Сделай и живи спокойно 2

Я схватил за рукав Ерасыла и потянул его к прилавку. Тут идти-то всего два шага, но я всё-таки успел незаметно сказать Ерасылу, что мне очень нужна эта штука и надо попытаться, каким-то образом, купить её подешевле. Парень почесал затылок и быстро озвучил свой сценарий. А я что? Согласился конечно. Для начала, пришлось поковыряться в хламе, что лежал на виду. Продавец, невысокий, на вид непохмелёный с большого бодуна мужик в кепке, с подозрением смотрел за нашими действиями. Тут я случайно обнаружил полутораметровый трубчатый отвес – крайне редкая штука. Единственный недостаток этого узкоспециального прибора – ограничение по высоте. Ну и вес напрягает, а так вполне себе нормальный прибор. Мне бы пригодился. Ладно это попозже, а сейчас кельму надо купить.

Всё прошло как по нотам. Я выдавал себя за специалиста, а Ерасыл был самым недовольным скептиком. Я нахваливал инструмент, а он наоборот утверждал, что им нельзя работать. Мужик мучился с похмелья и постепенно снижал цену. Чтобы его добить окончательно, мы вдвоём отказались покупать пресловутую кельму. Кивая друг на друга и говоря: "Я думал ему нужна". И, только хотели уйти, как мужик взревев, как мартовский кот у которого отобрали валерианку, выдал:

– Ребята! Купите истрУмент. Трубы горят – так выпить охота.

Ясен пень, мы не стали отказываться. Купили всё, что я посчитал нужным. Как бы теперь это до Калуги доставить. Я же не Поддубный, такую тяжесть таскать. Это он с тростью весом в пуд, каждый день гулял. Мне бы с этими железками разобраться. Хотя, Ерасыл обещал помочь донести до вагона. А там, я так думаю, товарищ Собкин поможет. Он вроде как обещал встретить.

Идём с казахом, никого не трогаем. Молчим. Всё-таки не подушки с лебяжьим пухом несём. Я уже подумываю, где бы мороженое купить, чтобы девушку-шофёра угостить. Она же нас ждёт. Волнуется. Нехорошо будет, если с пустыми руками придём. А мне прямо в ухо, счастливый крик Ерасыла:

– Гляди Вилор! Велосипед немецкий! Ух ты!

Пришлось останавливаться. Смотреть, что это за пепелац такой. А мой спутник не переставал восхищённо цокать языком и болтать на итало-казахском, обходя вокруг велосипеда. Не, я сначала подумал, что он откуда-то узнал песню Адриано Челентано "Пай-пай", а как оказалось это он так радовался на своём – казахском. Там ещё были слова разные, но в свете возникшего недопонимания, я не прислушивался и тем более повторять не буду.

Нормальный велосипед. Новый на вид. С фонариком. То есть с маленькой фарой. И ещё, целой кучей всякого разного: ключи, запасные спицы, моток ниппеля, маслёнка, насос и так далее. Даже ящик для гранат был, правда без них. Но это даже хорошо. Зачем мне гранаты? Но, как место, куда можно чего-нибудь положить – вполне сойдёт. Теперь уже я ходил вокруг этого чуда. И хочется, и колется, и мамка не велит – это про меня. Вот честное слово, если бы не бойкая на язык женщина, которая продавала этот велосипед, я бы наверное не купил его. А так… Рассказ о том, что муж инвалид и дома жрать уже нечего, и эта железка стоит в сарае, и никакого с неё толку, потому что у этого пропойцы одна нога короче другой, а он только раз в неделю моет и чистит велосипед, и никуда не ездит – меня воодушевил к необдуманному поступку. Я купил. Причём, без торговли. Как Ерасыл не старался отговорить, я опять упёрся как осёл. Бывает со мной такое. Вот и сижу сейчас, на ящике думаю, как получше добраться до Светланы. И согласится ли она помочь или мне придётся ехать на велосипеде за машиной.

