Круги забвения – Коррекция
- -
- 100%
- +
– И я так согласилась в первый раз? – сдержавшись вымолвила я
– Да, то есть нет. Не сразу… Все сложно. Ты заперлась сама с собой на очень длительный период, я уже даже не помню насколько. А потом пришла ко мне с идеей, с устройством и первым алгоритмом.
– получилось… – совершенно нет никаких эмоций, сколько раз он уже переживал этот момент?– И все получилось? – спросила я
– Во-второй, воспоминания вернулись. Сначала обрывками. Затем бурной рекой. Мы повторили процедуру расширив зоны воздействия. Я был против. Отговаривал тебя, но разве тебя удержишь?– А во второй и третий раз? Что произошло тогда? – я сжимала кулаки до тех пор пока они не побелели.
– Почему ты говоришь мне это сейчас? Так просто вываливаешь это на меня? Я же хотела это забыть. Стремилась уйти от этого, а теперь ты говоришь мне об этом так просто. Почему ты не плачешь вместе со мной? Почему такой безразличный? – мой тон повышался и я была готова вспылить и перейти на крик. Лишь бы он отреагировал.
– Маша, для меня прошло уже больше трех лет. Я пережил этот момент и продолжил жить, – Вижу как он сжимает кулаки. Тело реагирует мгновенно. Мне страшно? Почему? Он бьет меня? Бил? Мне стоит его бояться? Страх топит меня и мне тяжело дышать. Стараюсь успокоиться. Пью воду из стакана. Помогает, вроде, не на долго.
– А в третий? Зачем я сделала это в третий раз?
– В третий раз ты пыталась все вернуть. Твой психолог рекомендовал тебе прожить это, а не избегать. И мы стали работать над проектом Регресс. Может быть что-то пошло не так. Я не совсем уверен это больше твоя область. Это вышло случайно при анализе твоей коры головного мозга. Устройство ушло в ошибку и стерло какую-то часть тебя, я по началу даже не сразу заметил. В этой папке я собрал все, что у нас было вместе. Все что мы смогли пронести в Нейрополис в личных вещах. Я лишь надеялся, что ты вспомнишь меня. Вспомнишь нас, – он поворачивается ко мне лицом и встает передо мной на колени, берет мою руку в свои. Его ладони влажные от пота и теплые, но совершенно не уютные. Запах сигаретного дыма неприятно доносится до меня и бьет мне в нос, – Перед этим мы хотели все начать с начала. У нас все получилось. Мы примирились и хотели попробовать снова. Снова завести ребенка. Я лишь надеюсь, что со временем все прояснится.
– Ты куришь? – я отстраняюсь от него выдергивая руку из его рук. Мне не приятен этот запах.
– Курю ли я? Это тебя сейчас беспокоит? Да? – он кричит на меня, так громко. Кричит, вместо того чтобы обнять и успокаивать. Я что? Что-то сделала не так? Мелькнуло у меня в голове. А как надо, чтобы не кричал?
–Конечно, я курю! Чертова привычка. Я опять сорвался. Сорвался из-за тебя! Каждый раз срываюсь из-за тебя и твоих выходок. Я не железный в конце концов. Шутка ли память любимой женщины просто пропадает? Раз и вы просто незнакомцы друг для друга. Чужие люди! А ты бы как себя чувствовала на моем месте?
– Я… Я, не знаю, прости меня, – я медлю со словами подбирая наиболее удачное. Говорю через паузу, – милый.
– Хотя я знаю, я знаю что бы ты сделала. Ты же железная леди. Всегда была кремнем, если бы это случилось со мной, ты обязательно взяла бы себя в руки и придумывала выход из ситуации уже через пять минут. Или переступила через меня и пошла дальше. А ведь я не такой, я слабый и просто сорвался, я не выдерживаю такого напряжения. И я начал курить! Да! Просто для того, чтобы успокоить свои нервы. Потом вторая, третья потеря памяти и так далее, и вот я уже опять ношу на шее это чертову дымовуху. Просто потому, что не знаю что будет завтра. А я ведь просто хочу любить тебя. Хочу тебя такой какая ты есть. Хочу, чтобы мы были счастливы. Чтобы мы использовали этот новый шанс и забеременели. Чтобы наконец уже пережили этот кризис.
