История

Когда я приблизился к обиталищу шамана, меня там явно не ждали. Два давешних помощника сидящих у входа в чум, прям с лица сбледнули.

– Ва-аа… – хотел что-то проблеять один из них

– Брысь! – сказал я, и их как ветром сдуло. Очень не хотелось лезть в эту юдоль печали но, ради «доброго» дела, что только не совершишь. Выдохнув, словно в воду ныряю, я всё же залез в чум. Да уж, от моего появления Полоз явно впал в тихую панику. Крысиная мордочка перекосилась, глазки бегают, лоб вспотел, самого слегка потряхивает. Испужался сердешный. Он что решил – я убивать его пришел?

– Хао, шаман Пёстрый Полоз.

– Хао, Большой шаман Горький Камень. – Просипел он в ответ.

Ого! – пронеслось у меня в голове – Вот я уже и у него Большой шаман стал.

Нисколько ни чинясь я молча уселся и окинул мимолётным взглядом жилище шамана. Ну чтож, ожидаемо грязно, вонюче и скромно, очень скромно. Я имею в виду шаманский антураж. Куда там до фэнтезийных затейников двадцать первого века. Ни тебе скалящихся черепов, ни хрустальных шаров, ни мега пауков по тёмным углам, даже задрипанной сушеной лягушки и той нет. Так, кости да пучки трав,одно слово – каменный век.

– Ты наверно гадаешь, – начал я, глядя на напряжённого Полоза – для чего я пришел? Не волнуйся, не ссорится. Я вот подумал, ты – уважаемый шаман, я – уважаемый шаман, мы с тобой – уважаемые шаманы! Ты остаёшься в племени, я ухожу, что нам с тобой делить. Вообще не могу понять, что это нам взбрело в голову на людях отношения выяснять, а?

Хотя Полоз не ждал от меня таких слов, но они явно пришлись ему по вкусу, ему заметно полегчало.

– Вот скажи мне Полоз, – продолжал я – что могут понимать простые охотники в высоком искусстве камлания?

– Да, да! – с жаром подхватил Пёстрый Полоз, видать проблема с доверием к его способностям, была весьма актуальна – Совершенно ничего ни понимают.

– Во-от! Теперь, когда Хатак уйдёт, ты станешь самым главным в племени.

– Есть ещё вождь Острый Рог.

– Ай, брось Полоз, ну кто он такой, мальчишка, молодой, глупый. Силы конечно много, а ума…? Мы то – я доверительно наклонился к нему – уважаемые шаманы знаем, главное – я постучал пальцем по голове – ум! Правильно я говорю?

– Да! Да! – ох какой бальзам я пролил на душевные раны Полоза, с такими амбициями, с таким властолюбием и иметь такую внешность – однозначно он завидовал Острому Рогу – Совсем не понимает как управлять племенем, иногда слушает, а иногда упрётся как бык! Прав ты Горький Камень – ум вот что, главное.

Бедный Полоз аж подпрыгивал, как кипящий чайник, от волнения.

– Спокойно, спокойно. Ты не волнуйся так Полоз, если что, я завсегда тебе как шаман шаману помогу. Я вот хочу подарок тебе сделать. Смотри, чисто шаманская штучка, э-э амулет.

Я достал сдохший айфон и сунул его под нос Полозу.

– Это замерзшая чёрная вода, в ней отражается твой тёмный дух, видишь!

– Вижу! – с расширенными глазами, как сомнамбула повторил Полоз – Вижу!

– Этот твой темный дух помогает во многих ритуалах, разговаривай с ним, советуйся. Иногда он даже может ответить – «ага, особенно если мухоморов как следует накуришься» – но, редко. Сам понимаешь – показывать такой амулет можно не всем, только таким же уважаемым шаманам как мы с тобой. На, – я сунул в трясущиеся ручёнки Полоза айфон – владей.

– Яй-а, йя-а, я – наконец-то справился со своим голосом Пёстрый Полоз – я не могу подари…

– Пустое, – прервал я его – я же не из-за подарков к тебе пришел, а чиста из уважения. Вот как думаешь, может и вождю подарить какую мелочь, зачем умному человеку на пустом месте недругов наживать, а так пусть мальчику приятно будет, и нам хорошо – и подмигнул эдак заговорщицки, будто на что-то намекая – э?

