Высшие силы справедливости

Здесь слово держит Воланд. Он уже сменил личину доброго, радушного хозяина на свою истинную: жёсткую, требовательную, настоящего демона, идущего к своей цели.

– Так. Всем объявляю полную готовность. Сегодня в наступающий лунный день мы должны сделать то, за чем сюда прибыли.

Ганна! Ты поднимаешь наших подруг, не забудь и ещё одного члена свиты.

Пан! Ты доставь на место деда, внучку и всех высоких гостей и приглашенных.

Гросс! Обеспечить наших гостей надлежащим транспортом.

Бегемот! Тебе поручаю то, с чем другие по неопытности ещё могут не справиться. Ты на месте готовишь всё мероприятие: музыку, место для желающих танцевать, игровую зону, праздничный стол на всех, отдельно для нас и виновницы торжества, но ей, как несовершеннолетней, приготовь разнообразные соки, муссы, безалкогольные коктейли… Да что я тебе рассказываю? Ты лучше меня всё сообразишь.

Всех доставить ровно в полночь. Я на место прибуду самостоятельно.

Всем готовность №1. По местам, приступаем к операции!

XIV

Ирина не могла точно понять: спит она или нет. Так бывает иногда, когда на самом деле спишь, а ощущения, будто бодрствуешь. Можешь себе заказать, что посмотреть лежа с зарытыми глазами и на каком месте «прервать трансляцию», в любой момент открыть глаза и подняться с постели. Может быть что-то ещё можешь сотворить, но на самом деле ты всё же спишь. И то, что она на самом деле при всех таких ощущениях спала, она сама ясно поняла. Ведь перед ней, сидящей на кресле, оказалась Ганна. Ира помнила их разговор, когда Ганна поясняла, что она может в их доме перед ней появиться лишь во сне, поскольку в материальном виде её не пустит домовой.

– Ты зачем пришла? – поинтересовалась Ирина.

– Я пришла за тобой.

– В каком смысле «за мной»? Ты пришла меня забрать навсегда?

– Ну что ты такое говоришь? Надумала себе невесть что. Ты нам нужна именно живой на земле, но пришло время ритуала, ради которого мы сюда прибыли, а ты на этом ритуале будешь главным действующим лицом. Так что поднимайся и пошли.

– Но как же я уйду среди ночи из дома? А если кто-то из родителей случайно заглянет в мою спальню и меня не обнаружит? Ты представляешь, что здесь будет.

– Я прекрасно это представляю. Поэтому ты уйдешь не вся.

– То есть тело останется здесь, а душа уйдет с тобой?

– Нет не так. Чтобы тебе было понятнее, это будет выглядеть, как будто ты раздвоишься: большая часть тела и меньшая часть души останутся в спальне, а меньшая часть тела и большая часть души уйдет со мной. Так что никто ничего дома не заметит. Ты будешь продолжать спать как пай-девочка в своей кроватке. Ясно?

– Более – менее.

– Тогда больше не мешкай и полетели. Время уже десять вечера, а у нас с тобой ещё очень много дел.

Ира начала подниматься с постели и только успела увидеть, что она по- прежнему лежит спящая в постели, только стала слегка… прозрачная, что ли, как тут же, подхваченная уже привычной хваткой под локоть своей собеседницей, взлетела и понеслась прочь из квартиры. Но летели они сегодня менее стремительно, даже можно сказать медленно.

Девушка внимательно рассматривала себя. Она и здесь была в теле, но несколько прозрачнее, чем то, которое осталось лежать, зато здесь она точно

не была спящей. Она чувствовала себя бодрой, воспринимала место, над которым они сейчас «парили», вполне могла обдумывать сложившуюся ситуацию, и при этом она понимала, что она летит не вся, а какая-то её часть продолжает спать и смотреть свои сны.

– Проведем небольшой эксперимент, сказала Ганна, и, не покидая далеко Ирину, отпустила локоть своей партнерши по полету.

Та испуганно трепыхнулась в воздухе, как человек, случайно упавший в глубокий водоем, а потом, вспомнивший, как нужно держаться на воде, выровняла свое тело в воздухе и, почти спокойно, полетела рядом с ведьмой.

Скорость полета была не велика, а чувство свободного полета так прекрасно, что Ира весело и довольно громко рассмеялась.

