- -
- 100%
- +
Заметив мое смущение, он наклоняется близко к моей щеке и шепчет чуть слышно:
– Ты просто чудо в этой пижамке! – я снова вздрагиваю от его голоса.
– О них можешь не волноваться… – он поднимает руку и проходящий мимо официант проходит сквозь нее как голограмма.
– Эти люди не настоящие. Так, плод воображения.
Я пытаюсь переварить информацию, повторяя каждое его слово про себя по несколько раз.
– Я их специально придумал, они нужны для создания помех. Чем больше людей, тем больше помех. Они путают следы. Да и к тому же было бы странно привести тебя в опустевший ресторан. Но если чувствуешь себя некомфортно, можешь закрыть глаза и представить себя в другом наряде.
С трудом понимая, что происходит, следую его совету.
Он делает то же самое, и на счет три мы вместе открываем глаза.
На мне длинное серебристое платье на тонких бретелях из фантастической ткани. Я видела такое на показе и давно о нем мечтала. К нему я выбрала туфли – изящные классические лодочки на тонкой шпильке. Легкие волны светлых волос спускаются до груди. С правой стороны я решила собрать их на бок серебряной заколкой в виде порхающей стрекозы. Немного туши на ресницы и идеальный маникюр – почти прозрачный лак, подчеркивающий естественную красоту ногтей. Лишь на безымянных пальцах как капельки росы блестят по одному миниатюрному бриллианту.
На нем черная шелковая рубашка и темно-серые брюки. Дорогая ткань, идеальный покрой. Он восхитителен. У меня перехватывает дыхание. Верхняя пуговица рубашки расстегнута. Присмотревшись, замечаю на ней такой же маленький прозрачный камешек, что украшает мои ногти.
Он ловит мой взгляд и улыбается.
Я читаю его мысли – «Видишь, мы на одной волне…».
Несколько минут мы стоим молча, разглядывая друг друга.
– Ты – красавица! – в его глазах столько нежности и восхищения. Я смущаюсь, и думаю о том, что никто и никогда не смотрел на меня так, как он.
Он берет мою руку и прижимает к губам. Его горячее дыхание обжигает кожу.
– Пойдем к нашему столику – его голос мягкий и нежный. Я никак не могу привыкнуть к тому, что можно говорить.
Мы идем в малый зал ресторана, который находится на открытом балконе. Атмосфера отличается от той, что царит в большом зале. Столиков совсем немного. Небо усеяно звездами. С балкона открывается восхитительный вид на ночной город. Не знаю, на каком мы этаже, но очень высоко. Весь город как на ладони. В стороне музыканты в смокингах играют легкую музыку.
Официант приносит нам бутылку красного вина и разливает по бокалам. Помня, слова о том, что все люди здесь не настоящие, разглядываю официанта как экспонат в музее. Он мило улыбается и не обращает на это никакого внимания.
– Ты чудо! Очень красивая! – он завороженно смотрит на меня, и я таю от его взгляда.
– Придумай, что бы ты хотела на ужин? – в его голосе столько таинственности, я заинтригована – Это немного необычный ресторан, здесь все зависит от твоих желаний.
– Немного необычный… Да, он совсем немного необычный… – я произношу фразу несколько раз, будто пытаюсь убедить себя в этом – Ну, хорошо…
Закрываю глаза и представляю розовую семгу, запеченную на углях с овощами. Она появляется в моей тарелке – сочная и ароматная. Делая вид, что ничуть не удивлена, беру приборы и, деловито отрезав кусочек рыбы, отправляю его себе в рот. Вкусно безумно. Отпиваю глоток вина из бокала и зажмуриваю глаза от наслаждения – ощущение, что ничего вкуснее в жизни не пробовала.
– Божественно вкусно! – все эмоции написаны на моем лице и он довольно улыбается.
Ловя мое настроение, он тоже делает глоток вина и принимается за стейк из говядины.
У меня так много мыслей в голове и вопросов. Приходится делать усилие, чтобы их успокоить и просто получить удовольствие от прекрасного ужина.
«Наконец-то ты смогла усмирить их. Я уж думал, с ума сойду» – я снова слышу его мысли. Он щурит глаза и улыбается.
Я вспыхиваю, хочу ему ответить, но замолкаю.
– Не переживай, я научу тебя блокировать мысли. Сможешь передавать только то, что сама захочешь – его голос нежный и ласковый.
