Азбука спасения. Том 6
- -
- 100%
- +
Итак, Бог Слово, желая обновить то, что было создано по образу Его, стал человеком. А что – сотворенное по образу, если не ум? Ужели, пренебрегши лучшим, Он воспринял худшее? Ибо ум занимает как бы посредствующее положение между Богом и плотью: между плотью, как соединенный с нею, и Богом, как образ Его. Итак, ум соединяется с умом и служит посредством между чистотою Божества и грубостью плоти. Ибо если бы Господь воспринял душу, лишенную разума, то он воспринял бы душу несмысленного животного.
Если же евангелист сказал, чтото должно знать, что в Святом Писании человек иногда называется душею, например:иногда же он называется плотью, например: Итак, Господь стал не плотью неодушевленною и лишенною разума, но – человеком. Действительно, Он Сам говорит: – человека, Итак, Он воспринял плоть, оживленную душею смыслящею и разумною, которая управляла плотью, сама же была управляема Божеством Слова. Слово соделалось плотью (Ин.1:14), в числе семидесяти пяти душ вошел Иаков во Египет (Быт.46:27; Деян.7:14); узрит всяка, плоть спасение Божие (Ис.40:5, Лк.7:6). что Мя биеши (Ин.18:23) иже истину вам глаголах (Ин. 8:40).
Итак, Он естественно имел способность хотения и как Бог, и как человек, впрочем, человеческое Его хотение следовало и подчинялось Божескому Его хотению, будучи приводимо в движение не собственным распоряжением, но желая того, чего хотела Божеская Его воля. Когда попускала Божеская воля, тогда человеческая воля естественно испытывала то, что свойственно ей. Так, когда человеческая Его воля отрицалась смерти, и Божеская Его воля соизволяла на сие и попускала, – тогда Господь естественно молил об отвращении смерти и находился в борении и страхе. Когда Божеская воля Его хотела, чтобы человеческая Его воля избрала смерть, тогда страдание соделалось для нее добровольным, ибо Он добровольно предал Себя на смерть, не только как Бог, но и как человек. Этим Он и нам даровал неустрашимость против смерти. Так, пред спасительным Своим страданием Он говорит: Отче, аще возможно есть, да мимо идет от Мене чаша сия (Мф.26:39).
Очевидно, Он должен был пить чашу как человек, ибо не мог пить ее как Бог. Посему, как человек, хочет, чтобы миновала Его чаша. Это были слова естественной боязни. то есть поскольку Я – иной сущности, по сравнению с Тобой, но Твоя, то есть Моя и Твоя, поскольку Я – по природе Тебе единосущен. Это, напротив, слова мужества. Ибо душа Господа, как соделавшегося, по благоволению Своему, истинным человеком, испытав сначала естественную немощь, по чувству, возникшему при разлучении с земною жизнью и испытав естественное сострадание к телу, – потом, укрепленная Божественною волею, мужественно решается на смерть. Так как Господь – Тот же Самый – был совершенным Богом, вместе со Своим человечеством – и совершенным человеком, вместе со Своим Божеством, – то Сам Он, как человек, в Себе Самом и через Себя Самого подчинил все человеческое Богу Отцу и соделался послушным Отцу, подавая нам в Самом Себе наилучший образец и пример. Обаче не Моя воля да будет (Лк.22:42),
Но Божескою и человеческою волею хотел Он свободно. Ибо свободная воля, несомненно, врожденна всякой мыслящей природе. Ибо к чему она имела бы и способность мышления, если бы не свободно мыслила? Творец и бессловесным животным вложил природное влечение, принудительно побуждающее их стремиться к благосостоянию их собственной природы. Не обладая разумом, они не могут управлять природным влечением, но сами управляются им. Почему, вместе с тем, как произошло влечение, тотчас же возникает и стремление к соответствующему действованию, – ибо животные не пользуются ни беседой, ни совещанием, ни рассмотрением, ни суждением. Потому их не хвалят и не ублажают, как поступающих добродетельно, а равно и не наказывают, как совершающих зло. А мыслящее существо хотя также имеет возбуждающееся природное влечение, однако в сохраняющих то, что согласно с природой, это влечение управляется и упорядочивается рассудком. Ибо преимущество разума и составляет свободная воля, которую мы называем естественным движением в мыслящем существе. Поэтому, когда оно следует добродетели, его хвалят и ублажают, а когда оно следуют пороку, его наказывают.
