Данте, мать твою!

Технологичный скафандр

— Этот скафандр выдерживает высокие и низкие температуры до ста тридцати градусов плюса и минуса.

Маша указала на довольно тоненький костюм, закреплённый в шкафу. С виду ничего примечательного, серый, невзрачный, в крапинку, с плотным стеклом в районе лица.

— Он поможет мне там выжить?

— С учётом тех данных, что нам удалось собрать – вполне. Разумеется, в космосе он вам не поможет. Там минус достигает запредельных для человеческой жизни температур. В зависимости от близости солнца. Но нам удалось определить, что по ту сторону разлома вам ничего не должно угрожать. Радиации нет, температура около ста градусов тепла. Основные законы притяжения так же присутствуют, как и большинство законов физики. С точки зрения вероятности, вашей жизни ничего не должно угрожать. Однако, должна отметить – этот костюм передовая разработка. В него встроен искусственный интеллект с загруженными двумя сотнями терабайтами знаний. Так же, он способен поддерживать ваше физическое состоянии в течении девяти дней.

— Зачем так много? Вы же говорили, что мне будет достаточно просто зайти, осмотреться и выйти? — Я нахмурил брови.

— Всё верно. Это мера предосторожности, не более того.

— Ладно, что ещё может ваш костюм?

— Он частично способен взять под контроль ваши движения. Благодаря встроенному искусственному интеллекту, можно передать некоторые задачи особой программе, что позволит совершать элементы, на которые не способно ваше тело.

— К примеру, сделать высокий прыжок или летать?

— Прыжок – да, летать – нет. Его основная цель, позволить телу отдохнуть во время сна, и среагировать на опасность в тот момент, когда ваше сознание не контролирует тело.

— «Век технологий…» — прошла восторженная мысль.

— Приступим к тесту? — Мария Николаевна, жестом руки пригласила надеть скафандр.

Заметив, как я пожал плечами и сделал шаг вперёд, она покинула комнату, не желая видеть меня в исподнем.

Одеть его не составило труда. Материал оказался очень приятным на ощупь и пластичным. Отлично облегал тело и нигде не сжимал. Конструкторы постарались на славу. Словно был сшит исключительно для меня. Пришлось немного поковыряться, чтобы понять, как крепиться стекло. Вероятно, стоило подождать куратора, для дальнейших объяснений, но руки сами стали тыкаться вокруг головы, и нащупали сенсорный пульт управления. В районе правого уха, провёл пальцем, как на внутренней стенке стекла выскочил экран загрузки и последовало окно «меню».

— Приветствую! Меня зовут, Альберт! Я, ваш голосовой помощник. Моя задача, помочь вам в управлении скафандром «РосТехноЗонд», — заорал голос в ушах.

— Твою мать! — сощурился от громкого звука.

— Первым делом, предлагаю откалибровать функции, для комфортного ношения костюма. Скажите пожалуйста, мой голос для вас слишком громкий или слишком тихий?

— Громкий! Ужасно громкий!

—Понижаю громкость на двадцать делений.

Перед глазами всплыло окно регулятора громкости. Резко снизилось до восьмидесяти процентов и исчезло.

— Проверка: три, два, один, один, два, три.

— Ещё на тридцать делений, — быстро смекнул как им пользоваться.

— Принято! Проверка: три, два, один, один, два, три.

Я облегчённо выдохнул.

— Сойдёт.

— Хорошо. Рад, что вам приятно! Следующим шагом, предлагаю подобрать мне имя. Если вас устраивает «Альберт», просто повторите его вслух.

Немного задумался. В голову первым делом пришла мысль «Сэм», как во «Властелине колец». Везде следовал за Фродо и помогал. Пожалуй, лучше не придумать.

— Сэм.

— Отличный выбор! — с неким энтузиазмом воскликнул помощник.

— «Какой-то, слишком слащавый по характеру… Надо будет узнать, можно ли поменять режим».

И словно прочитав мои мысли:

— У меня есть несколько режимов для ведения диалога. Вы можете подобрать для себя «удовлетворительный», для этого следует произнести вслух – установить режим № по порядку от одного до тридцати.