Вдвоём с помощником стали свидетелями пьяной драки. Кто и что там не поделил непонятно, но крик поднялся знатный. Когда в ход пошли пустые ящики, потому что кулаками никто не мог попасть, мы с Ерасылом решили уйти. Обещал же не драться больше, вот и выполняю обещание. Но, как всегда, помешала дурацкая случайность. Один из активных драчунов, вывалился из толпы и налетел на Ерасыла. Тот как раз одевал рюкзак и не мог видеть напавшего. Не скажу, что я прямо сразу влез в эту кучу малу. Обещал же. Но, видя, что мой спутник запутался в лямках рюкзака, и огребает по полной программе от пьяного кренделя, не сдержался. Бросил велосипед на фиг и подлетел, чтобы разнять дерущихся.

Говорил мне дед, что бить надо первым. В этот раз я не последовал этому совету. За что чуть не поплатился. Парочка неадекватных любителей пива, вывалилась из общей драки и бросилась на помощь своему коллеге. Дурдом полный. Эти черти налетели на меня и сбили с ног. Хорошо что не ударили, а просто сильно толкнули. А-то мало мне синяков прежних. Упал я нормально, как учили, с перекатом. Хорошо, что тут не асфальт, а плотно утоптанный грунт, иначе без ссадин бы не обошлось. Брейк-дансом не занимался никогда, но тут, что-то в этом роде изобразил. Иначе досталось бы моей тушке. Ревя, как бешеные носороги, эти двое пытались запинать меня ногами. Вскочил, как зайчик-попрыгайчик и, уже на ногах, стал отступать к Ерасылу. Приблизившись увидел, что моя помощь уже не нужна. Казах прижал пьяницу к земле и удерживал его, завернув руку на болевой. Мне тут делать нечего. Толпа фанатов пенного напитка, сама начала наводить порядок в своих рядах. Окончательную точку в схватке поставил свисток милиционера. Все быстренько рассосались по округе. Только мы с Ерасылом и троица совсем пьяных, остались на поле боя.

Прибежала Светлана. Вот она-то откуда узнала? И, как в сказке, тут же обвинила в прошествии нас двоих. Я, честно, не знал что сказать. Ерасыл, по моему, тоже. Но ему было сложнее. Один глаз у него заплыл и он взирал на девушку, как Кутузов на Надежду Дурову в мужской форме. То есть с пониманием и одновременно с сочувствием. Тут ещё милиционер подошёл. Пришлось ему объяснять, что произошло. Он нас хотел забрать в участок, чтобы записать показания. Казах был не против, но Светлана имела своё мнение. Крик поднялся до небес. Виноватыми оказались все… Вообще все. Даже милиционер. Её же попросили потратить часок, чтобы с калужский гостем посетить рынок и отвезти его на Киевский вокзал с покупками. А тут что? Все дерутся и никто не входит в её положение. Она на работе. А дома муж некормленый и ребёнок в загуле! То есть наоборот – муж запил(гад такой) и ребёнка кормить надо! А как и чем? Если вместо спокойной прогулки по рынку, надо идти в милицию! А вечером ещё с бригадой неизвестно куда ехать работать. Пусть ненадолго, но – всё равно обед сам себя не приготовит.

Короче, нас отпустили. Милиционер, офигев от этого бедлама, что устроила комсомолка Светлана, чуть ли не пинками выгнал нас с территории рынка. Даже не попрощался. Ну и ладно. Нам же лучше.

Стоило мне заикнуться о времени, как тут же начался новый скандал. И чего это вдруг? Ведь только время спросил. А получил обвинение в уходе с настоящей Ленинской позиции и скатывании в нэпманский уклад. Ничего не понял и попросил объяснить Ерасыла. Тот сам был не в курсе. А обвинения продолжали сыпаться. В конце концов, я стал понимать суть недовольства этой женщины. Особенно помогло то, что она постоянно кивала на плакаты, что встречались нам по пути. Там, на одном из плакатов, было изображение кучи детских игрушек и лакомств, которые можно купить вместо литра водки. Теперь-то мне стало всё понятно. Чём я не преминул воспользоваться.

