Человек с высшим образованием
- -
- 100%
- +
– А чего беспокоиться? всё уже позади! Все прошло, осталось только море.
Он взял со стола бутылку газированной воды и наполнил свой стакан чуть больше половины.
– Я все пропил. – всё с тем же спокойствием продолжал Мартин – Жена ушла, дети выросли без меня, друзья отвернулись. Я жил как в тумане, знаешь, приходил из тура и мог на месяц уходить в запой. Пил, трезвел, уходил в море, приходил, снова уходил в запой на месяц, и так по кругу, пока однажды не проснулся в пустой квартире один, среди груды пустых бутылок и отвратительного хаоса своего быта и не осознал, что это конец. У меня как будто сработал какой-то защитный механизм. Как будто мой ангел, хранитель, который сам всю мою жизнь был в каком-то страшном запое вернулся ко мне и сказал: " Или мы бросим пить сейчас, раз и навсегда, парень, или нам уже никто и ничто не сможет помочь. – он с секунду помолчал и добавили я бросил… Совсем.
– И как? – изумлённо спросил Форс, обескураженный такой откровенностью.
– Да как? Сначала было тошно от всего этого и главное от осознания того что так я прожил большую часть своей жизни, а мне к тому времени уже перевалило за сорок пять. Я помню хотел даже повеситься —он грустно улыбнулся – Как сейчас помню, зашел в гараж взял веревку, поднялся на второй этаж в доме, привязал один конец веревки к перилам, а второй себе на шею и так хотел спрыгнуть вниз- Мартин наклонил голову набок и издал звук похожий на хрустну ты понял… чтоб долго не мучиться. Но не спрыгнул, было внутри ощущение что осталось еще в этом мире. Что-то чему я нужен.
– И что же это?
– Море. – Мартин допил воду и поставил стакан на стол. – осталось только море, только им я и живу. Только оно одно не отвернулось от меня, не оставило, только его я не смог ни потерять, ни пропить, ни заложить. Оно как мать, всегда ждет своих сыновей где бы их ни носило.
– Ну вешаться это уже конечно лишнее, я бы никогда…
– Я тоже так думал, – перебил его Мартин. – что я бы никогда, а в тот день я понял, что люди кончают с собой совершенно не в том состоянии в котором они говорят себе эти слова. Люди кончают с собой, когда они не видят больше смысла своего существования и тут должно быть что-то за что можно реально зацепиться, то ради чего стоит продолжать жить, иначе…
– Кажется погода портится. – сказал Форс чтобы сменить гнетущую тему и озабоченно посмотрел в иллюминатор
– Это еще цветочки, – ответил Мартин. – на среду передавали грозу, ближе к ночи, с сильным штормовым ветром. К этому времени мы должны миновать Красное море. Капитан опасается, что мы можем попасть в шторм аккурат в то время, когда наш корабль выйдет из Красного моря в Аденский залив.
–В чем здесь опасность? – не понял его слов Джейкоб
– Видишь ли, наш путь из Красного моря в Индийский океан пролегает аккурат вдоль “африканского рога”, а там… В общем не забивай себе голову разной ерундой, а то мне влетит от капитана за то, что я рассказываю тут тебе страшилки. Всё будет хорошо.
Лицо Мартина скривилось в какой-то сконфуженной и не уверенной улыбке. – Во время шторма у нас тут случается полтергейст так что ты не пугайся? – ободряясь, как-то резко и невзначай выпалил он, явно желая уйти от навиваемых этим разговором, гнетущих мыслей.
– В смысле – полтергейст? не понял шутки Форс.
– Ну, ты когда-нибудь видел полтергейст? Когда стулья сами по себе двигаются по комнате, с полок опрокидываются книги, ящики начинают сами собой выезжать из шкафов. В шторм на корабле все эти "чудеса" (двумя пальцами он сделал жест, изображающий кавычки) становятся реальностью. Ну а ты сам то надолго с нами? Капитан сказал, что ты вроде как будешь до тех пор, пока водолазы не исследуют затонувшие суда и не найдут что-нибудь интересное. "Этому парню нужны сенсации! " – так про тебя сказал наш капитан.
Форс улыбнулся.