— Я так понимаю, ты режим номер один. Установленный по умолчанию?

— Вы снова правы. Восхитительно!

В этот момент в дверь постучала Маша.

— Вы уже переоделись?

— Да, заходите.

— Отлично. Провели первый диалог с искусственным интеллектом?

— Именно этим и занимался. Можете себе пометку сделать, чтобы начальный звук стоял максимум на семидесяти процентах.

— Обязательно, — она мило улыбнулась.

Но у меня возникло ощущение, куда бы я мог пойти со своими советами. Во всяком случае, вдаваться в этот разговор не стал.

— Пройдёмте со мной, я отведу вас в комнату, где вы сможете полностью ознакомиться с костюмом.

Ещё в первый раз, пребывание в этом центре у меня оставило чувство удивления. База, или как ещё можно назвать это место, было – огромное! Сотни коридоров создавали целую паутину различных комнат. И что-то подсказывало, что я мог ходить только по очень малой отведённой системе ходов. Без определённого допуска, и без знания структуры, здесь вполне можно заблудиться.

— Вот, держите, — по пути, Мария достала тетрадь, — здесь расписаны инструкции и способы применения костюма.

И снова читать…

За весь последний год, столько не читал, сколько за последнюю неделю.

Костюм, судя по инструкции, какая-то передовая разработка. Такие функции встречал разве что в фантастических фильмах про будущее.

Функции поддержания тела в тонусе, все необходимые элементы просто впрыскиваются в тело за счёт уколов. Система отвода отходов с продуманной дальнейшей утилизацией. Укреплённая защита способная выдержать удар до тридцати тысяч ньютонов. Насколько я себе это представил, ударь меня тараном или сбей машина, вреда это не принесёт. Но поезд на полной скорости уже разломает в дребезги. Кислород рассчитан на девять дней. Генерация энергии для усиления движения. Иными словами, в данном скафандре мне под силу прыгнуть на расстояние около тринадцати метров как в длину, так и в высоту. Тоже самое касается и приземления. Но применение руками, заметно снижено до десяти тысяч ньютонов. Поднять над головой машину, увы не получиться. Есть возможность отдать как полный, так и частичный контроль на волю искусственного интеллекта.

Весь контроль над костюмом осуществляется за счёт речевого аппарата. Можно, конечно, переключить в ручной режим, но в таком случае вплоть до девяносто двух процентов жизнеобеспечения костюма придётся выполнять самому. Что ж… ситуации бывают разные.

Постепенно, я выполнил обучающие упражнения. Попробовал побегать, сделал прыжки на два метра, семь метров и тринадцать. Стоит отдельно уточнить, что костюм балансирует и рассчитывает заранее длину. Если я не долетал, или недостаточно разбегался, голос в динамиках услужливо подсказывал на ошибки. При полёте, он так же замедлялся путём утяжеления костюма, чтобы я не пролетел лишние десять сантиметров.

Действительно, разработка будущего!

— У вас прекрасно получается! — после очередного тестового упражнения высказался ИИ.

— «Так… надо срочно менять этого слащавого подхалима».

Усевшись обратно за стол, развернул страницу инструкции на раздел искусственного интеллекта. Пробежался глазами по названиям тем. На следующей странице нашёл вкладку «режимы».

Как и сказал Сэм, у костюма есть тридцать различных по характеру режимов. К сожалению, с подробными описаниями.

Снова читать…

Желудок предательски заурчал.

Отличная причина опробовать те самые уколы с питательными веществами.

— Сэм, хочу кушать.

В правую ягодицу вонзилось что-то острое.

— Твою… — сжав зубы едва не подпрыгнул на стуле.

Чувство голода не прошло как по щелчку пальцев. Но на этот счёт следуя инструкции было объяснение: на то, чтобы появился эффект требуется от десяти до тридцати минут. В конце концов, это не прямое поступление пищи в желудок. А именно микроорганизмы, отвечающие за пищеварение. Знания по биологии у меня были исключительно со школьных лет. Дальше данную тему затрагивал только в рамках похода в тренировочный зал. Соответственно и понимание своего же тела у меня было, мягко говоря, «поверхностное». Что-то болит, идёшь в больницу. Самолечением лучше не заниматься. Не считая, разумеется, ушибов и порезов.

