотой цепью на шее. – Но ты всё равно не теряешь надежды меня обыграть.

– Упорства мне не занимать, – с потаённой гордостью ответил Крыса, встал и направился в угол комнаты, где за большим цветком скрывался потайной бар. Он немного повозился с защёлкой, открыл дверцу, выполненную под цвет стенной панели, и достал бутылку водки. – Нет, Сашка мы так не дождёмся – уснём от скуки! Ну, или я тебя раскушу и пристрелю за мухлёж. Твою хитрую рожу сложно выдержать на трезвую голову!

– Это в тебе говорит жадность. Всего четыреста рублей проиграл, а готов на дуэль меня вызвать! – с осуждением покачал головой Сутулый. Он тоже поднялся, вытащил из шкафа три стопки, сполоснул их в раковине и протянул Крысе. – Наливай! Если к шестой рюмке Сашка не появится, пойдём его эвакуировать из архива.

– Его эвакуируешь, как же… – проворчал Крыса. – Он нам нотации такие зачитает, что не в сказке сказать, ни пером описать. У него ни жены, ни любовницы нет, потому что он с работой трахается!

– Будем! – проигнорировав его тираду, поднял стопку Сутулый и выпил её залпом. Ухнул, зажмурился и уткнулся носом в рукав. – Хор-р-р-р-рошо-о-о-о-о-о! Давно так хорошо не было. Вот как жена закодировала у грёбаного шамана, так и не было… – он подмигнул Крысе. – В Изнанку эту женитьбу! Правильно Сашка делает, что не женится. Кстати, когда там доставка привезут? Уже минут пятьдесят прошло, а от них ни слуху, ни духу.

Крыса собрал карты, хорошенько их перемешал и задумчиво уставился на синие узорчатые “рубашки”. Сутулый наблюдал за ним с лёгкой ухмылкой, словно заранее знал, чем закончится его внутренняя борьба. Наконец, взмахнув рукой – мол, была не была! – Крыса начал раздавать карты и выпалил:

– Ну уж нет, старый ты прощелыга! Сегодня-то я тебя всё-таки уделаю!

За одной партейкой последовала вторая, а за второй – третья. Щедрым ручьём лилась водка, скоро приехала доставка – в общем, Крыса и Сутулый позабыли о Сашке, и несколько часов пролетели для них незаметно. Когда же хозяин кабинета всё-таки решил покинуть архив и присоединиться к друзьям, те уже влили такое количество алкоголя, которое бы легко свалило с ног буйвола. Но Крыса и Сутулый были магами шестого ранга, а это означало, что их организм значительно усилился по сравнению с обычными людьми. Чтобы хотя бы слегка опьянеть, им требовалось несколько бутылок сорокоградусного алкоголя. Так что сейчас язык у них самую малость заплетался, но в глазах ещё не двоилось.

– Мда, вот они – минусы бытия магом, – пробормотал Крыса, с тоской заглянув на дно пустой бутылки водки – двенадцатой, между прочим! – и отставив её в сторону. – На алкашке можно разориться!

– Такое банкротство я одобряю! – гаркнул Сутулый и шарахнул по столу кулаком. – Музыку! Чего это мы в тишине сидим?!

– Тихо, музыканты, – строго бросил Сашка, который последние несколько минут стоял в дверном проёме и наблюдал за друзьями. В руках он держал стопку документов. С сожалением их отложив на книжную полку, он подошёл к столу, взял третью рюмку, наполнил её водкой и отпил половину. С упрёком он уставился на жирные коробки с пиццей, стоящие на бумагах, но промолчал – выбрал мясную пиццу и впился зубами в приглянувшийся кусок. Еда давным-давно остыла, но Сашка не ел с самого утра, так что для него сейчас и кусок чёрствого хлеба был бы вкуснейшим блюдом.

– Освободился! Ура! – пропел Крыса и с радостью хлопнул Сашку по плечу. – Моргни три раза, если пропылённые картонки взяли тебя в заложники!