Порог чужого дома

– Конечно, – с пониманием кивнул Патрик и протянул руку. – Не будем задерживать вас, мистер Клевер, но будьте осторожны. В нашем районе завелся маньяк-убийца. Его целью становятся одинокие молодые женщины, но где гарантия того, что именно сегодня он не позарится на жизнь пожилого мужчины, верно?

Пожав его руку и уже развернувшись, чтобы сесть в автомобиль, я замер, на мгновение задумался, а потом снова повернулся к ним лицом и глухо спросил:

– О чём ты? Что еще за маньяк-убийца?

– Вы впервые слышите? – Патрик изумленно вскинул брови. – Весь город только об этом и говорит уже почти неделю!

– Я давно не читаю газет, не слушаю радио и не смотрю телевизор, – пробормотал я, впервые, пожалуй, сказав правду с начала нашего разговора. – Средства массовой информации убивают способность мыслить самостоятельно.

– Согласен с вами, но, всё же, другого способа узнавать последние новости пока ещё не придумали, – с пониманием вздохнул Патрик и добавил. – Так вот, за последнюю неделю бесследно исчезли уже три молодые белые женщины. Словно в землю провалились. Ходят слухи, что орудует маньяк, хотя Вероника уверена, что их похитила внеземная цивилизация.

– Я читала эту версию во вчерашней утренней газете, – защищая свою точку зрения, прощебетала Вероника заговорщицким тоном. – Мы не можем отрицать, что являемся не единственными живыми существами во Вселенной. Вполне возможно, инопланетяне существуют, и они в миллион раз разумнее и умнее нас, а мы для них словно подопытные кролики. Что вы думаете по этому поводу, мистер Клевер? Вы поддержите меня?

– Ну… – начал было я рассеянным голосом и запнулся. – Гм…

Я действительно не знал, что ответить на вопиющий бред, а кроме того, я почувствовал к этой безумной парочке самое сильное отвращение. По выражению их лиц было понятно, что эти двое находят исчезновение женщин довольно захватывающим и интересным событием, содержащим какую-то увлекательную тайну, разнообразившую их скучные жизни. Они как раз из тех, любящих сенсации, кретинов, которые уверены в том, что газеты – источник информации, а не средство для подтирания задниц фермеров Дикого Запада или примитивное приспособление для сушки промокшей обуви. Поверить не могу! В городе пропадают женщины, а этих морально нищих, бездушных ублюдков заботит лишь сенсация, а не судьбы пропавших… Эта страна обречена на вымирание, если бесследное исчезновение женщин рассматривается не как трагедия, а как форма зажигательного развлечения.

– Мистер Клевер не сможет поддержать тебя, так как знает, что инопланетян не существует, – ответил, меж тем, Патрик, видя, как я застыл с открытым ртом. – На самом деле, все гораздо прозаичнее, дорогая моя. Возможно, женщин похищают в рабство, возможно их насилуют на какой-нибудь отдаленной ферме, а потом убивают и закапывают в непроходимых лесах так, что никто никогда не найдет их тела, возможно, скармливают свиньям, кто знает… – самозабвенно распевал он таким беспечным, полным удовольствия от своей сообразительности голосом, словно сам не раз скармливал трупы свиньям и знает, как это делается. – Одно могу сказать почти наверняка: маньяк, скорее всего, чернокожий! Вы согласны со мной, мистер Клевер?

– Почему чернокожий? – взяв себя в руки и обретя способность говорить, искренне удивился я.

Чёрт возьми, что несут эти идиоты?..

– Посудите сами, – уверенно ответил Патрик. – Пропадают только белые женщины. Разве эта деталь ничего не значит? Чёрные ненавидят нас на генетическом уровне и мстят за свое прошлое всеми доступными способами, но мы сами виноваты в этом! Мы дали им слишком много прав, освободив от обязанностей, вот они и распоясались!

– Но ведь Джозеф Болл не был чёрным, – мягко возразил я. – И Генри Холмс не был чёрным…

– То совсем другое дело, – в свою очередь возразил Патрик. Проклятый ублюдок. Раньше он не смел спорить со мной. – То были больные люди с искалеченной психикой, но в нашем случае, судя по всему, мы имеем дело с умным, рациональным убийцей. Ни одной улики. Ни единой зацепки. Полиция только разводит руками. Скорей бы маньяка поймали и усадили на электрический стул.

– Надеюсь, казнь будет публичной, – потирая свои нежные ручонки, кровожадно хихикнула Вероника.

– В наше время публичные казни не практикуются, – с усмешкой отмахнулся Патрик, – хотя суд Линча был бы уроком для многих, как считаете, мистер Клевер?

– Ну…

Я опять не знал, что ответить, так как пребывал в неописуемом шоке от слов и рассуждений этих извращённых уродов. Подумать только, взрослые, прилежные люди, добропорядочные граждане, воспитывающие шестилетнюю дочурку… Что у них в головах… Они же ничем не лучше самого жестокого маньяка, которого когда-либо носила земля!