– Мудро, мудро… – закивал головой Полоз – Ты действительно, умный человек Горький Камень.

– Ну я пожалуй пойду, дел ещё много. Если в следующем году по весне мне вдруг что понадобиться, шкуры там или горький камень, как ты думаешь, сможем мы договориться с твоим племенем…

– На моё племя, ты всегда можешь рассчитывать Большой шаман Горький Камень. – твёрдо сказал Полоз.

– Ну… пойду.

Жалко ли мне было айфона? Да не вжизь, к чему мне бесполезная фигня. А так, может, дообщается Полоз со своим тёмным духом до раздвоения личности, глядишь, кататься по земле с пеной у рта начнёт не по производственной необходимости, вяленько без огонька, а по душевной потребности – качественно, с фанатизмом. Соплеменникам должно понравится.

А ближе к вечеру вернулись соленосы.

Сутра пораньше за мной пришли два вежливых охотника, присланных вождём, дабы я осмотрел причитающуюся мне соль и назначил время начала обряда очищения. Очень уж вождь хотел нас поскорее отправить из племени подальше. Тут наши желания полностью совпадали.

Я уже был в курсе что, поход в целом прошел успешно. Соли принесли не мало, и мне и себе с запасом. Ну, и хорошо.

Когда я подошел к чуму вождя, там присутствовал он сам и трое его приближённых. А вот шамана, что интересно, небыло.

– Хао Горький Камень. – С постным лицом поприветствовал меня вождь.

– Хао вождь Острый Рог.

– Вот – он указал рукой на десять котомок с солью – горький камень, который нужен тебе для обряда. Посмотри, подойдёт ли он тебе.

Я развязал горловину у одного из мешков. Чтож, охотники явно постарались, не без мусора конечно, но значительно более чистая и крупная соль, чем я видел до этого. Не знаю пропорции, которая останется после очистки, но даже если процентов пятьдесят будет, это уже килограмм сто. Хватит на все мои нужды.

– Я доволен вождь, это то, что нужно.

– Скажи,когда ты проведёшь очищение и что, для этого тебе нужно?

– Ах, молодость, молодость! Всё торопиться, всё спешит. Нет бы посидеть со стариком, поговорить. Рассказать как сходили, что видели, как твоё здоровье, как твои женщины?

– А что, тебе до моего здоровья и женщин – насупился вождь.

– Ну, как-же, как-же, такой молодой – и уже вождь! У могучего вождя должно быть могучее здоровье и много красивых женщин – вот как у тебя, Острый Рог. – Принялся я заливать патоку в уши настороженно смотрящему вождю. – Уж не знаю, чем ты так на меня обижен, а вот я тобой удивляюсь и где-то даже – восхищаюсь. Что бы править таким большим племенем, нужно быть не только отличным и удачливым охотником но, и мудрым человеком. – «Ага, забирает» – промелькнуло у меня в голове, глядя на слегка расслабившегося вождя, который с самодовольной рожей стал поглядывать на своих подпевал. – Не много я видел таких молодых и таких достойных людей как ты, Острый Рог.

– Не скрою, приятно услышать такие слова от такого Большого шамана как ты, Горький Камень – вождь слегка порозовел и совсем «поплыл» – и кто тебе сказал, что я на тебя за что-то обижен. И вообще, что мы стоим тут. Давай зайдём в чум, посидим, поедим мяса, поговорим.

– Ну, если ненадолго. Как бы нехотя согласился я.

Помимо такого же душного запаха, как и у шамана, тут сразу было видно что,это жилище охотника. Много оружия, в основном копья и дубины, несколько плохеньких дротиков и даже пресловутый каменный топор, шкуры, ещё какой-то скарб, плохо различимый в полумраке. Посреди совсем маленький костёр, чисто символический. А ещё, в чуме находились три женщины, или скорее девушки и, что для меня оказалось большим сюрпризом, они были практически голые. И вполне так ничего, симпатичные. Меня потом Хатак просветил, оказывается это вполне себе норма, в тёплое время, внутри жилища, женщины так и ходили. И насколько знает Хатак, так было практически у всех. Однако, наши далёкие предки были бо-ольшие эротоманы.

Когда мы все расселись, я с одной стороны, вождь со своими молчаливыми приближёнными, с другой, женщины тут-же протянули всем по хорошему куску жареного мяса.

