- -
- 100%
- +
Тут подъехало такси, и наш разговор пришлось прервать, мы попрощались, Машка отбыла. Проводив ее машину взглядом, я оправила ветровку и пошла к остановке.
В этот момент раздался шум машины, я инстинктивно отскочила в сторону, понимая, что меня могут окатить, но не успела. Подол платья, колготки и балетки моментально покрылись крапинками черной грязи, отчетливо видимой в свете фонаря.
Я тоскливо вздохнула, оглядывая себя. Вот даже ничего удивительного. Правда, кое-что было. Машина остановилась, и из нее выскочил молодой мужчина.
Оказавшись возле меня, виновато спросил:
– Я вас окатил, да?
Я подняла глаза и… пропала. Утонула в этих карих глазах, обрамлённых пушистыми ресницами. Что я там говорила: встать на ноги и встретить настоящую любовь? Я думала, это как-то постепенно происходит, встречи там, свидания… А накрыло вот так сразу. В один момент, в один взгляд.
– Все в порядке? – теперь он хмурился, рассматривая меня. Ну еще бы, выгляжу, как идиотка.
Я кивнула, а потом быстро проговорила, чтобы он меня немой не посчитал:
– Все хорошо, я понимаю, из-за угла меня не видно. Вы не знали.
– Мне дико неудобно, – высказался он, окинув взглядом мои ноги. Господи, стою перед ним вся в разводах грязи, а у самой от этого взгляда колени дрожат. – Могу я как-то загладить свою вину?
И вытащил бумажник. Это немного вернуло меня на землю. Я сразу почувствовала себя грязной оборванкой из бедного района.
– Не стоит, – сказала, наверное, чересчур резко, – я постираю одежду, и все.
Он вдруг улыбнулся, глядя на меня. На щеках появились ямочки, от которых невозможно было оторвать взгляд. А в пальцах появилось странное жжение, так и хотелось руку протянуть и коснуться этих ямочек.
Боже, он похож на озорного мальчишку, от которого все без ума. Эдакий хулиган, перед которым тает даже самая грозная учительница или злая соседка, которой все боятся.
Ну ничего себе, на сравнения меня потянуло.
– Просто постираете? – поинтересовался он весело, я пожала плечами, не совсем понимая, к чему относится данное веселье.
Я что, сказала какую-то глупость? Ну в конце концов, он тоже стирает свои вещи, хотя у него может быть домработница, судя по всему, парень богат.
– Давайте я вас хотя бы до дома довезу, – сказал он безапелляционно, распахивая дверцу пассажирского сиденья. – Понимаю, что вы можете доехать на автобусе, но возражения не принимаются.
Ладно, сделаем вид, я поняла, что его так веселит. Столкновение с нищей дурочкой, видимо, которая отказалась от денег просто так?
– Меня Стас зовут, – сказал, когда мы тронулись с места.
– Карина.
Собственно, говорили мы ни о чем. По ночному городу дорога в спальный район заняла до обидного мало времени. Стас не спросил моего телефона и не предложил встретиться снова, впрочем, все это было ожидаемо. Кто я, а кто он. Хотя мне и казалось, что в машине Стас рассматривал меня с интересом. Видимо, в мужских взглядах я не сильна.
Засыпала я с мыслью, что парня надо выбросить из головы, а проснулась с мыслью – что ни черта у меня не получилось. Не получилось и в течение этого дня и двух следующих. Я даже начала думать, что если мне прогуляться в районе того ресторана, вдруг мы снова случайно встретимся? А если он сделает вид, что не узнал меня? Или и в самом деле не узнает? Боюсь, такого удара моё самолюбие не выдержит. Лучше уж как есть – просто никак.
Но в обед на четвертый день раздался звонок с неизвестного номера. Сердце затрепетало, и не зря, это действительно был Стас, и он предложил мне встретиться. Я не стала выяснять, как он узнал мой номер, это было неважно, главное, что позвонил. А это значило, все-таки я ему понравилась!
Любовь утащила меня в свою воронку в один момент. Я не знала, чего хочет Стас, потому старалась быть сдержаннее, но скоро стало ясно: мы мыслим в одном направлении. С ним было легко, мы понимали друг друга с полуслова, много говорили, и нам не было вместе скучно. Месяц пролетел, как мгновенье.