Он протягивает руку через стол и касается моей руки. Я вздрагиваю и ощущаю, как его энергия, смешиваясь с моей, растекается по всему телу и концентрируется внизу живота, закручиваясь воронкой. Чувство настолько сильное, что я закрываю глаза, пытаясь дышать.
– Можно пригласить тебя на танец? – в его глазах отражается пламя свечи и от этого они становятся бархатного чайного цвета. Самые необыкновенные глаза, которые скрывают в себе столько образов.
Держась за руки, мы выходим в центр малого зала. Как будто специально для нас (а может так оно и есть) оркестр исполняет неизвестную мне волшебную мелодию, которая словно уносит в страну грез.
Он опускает руки на мою талию и с силой прижимает к себе. Сквозь тонкую ткань платья я чувствую, как его пальцы скользят по моей спине. От каждого его касания по телу пробегают мурашки. Почти невесомо я провожу руками по его плечам, и чувствую, как напрягаются мышцы под шелковой рубашкой. Мы медленно движемся в танце, наслаждаясь ощущениями. Он вдыхает аромат моих волос, его дыхание обжигает кожу. Наши губы так близко, но никто не решается сделать первым шаг, боясь нарушить ощущение. Энергии наших тел, смешиваясь, переливаются, дополняя друг друга и создавая что-то неизведанно новое. Новую энергию, которая способна нарушить привычный ход вещей, изменить ход событий, перевернуть привычное представление о мироздании.
Волшебная мелодия вытесняет все мысли, и кружится голова.
***
***
V
Когда хочется сказать люблю…
Проснувшись, я сразу вскакиваю с кровати. Энергия, которая наполняла меня ночью до сих пор во мне. Она дает столько силы, что кажется, попадись мне на пути гора, я бы легко ее сдвинула.
Та волшебная музыка все еще звучит во мне. Я еще чувствую, что он рядом, и как бы ни пыталась, никак не могу переключиться и думать о чем-либо другом.
Одна мысль вспыхивает в голове и ослепляет так же, как внезапно включенная лампочка в темноте. Я хочу рисовать! Нужно перенести его образ на бумагу, пока он не поглотил меня целиком. Чувствую, что пути назад уже нет, он полностью во мне, но я хочу начертить границы, чтобы оставить немного места для себя. Я должна рисовать, чтобы хоть немного освободить от него свои мысли. Пока он не овладел мною целиком. Мой здравый смысл кричит мне, что это важно.
Сажусь за стол, беру в руку карандаш. Сердце бешено колотится: от страха, что ничего не выйдет, или от предвкушения, что смогу привнести хотя бы маленькую частичку из мира грез и фантазий в реальный мир; снова увидеть и постепенно хоть немного освободить от него свои мысли.
Сначала появляется контур его лица, легкие штрихи, черты. В мыслях плывут воспоминания из сна о прикосновениях к его лицу, и я чувствую, как на моих щеках вспыхивает румянец. Странная реакция тела меня волнует и удивляет, но я не могу остановиться.
Рисую его глаза, не веря, что можно передать всю их глубину, таинственность и волшебное сияние, исходящее словно из глубины самой души. В его глазах скрывается целый мир, пугающий и волшебный. В образе зверя, птицы или человека, я узнаю его. Никто и никогда не смотрел на меня так – вызывая дрожь во всем теле одним взглядом. Нежный и добрый в доли секунды он может стать диким и страстным, разжигая ураган эмоций в моем теле и душе.
Не понимаю как, но мне удается. И вот его глаза смотрят на меня с листа когда-то белой бумаги. Всего лишь взгляд, а я его ощущаю… Ну и далеко меня занесло. Как же меня угораздило влипнуть в эту странную историю?
Не оставляя надежды привести в порядок мысли, продолжаю рисовать: тонкие паутинки морщинок в уголках улыбающихся глаз, ресницы, брови. Взгляд становится знакомым и родным. Ловлю себя на мысли, что улыбаюсь ему, но тут же осекаю себя. Не нужно забывать для чего я этого делаю – лишь для того, чтобы выплеснуть эмоции на бумагу и продолжать жить реальной жизнью. Он – лишь фантазия и это важно помнить. Важно.
Дальше нос. Потом губы – рисуя, я вспоминаю, как тогда на берегу, прикасалась к ним, а он пытался поймать мои пальцы. Снова возникшее ощущение близости вызывает дрожь. Провожу пальцем по нарисованной улыбке. Обожаю ее.