В этот момент он решительно начал меня целовать. Покрыл поцелуями мои щеки. Такими горячими, липкими и слюнявыми…
Что мне сделать? Оттолкнуть его? Принять его? Но я не хочу – не хочу так. Не хочу сейчас, здесь с ним…
– Нет, нет, не сейчас, – говорю я ему, сопротивляюсь, пытаюсь схватить его руки. Он повалил меня на кровать и упал между моих бедер. Я чувствую, как он уже готов. Он уже давно готов. Не может наступить эрекция так быстро… Он все спланировал? Если бы он мог, то сделал бы это прямо не снимая одежды. Меня совершенно не возбуждает эта мысль. Мысль была как ледяной душ. Его потные, но при этом костлявые и жесткие пальцы терзали мое тело, оставляя синяки. Лапали небрежно то тут, то там. Делая больно в разных местах. Он откидывается и пытается суетливо расстегнуть молнию на своих джинсах. Эта заминка и спасает меня, дает мне передышку. Дает выдохнуть. Собраться с силами.
«А я? А как же я? Как же мое состояние? Почему ты думаешь только о себе? Я так не хочу» – шепчет мне мое тело, а я прислушиваюсь к нему.
– Нет, Аркадий, не сейчас! Я не хочу. Отпусти меня – я почти уже кричу. Толкаю его и отползаю, прижимаюсь к стене спиной, обхватываю колени и закрываюсь от него. Будто бы обхваченные колени и слезы могут защитить меня от мужчины.
– Мы же муж и жена. Что не так опять с тобой. Я же уже все объяснил! Чего тебе еще надо? – кажется он расстроен происходящим. Он в отчаянии.
– Разве ты не видела, что мы в браке? – Аркадий перечисляет факты и доводы в папке, которые должны были убедить меня.
– Видела, – говорю я всхлипывая.
– Разве жена не должна слушаться мужа? – его тон переходит на крик. На властный тон тирана.
– Должна, – но сама я не уверена, что это так.
– Тогда что не так? Что заставляет тебя оттолкнуть меня?
– Я, просто не готова. Мое тело просто не готово. Дай мне время переварить все это. Я правда постараюсь это принять. Просто дай мне немного времени, – я опять повторяю это слово, которое смягчило его в первый раз, – милый. Мой милый орленок.
Похоже, что это правда действует…
– Хорошо, Маша я дам тебе столько времени, сколько тебе потребуется. Но не заставляй ждать меня слишком долго, прошу тебя. Почитай бумаги об исследовании. Возможно, это поможет тебе отвлечься и обдумать выход из нашего тупика. Возможно, ты сможешь понять, как совершить регресс воспоминаний и наш общий кошмар, наконец, закончится…
С этими словами Аркадий встал и вышел из комнаты. На прощание поцеловав меня в щеку. Меня еще раз меня обдало ароматом сигаретного дыма. Я сдержала приступ тошноты с трудом, сглатывая накатившую желчь. Слезы текли у меня по щекам. По коридору удалялись шаги Аркадия.
– Вот это моя новая жизнь? Это я когда-то выбрала? Возможно, я хотела забыть, что-то еще? Сбежать от всей этой дурацкой жизни? От всего этого? Как он мог? Могла ли я сама стереть себе память намерено?
Обида клокотала в моей груди. Жгучая обида внутри и холодные слезы, падающие на подушку снаружи.
– Неужели теперь это моя реальность? Почему я ничего не испытала кроме отвращения, когда он меня трогал? Как я жила с ним до этого? Я вообще не почувствовала ни капли любви от него. Разве такое может быть?
Я прикусила свою руку, чтобы меня не услышали и закричала. Подавила приступ своего вырвавшегося гнева на саму себя. Еще одного его возвращения сейчас я бы просто не вынесла…
Глава 6- Олег – Приглашение в клуб
Дождь бился в панорамное окно моей комнаты-лаборатории, превращая вид Нейрополиса в размытое пятно. Склонившись над столом, я копался в микросхеме неуправляемой ракеты, которую мне предстояло превратить в умнейшее оружие на планете. Ловкие пальцы привычно летали, они твердо и уверенно паяли узлы самостоятельно созданной микросхемы.
Спать сегодня совершенно не хотелось. Хотя, если быть на чистоту я даже немного боялся закрывать глаза. Закрывая глаза я видел того, чего не было, какие-то отголоски или вариации событий, которых не происходило. Меня преследовали книги, которых я не читал, лица людей, которых я не знаю, голоса людей, которые меня что-то шептали… Фрагменты, которые исчезали с первыми лучами солнца, оставляя взамен лишь головную боль.