– Благодарю вас красавицы, и тебя вождь за угощение но, вынужден отказаться. Скоро сложный магический обряд и мне нельзя перед ним есть. Надеюсь, я не обидел тебя, сам понимаешь – магия…

– Понимаю, понимаю –вроде как и правда что-то понимал, закивал головой Острый Рог – Так что нужно уважаемому шаману для обряда.

– Когда Дневное Око станет высоко нужно зажечь два костра напротив друг друга, котомки с горьким камнем нужно положить на расстоянии перед кострами. По руке котомок с каждой стороны, я покажу как. Люди будут проходить меж ними и касаться их, тем самым снимая с себя следы Хатака, а потом будут проходить меж костров. Я буду смотреть через огонь, не осталось ли на ком остатков. Все достаточно просто. Я надеюсь, ты объяснишь людям племени, что нужно делать. Чем быстрее мы проведём обряд, тем быстрее уйдём и уведём за собой дух Длиннолапого.

– Конечно, не беспокойся Большой шаман, я всё сделаю.

Тут, одна из девушек сидящих за спиной вождя, навалившись на того не маленькой грудью, что-то быстро зашептала ему на ухо. Я только едва разобрал слово – «спроси». Вождь недовольно скривился и хотел было отмахнуться от неё, как я его опередил.

– Ну, ну, вождь. Не стоит отказывать таким хорошеньким женщинам в маленькой просьбе.

– Водяной Цветок хотела спросить, что это у тебя в ухе.

– Это называется – серьга. Её носят шаманы и воины моего народа.

– Только шаманы? – пискнуло из-за спины вождя.

– Такую – да. Но вообще-то, у моего народа много разных украшений. Особенно женских.

– Женские украшения это что? – раздался другой девичий голос.

– О, это так сразу и не расскажешь. Есть например бусы, это такие красивые шарики на шнурке которые носят на шее. Или вот кольцо… – Я слегка развил тему кулонов, браслетов, подвесок, фибул и пуговиц, с удовлетворением наблюдая искреннюю заинтересованность, хотя они и старались не подать вида, мужской аудитории, а про женскую вообще молчу… – В общем, на девушках смотрится очень красиво. Сам-то я делаю только некоторые украшения, но возможно следующей весной, я думаю, поменяю несколько из них на хорошо выделанные шкуры или на тот же горький камень. – Закончил я.

О как горели глаза жен вождя! Они хотели, они желали, они жаждали – уже скорее, немедленно, сейчас!

Кирдык тебе дядя – перед этими тремя острейшими пилами тебе не устоять, какой бы ты ни был дубовый. Ты у меня со всем мужским населением племени за бусы да серьги всю жизнь будешь соль таскать. Женщины, за милые их сердцу побрякушки на такое способны…. Однако, усилим и твою заинтересованность, дружок.

– Я знаю что, тебе вождь, очень нравится моё Большое Копьё.

– Не буду скрывать, это так.

– Понимаю, любой охотник хотел бы обладать таким сокровищем. Но увы, этим копьём может владеть только сильный шаман, оно создано специально для меня. Наконечник сделан из очень редкого камня – железо. Мой народ умеет добывать такой камень и изготавливать из него очень хорошее оружие. Я тоже кое-что умею но, я не знаю где здесь найти железный камень. Если я когда-нибудь найду его то, возможно, и у тебя вождь будет что-то подобное.

– Как можно найти этот камень? – бедный малый аж подался вперёд.

– Это непросто. Скорее всего, такой камень есть в горах. Рано или поздно я буду искать его там.

– Мои охотники могут помочь тебе в этом?

– От помощи не откажусь, но это будет не скоро. Я вижу, ты слегка расстроен, а знаешь что, у могучих вождей моего народа есть специальное Копьё Вождя. Его делают из бивня большого зверя ходящего по степи. Этим копьём не охотятся, не сражаются с врагами, оно как бы говорит остальным вождям и их охотникам – «Посмотрите как могуче и удачливо моё племя что, даже мне, вождю нет необходимости пользоваться этим прекрасным копьём». С такими копьями наши вожди ходят на Большой Костёр, на совет вождей и вообще на все значимые мероприятия. Если бы у меня был бивень, я мог бы сделать тебе такое копьё, но…

– Я дам тебе бивень Великий шаман! – не дал мне закончить Острый Рог.