– А с чего ты, – спросил я девушку, останавливаясь и при этом, опираясь на велосипед, – товарищ Светлана, взяла, что мы с Ерасылом пьяные?

– А кто подрался с местными алкашами? – вопросом на вопрос ответила девушка, – вон, у твоего собутыльника, всё на лице написано. А тебе? Как можно, в таком возрасте и пить эту гадость? Стыдно должно быть товарищ комсомолец! Если бы не поручение товарища Крапивина, взяла бы и уехала, прямо сейчас. Вот!

Такое время… блин. Что тут поделать? Ещё и муж, походу, пьяница. Но, мы-то здесь причём? Даже не нюхали ничего спиртного! Про что и сказал Светлане. А запах от казаха, так это – на него кружку с пивом опрокинули. Трезвенники мы и всё тут!

Уважаю я наших женщин. Признать, что она неправа и, в тоже время, сделать всё равно виноватыми нас! Это дорогого стоит. Ерасыл только хмыкал, смотря на нашу перепалку. Ему-то что? Он сейчас меня проводит и скроется под крыло товарища Крапивина, хотя бы пешком, а там и не вспомнит об этом. Мне же ещё, до вокзала надо добраться и желательно с помощью этой женщины и её машины. В противном случае, всё что приобрели на рынке, придётся тащить на своих плечах.

Решение нашлось само собой. Ерасыл, ещё когда покупали, достал меня просьбой объяснить как пользоваться трубчатым отвесом. Светлана, увидев эту трубу немаленького диаметра, что торчала из мешка, тоже поинтересовалась её предназначением. Пришлось показывать. Помогла кирпичная ограда вокруг какого-то здания. Для начала я показал, как легко можно проверить вертикальность любой поверхности. Потом зашли во двор и испробовали на вертикальность внутренний угол кладки. Что можно сказать? Всем понравилось. Единственный недостаток это вес приспособления. Сортамент металлических труб остался в той жизни, поэтому вес я определил, на глаз – около семи килограмм. Но это не точно. Плюс минус полкило. К тому же это самоделка, хоть и качественная, но и без, каких-то конкретных и стандартных данных. То есть вес изделия нигде не указан. Зато, дальше мы пошли уже безо всяких приключений и обид друг на друга. Вот так вот! Иногда и тяжёлый кусок трубы может помочь в налаживании отношений. Чтобы закрепить успех и немного отвлечь от конфликта, пришлось спросить у девушки:

– Светлана, а где машина? Что-то идём-идём, а её всё нету?

– Так я думала, что вы с той стороны выйдете, – ни секунды не сомневаясь ответила девушка, – вот возле того входа она и стоит.

Упрекать её у меня не было никакого желания. Если подумать то, в чём-то она права. Сами виноваты. Надо было сразу спрашивать. Теперь-то что?

Дошли. Светлана сразу стала бегать вокруг машины. Вздыхала, пинала колёса, подпрыгивала, пытаясь посмотреть в кузов. Потом успокоилась и села за руль. Мы с казахом, тоже, не теряли время даром. Погрузили все покупки вместе с велосипедом. Места в кузове было много. Пять минут передохнули. Помянули Карла Маркса с его "Капиталом" и товарища Ленина с "Апрельскими тезисами". Помолчали на дорожку и тронулись.

Добрались за полчаса. Могли бы быстрее, но я не мог проехать мимо мороженого. Купил всем по одному. А что? Я же обещал отблагодарить Светлану, вот и выполнил обещание. Вкусно. Интересно было наблюдать, как мороженое собирает продавец. Специальный аппарат для этого есть. Туда кладут круглую бумажку, потом такую же вафлю, намазывают мороженое, сверху опять вафлю и бумажку. Выдавливают готовый брикет. Операция занимает пару минут. Пока три штуки сделали да сдачу сдали время и пролетело. Ну и пусть. Зато все довольны.