Закрывая глаза сразу вспоминались моменты последних дней. Резкое просыпание… Пот катится по вискам, сердце бешено колотится. Комната, погруженная в непроглядную и холодную тьму. А перед глазами были образы и видения. Кресло, девушка на кресле, чьего лица я не видел. Я ее знаю, нет даже люблю. Она дорога мне. Она тянется ко мне своей рукой, но я не могу взять ее за руку, помочь ей. Опускаю глаза вниз и вижу, что я пристегнут. Я дергаюсь и сопротивляюсь, но лишь боль пронзает мое тело.
Передо мной возникает человек. Не совсем человек, скорее бесформенная тень человека. Силуэт в заляпанной и грязной одежде. В далеке шумит и гудит оборудование. Существо подняло руку, в которой оказался шприц, кончик иглы излучал холодный и болезненный свет.
Я пытался кричать, но голос мой застрял в горле, а ноги не слушались. Ледяной страх пронизывал до костей. Теневой человек сделал шаг, другой. Чувство смертельной опасности раскатилось по моему телу, но я совершенно не понимал что именно происходит
А где-то там в далеке, я слышу голос Исиды, которая своим холодным и механическим голосом заявляет «В доступе отказано», «недостаточный уровень доступа», «приступить к процедуре Забвения». А затем я просыпаюсь. И от ночи к ночи события меняются, но всегда все заканчивается креслом, шлемом, ремнями и голосом Исиды…
Даже воспоминание об этом заставляет меня дышать глубже, чтобы успокоится. Такой живой и такой дурацкий сон. Но тем не менее даже с учетом того, что мне теперь все время хотелось спать, я просто боялся это сделать…
– Возможно имеет смысл отдаться работе, чтобы не просить Исиду сделать мне еще одну инъекцию. Не хватает лишь привыкания к болеутоляющему – саркастически поддерживал я себя. Сарказм постепенно становился моей защитной реакцией.
В комнате требовательно раздался вызов от анонимного пользователя. Что было странно, ведь Исида блокировала все не согласованные вызовы. Свет мигнул и голограмма Исиды, которая всегда была рядом и наблюдала за всеми моими процессами пропала. Одно только это должно было меня насторожить. Поборовшись с любопытством несколько секунд и проиграв ему, я нажал на кнопку принятия вызова. На экране возникла женщина с приятными чертами лица, в совершенно безумно цветастом платье и привлекающим внимание пронзительным взглядом. Лицо обрамленные каштановыми волосами, были собранны в строгий и высокий узел.
– Олег Костров? – голос был спокойным, веселым, но с едва уловимой стальной ноткой. – Меня зовут Елена. Я – глава клуба по интересам под названием «Забытые страницы». Мало времени, поэтому сразу к делу… Я подозреваю, что вы видите сны о событиях, которых не было. Если это произошло приходите на встречу клуба, нам будет о чем поговорить.
Я вздрогнул, но постарался быстро собрать себя в руки.
«Интересно, как они узнали? Следили за мной? Но как? Я же никому не рассказывал о том, что я вижу. Попробую узнать больше».
– Что вы имеете в виду? – спросил я, стараясь сделать так, чтобы голос не дрожал.
– У нас в клубе обсуждают собираются смелые люди и они обсуждают не менее смелые теории. Среди них есть такие же как вы, что пытаются найти правдивую и обретающую смысл правду о событиях в снах, которых никогда не было. Это одна из наших главных теорий… – после некоторой паузы полушепотом девушка произнесла, – Мы предполагаем, что компания «Заслон» используя Исиду – не просто управляет городом и проектами, но и нами. Это может звучать дико, когда слышишь это впервые, но мы считаем, что Исида не просто очень продвинутый ИИ. Нам кажется, что она как-то влияет на нас, изменяет нас, манипулирует нашими снами, убеждениями, ценностями и мотивами к действию, а еще подавляет нашу собственную память. Если вы обратите внимание, то Исида всегда подталкивает вас к тем или иным действиям и не дает делать то, что вам хочется, если это нарушает расписание. Но об этом потом… В связи с особенностями Нейрополиса, в нашем клубе есть одна особенность, помогающая сохранять в безопасности наши жизни. Для формулировки и выражения опасных идей члены клуба используют цитаты из книг. Поэтому, если у вас есть мысль, которую вы хотите озвучить… Подготовьтесь, и когда вы будете готовы приходите.