“Так про меня, скорее всего ему сказал мой "добрый" начальник. —подумал он про себя, а вслух сказал: “Не знаю, я вообще не охотник за сенсациями, а скорее рядовой журналист, городская ищейка, которая тщательно вынюхивает прежде чем напасть на след. Вообще мне нравится заниматься правозащитной деятельностью. Я занимался частным расследованием незаконных арестов участников митинга " против произвола, за права чернокожих", слышал о таком? помог вытащить из тюрьмы много невинных людей которые просто отстаивали свои права. Принимал участие в расследовании убийства чернокожего подростка двумя полицейскими в Бруклине”
– Ты только чернокожими занимаешься? – перебил его Мартин удивленным тоном.
– В основном приходится. – буркнул Форс. – Чёрные самая притесняемая раса в Америке. – он исподлобья взглянул на Мартина. – Ты не Американец не так ли?
– Нет. – ответил Мартин. – Я родился в Германии, а всю свою сознательную жизнь, не считая туров, прожил в Канаде. А по морю (он закатил глаза) где меня только не мотало.
– Оно и понятно. Если бы ты родился чернокожим в Бруклине и вырос на его улицах, ты бы меня понимал. Мой отец еще застал те времена, когда в автобусах были места для черных и для белых. Он мне рассказывал, как ему всю дорогу после тяжелой работы приходилось ехать стоя хотя в автобусе, были свободные места. Но эти места были предназначены для белых и цветным нельзя было их занимать. Однажды на кухне я видел, как он плачет. Мой отец был такой же как я сейчас, крепкий и рослый и я никогда бы не мог подумать, что когда-нибудь я увижу его плачущим.
Мы тогда жили в Алабаме: в поисках работы родители кочевали из штата в штат. Мать подошла к нему и спросила "что случилось Крисс?" Он сказал, что он как всегда в этот день ехал стоя, но был настолько уставшим что стоять не было сил и он присел на место для белых.
"Я видел, как водитель посмотрел на меня искоса через зеркало заднего вида, но ничего не сказал" – говорил он моей матери. —
Постепенно автобус заполнялся пассажирами, белые садились на места для белых, черные ехали стоя искоса, поглядывая на моего отца. Он говорил, что он задремал и проснулся от того что почувствовал, что кто-то дергает его за рукав. Это был водитель. Он потребовал освободить место. Отец его проигнорировал. И тогда водитель вытащил револьвер.
“Ты должна была видеть его глаза, Марта.” – говорил отец моей матери сжимая ее руку. – он бы выстрелил в меня за это паршивое место, клянусь богом, он бы выстрелил.
– И он плакал как ребенок, – продолжал Форс. – а меня изнутри распирала злоба на этих людей и обида за собственного отца. Мне тогда было десять, я хотел раздобыть где-нибудь пистолет и застрелить этого водителя или сделать еще что-нибудь этакое чтобы отомстить за отца, а потом я решил… решил, что, когда вырасту, обязательно буду бороться с этой несправедливостью чего бы мне это не стоило. Мой отец работал на износ, чтобы прокормить нас и дать нам образование. Он был простым разнорабочим, не особо грамотным, он помню даже писал всегда с ошибками, но для нас он желал лучшей доли. Времена конечно изменились с тех пор, давно уже никто не делит места в автобусах и нет отдельных школ для черных и белых. Времена сильно изменились с тех пор. – повторил Форс. —Времена, но не люди.
– Все люди разные. – Пожал плечами Мартин. Честно говоря, я никогда и не задумывался на такие темы, мы всегда жили дружно со своими соседями. В Германии среди наших соседей были разные нации: Русские, Евреи, Поляки, Немцы, наши родители дружили с друг другом и ходили в гости, не знаю, у каждого наверно своя правда.
Форс посмотрел на Мартина взглядом полным досады и чувство разочарования вновь наполнило его душу.
– Я, пожалуй, пойду – сказал Мартин вставая из-за стола и складывая опустошенную посуду на разнос. – Поздно уже.
Форс не стал возражать и проводил гостя до выхода.
Закрыв дверь, он лениво поплелся к кровати, морская качка сильно на него подействовала, и он буквально валился с ног.
Кое как втиснувшись в ненавистную кровать он снова начал перебирать позы, когда наконец отчаявшись, опять согнул ноги в коленях лежа на спине и так и заснул.
Глава 7.