Постепенно рождается его черно-белый портрет.
От волшебства момента захватывает дух. Он здесь. Пусть не по-настоящему, но все же. Перенесен из мира иллюзий в реальность. Реальное изображение моего нереального возлюбленного. Не могу удержаться, склоняюсь и целую его в губы.
Смеясь над собой, смотрю на часы. Похоже, пробежку сегодня придется пропустить.
Быстро привожу себя в порядок. Душ, укладка, стрелки на глазах, тушь на ресницах, голубая блузка и темно-синяя узкая юбка до середины колен.
Выхожу на улицу и вдыхаю реальный воздух реального мира.
Похоже, мой способ сработал, и воспоминания из сна постепенно уступают место привычным заботам.
Сегодня мое воображение приступает к работе еще до того, как я появляюсь на рабочем месте. По дороге в офис в голове возникают картинки будущего интерьера дома на берегу ручья.
Словно пролистывая журнал, я стараюсь запомнить возникшие образы, чтобы в точности перенести их на бумагу, не упустив малейших деталей.
Я планировала сегодня отдать в разработку часть эскизов, и очень рада посетившему меня вдохновению. Влетев в офис как на крыльях, я немедленно приступаю к работе.
Один за другим появляются эскизы детских комнат.
Первая предназначена для того смешного мальчишки с мыльными пузырями. Его детская энергия вдохновляет. Я вспоминаю его кудрявые волосы и смешные рыжие веснушки на щеках. Мне кажется, я разглядела особую искорку в его веселых голубых глазах. В век современных технологий редко встретишь ребенка не увлекающегося компьютерными играми, планшетами, телефонами – придуманным миром из электронных коробочек. А этот еще похож на тех мальчишек, из нашего детства, с деревянными мечами, бумажными корабликами и стрелялками из гороха. Озорной и беззаботный шестилетний мальчуган. О чем можно мечтать в шесть лет? Вспоминаю себя маленькой. С друзьями – мальчишками и девчонками – мы мечтали о путешествиях, приключениях, коврах-самолетах и кораблях…
Рисую кровать, похожую на капитанский мостик. На приступке около кровати располагаю штурвал, капитанский столик с биноклем и компасом. Над письменным столом – большая деревянная карта мира, на которой светодиодными лампочками отмечены столицы государств. По вечерам эта карта будет играть роль дополнительного источника освещения, или вдохновляющего ночника.
На шкафчиках – маленькие круглые отверстия со стеклянными вставками в виде иллюминаторов.
На противоположной стене от кровати размещаю небольшой спортивный комплекс с полосатыми ступеньками, лесенками и различными канатами. Представив себя матросом, этот отважный мальчишка сможет взбираться вверх, как взбираются на мачты матросы, чтобы расправлять паруса. Парусом будет служить белая льняная штора с креплением в форме якоря на стене. Окно выходит на берег ручья, открывая прекрасный вид и давая волю мальчишеским фантазиям.
Вспоминаю, как в детстве весной я обожала запускать кораблики, а потом смотреть, как они плывут по течению, то радостно подскакивая, то застревая среди льдинок. До сих пор помню ощущение детского счастья, несмотря на промокшие ноги и закоченевшие от ледяной воды руки. От воспоминаний покалывает пальцы. Привычно растирая их, складываю бумажный кораблик и ставлю перед собой на столе.
Как ветер наполняет паруса, увеличивая скорость корабля, так и этот бумажный кораблик оживляет мои фантазии, и в голове появляются новые образы.
По задумке архитектора в комнате предусмотрено мансардное окно – это отличная возможность для воплощения в жизнь моей давней детской мечты, и я хочу подарить ее этой прекрасной семье. Рисую большой телескоп, в который можно рассматривать звездное небо.
Ковер из натуральных материалов – как из сказок Крапивина про ковер-самолет, но с кисточками по уголкам. Я всегда думала, как было бы здорово иметь такой, и вместе с друзьями летать над верхушками деревьев.
В целом образ комнаты готов, теперь моя любимая часть – прорисовываю мелкие детали. Огромный сундук для детских сокровищ – любимых игрушек. Стена, отделанная сосновыми досками.
Полочки для детских открытий – на них он сможет расставить много мелочей, которые нам, взрослым, могут показаться бесполезными штуковинами, но для ребенка – это бесценные сокровища, которые помогут ему открыть для себя этот мир.