– Осторожнее, сказала Ганна. Не привлекай к себе внимание случайных свидетелей. Вдруг кто-то не спит! Это меня они не увидят, а вот ты ещё видима для людей.

– Ганна! А как это получается, что я умею летать? Как я читала, надо было намазаться специальным кремом и только тогда могла Маргарита летать.

– А это значит, что мы в тебе не ошиблись. Чтобы тебе летать никакого крема не надо. Маргарите он был нужен, поскольку она была обычной земной женщиной и только потом стала ведьмой и осознала это. А вот ты урожденная ведьма, но не осознала ещё этого. Но ведьма – это не просто уметь летать, а ещё огромный объем знаний, которых в тебе пока нет. Сегодня ты их получишь в полном объеме! Этому и будет посвящен весь сегодняшний шабаш. Но к нему ты должна подготовиться. Именно этим мы с тобой сейчас и займемся.

С этими словами собеседницы влетели в здание дворца культуры энергетиков.

XX

– Ира! Вот смотри! Весь этот гардероб предназначен для тебя. Ты сегодня именинница, королева шабаша, поэтому должна выглядеть соответственно! Выбирай на свой вкус и имей в виду, что всё изготовлено под конкретного человека, а именно тебя! Поэтому ты здесь не найдешь то, что тебе не подойдет по фасону, по цвету, по фигуре. Подойдет абсолютно всё. Но мы не влезали в твою голову, чтобы узнать твои вкусовые предпочтения. Иначе тебе было бы совершенно не интересно. Одежда была бы тогда лишь одного образца. А это, согласись, для женщины оскорбительно: одевать что дают! Поэтому, можешь как тебе нравится комбинировать платья, костюмы, накидки, туфли ну и всё остальное. Только не забывай, нас ждут!

Девушке ещё ни разу в жизни не доводилось бывать в столичных огромных модных бутиках, поэтому от такого разнообразия одежды классической, современной, авангардной моды, моды давно и очень давно ушедших веков, у неё разбегались глаза. Но она была своими родителями воспитана скромной девушкой, не требовавшей роскоши и излишеств, поэтому она выбрала платье очень удобное, розового цвета, длиной в пол, расшитое по груди блестками, очень уютное, в тон платья босоножки с блестящей пряжкой тоже в блестках и тоненькую диадему в волосы, которые, по требованию Ганны, ей пришлось распустить.

Осмотрев себя в зеркало, она осталась вполне довольной своим видом.

Ганна осматривала девушку более придирчиво, с очень серьезным, напряженным видом, ведь всё шили по её меркам.

В конце – концов, обойдя несколько раз вокруг Ирины, огладив её тонкую стройную девичью фигуру, она одобрила выбор и внешний вид главного лица предстоящего шабаша.

– Так, теперь правила нашего этикета.

Там соберется публика разная…

– Что, мертвяки будут? Я их ужас, как боюсь.

– Без них тоже не обойдется, но не они главные фигуры на торжестве.

– Личности будут разных уровней, разных мест обитания и разных предназначений. Со всеми держись одинаково ровно, уважительно, поскольку в дальнейшем тебе с ними придется очень тесно общаться, обращаться к кому за поддержкой, к кому за помощью, к кому за защитой и в то же время всем им ты будешь что-то делать. Твоя задача на сегодня – с ними навести добрососедские отношения.

Сейчас мы с тобой выйдем на улицу, там нас будет ожидать лимузин. За рулем будет Люся, то есть Лю Ден Пан, а вот сопровождать в качестве охранников будет твоя свита, которую ты себе уже приобрела. Пока это два человека, заглядываться на них тебе не подобает, позже их рассмотришь. Они тебе даны воплощать твою волю и быть твоей защитой. На месте ты узнаешь ещё одного из своей свиты.

Я тебя довожу до места и исчезаю с твоих глаз. Там, куда я тебя приведу, мне места нет! На шабаше рядом с тобой будут Пан, Гросс и, конечно, Бегемот. Ты там будешь в полной безопасности, поскольку ты под покровительством Воланда.

– А ты куда денешься?

– Собственно, я никуда не денусь. Я буду готовить праздничный стол для нашего шефа и королевы шабаша. После завершения официального мероприятия я вас всех буду ждать в кабинете за накрытым столом.