Первый поцелуй, первый секс, наши отношения развивались так быстро, что впору было пугаться. Но я не пугалась, я была счастлива, потому что видела – все это по-настоящему. Мы не скрывались, и вскоре пошли слухи о том, что я встречаюсь с богатым мужчиной. Владельцем того самого ресторана в особняке, как оказалось. Но мне было плевать на все эти пересуды, я видела, что Стас меня любит, и остальное было неважно.
Через три месяца я переехала в его квартиру в центре города. Она была громадной, поначалу я даже не понимала, зачем одному человеку такая большая квартира. Впрочем, это меня мало волновало, главное, что мы со Стасом стали еще меньше разлучаться. Семейная жизнь мне очень нравилась, я готова была не вылезать из квартиры, чтобы быть со Стасом и только с ним. Но иногда приходилось.
Он брал меня на разного рода встречи, на посиделки с друзьями. Я видела, что на меня посматривают с некоторым предубеждением и прекрасно понимала, почему. Я ведь совсем не их круга. Бесприданница, которую Стас вырыл не пойми откуда и втащил не только в свою жизнь, но и в высшее общество. Особенно это не нравилось окружавшим его женщинам.
Странно, но я совсем не ревновала его. Внутри было четкое убеждение, что ему никто, кроме меня, не нужен. Да оно так и было. Никогда, никогда у меня не было повода упрекнуть Стаса хоть в чем-то, я для него всегда была на первом месте. И поэтому сейчас он уверен: за свою слепую любовь поплатился сполна.
Стас сделал мне предложение спустя несколько месяцев, в начале весны, а в конце мая мы поженились. Общественность все еще пребывала в шоке, и его, и моя. В школе девчонки не могли поверить, говоря, что я вытащила счастливый билет, а в кругу Стаса, конечно, были совсем другие разговоры. Я о них не знала, сама собой, в моем присутствии людям приходилось вести себя подобающе их статусу.
Никогда не забуду, с чего все началось. Наверное, потому что эта фраза стала началом конца. Хотя сказана она была совсем по другому поводу и в тот момент зародила в душе только светлые чувства.
Мы сели в машину после ЗАГСа, и Стас, поцеловав меня, погладил по щеке и сказал:
– Какая же ты красивая. Мне так с тобой повезло.
Потом он будет очень часто повторять эти слова, радуясь. А потом все, с чем ему “повезло”, раздавит его.
После свадьбы мы улетели в свадебное путешествие, благо, как раз начались летние каникулы. Потом было самое счастливое в моей жизни лето, а потом наступил новый учебный год. Я погрузилась в школьные дела, Стас приступил к работе. До этого он занимался только рестораном, а теперь подался в строительство. Он очень переживал, говоря, что от успеха в этой области будет зависеть многое. Я поддерживала его, понимая, как ему трудно.
Стас единственный ребенок в семье, с детства он не знал ни в чем отказа и все получал легко и без усилий. Ресторан – дело не столь хитрое, сколь строительный бизнес. А для Стаса это вообще, выходит, был первый бизнес-проект. Первые неудачи не заставили себя ждать. Казалось бы, он довольно известный человек, но его связи не помогали. Если бы был жив отец, он бы, наверное, посодействовал, но он умер несколько лет назад, оставив Стасу хорошее наследство и бизнес, связанный с ценными бумагами. Стас его почти сразу продал, поняв, что не потянет. В целом, он был даже в чем-то беспомощен, оказавшись в бизнесе, потому как никогда не варился в подобной сфере.
Желая помочь, я стала выспрашивать подробности и сама не заметила, как увлеклась. Я изучала документы, рынок, конкурентов, анализировала все данные, подкидывала Стасу решения и предложения. И постепенно его фирма начала вылезать на арену. Появлялись новые заказы, я впихивала его в тендеры, наводила на знакомство с людьми.
Стас советовался со мной по каждому вопросу, и хотя я волновалась, что таким образом могу ущемить его гордость, ошиблась. Он только искренне радовался тому, что я у него есть, и наши отношения крепли день ото дня. Крепла и его фирма, доходы росли, имя начинало мелькать в строительном бизнесе.
Но счастье не может длиться вечно, о чем мы со Стасом забыли, а жизнь напомнила.
Глава 3
Шел второй год нашего замужества, был конец зимы, весна пришла рано, снег почти стаял, светило солнце, и настроение было самое что ни на есть хорошее. Я сидела в небольшой пекарне, куда частенько заглядывала выпить кофе и купить нам со Стасом пирожные. Звякнул колокольчик, и я подняла глаза на дверь.