Подвески, картинки, часы в виде якоря, глобус, деревянные фигурки животных и птиц.
Представив себя маленьким шестилетним мальчишкой, мысленно прохожу, пробегаю, проползаю – проживаю день в новой детской комнате. Смотрю на компас и с криками «Лево руля» вращаю штурвал. Забираюсь на «мачту» и поднимаю паруса-шторы, открывая взгляду журчащую речушку за окном. Разглядываю в телескоп неоткрытую галактику, нанося ее на новую карту звездного неба. А потом, вцепившись в ковер-самолет, поднимаюсь к потолку, визжа от восторга, и устремляюсь навстречу новым приключениям.
Я надеюсь, юному путешественнику понравится.
Теперь вторая комната. Для маленькой девочки, рассматривающей бабочку на цветке. Ей почти годик. Сжимаюсь и представляю себя крошечным ребенком, которому предстоит столько узнать, потрогать, пожевать, примерить в этом мире. Впереди еще миллион открытий.
Хочется окружить ее заботой и вниманием, при этом предоставив простор для творчества и познания этого мира. Комната должна быть удобной и для родителей – ведь, несмотря на то, что ребенок маленький, вещей у него побольше, чем у взрослого. Уже не говоря об огромном количестве игрушек.
Закрываю глаза.
Первый образ, который возникает в воображении – маленький диванчик цвета топленого молока, на котором, укрывшись мягким пушистым пледом молочного цвета, мама с малышкой читают сказку. Большая книжка с чудными картинками Беатрис Поттер про кролика Питера. Им тепло и уютно. Головка девочки мирно покоится на маминой груди. Мама обнимает дочку, а та сжимает в ручках игрушку – маленького кролика Питера. Такого же, как на картинках в книжке – с торчащими ушками и в голубой курточке с медными пуговицами. Их окружает тишина и покой.
На полу – мягкий круглый пушистый ковер такого же молочного цвета, как плед.
На стене за диваном висят часы с кукушкой – маленький домик, окруженный нежно розовыми цветами с лепестками мятного цвета, внизу на маятнике в виде цветка мирно раскачивается разноцветная бабочка.
Обои с широкими горизонтальными полосами с нежным сочетанием цветов – айвори и розовая пудра.
С двух сторон от дивана стоят молочного цвета стеллажи, стилизованные под старинную мебель с гнутыми ножками и вензелями на фасадах. На них расставлены книги, игрушки, розовые и мятные коробочки для мелочей.
Напротив дивана, вдоль противоположной стены – детская кроватка с выдвижными ящиками, балдахином, украшенным перламутровыми бусинами, и множеством разноцветных подушек в пастельных тонах.
Справа от кроватки – игровая зона с круглым столиком, стульчиками и маленьким фарфоровым сервизом. Там можно устраивать чаепитие для кукол. Над столиком свисает лампа в виде большого кремового цветка с зелеными листами и множеством желтых тычинок-лампочек. В углу – маленький буфет для кукольной посуды и два детских креслица, обитых бархатной тканью мятного цвета.
Слева от кровати – длинный двухуровневый письменный стол – на вырост, со множеством выдвижных ящичков. Одна его половина выше другой, что позволяет использовать его, когда малышка пойдет в школу. А сейчас оба ребенка вместе могут рисовать и заниматься. Полочки над столом повторяют его очертания – на них книги, игрушки, краски, кисточки и много места для размещения прекрасных детских поделок. Выставка детского творчества.
Вдоль окна расположена длинная широкая скамья с полосатым мягким матрасом и круглыми подушками в тон штор. Молочного цвета тюль обрамляют портьеры цвета топленого молока, на которых вышиты герои сказок про кролика Питера – маленькие крольчата Пышка, Плюшка, Пампушка, Питер, их мама и друзья.
Под скамьей расположены выдвижные коробки для игрушек.
Подвески на люстре в форме прозрачных снежинок, повисших на тонкой паутинке, переливаются на свету, создавая сказочное ощущение.
Я думаю, в этой комнате будет хорошо и малышке и ее родителям. Нежная сказка для маленькой принцессы.
День пролетает незаметно. Воодушевленная, оставляю эскизы на утверждение.
Сегодня вечером мы с мамой договорились пойти на концерт народной музыки. Видеться нам удается не очень часто, поэтому я радуюсь любой возможности провести время вместе. После смерти отца мама часто бывает грустной, и мы с сестрой стараемся отвлечь ее от печальных мыслей. Вот и сейчас она улыбается, наслаждаясь веселой музыкой и пением, и у меня по сердцу разливается тепло.