Девушка махнула рукой и на экране появилась цитата, написанная элегантным шрифтом: «Память – это тюрьма, в которой мы заточены. Но в ней же хранятся ключи к свободе». – Броуди.
– Подумайте об этом, Олег – спокойно сказала девушка.
Я ощутил холодок, который пробежал по моей спине. Ощущение предвкушения грандиозности событий, смешанное с чувством тревоги. Тоже самое ощущение я испытывал в своих снах и в первые минуты после пробуждений.
– Сегодня вечером, в 22:00, состоится очередное собрание. Приходите в библиотеку. Осталось мало времени, пока ваша Исида не очнется, уязвимость скоро закроется. Мы верим, что вместе мы сможем узнать правду и придумать план. План к действию. Приходите, доктор Костров, вы нам просто необходимы. Мы сможем помочь вам с вашими снами. А Ваше участие…
Договорить Елена не успела, экран погас. Я несколько минут сидел неподвижно, пока Исида вновь прогрузилась и появлялась рядом со мной. Мое бледное лицо постепенно наливалось краской и возвращало цвет. Это было опасно, чертовски опасно, компания Заслон не прощала ошибок или нарушений контракта. Тут же пахло и тем и другим. А самое главное, для всего этого требовалось обмануть Исиду. Подозревать Исиду в чем-то похожем, это – все равно, что бросить вызов самой системе, которая обеспечивала мое существование. Игнорировать же приглашение также было невозможно. Сны мучили все сильнее и сильнее, не давали покоя, эти обрывки не существовавшего прошлого, эти слова, которые он словно помнил, но не говорил… Они звали его, словно зов из неизвестности, и этот зов был слишком силен, чтобы его проигнорировать.
Олег глубоко вздохнул, сжал кулаки. Он включил голографическую карту Нейрополиса и нашел указанный адрес. Странно было видеть библиотеку в городе, в котором все подчинено ИИ. В городе где ИИ готов был каждому предоставить любую информацию в любой момент. Однако решение было принято. Страх был, но сильнее меня влекло любопытство, и желание узнать правду. Вечернее небо за окном прояснялось, а дождь понемногу сходил на нет.
Глава 7-10
Глава 7 – Аркадий: Жизнь – это «день сурка»
Мой проект по управлению памятью шел хорошо. Я давно ждал разрешения на начало исследований и старт следующей фазы и вот, наконец, мне дозволили этим заняться. «Дозволили» неприятное и слишком унизительное слово, интересно почему оно появилось в моих мыслях? Ведь я хозяин проекта и положения в целом. Это все моя песочница…
Однако возможно в скором времени, я наплюю на протоколы безопасности и просто сам выращу себе помощника, взяв себе кого-то из окружающих.Наблюдение за людьми было частью моей работы. Чертовски изматывающей работы. Моей задачей было выявить самые мелкие намеки на изменение поведения, те самые мелочи, которые алгоритмы Исиды не способны улавливать. Мелкая мимика, подергивание глаз, смена эмоционального состояния, проявление агрессии. Соответственно мне надлежало расшатывать эмоции людей, бесить их грубо говоря. Эта часть работы мне нравилась больше всего. Хотя в последнее время количество подопытных людей только росло и работать приходилось все больше и больше. Как бы я не просил прислать мне напарника, я раз за разом получал отказ.
По расписанию, составленному Исидой, сегодня мне предстояло наблюдать за Олегом Костровым. Он бесил меня больше всего. Сильный, волевой, упрямый… Ненавижу таких, с ними обычно больше всего проблем.
Я нашел Олега в столовой, как и всегда в это время. Совершенно не примечательный тип, который раз за разом быстро интегрировался в систему. Он четко следовал расписанию составленному для него Исидой и не было никаких отклонений в режиме. Вечерами он бегал, чертов любитель здорового образа жизни. Ненавижу бегать. Это чувство боли в ногах, дыхание, будто готов легкие выплюнуть… Как они это преодолевают и добровольно идут на это раз за разом, ума не приложу.
В общем, как и в предыдущие разы наблюдения подопытный все ругался на очередь. Судя по его осознанному взгляду и разговору его мозг нормально функционировал. Первым пунктом обследования было: проверка мыслительных и речевых функций. Пропустив несколько людей вперед я пристроился таким образом, чтобы оказаться прямо перед ним.