Мартин оказался прав. К вечеру среды набежали грозовые, тяжелые тучи, ветер усилился до штормового и на корабле начался настоящий “полтергейст” Сильный порыв ветра нагнал на правый борт корабля волну такой силы что его круто накренило влево и маленький диванчик в каюте Форса плавно, " сам собой" пополз от стены. Одновременно с этим с полок посыпались книги, распахнулись дверцы всех шкафов извергая из себя все содержимое и сам Форс вместе со стулом, на котором он сидел тоже медленно пополз в сторону крена. По чьему-то великому недогляду иллюминатор в каюте Форса оказался не заперт и мощный напор набежавшей волны распахнул его, залив весь пол и ноги Форса ледяной водой. Форс бросился к иллюминатору и плотно закрыв створку наглухо ее задраил. Воды налило почти по щиколотку, и она была настолько холодной что у форса ломило ступни. Он опрометью бросился к шкафу с хоз. инвентарем, который единственный во всей каюте был заперт на щеколду, и найдя в нем ведро и тряпку со шваброй, дрожащими руками принялся собирать ледяную воду.
В коридоре послышались торопливые шаги, и кто-то забарабанил кулаком в дверь.
– Джейкоб – раздался голос Мартина из коридора. – Я забыл тебя предупредить чтоб ты задраил иллюминатор. У тебя всё в порядке?
– Все просто превосходно – отозвался Форс выжимая тряпку – Я в полном порядке.
Услышав звуки воды, стучащей по дну жестяного ведра Мартин понял, что опоздал с советом и постучал в дверь еще раз.
– Я думаю тебе нужна помощь, Джейк. – сказал Мартин прильнув лицом к двери.
С той стороны двери послышался скрежет замка, дверь отворилась, и он лицом к лицу встретился с Форсом, который стоял перед ним в мокрых, закатанных до колен брюках и в не менее мокрой рубашке с также закатанными до локтя рукавами. В одной руке он держал мокрую тряпку, с которой тонкой струйкой бежала вода. По каюте, словно кораблики, плавали книги, пустые тарелки, кружки и бутылки из-под воды.
– Помощь мне не помешает. – сказал форс улыбаясь – И резиновая лодка тоже.
– Хорошо, я пришлю тебе свободного матроса.
Мартин поколебался немного и затем сказал: "Я пришел сказать тебе что Ветер все время усиливается и шторм намечается очень сильный, поэтому капитан запретил тебе покидать каюту и тем более подниматься на главную палубу"
– И это зря. – ответил Форс с досадой. В свое время я служил на флоте, с тех пор конечно много воды утекло, но я мог бы быть вам чем-нибудь полезен.
– Ты будешь неоценимо полезен если мы доставим тебя до места в целости и сохранности, а для этого тебе нужно не покидать каюту. В конце концов это приказ и, если ты служил на флоте ты должен понимать, что приказы не обсуждают их исполняют.
– Да сэр! Есть исполнять приказ, Сэр! – шутливо отозвался форс на фразу Мартина, и по-солдатски выпрямившись во весь рост, гордо подняв подбородок выровнял руки по швам.
Мартин только улыбнулся в ответ и уходя повторил:
– Я пришлю матроса, он поможет тебе с уборкой.
На главной палубе к этому времени шторм уже разошелся не на шутку. Огромные волны с грохотом обрушиваясь на палубу разбивались вдребезги и неспешно и умиротворенно расстилаясь по ней вновь утекали восвояси. Озябшие матросы, одетые в желтые непромокаемые плащи с отражающими полосами шустро, суетились по палубе перекатывая бочки, задраивая люки и лазы и убирая с палубы все что может быть смыто за борт. Завершив все дела, вскоре и сами матросы покинули главную палубу оставив ее в полное распоряжение бушующей стихии.
Штурман с капитанского мостика через бинокль вглядываясь куда-то вдаль иссиня-черных тяжелых туч доложил капитану что надвигается гроза.
– Ну вот— Вдумчиво произнес капитан. – Только этого нам и не хватало. С нашим весом в шторм нас и так мотает как щепку, а тут еще и гроза. Если мы останемся без навигации это будет катастрофа.
– Штурман ничего не ответил, а только сочувственно-беспомощным взглядом посмотрев на капитана развел руками как бы расписавшись в своем бессилии перед стихией.
Вскоре судно вошло в грозовой фронт и в добавок к бушующему шторму его накрыл сильный, продолжительный ливень, сопровождаемый раскатами грома и ослепительными, в сумраке наступающей ночи, разрядами молний, которые словно побеги огненного дерева мгновенно прорастали от небосвода до самой воды.