В пекарню вошел молодой мужчина, на вид чуть за тридцать, высокий, короткие светлые волосы аккуратно уложены. Одет дорого и стильно, пальто подчеркивает хорошую фигуру. На таких мужчин девушки обычно оглядываются, вздыхая. Вот прямо как официантка сейчас. Подавив улыбку от этой мысли, я вернулась к кофе. Мужчина, осмотревшись, направился к моему столику.
– Разрешите?
Я подняла на него глаза: он смотрел с интересом и уверенностью, что ему не откажут. Учитывая, что кроме меня в пекарне никого не было, и столики пустовали, вряд ли он присаживается от безысходности. Широко улыбнувшись, я ответила, инстинктивно подвигав пальцами правой руки:
– Извините, я замужем.
– Я знаю, – он тоже улыбнулся и, отодвинув стул, сел напротив меня. – Вашего мужа зовут Маркелов Станислав Александрович.
Я не заподозрила подвоха, слишком уж нереальным казался подобный расклад. Присмотревшись к мужчине и не узнав, вежливо поинтересовалась:
– Мы знакомы?
– Нет, – улыбнулся он, – но я много о вас слышал.
К нему подошла официантка, трепетно заглядывая в глаза, но мужчина не удостоил ее вниманием. Заказав чашку эспрессо, уставился на меня, разглядывая весьма бесцеремонно. Скользнул взглядом по шее вниз, к груди. И хотя у меня кофта была с весьма скромным декольте, я почувствовала себя неуютно.
– И что вы хотите? – поинтересовалась я, стараясь оставаться в рамках приличий, хотя сейчас появление мужчины мне совсем не нравилось.
Он перегнулся вперед, поставив локти на стол, и заявил, глядя мне в глаза:
– Я хочу тебя.
От этих слов вкупе со взглядом я почувствовала себя крайне неуютно. А смотрел мужчина так, словно он уже получил то, чего хотел. Я невольно сложила на груди руки, психологическая защита, да, но мне было все равно, она была мне нужна.
– Я вас не понимаю, – сказала спокойно.
Он пожал плечами. Официантка поставила на стол чашку эспрессо, кивнув девушке, мужчина сделал глоток и пояснил уже мне:
– На самом деле все просто. За последний год в нашем городе появилась молодая, но очень быстро набирающая обороты компания. Вот даже странно, какие у Маркелова вдруг оказались способности к бизнесу, а? Был парень как парень, что называется, золотая молодежь. Тратил папины денежки, открыл ресторан, наслаждался жизнью и никуда не лез. Решил попробовать себя в бизнесе, неудивительно. Не преуспел, что тоже неудивительно. А потом – бац! – и резкий взлет за короткий срок. Понимаешь, к чему я веду?
Он продолжал смотреть насмешливо и изучающе, я молчала, глядя исподлобья. Конечно понимала, к чему он ведет, но молчала. Что-то же ему надо, и пока я не знаю, что, вступать в диалог не стоит.
– В общем, тот факт, что Станислав Александрович в один момент вдруг стал талантливым и нестандартно мыслящим бизнесменом не мог остаться незамеченным. И то, что его компания за короткий срок стала чуть ли не лидером рынка – тоже. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять: что-то тут не так. Сопоставляем данные и что? Оказывается, больше года назад наш дорогой друг женился на бедной девчонке с окраины, учительнице математики. Поговаривали, он купился на ее красоту, иначе, что бы его побудило взять в жены бесприданницу, когда вокруг столько прекрасных дам? Но меня терзают подозрения, что одной красотой тут не обошлось, хотя она, безусловно, на лицо.
Он допил кофе и снова откинулся на спинку стула, как бы передавая мне эстафету в разговоре. Честно сказать, речь его не произвела впечатления. Естественно, у Стаса есть конкуренты, и даже если они узнают, что на самом деле фирма держится на мне, что с того? Того факта, что мы преуспеваем, это не изменит.
Сделав глоток уже остывшего капучино, я поинтересовалась:
– И к чему вся эта бравада?
– Так я вроде сказал в самом начале: я хочу тебя.
Не удержавшись, я хмыкнула.
– Простите, а вы на какой ответ, собственно, рассчитываете?
Мы сцепились взглядами, он смотрел изучающе, я старалась быть спокойной. Снова сложила руки на груди, и мужчина опустил на нее взгляд, довольно равнодушный, кстати, но я голову склонила, выражая тем самым свое презрение.