– Тогда ты дашь ещё и человека, который донесёт бивень до места, где я буду жить, заодно будешь знать где это.

– Хорошо, я дам тебе самого сильного охотника, но когда у меня будет Копьё Вождя?

– Следующей весной, в это же время готовь столько горького камня, что и сейчас и у тебя будет это копьё.

– Следующей весной две руки котомок с горьким камнем будут ждать тебя, Большой шаман.

«Ну а теперь пора подложить свинью тёплой дружбе между Полозом и Острым Рогом».

– Теперь я хочу, что бы нас оставили вдвоем, вождь. Я подарю тебе могучий шаманский амулет.

Не успел я и глазом моргнуть, как все лишние вылетели от напутственного слова вождя, на улицу.

С детским ожиданием он уставился на меня, и я не стал долго томить.

– Смотри! – я достал обычную зажигалку – Это могучий амулет шамана, в нём живет дух огня. Я чиркнул и язычок пламени озарил полумрак чума.

– Ого! – вырвалось у вождя.

– Теперь смотри, как это работает. – За несколько минут я провёл ликбез. Ничего, обучаемый малый.

– Запоминай, вызывать духа огняможно только два раза, когда ночное око нарождается и когда начинает убывать. Всегда носи с собой этот амулет и ни кому его не давай, даже посмотреть! – вождь кивал головой как маленький ребёнок – Особенно не давай шаману Пёстрому Полозу. Он будет просить, рассказывай страшилки, может даже угрожать – не давай. Если отдашь, даже случайно, дух огня может обидится и забрать с собой твою удачу. Понимаешь меня?

– Я всё запомнил, Великий шаман, ни кто не получит амулет огня, никогда.

– Ты молод, но мудр, Острый Рог, мне вообще думается, что нам нужно дружить. Я много знаю и умею, что даже и не снилось Пёстрому Полозу. Ты вождь сильного племени, я – Великий шаман, как думаешь, э?

– Я полностью с тобой согласен Горький Камень, авторитетным людям нужно дружить.

– Значит я могу рассчитывать на тебя, Острый Рог и на твоё племя?!

– На меня и на моё племя, Великий шаман, ты всегда можешь рассчитывать…

Дальше был обряд очищения. Цепочка слегка напряженных людей шла мимо котомок с солью, касаясь их рукой, и проходили мимо двух костров, после которых сидел я, великий и ужасный, с насупленными бровями. Кивком головы я подтверждал, мол, с вами всё хорошо, свободны. Лишь редко, по знаку Хатака я говорил отойти в сторону некоторым охотникам. После того как прошли абсолютно все, я в месте с вождем и шаманом, подошел к взволнованным мужикам, среди которых лишь Хват был совершенно спокоен.

С озабоченным лицом, я быстро навешал лапши, что именно с этих охотников не все метки убраны, им необходимо более плотный контакт с солью, причём длительный, и тут же двинул «гениальный» план. Дабы отвести угрозу от племени охотники возьмут котомки на спину, и слегка проводят… прям до места, где я ещё раз проведу обряд и отпущу благословя обратно. Ведь мудрый вождь не против, он же заботится о своём племени. Мудрый вождь был совершенно не против. А мудрый шаман? И он – за? Вот и отлично! Ну, и охотники, тоже – за. Им вообще деваться некуда.

Полчаса назад ушли сопровождавшие нас люди. Я стоял на краю каменного обрыва, с которого открывался шикарный вид на огромную, действительно огромную реку. Визуально её ширина километра два. Хатак сказал что, это и есть,Большая река. Хм, Большая река – это ни о чём, безликое усреднённое название. Такие реки должны иметь собственные имена.Я буду называть её – Волга! Великая мать и кормилица цивилизаций. Не знаю, действительно ли это Волга, и врядли узнаю, но этот могучий поток заслуживает такого гордого названия.

Три дня назад, утром, мы добрались до места, где нам предстоит жить. Дошли без особых проблем. Причём последние пол дня шли в основном лесом. Не смотря на то что, сейчас большинство крупных хищников промышляют в степи или возле её границы даже не представляю, как бы я пробирался с детишками один, зверья хватало и тут. Лес был разный, местами смешанный, местами попадались различные рощи. Берёзовые, еловые, высокие и прозрачные рощи корабельной сосны, заросли орешника. Многие деревья мне были знакомы, а ещё немало тех которые я опознать не мог.