- Ласковый.

- Грубый.

- Требовательный.

- С юмором.

- Мужественный.

В описаниях режимов всё сводилось к конкретике. Непринуждённо поболтать с таким не получиться. Робот не способен прочувствовать и сопереживать. Не способен созидать и восхвалять. Петь дифирамбы, конечно, может, но понимать их суть, увы, не в состоянии. Исключительно функции, заложенные с помощью двоичной системы.

Исходя из этого, все режимы казались нудными и заискивающими. Ну, или во всяком случае лишёнными каких-либо качеств. Мысль о том, что в случае провала миссии мне придётся общаться с Сэмом в течении девяти дней, вплоть до своей смерти, подталкивала подходить к этому вопросу со всей ответственностью. Приходилось вычитывать все плюсы и минусы каждого режима по порядку.

Снова нахмурился.

Последние пять режимов выходили из общей картины. В первую очередь, по той причине, что рядом с их названиями в скобках стояла приписка:

— «Режим не завершён! Ожидается обновление».

Как на зло, именно они носили самые интересные описания.

«— Литературный/Кинематограф – будет отвечать подходящими фразами из различных книг и фильмов.

— Повелительный – обработка повадок и мышления, основанная на исторических справках знаменитых императоров полководцев и генералиссимусов. (К примеру: Цезарь, Кутузов, Александр Македонский, Ленин).

Бандитский – использует жаргонизмы тюремных инстанций, их повадки и манеры. (Не рекомендуется)».

В голове сразу появилась картинка, где Сэм говорит прокуренным голосом: «— Что лясы точишь фраерок? Двигай поршнями, не по масти нам тут время чалить!»

Жуть!

Внутренне передёрнулся. Никогда не претендовал на звание «джентльмена» или «профессора», но всегда предпочитал куда более культурное общение. Послать на три буквы, разумеется, смогу, и ничего не имел против других самобытностей разных культур поведения, но намного спокойное при взаимоуважительном подлоге.

«— Своенравный – предпочитает имитировать эмоции. Может испугаться, начать гордиться, раздражаться и много другое. Важно: специфическое поведение способствует затруднению к использованию.

— Любовный – будет имитировать любовный роман между ИИ и носителем».

Из всех предпочтений выбор падал лишь на один режим – своенравный. Но судя по приписке «ожидает обновления», не самый лучший в применении.

— «Как говориться: — кто не рискует, тот не пьёт шампанского?»

Полный сомнения, приказал переключиться костюму на эту функцию.

Экран вновь засветился, появились различные полоски загрузки, одна за другой быстрым темпом пробежались от левого края до правого. Затем появилась надпись: «Выполнено!». После чего послышался голос:

— Ху-у-у-у-у— протяжённый, не то выдох, не то шепелявый свист.

— Сэм? — настороженно спросил я.

— В топку твоего Сэма! Не хочу быть Сэмом!

— Это мне решать кем ты будешь.

— Эть мне решать кем ти будешь… — изменяя голос повторил он

Не понял. Это он сейчас передразнивает?

— Сэм, поставь «Король и шут – Ели мясо мужики», — потребовал для проверки.

— Включаю – Проклятый старый дом.

—Стоп! Я другую песню просил.

—Ты просил своего «Сэма» включить, мой «Сэм» хочет – Проклятый старый дом!

— Ты отказываешься выполнять мои команды?

—Я такого не говорил.

— Что за?! Так, ладно: поменяй режим на «Повелительный».

—Не хочу!

Мои глаза округлились. Что значит «не хочу»?

— Я тебе ещё раз говорю: Поменяй режим на «Повелительный», — пришлось повысить голос, чтобы перекричать музыку. — И выключи песню.

— Ла-а-адно…

Звуки заглохли, но экран загрузки нового режима так и не появился.

— Как ваши дела? — совсем рядом возникла мой куратор, чем заставила испуганно дёрнуться.

— Стучаться надо! — довольно грубо произнёс я.

— Простите, вы так увлечённо разговаривали с ИИ, что не услышали меня.