– Очередь в столовой не может быть еще дольше, – сетовал Олег на медленную раздачу в столовой крыла исследований. Судя по всему он все еще время от времени испытывал головные боли, надо направить через Исиду корректировку дозировки препарата. Предыдущая идея добавлять в первую дозу питательный коктейль была удачной.
Работа в изоляции сильно давит на человека, а работа в изоляции в незнакомых условиях еще сильнее. По сути ни кто из них не общается ни с кем кроме Исиды. Мне их даже жаль. От этого может развиться знатная паранойя.
Я кусочек за кусочком стираю память и смотрю на реакции, а новая директива. Новая фаза исследований позволит мне корректировать память этих людей. При этом самым сложным моментом оставалось вытравить привычки человека. Они всегда оставались прописаны на каком-то глубинном уровне. Может даже в подсознании. Где-то рядом с ценностями и убеждениями. Я в очередной раз наблюдал как Олег погладил живот рукой, стараясь успокоить желудок, будто бы это может ему помочь. – Странно, но ощущение будто бы я не кушал несколько дней.
– Поддерживаю, сегодня прям совсем не движется в нужном направлении, – выразил я свое мнение через плечо, почесывая голову, свободной рукой. А сам всеми мыслями был там, где сейчас была Мария… Интересно как быстро Мария адаптируется? Ее знания могли бы сильно ускорить этот проект. Покинуть его была моя заветная и уже давняя мечта. По внешним признакам я видел, что она растеряна, сломлена, разбита. Возможно стоит быть с ней мягче?
Стоит оглядеть столовую на предмет знакомых лиц и сделать это повнимательнее. Осмотрев столовую я не встретил знакомых лиц и успокоился. Зато увидел несколько людей у которых в глазах читался страх, растерянность, нервозность. Возьму их на карандаш, позже попрошу у Исиды запись и перенесу их в график поближе. Надо присмотреться к их состоянию повнимательнее. Неужели еще один откат? Или это стадия растерянности из-за неудачно протекающих проектов?
Как же мне не хватает кого-то с кем можно переговорить об объекте моих исследований. Какая бы глубокая философская вышла бы беседа.
«Можно ли доверять своим воспоминаниям»?
В последнее время я сомневаюсь даже в своих и до сих пор сам не решил стоит ли доверять им полностью. Паранойя? Возможно…
Я ни капли не поверил руководству в нашей последней беседе, но выбора пока у меня другого нет. Придется подыгрывать пока я не насобираю достаточно компромата, чтобы выбраться отсюда или не найду способ покинуть это место.
– Ищите кого-то? – бросил мне Олег как и в последних нескольких проверках.
Мои мысли бежали в мысленных коридорах рассуждений в эти секунды. Хорошо, что хоть что-то в этой жизни остается постоянным. Педантичный, строгий к себе и окружающим Олег. Он был образцом постоянства своих слов, фраз, взглядов и действий. Интересно что движет поступками людей на самом деле? Реакция на внешний раздражитель или опыт предыдущих событий? Возможность учиться на своих ошибках? А что если ее не будет, этой возможности? Будет ли человек всегда поступать также как в первый раз? Это был один из краеугольных камней почему руководство разошлось во мнениях с предыдущим руководителем проекта.
– Ищу место, куда приземлиться, и судя по всему, я сяду у окна, – широко улыбаясь ответил я ему, – присоединитесь ко мне коллега?
Энштейн в свое время был абсолютно прав давая определение Безумия. Глупо надеяться на другой результат, повторяя одни и те же действия раз за разом. В моем же случае я должен создать очень подробно повторяющиеся событий и посмотреть, что измениться в поведении. Все сохранить таким же, за исключением корректировок, которые я вношу. Очень занимательный процесс в моей работе. Поднос тем временем сдвинулся еще на пару сантиметров вперед.
– Коллега, – выдавил из себя сдержанную улыбку, очень похожую на снисходительную усмешку Олег, – меня зовут Олег, будем знакомы.
– Аркадий, – пришлось улыбнуться, тренировки давали свои плоды. Теперь я мог улыбаться когда захочу, чтобы не случилось. Очень полезный навык, чтобы не вызвать подозрений. Я схватил протянутую руку и потряс ее, – будем знакомы.
– А что вы скажите насчет пункта в договоре о запрете общения между учеными на прямую? – Спросил Олег.