– Ганна! А почему мы не можем туда полететь, почему мы должны ехать?

– Потому, что столь высокому, почтенному гостю, каковой ты являешься, не пристало самостоятельно летать, таким особам полагается ездить в дорогих автомобилях.

Ну что, пошли?

– Пошли!

За входными дверями, прямо у крыльца дворца энергетиков стоял шикарный лимузин белого цвета.

Прежде, чем усадить в него Ирину и усесться с ней рядом, Ганна сказала:

– Впереди, за рулем, как я и говорила Лю Ден Пан, далее отсек, где поедет один из твоей свиты, он же охранник. Потом мы с тобой и в последнем отсеке тоже из твоей свиты и тоже в роли охранника. По прибытии они уже на месте сменят свою боевую форму на пажескую и будут находиться рядом с тобой весь вечер, но молчаливые, как рыбы, так, что ты с ними не пытайся разговаривать. Это лишнее.

Пока проходили к лимузину, Ира успела увидеть лишь то, что первый охранник – воин женского пола, похоже молодая, сильная, одета не в доспехи или кольчугу, а в плотно обтягивающий всё её красивое тело толстокожий костюм амазонки: коротенький топ на шнуровке и совсем коротенькую юбочку, но с налокотниками и наколенниками. Женщина смотрелась не только воинственно, но и эротично. Рассмотреть внимательно Ирина её не успела, но весь облик был очень и очень знакомым, но не

вспоминался.

– А почему она одета не в металлические латы, раз она мой охранник?

– Её одежда изготовлена из шкуры тура. Сейчас такие уже не существуют в вашем мире, но в нашем ещё имеются. Так вот знай, что шкуру тура невозможно пробить даже стрелой, пущенной из арбалета.

Всё тоже самое произошло и со вторым охранником. Было ясно, что это мужчина, но одет он был очень странно. Вот он как раз был в металлических латах, но они были какими – то несуразными, как будто не по размеру ему: дутый коротенький нагрудник и такая же спинная часть, на руках металлические наручи, ноги тоже в латах, уже не дутых, а излишне тонких. Из-за этого он смотрелся, как распушившийся одуванчик на тонкой ножке. Налокотники и наколенники с латами сочленялись расшатавшимися заклёпками, и всё его одеяние при малейшем движении вызывало громкое бряцание. На голове одета металлическая шляпа: сверху круглая, как мяч, широкие металлические поля с вырезанным сегментом.

– Где-то я такую шляпу встречала… Да! Когда читала Сервантеса, он там вид Дон Кихота описывал, так у того была на голове точно такая же шляпа, которая была фактически тазиком для бритья.

Довершал несуразность фигуры члена её свиты его галстук, болтающийся на шее. Это не был галстук, как таковой, это был обрывок бельевой веревки. И охранник имел очень удрученный вид.

– Что с ним, Ганна?

– Ирина! Такие мелочи, как плохое настроение кого – то из твоей свиты, тебя совершенно не должны ни волновать, ни интересовать, понятно?

– Как это не должны? Я ведь человек!

– Пока человек! Перебила её Ганна. Но ты не переживай, ты совсем скоро перестанешь быть человеком.

– Не поняла! Меня что, убьют, что ли?

– Ну ты, мать, даешь! Была нужда тебя переодевать в королевское платье, везти на лимузине и всё только для того, чтобы тебя убить. Ну уж нет! Ты нам нужна живой и живущей на земле. Иначе зачем же мы всё это затеяли. А что касается тебя, так теперь тебе об этом уже можно, даже пора доложить. Мы едем на великий обряд посвящения тебя в Великие ведьмы.

Ты будешь править ни много, ни мало всеми возможными духовными

силами в Западной Сибири.

–Ты хотела сказать «темными силами»?

– Если тебе так хочется, то пусть будут «темные».

– А меня вы об этом спросили, хочу ли я этого?

– Спросили и ты не возразила, ты промолчала, а молчание, как известно, знак согласия.

– Да я просто обдумывала свой ответ, взвешивала, что называется. Вот я же отказалась от подсказки на экзамене.

– Обдумывала ты достаточно долго, чтобы мы успели принять молчание за положительный ответ. И второе, ты уверена, что тебе никакой помощи не было. Вспомни, что тебе сказала председатель экзаменационной комиссии.