В каюте форса было зябко и сыро и он, закутавшись в два шерстяных одеяла, всю ночь, ворочаясь в кровати и стуча зубами от холода, пытался уснуть. Шторм стих только к утру, и только с появлением первых лучей солнца, начинающих припекать борт судна с той стороны где находилась каюта Форса, в ней немного потеплело, и Форс уставший от холода и бессонной ночи, изможденный уснул "без задних ног".
Во сне, два высоких, чернокожих солдата в какой-то странной военной форме и светло-коричневых беретах с автоматами наперевес вели его, закованного в кандалы, куда-то под руки по узкому, плохо освещенному тоннелю которому казалось не было ни конца, ни края. Форс не знал куда его ведут, и кто эти люди, а только чувствовал в груди неприятное ощущение того что происходит что-то неправильное, ошибочное, то чего не должно происходить. Он чувствовал, что здесь есть какое-то недоразумение и он находится в центре всего этого. Сон был настолько реалистичен что Форс мог видеть мельчайшие детали. Он видел траву мелкой порослью прорастающую между брусчаткой, которой выстлан был тоннель, нашивки на рукавах военных, хоть он и не мог разобрать их, и тусклый свет от лампочек, висящих под низким, сводчатым потолком, и слепящий глаза в тот момент, когда он проходил мимо них.
Внезапно все исчезло, и тоннель и военные, и он оказался посреди ночного, заснеженного леса стоящим на каком-то деревянном помосте окруженный белыми, запорошенными снегом ёлками.
Вот елки начали шевелиться. Сначала одна, потом другая как бы стряхивая с себя переливающийся в свете луны снег. И стряхивая с себя снег елки начали принимать облик белых рыцарей в белоснежных остроконечных колпаках, и белых плащах с белым крестом на фоне красного круга. Это были рыцари Ку-клукс-клана. Лица их были закрыты белыми масками с горизонтальными узкими прорезями для рта и глаз. Каждый держал в руке по зажженному факелу. Они горели так ярко что Форс мог видеть отражение их пламени в глазах рыцарей.
Обходя со всех сторон, они начали медленно окружать помост, на котором он стоял.
Из толпы прямо перед ним вышел юноша, в облачении белого рыцаря и пристально посмотрел на Форса так как будто пытался его опознать.
Рыцарь снял маску и Джейкоб, к своему невероятному удивлению обнаружил что это был чернокожий мальчик, с очень знакомыми ему чертами лица.
Это был тот юноша которого застрелили полицейские в Бруклине.
– Это он. – указал юноша пальцем на Форса. – Это он меня убил.
Ужас словно стальной саркофаг сковал все тело форса, и он почувствовал, как его бросило в холод.
–Я не виноват; это какая-то ошибка – в ужасе пытался выговорить Джейкоб, но язык его не слушался и вместо этого выходило лишь глухое, протяжное мычание.
Форс стоял на подмостях и беспомощно наблюдал за тем как рыцари один за другим начали снимать маски и все они были чернокожие, что, впрочем, почему-то нисколько его не смущало. Последним снял маску высокий крепкий рыцарь, который своим ростом и телосложением более всех выделялся из общей массы и Форс узнал в нем своего, теперь уже покойного, отца.
Он укоризненно смотрел на Сына как бы говоря ему: "Как ты мог? Я не учил тебя этому."
Джейкоб хотел было что-то сказать в свое оправдание, но язык по прежнему его не слушался, и он снова глухо и протяжно замычал.
Один из рыцарей опустил маску на лицо и начал подниматься на помост, на котором стоял Форс. И только сейчас Джейкоб понял, что это не просто помост, это эшафот, и его сейчас будут казнить. Просто линчуют за то чего он не совершал.
– За что боролся на то и напоролся! – словно ведьмино проклятье задребезжал над его головой высокий женский голос.
Белый рыцарь подошел к Форсу сзади и демонстративно взяв его за волосы обвел толпу вопросительным взглядом.
Все рыцари как по команде, разом вытянули правую руку вперед и резко вывернув кисть руки выбросили большой палец вниз как бы говоря палачу свое решительное "Убей"
Палач накинул Форсу на шею петлю из толстой пеньковой веревки и затянул ее так сильно что Джейкоб почувствовал, как он медленно начинает задыхаться.
Где-То совсем рядом послышался ритмичный бой барабана и… он проснулся.
Кто-то со всей силы барабанил в дверь его каюты.