На Киевском вокзале попрощались с девушкой-шофёром. Обменялись адресами – на всякий случай. Вдруг она в Калугу приедет, будет где остановиться. Или я опять в Москве окажусь. Не всё же мне в горкоме ночевать, а тут квартира какая никакая. Короче, расстались если не друзьями то, хорошими знакомыми точно.

Где линейный отдел я знаю. Так что дошли, со всем грузом, минут за десять. Ерасыл не возмущался. Я ему пообещал поговорить с Исиповой, чтобы вернули его назад, в нашу организацию. Сколько можно человека держать в командировке? Калуга сама не построится – каждый человек важен. Пускай отзывают нужного специалиста. Мне такой ответственный человек нужен. Вот кого надо прорабом ставить, а не этого Иванова Сергея Петровича. Глаза гореть должны участвуя в процессе строительства, а не в кабинете сидеть и бумажки переворачивать. Для этого вместе пойдём учиться в техникум. А со всякими там, курсовыми и рефератами, я помогу. Мне это только в радость будет.

В отделе меня пожурили за то, что не позвонил. Теперь придётся ждать подходящий поезд, чтобы вернуться в Калугу. Ну и отлично. Можно сходить в ресторан и по-нормальному пообедать, о чём я и сказал дежурному. Оставив все вещи под присмотром, в его кабинете, мы с Ерасылом пошли осматривать вокзал. Ну и покушаем заодно. Рюкзак только взял. Но это никого не удивило. Я вообще с ним старался не расставаться. Там деньги, а теперь ещё и кельма. Если деньги, даже, каким-то образом потеряются, то я сильно не расстроюсь. А вот мастерский инструмент потерять – будет печально.

Ресторан на Киевском вокзале был почти полон. И это в разгар рабочего дня?! Что же тут творится вечером? Но, нам всё-таки удалось найти местечко в каком-то закутке. Ерасыл, после заказа блюд, откинулся на спинку стула и затянул вполголоса песню. Не, ну действительно скучновато здесь. Я бы и сам, чего-нибудь спел, если бы обладал нормальным голосом и слухом. Но, чего не дано, того не дано. Увы.

Минут несколько я слушал хит будущего. А что? Неплохо у него получается. Музыки, конечно, не хватает, а так очень хорошо. Это он ещё не в полный голос пел, было бы совсем замечательно. Слава всем, кто там присматривает сверху, на нас никто, из посетителей ресторана, не обратил внимания. Да и песня на казахском языке – непонятна для окружающих. Ну и ладно.

Понаблюдав за обстановкой в зале, я понял почему так много людей. Народ кушал перед дорогой или наоборот после долгой поездки. И конечно же тут присутствовали провожающие и встречающие. Ресторан наполнялся и освобождался волнами – в зависимости от того, что происходило на вокзале. Или поезд пришёл или наоборот отправляется. Со стороны смотреть на это было интересно.

Ерасыл убежал в туалет, а я продолжил скучать и ждать еду. Кстати, я ошибся говоря, что в зале не было музыки. Просто время ещё не пришло. В углу, прямо напротив нас, была миниатюрная сцена. На которой стоял рояль и несколько стульев. Музыканты, наверное, позже придут – ближе к вечеру. Тут меня отвлёк официант. Спросил разрешение подсадить к нам двух человек. Мест в зале опять не было. Да, мне-то что? Пусть подсаживаются. В компании веселее. Как раз принесли закуски и морс в графине. Только казаха не видно, а одному начинать есть, как-то не с руки. Решил немного подождать.