Отсюда, душа Господа хотела, свободно приводимая в движение, но свободно хотела именно того, чего Божеская Его воля желала, чтобы она хотела. Ибо не мановением только Слова движима была плоть, ведь Моисей и все святые движимы были мановением Божиим. Но единый Господь – Тот же Самый, – будучи вместе Богом и человеком, хотел по Божеской и по человеческой воле. Поэтому две воли Господа различались одна от другой не настроением, но скорее природою той и другой. Ибо Божеская Его воля была и безначальна и имела силу совершать все, будучи сопровождаема могуществом, и была бесстрастна. Человеческая же Его воля и начало свое получила с известного времени, и сама претерпела естественные и непорочные страсти и естественно не была всемогуща, но, как сделавшаяся истинно и по природе волею Бога Слова, стала и всемогуща.
О богомужном действовании
Блаженный Дионисий, выразившись, что Христос в Своей жизни явил нам некоторое новое богомужное действование, говорит об одном действовании, составившемся из человеческого и Божеского, не отрицая в Нем двух естественных действований. Ибо в таком случае мы могли бы говорить и об одном новом естестве, составившемся из Божеского и человеческого, так как – в чем действование одно, в том и сущность одна, по учению святых отцов. Но (Дионисий выразился так), желая показать новый и неизъяснимый образ проявления естественных действований Христовых, соответственно неизъяснимому образу взаимного проникновения естеств во Христе, также желая показать необыкновенный чудный и естеству существ неведомый способ Его человеческой жизни, а равно образ взаимного сообщения свойств, соответственно неизреченному соединению естеств. Не говорим, что во Христе действования раздельны, и что естества действуют отдельно одно от другого, но утверждаем, что каждое из них совокупно с другим, с участием другого совершает свойственное ему.
Ибо и то, что свойственно человеку, Иисус Христос совершал не так, как обычно совершает человек, так как Он был не простой человек, равно и свойственное Богу совершал не так, как Бог только, потому что был не просто Бог, но – вместе Бог и человек. Ибо, как в отношении естества мы признаем и соединение, и природное различие, точно также – и в отношении естественных воль и действований.
Итак, должно знать, что в отношении к Господу нашему Иисусу Христу иногда мы говорим как о двух естествах, а иногда – как об одном лице, но, то и другое возводится, собственно, к одному понятию. Ибо два естества – один Христос, и один Христос – два естества. Посему, все равно, сказать ли: Христос действует по каждому из Своих естеств – или сказать: каждое естество во Христе действует с участием другого. Итак, Божеское естество принимает участие в действиях плоти, потому что, по благоволению Божественной воли, плоти позволялось страдать и совершать то, что ей свойственно, а также потому, что действование плоти, несомненно, было спасительно, – что свойственно не человеческому действованию, но Божескому. Плоть же принимает участие в действиях Божества Слова, потому что Божеские действования совершались посредством тела, как бы посредством орудия, а также и потому, что Один был Тот, Кто действовал, и так, как свойственно Богу, и вместе так, как свойственно человеку.
Должно еще знать, что святой ум Христов и естественные свои действия совершает, мысля и разумея, что он есть ум Божий, и что ему поклоняется вся тварь, и вместе памятуя Свое пребывание и страдания на земле. В действовании Божества Слова, в Его устроении и управлении всем, ум Христов принимает участие, мысля и разумея, и устраняя не как обычный ум человека, но как ипостасно соединенный с Богом и получивший наименование ума Божия.