"Долбят так как будто хотят выломать дверь" подумал Джейк и скинув с себя шерстяные одеяла медленно, зевая на ходу поплелся к двери.
– Зачем так долбить? – ворчал он недовольно, открывая дверь. – Так можно и дверь выло…
Едва приоткрыв дверь, он не успел договорить как оглушительный удар прикладом автомата в лицо сбил его с ног.
Уже лежа на полу он почувствовал, как теплая струйка крови сочится, откуда-то со лба, по его носу и монотонно капая на верхнюю губу попадает в рот оставляя после себя солоноватый привкус. В голове помутнело; его немного подташнивало.
Форс слегка приподнял голову и увидел двух чернокожих людей с автоматами Калашникова в руках, нависавших над ним.
Они были похожи на тех военных, которые во сне вели его по тоннелю только вместо военной формы на них были какие-то грязные лохмотья с белесыми пятнами, оставшимися то ли от пота, то ли от соленой морской воды.
Один из них – худой, высокий, с очень отвратительным выражением лица, которое в добавок ко всему было изуродовано шрамом, простирающимся от правого глаза до края верхней губы, ткнул Форсу в грудь дулом ржавого автомата и спросил что-то на непонятном языке.
Форс морщась от боли попытался приподняться оперевшись на правую руку. В голове у него шумело, и он, не отошедший еще от того нелепо-дурацкого сна никак не мог прийти в себя и понять, что происходит.
Второй парень, такой же худой, как и первый только немного ниже ростом с повязанной на голову, в качестве банданы, грязной майкой, которая судя по всему когда-то имела белый цвет, сказал что-то первому на своем языке и развернувшись поспешно вышел из каюты. Через некоторое время он вернулся с чернокожим небритым мужчиной среднего возраста.
– Ты говоришь по-английски? – спросил Форса мужчина на ломанном английском который едва можно было разобрать?
– Что? – спросил Форс кривя от боли лицо и пытаясь подняться.
Парень с грязной майкой на голове поднес дуло автомата ему прямо к носу намекая на то что этого делать не стоит.
–Ты говоришь по-английски? – повторил мужчина, на этот раз уже более внятно свой вопрос.
– Да – ответил форс сплевывая на пол сгусток крови которая скопилась у него во рту.
Мужчина сделал Форсу жест рукой как бы приглашая его подняться.
– Вставай, пойдем со мной – произнёс он еле разборчиво, коверкая слова.
Двое с автоматами схватили Форса под руки и помогли ему подняться.
Один пошел впереди, другой уперев автомат Форсу в спину и подталкивая его им шел сзади. Небритый мужчина, вынув из набедренной кобуры пистолет пошел позади всех, наблюдая за общей картиной и контролируя ситуацию.
В сопровождении этого конвоя Форс поднялся на главную палубу и с удивлением обнаружил что на ней не было ни одного члена экипажа. Вместо них он увидел таких же как те двое, чернокожих парней, одетых в какие-то грязные лохмотья вооруженных старыми, никогда не видевшими смазки автоматами Калашникова с облезшими от старости деревянными прикладами.
Небритый мужчина посмотрел на конвоира, который шел впереди Форса и пистолетом указал ему куда-то в сторону узкой лестницы спиралью, вьющейся вниз от главной палубы.
По этой лестнице они медленно спустились на нижнюю палубу и оказались в коридорчике, который вел к машинному отделению.
Здесь мужчина обошел конвой и пошел впереди. Подойдя к массивной металлической двери, он громко постучал в нее рукояткой пистолета. Ответа не последовало. Он постучал еще. На этот раз уже более настойчиво и громко.
– Что вам нужно? – раздался голос из-за двери и Форс отметил про себя что это был голос Мартина.
– Мы нашли кое-что на борту вашего судна – с сильным акцентом произнес небритый мужчина. – что-то что что очень интересно для вас.
Он поднес дуло пистолета к голове Форса и нарочито медленно взвел курок обращаясь к Форсу:
– Скажи им что-нибудь
– Что происходит, Мартин? – выкрикнул Форс как можно громче.
– Это пираты Джейк. – Ответил Мартин. В шторм мы остались без навигации и сбились с курса. Произошло именно то чего мы опасались.
– Вам лучше открыть дверь – зло прорычал "небритый" доставая огромный нож из кожаных ножен которые висели у него на поясе- иначе мы скормим вашего товарища акулам по частям, а вы будете всё это слушать.