Соседи достались спокойные. Тихо разговаривали между собой и ко мне не лезли. Гул разговоров в зале, звон посуды и посторонние шумы не давали расслышать их разговор. Но кое-что я всё-таки разобрал. Хотя, честно говоря, не хотел этого. Речь шла о том самом, пресловутом джазе. Вот не понимаю я предков, какого черта они докопались до этого направления в музыке. Нет в ней ничего плохого. Вон фашисты тоже с джазом боролись и чем это всё закончилось? Впрочем, сейчас эти двое обсуждали джаз в трофейных фильмах, что достались Советскому Союзу после войны. Что с ним делать, если фильмы идут по всей стране? Вроде и запрета конкретного нет, а с другой стороны, по голове не погладят, если будет звоночек от доброжелателей. Я в дискуссию не встревал, незачем. И так уже засветился с этой музыкой – дальше некуда. Просто жевал бутерброд, который собрал из принесённых нарезок. Ерасыла всё ещё не было, а жрать, извините, охота. Я знаю, что есть руками не принято, но мне простительно. Дярёвня я! К тому же бутерброд выпадает из этого правила, вроде бы. Политесам не обучен.

Когда принесли горячее, а казаха всё ещё не было. Я начал волноваться. Этот парень, с подбитым глазом, не мог так просто пропасть. Надо идти искать. Как я буду в глаза товарищу Исиповой глядеть, если с ним что-то случится? Выручил официант. Он как раз принёс закуски моим соседям.

– Ваш друг, – сказал он, наклоняясь к моему уху, – немного задержится. Он просил начинать без него.

– А где…? – только и успел вымолвить я.

А официант, поняв суть вопроса, продолжил прервав меня:

– Будет чуть позже. Он с нашими музыкантами, о чём-то в курилке беседует.

Решив, что всё сказано, мужик с подносом испарился из поля зрения. А у меня возникло ощущение надвигающихся неприятностей. Вот ведь чёрт казахский! Где он только нашёл этих музыкантов? Никак решил поделиться новой песней с ресторанными исполнителями? Ничего другого мне в голову не приходило. Или всё-таки случай? Тогда откуда у меня эти сомнения? Вопросы-вопросы, а ответов нет. Ладно, пусть идёт так как идёт. Посмотрим что будет дальше.

Шницель с обжаренной картошечкой, что может быть лучше, для молодого тела? Только "Суп-лапша куриная по-деревенски" за вполне умеренную цену. Раз уж Ерасыл задерживается то, зачем мне ждать когда блюда остынут? Вот и съел всё. А этот опоздун пусть ест холодное. Понравилось всё. Ничего не мешало, никто не отвлекал так что наелся основательно. Соседи по столу оказались, какими-то там инспекторами из "Суда чести". Что это такое, я не в курсе. Даже не слышал и не представляю, где используется. Тем более где джаз и где честь? Так, случайно промелькнуло название, а я запомнил. Надо будет поинтересоваться у кого-нибудь. Потом. Хотя, мне это не интересно. Если только в качестве дополнительной информации. Итак много лишних вопросов задаю, как бы не вышло мне это боком.

Вокруг рояля началось какое-то движение. Сейчас, я наконец-то увижу, что там такого придумал мой казахский товарищ. О, мужик с гармошкой появился и с ним женщина с габаритами Монтсеррат Кабалье. Ща начнётся. Но тут, как-то мне не повезло. Не сбылись надежды и чаяния. Скучная песня о баргузине, только приблизила мой скорый отъезд. Нет, так-то песня неплохая. Просто, когда ждёшь чего-нибудь в исполнении Ерасыла, а выходит гармонист с массивной женщиной и исполняют давно известный шлягер – удовольствием это не назвать. Но ничего, я подожду. Тем более, я сыт и спешить мне некуда. Следующие две песни народной направленности настроение, тоже, сильно не испортили.

На сцене замена игрока. Вместо гармониста вышел пианист и, как бонус, девушка-скрипач. Вокалистка осталась прежняя. Может хоть они исполнят то, что я надеюсь услышать? А именно песню которую я напел и продиктовал Ерасылу. Ведь, что-то он втолковывал этим музыкантам, по словам официанта? Или я опять всё перепутал?