Он усмехнулся, кивнув чему-то своему, взяв зубочистку, открыл упаковку, сунул палочку между зубов. Повернулся к окну и пару секунд следил за движением, а потом тихо сказал, не поворачивая головы:
– Откажешься, твоему мужу конец.
Я замерла, переваривая эту фразу. Мне кажется, даже смысл ее дошел не сразу, но почему-то стало страшно. Может, оттого, как спокойно этот мужчина сказал подобное, а может, потому что я видела: такой, как он, может это сделать. Пока я приходила в себя, мужчина, повернувшись ко мне, широко улыбнулся.
– Что вы такое говорите? – сказала я все-таки. Он только пожал плечами.
– Ты слышала.
Выдержка мне отказала. Подавшись вперед, я резко поинтересовалась:
– Вы в своем уме?
Он только вздохнул, откинувшись на спинку стула, сложил на груди руки, как я пару минут назад.
– О тебе отзывались как об умной женщине. Давай, Карина, соображай быстрее. Мне уже надоело тут сидеть.
Я закачала головой, глядя на стол, пытаясь ухватиться за скачущие мысли и не находя ни одной полезной.
– Но так ведь нельзя, – выдала в итоге, – вы не можете просто взять и убить человека. Я расскажу обо всем Стасу, и у вас будут неприятности.
Мужчина равнодушно пожал плечами. Я вскочила, нервными резкими движениями нацепив пальто, схватила сумочку. Пальцы дрожали, вынув из кармана пару купюр, я кинула их на стол. Мужчина сидел без движения, наблюдая за мной спокойным равнодушным взглядом.
Я сделала шаг в сторону выхода, он схватил меня за запястье.
– Пустите, – дернула я руку, мужчина и не подумал послушаться.
Подняв на меня глаза, сжал пальцы вокруг запястья, заставляя ответить ему взглядом.
– Если твой муж узнает, – сказал спокойно, – он не проживет и пару дней. Дело даже не во мне, слишком многим людям в городе Маркелов стал неугоден. Может, тебе станет легче оттого, что ты сохранила ему верность, но радоваться этому придется над его могилой на кладбище.
Я мелко закачала головой, нервное, наверное, неосознанные движения, не хотела, не могла принять ситуацию.
– Вы не посмеете, – сказала тихо, снова попытавшись вырвать руку.
Он разжал пальцы, вставая рядом со мной, оказываясь слишком близко для незнакомого человека. Захотелось сделать шаг назад, но я осталась стоять, прибитая его взглядом к месту.
– Хочешь проверить, посмею или нет? – вздернул он бровь, достав из кармана бумажник, бросил на стол купюру, а рядом положил визитку. – Два дня тебе на раздумья, жду звонка.
Развернувшись, он вышел, в окно я видела, как мужчина, подняв воротник пальто, перешел дорогу и сел в черный «БМВ». Через полминуты машина тронулась и укатила. Я обессиленно рухнула обратно за столик. Смотрела в пространство, не соображая ничего.
Девушка-официантка, подойдя, робко поинтересовалась, можно ли забрать деньги и чашки? Вздрогнув, я кивнула, в последний момент схватив визитку, лежащую на столе. Опустив глаза, прочитала:
«Арсений Петрович Карельский, генеральный директор «ПровансНедвижимость»».
Имя мне ни о чем не сказало, а узнать больше об этом человеке явно бы не помешало. Но как? Моих знакомств на это не хватит…
Вот тут в голову и пришла неприятная мысль:
«Ты что, не позвонишь сейчас Стасу и не расскажешь ему о случившемся?»
Я сжала пальцы на визитке так, что они побелели. Я должна рассказать, это самое правильное. Стас найдет, к кому обратиться за помощью, как решить этот вопрос. И Карельский найдет…
– У меня есть два дня, – пробормотала я, даже не осознавая, что говорю вслух, – я что-нибудь придумаю. Обязательно придумаю.
Наконец, поднявшись, выползла из пекарни, на улице похолодало, тучи затянули небо, задул холодный ветер. Я шла по дороге, не замечая этого. В голове бился только один вопрос: что делать? К кому обратиться?
У меня не просто нет подходящих знакомств, в принципе нет знакомств в это мире. Стас не особенно тащил меня в свое общество, видя, что я туда не стремлюсь. Мне и впрямь хватало его и своей работы. В любом случае, к какому бы из знакомых людей я не пришла, мои вопросы о Карельском наверняка очень быстро дошли бы до Стаса.
