Естественная логика (Natural Logic)

Затянувшиеся надолго последствия деятельности схолатов в области логики сказались и на состоянии культуры логики, в которой наблюдается непонимание того, что речь и логика не являются единственными выражениями смыслов.

Это можно видеть часто в публичных дебатах и слышать в частных спорах.

Очень многие, полагая что некая всеохватная логика присуща любым мыслительным процессам и всякой интеллектуальной деятельности, с не– обремененной конкретными познаниями легкостью часто заявляют: «Это нелогично!»; «В этом нет логики»; «Такая позиция противоречит логике»; «Они проявляют нелогичность»; «Нелогичный характер действий и заявлений очевиден».

Так, апеллируя к логике и навешивая ярлыки, фактически занимаются демагогией.

Подобные заявления следует понимать и оценивать как нежелание или неспособность выявить и обосновать наличие непоследовательности, противоречивости, нарушения правил и принципов, отступления от обязательств и похожие проявления, которые не имеют прямой связи с логикой.

Однако, реагировать так возможно лишь только зная то, что собою представляет естественная логика и каковы пределы ее влияния на мышление и создаваемые речевые интеллектуальные продукты.

Это – второстепенная, но показательная причина оценивать естественную логику в качестве основы культуры логики, с которой связаны достижения наук, инженерии, многих практик и искусств.

Глава 47. О распределении предметов исследований естественной логики, научной логики и аналитики

Функционирование и само устройство системы логических форм высказываний могут служить примером того, что при наличии цели подыскиваются подходящие средства ее достижения. Так, необходимость именовать объекты познания порождает подсистему имен и названий. Потребность выражать мнения о таких объектах и их отношениях приводит к созданию утверждений и их подобий. Задачи выражения мнений о мнениях обусловили наличие шести логических форм рассуждений. Цели же порождаются потребностями и проблемами.

Некоторые из научных и познавательных проблем были присовокуплены к теории силлогизмов Аристотеля и включены в традиционную логику, например такие: выяснение истинности или ложности утверждений, приведения аргументации, осуществления доказывания, использования доказательств, создания гипотез, формирования научных понятий и выдвижения предположений, определения множеств и классов и другие.

Все такие проблемы находятся за пределами естественной логики и должны быть предметами исследований научной логики и теоретической аналитики, которые пока что не созданы, потому-то к логике приписано многое, что не должно входить в предмет ее исследования.

О проблеме истинности и ложности

Аристотель был озабочен созданием средств демонстративного доказывания истинности или ложности утверждений. Вот потому он среди большого числа типов логического связывания оснований с выводами умозаключений отыскал дедуктивный тип обоснования и усмотрел, что если варианты сочинения вывода (заключения) ограничить условием о его формировании требованием сочетать в нем содержания «основания» и «обоснования», то окажется тогда «по необходимости» получен доказательно очевидный вывод. Для использования этой особенности дедуктивных умозаключений с заданным ограничением вывода он придумал силлогизмы – искусственные модели представления «выводимых» заключений, которые в естественных языках не создаются, так как для функционирования речи непригодны.

Аристотель создал целый комплекс способов построения силлогизмов как набор средств для демонстративного доказывания истинности либо ложности утверждений. Заметим, не выводов (заключений), а именно утверждений, то есть силлогистика была создана как инструмент («испытательный стенд»), но не в качестве метода производства выводов.

Однако, этот проверочный комплекс специальных способов доказывания истинности или ложности утверждений оказался очень громоздким, трудно используемым, обремененным множеством условий и для его употрбления требующим специального обучения и постоянного поддержания опыта использования.

Результат получился похожим на то, как если бы для поштучного раскалывания орехов был создан огромный пресс со сложной ручной регулировкой его подстраивания под каждый орех.

Познавательную ценность трудов Аристотеля в области логики никто не отрицал, но по причинам уже высказанного силлогистика не получила практического применения.

Однако, пришли другие времена, и средневековые схоласты, занятые религиозной философией, соединяющей теолого-догматические предпосылки с рационалистической методикой, увидели в силлогистике формально-логическое средство обоснования догматических утверждений.

С этой целью узконаправленный искусственный способ демонстративного доказывания истинности или ложности утверждений оказался возведен в ранг всеобщих закономерностей мышления, познания и производства выводов.

Из этой колыбели вышла вся традиционная логика, в которой и по сей день уверяют, что дескать современные науки используют эту логику силлогическую в качестве инструментов познания, а все люди мыслят и объясняются в рассуждениях при помощи силлогизмов. Вместе с тем, в интерпретациях схоластов силлогистика Аристотеля явилась идеей того, что якобы логика как наука предназначена для установления истинности либо ложности высказываний.