Да, те слова председателя девушку несколько обескуражили. Она знала математику в пределах школьной программы, но, чтобы её знания можно было оценить в превосходной форме, это было неожиданно.

– Так что, извини, – сказала Ганна, но ты уже полностью наша! Однако ты не бойся, это тебе совершенно не повредит. Ты будешь жить ровно также, как и жила, даже родители ничего не заметят.

За время этого короткого разговора они прибыли на место.

XXI

Первая смена на ГЭС начиналась уже через несколько минут. Производство электроэнергии процесс беспрерывный, да ещё существует множество вредных факторов, влияющих на здоровье работников. Поэтому ГЭС работало по четырёх – сменному графику: первая начиналась в 00 часов и длилась до 6-00, затем вторая смена до 12-00, потом третья смена до 18-00 и наконец четвертая до 24-00.

Работники все пришли и были на рабочих местах, занимались передачей смен: слушали доклады о работе оборудования, просматривали регламентные журналы, выясняли, какие задачи стоят перед их сменой. Доклады принимал дежурный начальник смены Михайлов Виктор Иванович. Помимо выработки электроэнергии, оказалось, что они должны будут перейти в новый режим работы генераторов, для чего им предстоит поменять режим работы турбин. Задача не простая, хотя и выполнялась уже не единожды, но всегда это делали в дневную смену, когда на месте полные составы ИТР: технологи, механики, энергетики, гидрологи, КИПовцы, контрольно – диспетчерская служба, ремонтные бригады. А сейчас все присутствуют в усеченном виде, только дежурные представители всех этих служб.

Но дежурному начальнику смены не пристало отказываться от поставленной задачи: раз поручено, значит надо выполнять!

– Скажи, обратился он к своему коллеге, которого сейчас менял на смене, говорят сегодня было большое секретное совещание у руководства, так это?

– Говорят, – немногословно ответил тот.

– А что за совещание, что решали, не знаешь?

– Так ведь секретное же, откуда я могу знать? Вот только говорят, что выходили после совещания какие-то все веселые, хмыкнул он. Дружно песни пели.

– А-а-а. А я – то подумал, что это на совещании решили провести сегодня ночью переход на новый режим работы.

– Нет! Это плановая работа. Ну что, вопросов больше нет?

– Нет!

– Тогда «пост сдал»! Пора идти, а то на автобус опоздаю.

– «Пост принял»! – также шуточно, по – солдатски, ответил принимающий смену Виктор Иванович, и пожелал доброй ночи уезжающему.

Виктор Иванович пошел в традиционный обход станции. Это выработанная с годами привычка. Она позволяла проверить наличие всех работников на рабочих местах, убедиться лично в их адекватности, посмотреть своими глазами работающее оборудование: турбины, генераторы в машинных отделениях, работу приборов пульта управления станции, да, и что там скрывать, это не просто привычка, это примета на «добрую смену».

Этот процесс Виктор Иванович очень любил. Он встречался с людьми, которых очень уважал, со многими дружил уже не один десяток лет, еще начиная со строительства, с первых палаток. Он их понимал, что называется, без слов и они его тоже. Да и говорить – то бессмысленно в рабочих зонах, где проводит основное время заступившая смена: грохот турбин, рев генераторов, гул аппаратуры. Говори – не говори, всё общение происходит только на чутье, почти телепатически. А диагнозы на бездефектную работу оборудования, лишь по звуку, издаваемому этим оборудованием. Нет, конечно, многое фиксирую приборы: скорость вращения турбин, давление воды на лопасти, силу водного потока, частоту и мощность вырабатываемой электроэнергии, количество выработанных мегаваттов, вибрации в турбинах, генераторах. Это только по ощущениям не зафиксируешь. Поэтому диспетчерскую называют сердцем ГЭС.

Виктор Иванович после обхода пришел именно сюда. Здесь находится его рабочее место.

Он вернулся довольный тем, что все оказались на месте вовремя, коллектив хороший, сработанный, всё оборудование его тоже вполне удовлетворило. Но его не оставляло тревожное чувство.

– С чем оно может быть связано? Может быть предстоящей непростой операцией по переводу оборудования в новый режим работы? Может быть. Но, когда он шел по цехам и помещениям, его, почему – то, не оставляло ощущение присутствия посторонних лиц на станции, хотя при этом он не встретил ни единого незнакомого лица. Вот ведь, бывает такая навязчивая мысль: ни о чем! – разозлился он сам на себя.