– Вот попомните мои слова, мистер Клевер, – продолжал убеждать меня этот идиот. – Маньяком обязательно окажется чёрный из трущоб. Будь моя воля, я бы выжег все окраины города дотла. От них только вред и проблемы! И никакой пользы!

– А дети? – глупо посмотрел на него я.

– Что – дети?

– Ну, как… Дети из трущоб. Они ведь тоже сгорят.

– Пусть сгорят, – пренебрежительно пожал Патрик плечами, а Вероника снова довольно хихикнула и кивнула, всем свои видом показывая, что разделяет точку зрения мужа. – В их ничтожных жизнях нет никакого смысла. Они всего лишь маленькие ублюдки, понапрасну расходующие кислород, разносчики инфекций и пособники криминала, разве вы не согласны?

Странно слышать подобные жестокие заявления от человека, который лечит людей, в том числе и детей. Однако, меня это совсем не удивляет. Я вижу этого корыстного кровопийцу насквозь. Он сам и его глупая жена почему-то уверены, что уважаемые богатые пациенты и их избалованные, не знающие нужды дети, имеют больше прав на жизнь, чем все остальные…

Они оба стояли и ждали от меня ответа, но Вероника, заметив мою растерянность, видимо, решила прийти на помощь, подбодрить и сгладить затянувшуюся паузу, потому что взволнованно протараторила:

– Мистер Клевер шокирован новостью о маньяке, но я его очень хорошо понимаю! Когда я впервые услышала об этом, то чувствовала себя примерно также и не в силах была вымолвить ни слова. Весь этот ужас, происходящий в нашем городе, буквально у нас под боком, до сих пор не даёт спокойно спать! Кто знает, может убийца прямо сейчас бродит где-нибудь поблизости в поисках очередной жертвы?

– Может быть, вам стоит перестать читать газеты? – наконец, сумел выдавить я, хотя меня так и подмывало крикнуть, чтобы они вдвоём катились к чертям собачьим. – Уверен, ваш сон сразу же наладится.

– Но что же, в таком случае, обсуждать за семейным ужином? – искренне изумилась Вероника и покрепче прижалась к Патрику. – Муж и жена всегда должны что-нибудь обсуждать.

Я снова потрясенно посмотрел на них. Эти два, с виду приличных, идиота обсуждают за ужином всякую мерзость, сделав разговоры про маньяка и совершённые им убийства главной темой семейных ужинов. Поверить не могу. Они словно шакалы, у которых нет никакого уважения ни к чужому горю, ни к собственному счастью. Держу пари, эта грязная парочка ждет не дождется утра, чтобы выудить из ящика свежую газету и, затаив дыхание, прочитать там какое-нибудь очередное дерьмо. Их не будет интересовать, как прошел день Благодарения в школе Святого Луки или как из питомника имени Марка Твена на волю выпустили подросших медвежат застреленной браконьерами медведицы. Им это не надо. Они ждут сенсацию. Грязь, кровь и убийства, вот что их интересует. И не только их. Многих в этом, утонувшем в фекалиях, городе. Без мерзостей каждая газета обречена на провал. Журналисты понимают это, поэтому продадут душу дьяволу, лишь бы только заработать рейтинг и лишний доллар. Уверен, дай им право и возможность, они сами начнут убивать невинных людей, описывая свои ощущения и последние минуты жизни жертв на первых страницах самых уважаемых газет, которые с упоением будут читать законопослушные, прилежные граждане.

И эти двое не стесняются называть себя счастливой семьей и порядочными людьми. Мне жаль их самих и их прогнившие душонки. Они напоминают мне кусочки высохших испражнений, завернутые в красивые золотистые фантики. Я снова испытал к этой парочке истинное отвращение, поэтому, широко улыбнувшись, быстро сказал:

– Я постараюсь быть осторожным, дорогой Патрик, спасибо за совет! Но мне действительно пора!

Плюхнувшись на водительское сиденье, я запустил двигатель, еще раз улыбнулся им на прощание, тронулся вдоль тротуара, а потом достал трясущейся рукой из нагрудного кармана платок, вытер со лба холодный пот и украдкой посмотрел в зеркало заднего вида, убедившись в том, что эти идиоты уже позабыли о моем существовании и, неспешно бредя в противоположном направлении, о чем-то увлеченно переговариваются. Интересно, что они обсуждают? Или кого? Вряд ли меня. Скорее всего, они снова болтают о трёх пропавших женщинах, о маньяке и о различных версиях этого увлекательного события, свалившегося на город и развеявшего его унылое существование… Общество совсем оскотинилось. Я и раньше подозревал это, но теперь последние сомнения рассеялись, как утренний туман перед жарким, безоблачным днем.