Место, куда нас привёл Хатак, было практически идеальным, сам бы я такое мог искать до морковного заговенья. Каменный порог, метров десяти, на котором я сейчас стоял круто обрывался к куску земли, зажатому меж трёх рек. От обрыва до Волги расстояние было где-то с километр, слева протекала неширокая, метров тридцать, быстрая река, впадающая в Волгу. Берега её заросли густым смешанным лесом. Справа, Волга принимала ещё одну реку, ту на которой выше по течению стояло, в данный момент, стойбище Правильных Людей. При впадении в Волгу она образовывала огромный затон. Его берега покрывали непроходимые заросли лозы, а прибрежная зона заросла камышом и тростником. Его серый, прошлогодний ковёр покрывал многие и многие десятки метров пространства. Огромные локальные участки этих зарослей виднелись то тут, то там по всему затону. Мне даже страшно представить, сколько рыбы должно тут быть! А водоплавающая птица просто кишела.

Между затоном и маленькой речкой расстояние было где-то метров восемьсот. В результате я имел неровный квадрат приблизительно километр на километр. Правда вода в Волге видимо ушла ещё далеко не вся и береговая линия пока была неясна, зато очень ясно был виден уровень, до которого доходила паводковая вода. Чёткий порог метрах в ста от подножия обрыва, который река сформировала приходя и уходя многие столетия, и похоже дальше этого порога она поднималась редко. Так что, если поставить жильё поближе к каменному выходу, который находился значительно выше порога то, ни какая половодка угрожать не будет, и такое место есть. Но самое главное что, всё пространство от порога и до Волги, от затона и до маленькой речки, по сути, заливной луг. Врываясь, во время паводка в Волгу, большая река уводила стремительные воды в сторону образуя огромный, неспешно и плавно кружащий водоворот, где лёгкие частички ила медленно опускались на этот участок земли. По чуть-чуть. Из года в год, столетие за столетием, тысячи лет. Эту землю на хлеб можно вместо масла мазать. Так как удобряет река, ни одни удобрения, простите за тавтологию, не удобрят. Метрах в ста от границы паводка находились три огромные лужи, идущие последовательно, вероятно это некие неровности в почве заливающиеся по весне. По прошлому опыту знаю, в таких лужах после ухода воды остаётся много рыбы, и судя по тому количеству разнообразных цапель промышляющих на их берегах – это так. На остальном пространстве заливного луга находилось около сотни кривоватых деревьев, стоящих по раздельности. Сам же каменный обрыв состоял из той же породы красноватого камня, который так любезно расслаивался на бруски и плитки разного размера и толщины, а вершина каменного порога покрывал лес из корабельной сосны, от речки до речки и на многие сотни метров вглубь. И последняя плюшка заключалась в том, что, пройдя вчера вдоль стены выступа, мы наткнулись на естественную нишу, или карман, будто специально сделанный, что бы мы в ней поселились. Я даже шагами измерил, по грубой прикидке получилось метров тридцать в глубину и метров пятьдесят в ширину. Постав жильё в этом кармане оно будет защищено с трёх сторон, а с четвёртой можно отгородиться, например, плетнём и будет нам счастье. Ниша находилась метрах в ста пятидесяти от маленькой речки, за водой не набегаешься. Зато где-то метрах в пятидесяти из каменной стены были выходы воды, к сожалению не единым источником, так бывает, на протяжении нескольких десятков метров влага сочилась с разной степенью активности. Где-то просто тихо струилась по камням, где-то только капала, посильней или потише, половина уходило в землю остальное собиралось в невеликий ручеек, который уходил к заводи. Ничего, я тут начерно прикинул, соберём все капельки в желобочки, да и перенаправим русло ручья в нужную сторону. Поработать конечно придётся, но не для дяди делать будем, для себя.

И всё это вместе, даже не рояль в кустах, это целый симфонический оркестр. Слава Хатаку, лучшему знатоку окрестных ништяков и плюшек.

Я стоял на краю обрыва и наслаждался великолепным зрелищем открывавшемся передомной. Последние спокойные минуты перед долгой и напряжённой работой. Нет, она не пугала меня, наоборот, кровь бурлила и играла в моих венах, словно мне снова двадцать лет, и весь мир у моих ног. Я нашел место для дома. Эта страница дописана, пора её перевернуть и начать писать новую.