С этими словами он поднес нож к шее Форса и слегка вдавил в нее его остриё. Форс протяжно застонал.
– Откройте дверь – повторил "небритый" свое требование – и с вашим товарищем ничего не случится.
– Не бойся Джейк – отчаянно выкрикнул Мартин. – они ничего тебе не сделают. Нам удалось выйти на связь в военным кораблём США, который курирует эти воды. Помощь уже на подходе.
Со стороны лестницы послышался цокот набоек очень быстро и ритмично отбивающей шаги по металлическим ступенькам и вскоре на нижней палубе показался один из пиратов. Он нервно жестикулировал и размахивал автоматом выкрикивая небритому что-то на своем языке.
Последний от услышанного изменился в лице и зло посмотрев на Форса переглянулся с одним из пиратов.
Тот в свою очередь навел дуло автомата на Форса и вопросительно посмотрел на "небритого" как бы спрашивая "я тебя правильно понял".
"Небритый" неодобрительно покачав головой ловко задвинул нож в ножны и отдав какие-то распоряжения на своем языке двинулся в направлении главной палубы.
Пират кивнул, давая небритому понять, что он понял, что нужно делать и поправив рукой грязную майку, на голове которая сползла набекрень, одним резким взмахом нанес Форсу удар прикладом по затылку такой силы что он, при всей своей массивности и силе рухнул на пол как подкошенный.
Недовольно что-то бормоча себе под нос оба пирата, явно недовольные тем что именно им теперь придется тащить эту огромную "тушу" наверх, связали Форсу руки за спиной и взяв его под подмышки волоком потащили на главную палубу.
На главной палубе в это время творился настоящий хаос. Пираты завидев вдали приближающийся военный корабль подняли панику и теперь спешно грузили в старенькие деревянные лодки все что можно было увезти с собой. Кто-то тащил с камбуза мешки с кукурузной мукой, сахаром и сухарями, кто-то выгребал из опустевших кают одежду, личные вещи моряков и даже подушки с одеялами. Два пирата подкатив огромную бочку с горючим к борту судна хотели было по доскам перекатить ее в лодку, но не смогли ее удержать и бочка покатившись вниз, на всем ходу с грохотом врезалась в днище старенькой лодки разбив его в щепки и потопив лодку со всем ее содержимым.
Вскоре пираты сгрузили все что уместилось в оставшиеся четыре лодки, в том числе и Форса, который лежал теперь со связанными руками лицом вниз среди мешков с кукурузной мукой и сахаром словно огромный, добытый рыбаками тунец.
Послышался рокот поочередно заводящихся лодочных моторов и тяжелые от награбленного добра, рыбацкие лодки медленно, одна за другой начали отходить от опустошенного набегом судна.
Отплыв метров на сто, лодка которая шла последней внезапно заглушила мотор и остановилась, покачиваясь на волнах и вслед за ней поочередно и остальные лодки заглушили свои моторы.
"Небритый", сидевший в последней лодке у самого мотора достал откуда-то из-под мешков с награбленным провиантом массивный противотанковый гранатомет и ловко вскинув его себе на плечо навел гранату на борт только что покинутого судна.
"Аллах Акбар" – эхом разнесся возглас небритого по морской глади приглушая шепот волн, и реактивная граната шипя пороховыми газами словно бешеный шершень устремилась к цели.
Оставляя за собой белый след она с грохотом врезалась в борт судна, точно по ватерлинии, оставив после себя рваную "рану" искореженного металла которая сразу же стала заполняться водой.
–Аллах Акбар. – послышались разрозненные возгласы пиратов, доносящиеся с лодок. Под рокот заведенных моторов, веселое улюлюканье и звуки беспорядочной пальбы в воздух, пираты вновь "снялись с якоря" и в лучах заходящего солнца отправились восвояси издали, наблюдая как подбитое судно набирая воду, медленно кренится на пробитый борт.
Глава 8.
“Джейк, Джейк! Не водись с ними, сынок, они погубят тебя!”
Форс отчетливо слышал голос отца, но никак не мог понять откуда он доносился.
Он вертел головой разглядывая темные окна грязно бурых кирпичных домов своего родного райончика в Бруклине, где он вырос и все было ему до боли знакомо, но никак не мог найти глазами отца. Ему казалось, что голос его звучит где-то совсем рядом, из того окна, или может быть из этого. Или из этого узкого закоулка, в котором всегда творилось что-то криминальное.