Придя домой, принимаю теплую ванную. Тихая мелодия из приемника как теплое масло разливается по телу, давая полное расслабление.
Легко поужинав, ложусь в кровать с любимой книжкой. Главный герой снова бродит по незнакомому городу в поисках овцы, а я снова не могу вспомнить, чем все закончится, хотя читала ее уже много раз. Для меня в этом заключается парадокс Мураками. Прочитав почти все его книги, я в красках помню отдельные детали, но не могу запомнить, о чем книга в целом. Каждый раз, перечитывая его повести и рассказы, открываю их для себя заново.
Как раз где-то по пути главного героя в отель «Долфин», я погружаюсь в сон.
***
***
«Привет, красавица!» – его голос звучит во мне, и я открываю глаза.
Он сидит на краю кровати, протягивает руку и, нежно касаясь моей щеки, убирает волосы с лица. Его прикосновение вызывает нежность, и я, закрыв глаза, как кошка трусь о его ладонь. Он нежно смотрит на меня, и от его взгляда перехватывает дыхание.
«Я рада тебе» – я улыбаюсь, обнимаю его и затягиваю к себе под одеяло. Он смеется и зарывается лицом в мои волосы, вдыхая их аромат.
Касаясь губами его шеи, чувствуя как бьется пульс, я представляю, как горячая кровь разносится по его телу с каждым ударом сердца.
«Ты теплая ото сна, такая клевая» – он прижимается ко мне сильнее, и я пытаюсь согреть его всем телом. Я приподнимаю его футболку и свою, и прижимаюсь к нему голым животом. Он с силой втягивает воздух и закрывает глаза. Какое-то время мы лежим молча, наслаждаясь близостью.
Он проводит руками по моим волосам и вдруг его губы впиваются в мои, так напористо и захватывающе неожиданно, что я вскрикиваю. Дыхание сбивается.
Он наклоняется и покрывает поцелуями шею. Его руки скользят по моей коже, и, оказавшись в их власти, мое тело подчиняется уже не мне.
Резко оторвавших от моих губ, он смотрит на меня затуманенным взглядом, жадно втягивая воздух.
«Что ты со мной делаешь? Я не могу устоять».
Я чувствую то же. Никто и никогда не вызывал во мне такую бурю чувств и желаний. От осознания того, что он слышит мои мысли, по щекам разливается румянец. Я не могу контролировать свое тело и мысли, когда он рядом.
Мне нельзя произносить его имя, я не знаю о нем ничего, но готова бежать с ним, тщетно пытаясь призвать разум и не слушать свое сердце, которое с каждым ударом кричит о том, что это и есть любовь, разнося ее по всему телу.
«Очень хочется сказать люблю…» – его мысли так тихи. Я слушаю их с замиранием сердца. Меня трогает его смятение, как знак того, что чувства, которые он испытывает, для него тоже новы. То, что сейчас – настоящее. Прошлого не было и будущее не важно.
«Скажи…» – я мысленно умоляю его, больше всего на свете желая слушать.
– Люблю тебя… – он произносит это чуть слышно, почти касаясь губами моего уха. От его тихого шепота пробегают мурашки, разнося любовь в каждую клеточку тела. Я закрываю глаза и как эхо повторяю его слова.
«Милая». «Они не позволят». «Нам нужно бежать».
Как удар его слова выводят меня из оцепенения. Кто-то нам может помешать быть вместе? Почему? Это же сон? Или нет? Я совсем запуталась и не понимаю, что происходит.
«Тигры?». «Хорошо?» – он обеспокоен и от этого мне становится страшно.
До меня не сразу доходит смысл его слов.
«Тигры…». «Хорошо» – я беру его за руку, и мы резко встаем с кровати.
Мы снова несемся по спящему городу, и наши тела наполняются силой. Двух ног уже мало и в прыжке мы опускаемся, отталкиваясь от земли все сильнее.
Бежать становится легче, тела наполняются звериной яростью.
Из горла вырывается громкое рычание. Я слышу грозный ликующий рык в ответ, поворачиваю голову и вижу бегущего рядом огромного зверя. Сильного и непобедимого. Он завороженно смотрит на меня звериными глазами, и я вижу в них любовь. От ощущения силы и свободы перехватывает дух.