Все участники трио, как-то уж очень не спеша, занимались своими делами. Что-то там настраивали. О чём-то переговаривались, между собой, громким шёпотом. Тянули время, как мне показалось. Блин… Я, между прочим, почти допил графин морса и теперь он просился наружу. И, как всегда некстати, подошёл мужик с подносом и попросил рассчитаться. На мои слова, что не всё ещё съедено. Он ответил, что это роли не играет и, вообще, меня ждут на выходе. Пришлось рассчитаться. Заодно попросил, оставить порцию Ерасыла на столе, до тех пор, пока он не придёт и поест. И ещё, чтобы моё место пока не занимали. Я узнаю, что нужно, тому кто ждёт и вернусь.

Кто меня может ждать? В голове никаких вариантов. Потом увижу. Потому что сначала кабинет для мальчиков.

Вот же блин… ситуация. Как оказалось меня ждал сотрудник линейного отдела. Появилась возможность, переправить мою тушку в Калугу на литерном поезде. А что? Почему бы и не воспользоваться этим шансом, побыстрее оказаться в Калуге. Москва всё-таки не для меня. Приехать сюда ненадолго, поработать с каким-нибудь специалистом, в качестве обмена опытом, в музей может быть сходить – это да! А вот жить, любить, растить детей и работать – я предпочитаю в Калуге. Впрочем, о вкусах не спорят. Некоторые готовы на всё, лишь бы остаться в Москве на всю жизнь. Ладно. Вопрос в другом – как мне быть с Ерасылом? Не очень хочется уезжать не попрощавшись. Как-то не по-товарищески получается. Песню в горкоме пели вместе и дрались на рынке, тоже вдвоём. А теперь меня дёргают за рукав и просят поспешить, иначе поезд уйдёт – он литерный, со своим, строгим графиком движения. Сложив руки возле груди, я кое-как смог выторговать пять минут на прощание.

В зале, за столиком казаха не было. Пришлось мчаться к сцене и трясти музыкантов, на предмет нахождения моего товарища. Чуть ли не рыча от злости, так как чувствовал убегающее время, прорвался вместе с официантом в подсобные помещения. Там, в одной из комнат, сидел Ерасыл и подшивал какой-то костюм. Времени не оставалось совершенно. Поэтому, я ничего не стал спрашивать. И требовать каких-либо объяснений. А коротко, буквально в трёх словах, сообщил ему, что я срочно уезжаю.

– Жаль, – виновато улыбнувшись сказал Ерасыл, – а я хотел, чтобы ты послушал, как мы споём твою песню.

– Мне тоже жаль, – ответил я, – но, обещаю, что в следующий раз, когда я приеду, мы споём её вдвоём.

– Ты же не умеешь петь? – с улыбкой возразил Ерасыл.

– Чего-нибудь придумаем, – сказал я протягивая руку, чтобы попрощаться, – если что, то куда звонить знаешь.

Дальше, почти бегом, я бросился к выходу. Ну хоть так-то, а то действительно неудобно было. А песню, я ещё услышу. Это не так важно.

В линейном отделе меня уже ждали. Хорошо, что люди адекватные и помогли донести все мои вещи к перрону. Там, потратив минут десять на улаживание мелких проблем, мне помогли загрузить велосипед и мешок с вещами. Рюкзак так и был на моих плечах. Всё сложили в тамбуре, так как до остановки Тихонова пустынь, пассажиров не ожидается. Да и там ещё неизвестно что будет.

Как я успел заметить, состав был смешанный. Пара вагонов были пассажирскими а ещё несколько были грузовыми. Так же, посередине, была грузовая платформа, с чем-то непонятным и накрытым брезентом. Меня предупредили, чтобы я воздержался от вопросов. Только спрашивать было не у кого. Меня сразу посадили в купе к проводнику. Который, с очень серьёзной миной на лице, посоветовал не выходить оттуда до конечной остановки. Ну и фиг с вами. Не очень-то и хотелось.

Я возвращаюсь в Калугу и это всё, что меня, на данный момент, заботит. А там, имея хороший инструмент и велосипед, можно потихонечку начинать готовиться к выполнению заданию. С этой мыслью я и задремал, притулившись в уголке.