В итоге я позвонила Леше. Он был элитным парикмахером, через его умелые руки проходило немало известных личностей нашего города, а мы лично с ним сошлись на теме того, что заканчивали один институт.
Он на три года меня старше, по образованию – учитель русского языка и литературы, по призванию – парикмахер, что говорится, от Бога, к тому же известный сплетник. Обычно он занят на месяцы вперед, но со мной согласился встретиться, правда, предупредил, что времени у него немного.
Леша, а если быть точнее, то сейчас Алекс, стоял у дверей своего салона и курил дорогие тонкие сигареты. Молва единодушно причисляла Лешу к гей-сообществу, он эти слухи не опровергал, а судя по внешнему виду, даже активно поддерживал, но мне как-то признался, что натурал до мозга костей.
– В такой профессии почему-то больше доверяют геям, – хмыкнул он тогда, – а мне, знаешь ли, несложно притвориться, за такие-то деньги.
Таким образом Леша большую часть времени был Алексом, закатывал глазки, кокетливо хихикал и делал ручкой на прощание. Чем он занимался вне работы, я узнать не пыталась.
Леша, увидев меня, устало улыбнулся и поздоровался.
– Что за срочность? – поинтересовался он.
– Знаешь этого человека? – решила я не тянуть, протягивая визитку. Леша скользнул взглядом по тексту и посмотрел на меня, вскинув бровь.
– Что? – спросила я. Он усмехнулся.
– Откуда интерес?
– Познакомились недавно. Знаешь ты его или нет?
– В нашем городе его мало кто не знает, – выдыхая дым, заметил Леша, – молодой бизнесмен, денег куры не клюют, поговаривают, имеет дело с криминалом.
– Это все? – спросила я, так как Леша замолк.
– Смотря, что ты хочешь узнать, – пожал он плечами.
– Он опасен? – ткнула я пальцем в визитку.
– Безусловно, если решит стать таковым. В обычное время само добродушие и обходительность, но только дурак может встать на его пути. Сметет и не обернется.
Вот уж метко прозвучало. Даже не зная этого человека, я бы дала ему подобную характеристику. Кивнув, спрятала визитку в карман, думая о своем.
Леша, понаблюдав за мной, спросил:
– С чего вдруг интерес к данному типу?
– Конкуренты мужа, – невесело усмехнулась я. Леха сделал понимающее лицо.
– Не повезло. Я бы советовал отступить. Такие, как Карельский, своего добиваются любой ценой.
Это я уже поняла.
– Пусть это останется между нами, – попросила парня.
– Обижаешь, – протянул он гнусавенько и даже кокетливо хлопнул меня рукой по плечу, превратившись на мгновенье в Алекса. Я улыбнулась и собралась уходить, но решила узнать еще кое-что.
– А что можешь сказать о моем муже?
Леша хмыкнул.
– Ну и вопросики у вас, девушка.
– Я не обижусь, честно. Общая информация меня устроит.
Леша пожал плечами, отбрасывая окурок в урну.
– Мажор, отец оставил большое наследство единственному ребенку, чем тот не преминул воспользоваться. Жил в свое удовольствие: вечеринки, бабы и абсолютное легкомыслие, потом внезапно остепенился, женился, занялся бизнесом и преуспел. Так подойдет?
Кивнув, я попрощалась с Лешей и отправилась по дороге в сторону дома. По всему выходит, что Карельскому и его компаньонам появление на горизонте Стаса совсем не нравится.
Настолько, что они готовы действовать решительно. Останавливает их, наверное, только то, что сейчас не девяностые и можно договориться. Хотя способы договариваться у них те еще. Пока этот Арсений мне ничего толком не предложил, но не думаю, что там будет что-то приятное.
Но чем ближе я подходила к дому, тем больше меня пугала другая мысль: Стас скоро вернется, что мне делать? Как вести себя? Может, стоит рассказать ему? Он проявит благоразумие, я уверена. Мы где-нибудь спрячемся, заплатим кому надо, чтобы решить все проблемы…
Только казалось, это не поможет. Карельскому почему-то нужно сделать все моими руками, иначе бы он тем же спокойным тоном заявил самому Стасу о том, что его ждет, если он не уйдет с арены. Я не знала, почему все так, и это вводило в беспокойство больше всего. Ведь причина должна быть, правда?