Итак, богомужное действование означает то, что, так как Бог соделался мужем, то есть вочеловечился, то и человеческое Его действование было Божественным, то есть обожествленным, и не лишенным участия в Божеском Его действовании. Равным образом и Божеское Его действование не было лишено участия в человеческом Его действовании, но каждое из обоих действований созерцалось вместе с другим. Называется же этот образ речи περιφρασις, – когда кто одним словом обнимает два какие-нибудь понятия. В самом деле, как в раскаленном мече жжение, сопровождаемое сечением, а равно и сечение, сопровождаемое жжением, мы хотя и называем одним действованием, – тем не менее утверждаем, что одно действование – сечение, а другое – жжение, и первое принадлежит одному, а второе – другому естеству, а именно: жжение – огню, а сечение – железу; подобно этому, и называя богомужное действование Христа единым, мы разумеем два действования двух Его естеств: одно действие – Божеское, принадлежащее Его Божеству, а другое – человеческое, принадлжащее Его человечеству.
БОГОМЫСЛИЕ
Богомыслие – есть углубленное размышление о Домостроительстве спасения, или вообще, или о каком-либо одном предмете, входящем в состав его. Святитель Феофан Затворник
Преподобный Исаак Сирин
Блажен, у кого помышление всегда о Боге, кто удержался от всего мирского и с Ним одним пребывал в беседе ведения своего.
Авва Исайя
Бога имей пред очами во всяком деле, какое бы ты ни делал.
Преподобный Ефрем Сирин
Когда самый ум и душевное расположение всегда заняты мышлением о Боге и стремлением к Нему и представлениями в памяти всего прекрасного… тогда в сообразность любви Божией человек всегда получает совершеннейший успех.
Святитель Григорий Богослов
И язык, и ум непрестанно упражняй в Божиих словесах! А Бог, в награду за труды, дает или видеть сколько-нибудь сокровенный в них смысл, или, что еще лучше, приходить в сокрушение при чтении великих заповедей чистого Бога, или, в-третьих, таковыми занятиями отводит Он мысль твою от земного.
Блаженный Диадох Фотикийский
Чтоб ум мог носить неизменным вид богомыслия
Когда душа возмущается гневом, или отягчается многоядением, или сильною печалью омрачается, тогда ум не может держать памятования о Боге, хотя бы и понуждаем был к тому как-нибудь. Ибо весь, будучи омрачен лютостью сих страстей, бывает он тогда совершенно чужд собственного чувства, почему желание не имеет где наложить свою печать, чтоб через то ум мог носить незабвенным и неизменным вид богомыслия, так как тогда память его огрубевает по причине суровости страстей. – Когда же она бывает свободна от таких возмущений, тогда, если иногда и успеет забвение на мгновение украсть мысль о возлюбленном Господе, ум, восприяв свою энергию и живость, тотчас опять с жаром емлется за многовожделенную оную и спасительную ловитву, ибо тогда сама благодать и сбогомысльствует душе и совзывает: Господи Иисусе Христе!
Феолипт, митрополит Филадельфийский
Созерцание Бога
Памятование о Боге есть созерцание Бога, Который влечет к себе зрение и устремление ума, и светом Своим озаряет его. Шествуя мысленным путем, повторяй слова молитвы и беседуй к Господу, непрестанно вопия и не унывая: неотступно молись, подражая бесстудию вдовицы, склонившей на милость неумолимого судию.
Тогда это будет означать, что ты духом ходишь, похотям плотским не внимаешь и мирскими помыслами не пресекаешь непрерывность молитвы, но бываешь храмом Божиим, в коем неразвлеченно воспевается Бог. Так проходя мысленную молитву, сподобишься ты, наконец, достигнуть непрестанного памятования о Боге, войти в недоступные сокровенности ума и в таинственных созерцаниях зреть Невидимого, един Единому уединенно служа Богу, в понятных одному тебе излияниях любви.
Преподобный Максим Исповедник
Осиявший ум свой Божественными разумениями, слово приучивший Божественными песньми непрестанно чтить Творца и чувство освятивший непорочными на все взираниями – сей к естественному добру бытия по образу приложил и благобытие по подобию произвольным благонастроением.