Он устроился поудобнее в кресле за рабочим столом и начал размышлять о предстоящей операции перевода оборудования на другой режим работы.

Это не просто изменить поток воды. Изменится направление струй, сила давления и, как итог, скорость вращения вначале турбин, а следом и генераторов. А он знал, что за продолжительное время машины в одном и том же режиме, все механизмы, шарниры, подшипники, валы, да вообще, всё что движется, соприкасаясь с иным телом, «набивает» себе дорожку, а вот смена режима повлечет и смену этих «набитых» дорожек на новые, которые ещё только предстоит притереть. В таких случаях нередки сложные механические аварии, а именно поломки подшипников, выход из строя валов… Но как бы не хотелось Виктору Ивановичу избежать чего – нибудь подобного, но это от него мало зависит.

Он дал команду по смене проверить очень внимательно исправность всего оборудования и доложить ему к двум часам, а на три часа

предварительно назначил начало операции.

Работа дружно закипела. Со всех сторон, со всех служб стали поступать письменные доклады об исправности оборудования и готовности к проведению перевода его на иной режим.

У каждого приходящего Виктор Иванович обиняками пытался вызнать то, что его смущало: нет ли и у других людей ощущения присутствия посторонних лиц на станции. И, как это ни странно, но он оказался далеко не одинок в своих опасениях.

Наиболее ярко повествовал об этом мастер генераторного зала. Он сказал, что проплывают разные тени на хорошо освещенных стенах, что, когда задумался и взгляд у него был рассеянным, то боковым зрением увидел ничто иное, как целый большущий симфонический оркестр, что между крышками турбин прохаживалась тень огромного котяры, и, что если его оборудование и готово для проведения операции, то он лично находится в сильном психическом напряжении и откровенно побаивается.

Приняв рапорты всех служб о готовности, начальник смены ещё раз решил всё взвесить, прежде чем начать работу.

По своему внутреннему состоянию он был готов скорее её отменить, но впоследствии это состояние к объяснительной записке не пришить, как не пришить и то, что рассказал мастер турбинного зала. А стало быть будем работать!

XXII

А тем временем на станции кипела бурная масштабная работа по подготовке великого торжества и шла эта вся работа на невидимом, тонком плане.

Лю Ден Пану была поручена доставка именинницы бала, королевы шабаша на само мероприятие, Гросс был сильно озадачен высылкой транспорта, соответствующего статусу приглашенных. Ведь это было первое такое серьезное поручение от босса, и он очень не хотел оказаться невежей в глазах Воланда и очень не хотел обидеть никого из хозяев территории, на которую они прибыли. А территория была огромной от льдов Арктики до монгольских пустыней и от Рипейских гор до Саянских. Что касается приглашенных, то они должны прибыть с ещё более удаленных мест, а если точнее, то с самого Тихоокеанского побережья.

Прибывающих гостей встречал лично сам Воланд. Это и знак уважения гостям и чисто дипломатическая необходимость более близкого знакомства.

В этой суетной обстановке Бегемоту оказалось не перед кем похвастаться своим очередным сводным оркестром.

– Не переживай, Бегемот, сказал ему Гросс, сейчас прибудет наша именинница и ей ты представишь всех оркестрантов.

– «Оркестрантов», тьфу! Не оркестранты они, а музыканты, причем все, как один, выдающиеся исполнители, дирижеры, композиторы.

Ты только послушай их имена! У них имена звучат как музыка!

Рихтер Святослав Теофилович, пианист, Коган Дмитрий Павлович, скрипач, Ростропович Мстислав Леопольдович, виолончелист, Денисов Эдисон Денисович, композитор, Шнитке Альфред Григорьевич, композитор, Силантьев Юрий Васильевич, скрипач, композитор, дирижер.

Ты слышишь, какие имена? И все отечественного розлива. Нашей новой Великой это будет приятно, поскольку она воспитана мамой и папой патриоткой своей страны.

Сводный оркестр исполнял популярные классические произведения и на фоне этой облагораживающей музыки в зал являлись гости.