Ох уж этот любитель правил и правильных действий. Инструкции, правила, алгоритмы – Олег весь состоит из этих маленьких рамок и ограничений. Судя по всему для поддержания легенды мне на время придется тоже придерживаться этих… правил.
Так, что я там ответил в последний раз?, – на этом моменте я буквально на несколько секунд задумался.
– Да мне все-равно на этот пункт, – бросил я в сторону Олега и широко улыбнулся, – я соскучился по человеческой речи и человеческому общению, в исследованиях застой, а разговор с кем-то не связанным с моей сферой может натолкнуть меня на новую идею.
Чем ближе я буду к тексту предыдущего опыта, тем точнее будут результаты. Главное не вспугнуть этого парня вначале, а доверять он мне начнет достаточно быстро. Так, теперь пора приступить к проверкам.
– Сколько вы тут уже работаете? Как давно приехали? Над чем работаете? – дежурные вопросы сухо и без эмоционально сорвались с моих губ.
– Месяц, наверное, – Олег поморщился от головной боли. Похоже побочный эффект был сильным.
– А я, полтора, но знаете время за работой бежит очень быстро. Я бы даже сказал, быстрее чем мне хотелось бы. Присядем вместе? – Бросил я Олегу хватая суп, пюре, шесть кусков хлеба и пару куриных ножек.
– Согласен, – подтвердил Олег беря салат, котлету и компот.
Хотел бы я залезть к нему в голову и посмотреть о чем он думает. Что им движет. Жаль пока не существует технологии по чтению памяти. А если и есть, то компания «Заслон» пока не располагает такими возможностями. С другой стороны, как такая технология будет развиваться, если все значимые ученые занимаются занятиями подобно моему? Что там дальше в нашем чек листе проверки? Проверка чувства голода?
– Я отчего-то так голоден, как будто не ел несколько дней. – откусив от курицы кусок бросил я дежурную фразу, одновременно давая ему визуальный импульс, – А вы?
Олег тот еще педант. Интересно как бы он выглядел без своей врожденной брезгливости. Его излишняя дотошность в мелочах бесит меня раз за разом. Сейчас начнет протирать стол, складывать салфетки в треугольники и резать брокколи ножом? Точно… Бесит! В чем сложность просто наслаждаться едой? Просто относиться к еде…как к еде? Хочешь есть? Просто ешь. Хочешь из одной тарелки, хочешь из трех, хочешь комбинируешь вкус. Даже со стола, какая разница, если это вкусно. Никогда не понимал, таких людей. Как можно наслаждаться отдельно вкусом каждого ингредиента в тарелке, а не воспринимать общий вкус блюда.
– И я, – Олег тем временем протирал стол и перекладывал тарелки перед собой с подноса на стол.
Темные короткие волосы Олега уже отрасли. Очки в прямоугольной роговой оправе давали отблеск от освещения. Исида передала мне данные, что после недавней проверки зрения медицинская служба констатировала у него близорукость. Взросление накладывало отпечаток на работу. Мне нравится копаться в памяти людей, расспрашивать их о чем-то, о деталях. Однако заниматься мелочами раз за разом мне не нравится.
Каждое действие в моей работе, каждый вопрос имело значение. Процесс еще не отлажен до идеального состояния. Одна ошибка, один не верный вопрос или действие. Может повлиять на чистоту моих опытов. Как можно отследить причину изменения, любого убеждение, смену ценности, если ты не знаешь твое это влияние или окружения.
Мои мысли блуждали между земными и абстрактными понятиями пока я жевал свой обед и вяло поддерживал беседу. Да мне было необходимо запоминать, что я ему говорю. С другой стороны, то что происходило сейчас с Машей для меня было более интересным. Неожиданный вопрос вырвал меня из задумчивости.
– У меня совершенно поразительный и удивительный проект по совмещению баллистики и портальной технологии. – Энтузиазм Олега бил через край. Интересно, что делает его таким жизнерадостным сегодня?
– А я исследую вопросы памяти, – машинально ответил я размахивая ложкой с некоторой долей безразличия, лишь потом сообразил, что ляпнул истинную правду. Но раз ляпнул надо продолжать свою игру до конца. – Играю в бога сказал бы мой учитель. Мне многое приходится делать по-своему, ведь мой предшественник был совершенным неряхой.
Блин! Как же я устал от всего этого. С другой стороны какая разница, что я ему скажу, если он не вспомнит об этом через месяц или два. Я в чертовом дне сурка! Прекрасно понимаю Фила Коннорса из одноименной картины.