Святитель Игнатий (Брянчанинов)
Святые занимались богомыслием
Святые Димитрий Ростовский и Тихон Воронежский занимались богомыслием, то есть святым размышлением о вочеловечении Бога Слова, о дивном пребывании Его на земле, о страшных и спасительных Его страданиях, о преславном воскресении и вознесении на небо, также о человеке, о его назначении, о его падении, о его обновлении Искупителем, и прочих подобных глубоких тайнах христианства. Святые размышления упомянутых святителей превосходно изложены в их сочинениях. Такие размышления святой Петр Дамаскин, согласно с другими аскетическими писателями, относит к видениям духовным и в разряде этих видений дает им четвертую степень. Всякое духовное видение есть зрение известного рода таинств, являющееся в подвижнике соответственно его очищению покаянием, как это можно видеть в книге Петра Дамаскина. Покаяние имеет свою постепенность, и духовные видения имеют свою постепенность.
Тайны христианства открываются подвижнику постепенно, соответственно его духовному преуспеянию. Богомыслие, или благочестивые размышления, святителей Димитрия и Тихона служат выражением их духовного преуспеяния. Желающий упражняться в богомыслии пусть читает сочинения святителей. Такое богомыслие будет самым непогрешительным и самым душеполезным. Напротив того, богомыслие соделается самым неправильным и душевредным, если подвижник, прежде очищения покаянием, не имея точного понятия о учении христианском, позволит себе самовольное размышление, которое не может не быть ошибочным и потому не может не принести душевредных последствий и самообольщения, не может не вовлечь в пропасть гибельного заблуждения.
Святители были обучены со всею точностью и подробностью православному богословию, потом святою жизнью вознеслись на высоту христианского совершенства: богомыслие было для них естественным. Оно неестественно для подвижника, не имеющего основательных, точных познаний в богословии, не очищенного покаянием. По этой причине святыми отцами оно воспрещено для новоначальных иноков, да и вообще для всех иноков, не приготовленных к нему наукою, не достигших к нему жительством.
Святой Иоанн Лествичник говорит: «Незрима глубина догматов, и уму безмолвника не небедственно погружаться в нее. Очень опасно плавать в одежде: столько же опасно находящемуся в плену у страстей касаться богословия». Такое делается предостережение безмолвникам: известно, что к безмолвию допускаются монахи, уже преуспевшие. В древности весьма многие из монахов впадали в гибельную пропасть ереси единственно потому, что допускали себе рассматривание догматов, превышавшее их способность понимания. «Смиренномудрый монах, опять наставляет Лествичник, не позволит себе любопытного исследования тайн; гордый, напротив того, стремится испытывать и судьбы Божии». Очень верно! Желание пускаться в богомыслие не способного и не созревшего к нему есть уже внушение самомнения, есть желание безрассудное и гордое. Упражняйся в молитве, в душеназидательном чтении, и это упражнение будет упражнением в богомыслии правильном, безопасном, богоугодном.
Как чувственные глаза, исцелившись от слепоты, видят по естественному своему свойству, так и ум, очистившись от греховной болезненности, естественно, начинает видеть тайны христианства. Положись в подвиге твоем на Бога. Если нужно для тебя и для общей пользы христианства, чтоб ты был зрителем глубоких тайн и проповедником их для братии твоей, то Бог непременно подаст тебе этот дар. Если же этого не благоугодно Богу, то стремись к тому, что существенно нужно для твоего спасения и что вполне удовлетворяет требованию этой нужды твоей. Стремись к стяжанию чистой молитвы, соединенной с чувством покаяния и плача, с воспоминанием о смерти, о суде Божием, о страшных темницах адских, в которых пылает вечный огонь и присутствует вечная тьма: такая молитва, соединенная с такими воспоминаниями, есть непогрешительное, превосходное, душеполезнейшее Богомыслие.
Святитель Феофан Затворник
Богомыслие – есть углубленное размышление о Домостроительстве спасения
Первый способ обучения души частому обращению к Богу есть богомыслие, или благоговейное размышление о божественных свойствах и действиях, – размышление о благости Божией, правосудии, премудрости, всемогуществе, вездесущии, всеведении, – о творении и промышлении, об устроении спасения в Господе Иисусе Христе, – о благодати и Слове Божием, о Святых Таинствах, о Царстве Небесном. О каком из этих предметов ни стань размышлять, размышление это непременно исполнит душу благоговейным чувством к Богу: оно прямо устремляет к Богу все существо человека, и потому есть самое прямое средство к тому, чтобы приучить душу возноситься к Богу.