Представленные результаты исследований естественной логики показывают, что проблемы истинности, ложности и правдоподобия высказываний носят исключительно прикладной характер. Соответственно этому для выражения различия признаков ложности, истинности, правдоподобия, выполнимости, как и иных оценок объектов познания, имеются в естественных языках лишь только общеупотребимые средства в виде универсальных логических форм и их смысловых связываний. В естественных языках не образуются какие-либо специальные логические формы для создания высказываний, которые бы сообщали сведения определенно истинные, неукоснительно ложные или весьма правдоподобные.

Для выражения разных степеней вероятности, причинно-следственных отношений, предположений, альтернатив, прогнозов, версий, пожеланий, сопоставлений, сравнений, противопоставлений и отрицаний значений имен образуются специализированные логические формы высказываний. Для различения истинности, ложности и правдоподобия специализированных логических форм не образуется. Это обстоятельство является признаком того, что выяснение истинности, ложности и правдоподобия высказываний, как и выяснение любых свойств объектов и информативности каких-либо сведений, носят прикладной характер и должны быть связаны с конкретными объективными и субъективными условиями. Если бы наличествовала некая всеобщность истинности, ложности, правдоподобия, то она бы распространялась на признаки и свойства таких явлений. Если бы объективно проявлялись такие, то и в естественной логической системе речи образовались бы соответствующие формы высказываний.

По причине отсутствия специальных логических форм выражения истинности, ложности и правдоподобия и отсутствия специализированных логических связываний для таких категорий вопросы их рассмотрения не должны входить в предмет науки естественной логики.

В научной деятельности, в областях специальных знаний и их применении соответственно рассматриваемым ими объективным и субъективным условиям возникают необходимости и возможности выяснения истинности, ложности, правдоподобия выражаемых оценок и мнений и могут устанавливаться закономерности и методы осуществления этого. Сообразно объективным и субъективным условиям могут быть установлены присущие им закономерности, что будет давать сведения «основаниям» и «обоснованиям», позволяющие выделить признаки истинности, ложности или правдоподобия оценок и мнений в «выводах» логических форм рассуждений.

В осуществлении таких задач и в соответствующей интеллектуальной работе, поскольку будет использоваться речь, постольку будут применяться логические формы естественного языка, то есть в пределах действий речевого мышления будет использоваться естественная логика.

Все сказанное будет присуще и аналитике, так как в аналитической работе все оценки и мнения формулируются применительно к имеющимся и возможным объективным условиям с использованием понятий допустимости, приемлемости, исполнимости, истинности, ложности, правдоподобия и других.

О проблеме классов и множеств

В традиционной логике в семнадцатом веке сформировалось учение о понятии как выражении общих (сходных) признаков предметов. В обоснование ему была разработана теория об объемах и содержаниях понятий, в которой из множеств предметов выделяют классы «эквивалентных». На основе этого создана теория «отношений между понятиями» при том, что сами понятия рассматриваются в качестве «элементаных» единиц «мыслительной деятельности».

При общей противоречивости этих теорий и множестве частных противоречий, судя по всему, за неимением лучшего, в научных теориях сложилось понимание «научных понятий» как отражающих «существенные и необходимые» признаки объектов познания.

Наряду с этим, в математике к концу девятнадцатого века сформировалась теория множеств (совокупностей), в составе которой разработаны способы совершения «операций над множествами», которые существенно отличаются от формально-логических «отношений между понятиями» и «операций с понятиями». В некоторых неклассических логиках закрепились положения математической теории множеств с рассмотрением операций с множествами объектов.

Независимо от этого теоретического разброда речевая практика выражения в естественных языках указания на совокупности и множества объектов познания и создания дефиниций продолжала свой ход.

Как это было показано ранее в изложении результатов исследований естественной логики, создание сложных имен и развитие высказываний вполне обходится использованием логической связи присущности, отрицания значений имен и другими логическими формами высказываний. Это позволяет производить уточнения в отношении количества, качества, природы, возникновения и судьбы объектов познания и осуществлять необходимые сопоставления, сравнения, противопоставления, создавать альтернативы и предположения. Понимание существования множеств объектов познания с их схожестями и различиями выражается в речи разнообразными именами, логическими формами высказываний и их комбинированием.

Этого и понимания наличия природы объектов познания (сущности), по которой можно выделять именем «представителя» всякого множества, оказывается достаточно для создания даже таких специфических утверждений, какими являются дефиниции.

Отстраненность практики развития речи от названных теорий не может умалять существующие в практике способы функционирования имеющихся в естественных языках логических форм высказываний, а должна служить основанием для критики теорий.

В устранении показанной проблематичности этих теорий множеств, классов и создания научных понятий кроется научный и научно-практический интерес, который несомненен и для аналитики любой направленности, и для научной логики.

О проблемах аргументации, доказывания и доказательств      

Выявление и изучение логической системы речи, образуемой логическими формами высказываний и присущими им смысловыми связываниями, обнаруживает, что в ней нет никаких специализированных логических форм выражения аргументации, осуществления доказывания и приведения доказательств. Тем не менее, любые из них могут использоваться в таких целях.