Я чувствую каждую мышцу тела, оно создано для бега и борьбы. Ощущения обострены до предела. Звериное ухо улавливает малейший шорох, хищная кровь разливается по телу, призывая все звериные инстинкты, заставляя чувствовать добычу и ее страх.
Мы прибавляем скорость и мчимся все быстрее. Он ведет меня через лес. Я чувствую запах сырости, хвои, коры, мха, мышей. Подбегаю к моему тигру и толкаю мордой его полосатый бок. От неожиданной атаки он отскакивает в сторону, принимая боевую стойку. И в следующее мгновение как котенок прыгает на меня сверху, переворачивая меня на спину, и лижет мою морду теплым языком.
«Подожди немного». «Нам нужно выйти к воде».
Послушная, я следую за ним, пытаясь ухватить зубами его хвост. Он рычит, но я слышу его настроение. Он так же счастлив, как и я. Свобода его пьянит. Он дразнит меня, то убегая вперед, то отставая, чтобы игриво вцепиться в меня зубами.
Мы пересекаем лес и выходим на берег озера. Широкие лапы мягко утопают в теплом песке. Довольно урча, он подходит к воде и жадно пьет. Я становлюсь рядом и как кошка языком лакаю воду. Ощущения такие странные, что хочется смеяться, хотя я не знаю, умеют ли тигры смеяться.
Его взгляд устремляется на другой берег озера. Я не могу разглядеть, куда он смотрит.
«Я хочу показать тебе». «Ты готова?». «Нам нужно плыть».
Он входит в воду и ждет, чтобы я последовала за ним. В нерешимости делаю шаг. Вода на удивление теплая и нежно обволакивает лапы. Погружаюсь в нее, привыкаю к своему новому телу, и учусь плыть как большая кошка, отталкиваясь лапами и фыркая носом. Он оборачивается, и я вижу улыбку в его глазах.
«Умничка».
Другой берег кажется далеким, мне страшно, но его уверенность придает решительности, и я следую за ним.
Плыть оказалось легко, и бок о бок мы быстро перебираемся на другой берег. Вода стекает по нашим шкурам и, повинуясь древним инстинктам, мы стряхиваем ее, как это делают все животные.
Я подхожу к нему и провожу языком по мягкой мокрой щеке. Он закрывает глаза и на миг замирает, наслаждаясь ощущением.
По узкой тропинке мы пробираемся через заросли деревьев. Где-то рядом шумит вода.
«Там несколько водопадов и быстрый горный ручей». «Падающая вода». «Создает помехи».
«Вода создает помехи» – я киваю головой, вспоминая, что уже это слышала, хотя я все равно ничего не понимаю.
Он подходит очень близко, я чувствую его тепло.
«Закрой глаза».
Я повинуюсь.
«Теперь можно, открывай».
Я вижу его рядом в человеческом облике, он берет меня за руку.
На нем льняные широкие брюки и белая просторная хлопковая рубашка.
Смотрю на себя сверху вниз. Тонкое белое хлопковое платье с вязаным кружевом на подоле ниспадает почти до земли. Мягкая трава нежно щекочет голые ноги.
– Я немного похозяйничал – он делает вид, что смущен, но довольная улыбка выдает его.
– Мне нравится – я треплю рукой его волосы.
– Я хочу показать тебе кое-что, обещай, что не разозлишься?
– Что это, кое-что? И почему я могу разозлиться? – разве вообще на него можно злиться?
– Это сюрприз… – он загадочно улыбается.
Я в восторге и уже сгораю от нетерпения.
Он обнимает меня сзади, накрывает мои глаза ладонью и аккуратно ведет по тропинке. Мне хочется подглядеть, как любопытной маленькой девочке, но заметив, как он серьезен, послушно следую его указаниям. Его теплая рука на моем животе вызывает трепет, и я получаю удовольствие от сладкого плена.
– Мы пришли. Готова?
– Да!
Он медленно убирает руку и обнимает меня сзади за талию, положив голову на мое плечо.
Освещенную яркой луной поляну со всех сторон окружают высокие сосны, липы и дубы. Слышен шум реки, которая извилистой дорогой несет свои воды, поблескивая в лунном свете. Среди невысокой травы с закрытыми лепестками спят полевые цветы. Слышен треск сверчков.
Перевожу взгляд на невысокий деревянный забор, за которым возвышается дом. Сердце стучит как сумасшедшее.