Дома я залезла в интернет и прочитала все, что имелось там о Карельском. Честно сказать, негусто. Только официальные сведения. Лидер на рынке строительства, развивает семейное дело, доставшееся от отца, не женат. Отбросив телефон в сторону, я легла на кровать, запуская руки в волосы.
Скоро придет Стас, я должна решить, как поступить. В конце концов, как они узнают, что я рассказала все мужу? У нас будет два дня, чтобы разработать план, а одна я не могу, просто не могу, не знаю, что делать.
Встав, прошлась по комнате, вспоминая слова Карельского, его взгляд. Если он узнает… Как? Да черт его знает, как! Если узнает, я не прощу себе…
Хлопнула входная дверь, я вздрогнула всем телом, поймала в зеркале бледное отражение с испуганным взглядом. Облизнув губы, глубоко вздохнула. Сейчас, Карина, надо решаться. Через мгновенье Стас был на пороге, я по-прежнему стояла посередине комнаты, так и не двинувшись с места.
– Почему не встречаешь? – улыбнулся он, проходя, сам меня обнял, я, словно отмерев, прижалась к нему, ища в любимом мужчине защиту и ответ на вопрос, что мне делать.
– Я люблю тебя, – прошептала, подняв глаза, сглотнула подступивший к горлу ком, – даже не представляешь, как я люблю тебя.
– Малышка, – его взгляд наполнился нежностью, от которой стало больно внутри, – я тоже люблю тебя, – он коротко поцеловал меня и внимательно посмотрел в глаза, – ты чего такая грустная?
Я ответила на его взгляд, словно вглядываясь в самую глубину глаз, а потом сказала, прижавшись головой к его груди:
– На работе устала.
Оказывается, это так просто. Соврать тому, кого любишь больше жизни. Просто сказал, и все. Повернул стрелку пути в другую сторону. Может, еще не поздно нажать стоп-кран и все исправить? Я сжала пальцами пиджак Стаса, закрывая глаза.
– Я вообще не понимаю, зачем ты работаешь, – Стас поцеловал меня в волосы, поглаживая по спине.
Отстранившись, прошел к шкафу и начал переодеваться. Я смотрела на его спину и думала: малая ложь всегда перерастает в большую и разрушает все. А значит, и нас тоже разрушит. Только вот я не могу рисковать Стасом, не могу.
Глава 4
Мы встретились с Карельским в той же пекарне. Когда я пришла, он уже сидел за столом, на этот раз в глубине зала.
«Подальше от окна», – почему-то подумала я, усмехнувшись. Он был облачен в костюм и выглядел в этом заведении не уместно, или оно выглядело неуместно рядом с ним, точно даже не скажешь.
Окинув взглядом мои джинсы и свитер, сделал глоток кофе, кивая на стул напротив. Повесив куртку на спинку стула, я села, передо мной тут же поставили чашку капучино. Я удивленно посмотрела на мужчину.
– Позволил себе сделать заказ за тебя. Капучино, правильно?
Я только посмотрела исподлобья, притянув чашку, сказала:
– Да, спасибо.
Кофе мы пили молча, поглядывая друг на друга. То есть это я кидала взгляды, а вот Арсений рассматривал меня почти все время, чем, безусловно, нервировал. Отставив чашку, я поинтересовалась:
– Мы же не кофе сюда пить пришли? Говорите ваши условия.
Карельский, усмехнувшись, откинулся на спинку стула и сказал:
– Да все просто. Твой муж должен уйти из бизнеса и больше туда не соваться.
– Хорошо, – кивнула я, – это не так сложно сделать, несколько провальных сделок, сорванные сроки, плохая репутация. Я уговорю Стаса закрыть бизнес.
Карельский устало вздохнул.
– Немного поясню ситуацию, – заметил мне, – в нашем городе все сферы деятельности поделены давно, и те, кто их занимает, сидят на своих местах прочно и уступать не собираются. Твой муж, если бы был несколько сообразительней, не продавал отцовский бизнес, а занялся им. Но он потерял и эту нишу, тут уж не попишешь. Другое дело, что с такой умницей женой Маркелов может преуспеть в любом деле…
– Я поняла, – перебила его, – для моего мужа места в большом бизнесе этого города нет. Это вы хотите сказать?
– Точно.
– Значит, я сделаю так, что он будет сидеть в ресторане и наслаждаться жизнью, никуда не влезая.