Однако, это вовсе не значит, что предмет науки естественной логики может расширяться и выходить за пределы изучения логической системы речи и практического ее использования.

Если следовать этому надежному условию, то проблемы аргументации, доказывания и доказательств в научной деятельности должны быть предметом научной логики. Они же оказываются областью интересов аналитики, теории права, риторики и далее – любой из наук. Поэтому их исследования научной логикой должны иметь фундаментальный характер.

В традиционной логике аргументация обычно истолковывается как способ рассуждения, охватывающий доказательсва и опровержения, что означает включение в аргументацию доказывания, а также вопросов пригодности и допустимости доказательств, их структурирования, приоритетов (фактических и теоретических, прямых и косвенных, первичных и производных).

Так как аргументация рассматривается существенно шире, чем приведение аргументов, доводов и доказательств, то уже наличествует смешение «рассуждений» с комплексом доказывания и опровержения и с различными оценками доказательств.

Кроме того, постулирование аргументации как «способа рассуждений» при указанном разнообразии аргументирования и действий по его обеспечению не сообразуется с пределами возможного смыслового связывания рассуждений в логических формах суждений и изосуждений, умозаключений и изоумозаключений.

Так как в естественной логике наличествуют логические формы предположений, прогнозов, версий, альтернатив, противопоставлений, сравнений, сопоставлений, выражения неточных утверждений и выяснена реализация отрицаний лишь только в форме отрицаний значений имен, то теоретическое научное исследование проблем аргументации, доказывания и использования доказательств должно опираться на достаточные эмпирические данные, то есть основываться на опыте. В том числе должен исследоваться опыт использования для аргументирования перечисленных логических форм высказываний, а также мотивированных и немотивированных суждений и изосуждений, умозаключений и изоумозаключений. Однако, эти задачи относимы к научной логике, теоретической аналитике и отраслевым наукам.

(Например, если анализировать письменные судебные приговоры и решения, то по обилию в их мотивировочной части использования суждений без выражения с помощью умозключений и изоумозаключений причинности и оценок доказательств можно предполагать формально исполненной, но реально не осуществленной обоснованность принятых судебных постановлений, которые указаны в резолютивной части.)

О научно обоснованных предположениях (гипотезах)

В традиционной логике иногда рассматриваются проблемы гипотез как научно обоснованных предположений.

В связи с этим указываются по признаку степени общности научной гипотезы разделения их на общие гипотезы как на претендующие при их подтверждении стать научными теориями, частные гипотезы с предположениями о явлениях особенностей и отношений объектов познания, единичные гипотезы в отношении обнаружившихся единичных фактов и рабочие гипотезы для ведения исследований при некоторой неопредленности задач. Эта градация относима к общенаучным методикам и может использоваться для логического анализа сформулированных гипотез. Однако, в этом отношении, помимо выявления обоснованности высказываний в формулировке гипотезы, традиционная логика ничего не предлагает.

Представленная в данном труде естественная логика описывает и анализирует логические формы утверждений о причинах и следствиях, предположений, альтернатив, прогнозов, суждений и изосуждений, умозаключений и изоумозаключений, а также последовательностей и каскадов, выражающих рассуждения при помощи названных логических форм. Все они могут использоваться для речевого изложения гипотез. Сообразно этому может осуществляться логический анализ использованных в конкретных формулировках высказываний и произведенных рассуждений, как это показано в соответствующих главах данной книги.

Использование этих возможностей для логического анализа гипотез, теорем, теорий и других форм речевого выражения мнений о неких закономерностях не может подменять обоснованное научное рассмотрение из-за ограниченности средств естественной логики самой ее природой и предметом естественно-логических исследований. За пределами логического анализа в этой проблематике все относимо к научной логике, теоретической аналитике и отраслевым наукам.

Оценивая перспективы развития естественной логики с надеждой, что уберегут ее от загромождения выходящими за предмет ее исследований изложениями и излишними подробностями, и выражая уверенность в создании научной логики и теоретической аналитики, можно сформулировать следующую гипотезу, исходя из предшествующих сведений об естественной логике:

Следует полагать неизбежным создание общенаучной логики и теоретической аналитики ввиду потребностей наук и аналитической деятельности разных направлений, так как естественная логика в качестве логики речи предоставляет средства выражения оценок объектов познания и ведения рассуждений с соответствующим этому логическим связыванием, а научная и аналитическая деятельность часто нуждаются в выходе за пределы возможностей речевой логики, то есть в создании специализированных логических форм высказываний с надлежащим смысловым связыванием при ведении исследований и осуществлении оценок необычных явлений и объектов, их комплексов и систем.

Такое продвижение логических знаний и умений явится существенным вкладом в науки и культуру логики и предопределит естественной логике достойное место на уровне общеобразовательной дисциплины.