Для того чтобы ум держался в богомыслии – соберите несколько кратких молитвенных воззваний и твердите их с пониманием и чувством.
Представлять Христа Спасителя Распятого… или как вы проходите всю жизнь Его и молитесь Ему соответственно воспоминаниям, – ничего. Это есть спасительное богомыслие – самая естественная пища души.
Если б кто спросил: как всегда быть с Господом, можно смело отвечать: имей чувство к Господу – и будешь с Господом… А как чувство иметь? Думается, одно воспоминание о Господе уже приводит в движение чувство к Нему. Если к сему приложить помышление о том, что Он есть и что сделал и делает для нас, то не знаю, чье сердце останется не тронутым. Потому очень праведно святые отцы почитают богомыслие или созерцание свойств и действий Господа ключом молитвы… и молитвы непрестанной. Потому что от сего чувство к Богу оживает… и с Господом соединяет.
Богомыслие – есть углубленное размышление о Домостроительстве спасения, или вообще, или о каком-либо одном предмете, входящем в состав его. Как проснетесь – тотчас обозрите все – от сотворения до второго пришествия, суда и решения участи всех. – Это скоро… И держите молитву, пока уберетесь. – Потом берите один предмет и углубитесь в него, пока он обымет сердце… И в сем объятии творите потом молитву… И так весь день… перемешивайте богомыслие с молитвою.
Никодим Благовестник
Если есть вера в сердце человека, то он не может не думать о Боге и не искать Его. И чем больше он размышляет о Нем, читает Слово, слушает суждения богомудрых мужей, все более и более желает познавать Его. Он как горизонт, при приближении всегда удаляющийся от желающего достигнуть. И самое интересное, что происходит с человеком, любящим и ищущим Бога, это то, что как раз в искании и открывается Он в чистом сердце ищущего. И заповедь Божия побуждает нас к этому: Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам (Мф.6:33).
Разве возможно не любить Бога, сотворившего человека и прекрасную среду обитания – Природу.
Тот, кто истинно любит Бога, не может не думать о любимом, но все мысли его только о Нем. Когда ты оступился и пал, и оказался в темном месте, где живут изгнанные за преступление злые духи, Любовь пришла, и принесла Себя в жертву, чтобы спасти. Такова природа любви, она не может быть спокойна без любимого, непрестанно ищет Его, а когда найдет, не желает уже разлучаться с Ним…
БОГООСТАВЛЕННОСТЬ
Опытно испытавший зло начинает ненавидеть его, а поэтому опыт есть отпрыск богооставленности, сама же богооставленность есть дочь бесстрастия. Авва Евагрий Понтийский
Преподобный Ефрем Сирин
… Не Он оставил тебя, но ты отогнал Его
Если введешь его <врага> в телесный храм свой, не виновен в том Пречистый и Святой Бог. Не Он оставил тебя, но ты отогнал Его, ты ввел скверного, утратил Святого, возненавидел Царя, возлюбил мучителя, удалился от Источника жизни, прилепился к грязи, лишил себя Света, пребываешь в общении со тьмою, по лености своей предал себя врагу и скверному.
Если храм тела растлен и осквернен, то Святой и Пречистый Владыка немедленно оставляет храм, и на место снятого и небесного света входит скверный и водворяется там, а с ним входит и худое всегда неистовое вожделение.
Святитель Иоанн Златоуст
Оставление Божие есть вид промышления Его
Он <Бог> Сам никогда не отворачивается от нас, но мы удаляем себя от Него.
Как вышедший из пристани блуждает везде, и как лишившийся света часто спотыкается, так и подвергшийся забвению от Бога постоянно предается заботам, беспокойствам и скорбям.
Бог отвращает лице Свое тогда, когда мы поступаем недостойно заповедей Его.
Когда Он <Бог> отступает от нас и забывает нас, душа наша терзается, сердце скорбит, люди огорчают нас, и везде для нас утесы и стремнины. Но все это попускается с полезною целью – чтобы люди беспечные, страдая от этого, тщательнее старались возвратиться туда, откуда ниспали.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.