С большим почтение Воланд принял и поставил рядом с собой демиурга Западно – Сибирской низменности, мужчину, выглядевшего лет на сорок пять, в полной своей мужской физической силе со стриженой бородой по грудь в объемной русской сорочке, расшитой богатым национальным орнаментом в зеленых тонах. На нем были штаны в широкую полоску, заправленные в сафьяновые сапоги.

Поприветствовав Воланда, он попытался тут же отойти в сторону, но был остановлен хозяином торжества и на правах хозяина принимающей территории оставлен рядом с собой для встречи гостей.

Демиург прибыл не один, а сразу целой организованной делегацией в составе духов гор, рек, озер, болот, из которых самые могущественные были духи Оби, Енисея, Алтая, Тайги, Васюгана и Тундры. У каждого из них в свите находились великие шаманы, общающиеся с ними и доносящие до людского племени их волю. И мелкие духи: лесовики, водяные, кикиморы, древичи, грибичи, травичи и прочие, отражающие весь люд таежный.

В таком же составе прибыли делегации Восточно – Сибирского

плоскогорья и Дальнего Востока. Демиурги выглядели очень похоже, как родные братья и даже одного возраста.

Каждая делегация была разодета в одинаковые тона со своим демиургом. Поэтому не составляло труда отличить западно – сибирца от дальне – восточника и восточно-сибирца. Последние были в расшитых золотом одеждах, а дальневосточники в мехах и голубом шитье.

– Господа, обратился ко всем Воланд, знакомьтесь друг с другом, развлекайтесь, отдыхайте от трудов своих праведных. Время главного события ещё не пришло. Оно назначено на три часа после полуночи. У вас времени три часа.

Все прибывшие тут же включались в бальную программу, а глав земель Воланд провел в помещение для банкетов за накрытый стол.

В это время отворилась дверь и в банкетный зал вошла Ирина, сопровождаемая Ганной.

Ирина ещё и опомниться не успела, как Ганна исчезла. Она, собственно, об этом её предупреждала, и девушка оказалась в компании знакомого ей господина Воланда и трех незнакомых крепких, красивых мужчин с суровыми выражениями лиц. Но стоило им увидеть юную красивую девушку, как их суровость куда – то исчезла. Лица стали добрыми и приветливыми.

– А! Вот и наша героиня! – радостно воскликнул Воланд.

Уважаемые демиурги! Разрешите мне представить вам сие юное, прекрасное создание.

Великая Ведьма Западной Сибири, в своей земной ипостаси Ирина, ученица выпускного класса средней общеобразовательной школы.

– Какая же я ведьма? Ведьмы старые, страшные, много что умеющие. А я ещё молодая, и ничего не умею.

– Возрастом и внешним видом не бравируй, это всё проходящее и приходящее, а вот знания, говоришь? Так мы сегодня, в лунный день, собрались как раз для того, чтобы вековые родовые знания перешли от их хранителя к законной правопреемнице и стало быть обладательнице. Но сейчас ещё рано об этом говорить. Расскажи нам лучше, как и на чем ты сюда добралась?

– Я сюда доехала на шикарном лимузине в сопровождении Ганны, под

охраной своей, как она мне сказала свиты, за рулем находился китаец, Лю Ден Пан. Мне, почему – то Ганна запретила до поездки познакомиться со своей свитой, говорит, что мне не подобает это. Но мне ведь интересно, кто они, даже очень интересно!

– Согласен с тобой, это должно быть интересно, просто было не время, а вот сейчас оно наступило. До торжества у нас еще имеется некоторое время. Поэтому пройди в зал, прогуляйся среди народа, познакомься с ними. Тебя проводит Бегемот. Но прежде, чем уйти, ты познакомься с этими благородными личностями. Тебе теперь всю жизнь с ними общаться, обращаться за подмогой. Просить защиты у них. Это Великие демиурги местности, где ты проживаешь: Западно – Сибирский, Восточно – Сибирский, Дальне – Восточный. Может статься, что и они к тебе, когда – то обратятся, так ты будь любезна, выполни их просьбу. Ссориться тебе с ними никак нельзя! Иначе лишишься их поддержки и тогда не выживешь!

Пойдешь в зал, веди себя со всеми одинаково корректно, вежливо, уважительно. Там в основном находятся природные духи, а тебе именно с ними работать, и шаманы, люди, управляющие этими духами, у них тебе еще учиться многому. Ну все напутствия высказал.