— Да? — Отстегнул шлем, освобождая свою голову. Я провёл в костюме несколько часов, но голова даже не вспотела. Да и в принципе, чувствовал себя отлично.

Тяжело выдохнул.

— Так… как ваши дела? Освоились с костюмом?

Прежде чем пожаловаться на режим, пришлось прикусить себе язык. Мало ли, сочтут, что я его сломал. В конце концов, режим был недоделан, и прямо об этом предупреждал. Заберут ещё моё вознаграждение за работу, в качестве штрафа за поломку. Судя по всему, скафандр невероятно дорогой, и произведён совсем недавно. Новейшая разработка! Нет! Спасибо! Таких проблем, мне не надо!

— В целом думаю – да. Но в идеале ещё пару дней на прочие тесты должно хватить.

Я надеялся выиграть ещё время, чтобы разобраться с режимом. Но и не только! Некоторые функции, у меня банально руки не дошли до проверок.

— Хорошо, однако для общей процедуры этого должно быть достаточно. У нас осталось очень мало времени. Завтра вечером начинаем, я покажу вам разлом, и проведу последний инструктаж. Хорошенько отдохните. Возможно, через пару дней, если всё пройдёт хорошо, вы сможете отправиться домой.

Её ниточка губ искривилась в улыбке и жестом руки предложила покинуть тренировочный зал.

* * *

Странное дело, но перед неизвестностью, ничуть не переживал. Уже завтра предстоит сделать шаг за черту разлома. А мне всё, как вода по колено. Ничем объяснить не мог. Разумеется, изначально, когда вынесли приговор, трясло знатно. Возможно, уже тогда я выстрадал все свои нервные клетки и просто продолжал плыть по течению. Будь, что будет. Иначе не скажешь. Вполне вероятно, просто отказывался верить во что-то плохое. Сделал шаг, осмотрелся, зафиксировал. По возможности набрал несколько образцов и назад. Затем получить документы, оплату за риски и вернуться домой. Кто знает? Может получиться вернуться на своё прежнее место работы? Хотя… с двумя миллионами долларов можно придумать что-то новое.

Создавалось впечатление, что после того разговора с двумя амбалами, всё будет хорошо. И другого, быть не может!

Спал очень хорошо. Даже видел красочные сны. Никакого переживания. Никакой истерики, или накручивания мыслей. Будто, так и должно быть.

Утром разбудили. Отвели на завтрак. Глядя на манную кашу, грушу и стакан кофе, появилась мысль о том, что перед казнью кормят намного лучше. Даже в такой момент, не стал придавать особого значения своему положению.

Затем отвели на финальный инструктаж. Ничего нового не услышал: осмотреться, взять образцы, проверить технику. При положительной проверке установить технику и попытаться запечатлеть различными способами всё окружающее.

И вот момент настал!

Полностью экипировавшись, взял в руки необходимый инструментарий последовал к разлому.

Десятки людей, одетые в похожие скафандры как у меня, впопыхах сновали в разные стороны, рядом с «разломом». Это был очень странно. Когда мне говорили «Разлом», я представлял себе некую щель среди кирпичей и бетона. Но когда я увидел его своими глазами, всё перевернулось с ног на голову. Он представлял собой громоздкую щель, словно дышащую скважину. Мне виделось как проход в прямом смысле слова – стучит в такт сердца.

Бум-бум, бум-бум, бум-бум.

В самой середине, ярко-оранжевого цвета в виде сотен больших яиц из своих щелей выдавливал ядовито-зелёного цвета пар, и спешно затягивал его обратно. По бокам на всё длину стены расползлись алые чешуйки. Блестели в свете ламп маслянистой корочкой. На полу, в манер ковровой дорожки расползлась застывшая корочка лавы. Увидеть такой образец в живую… всё равно, что лицезреть динозавра в реальности. Непередаваемые ощущения.

— Обалдеть…

Мария Николаевна, явно привыкшая к подобной реакции, не обратила на моё высказывание никакого внимания. Облачившись в костюм, молчаливо вела меня вниз по ступенькам.

— Как это возможно? — не выдержав задал вопрос, поглядывая как нечто похожее на большие, страусиные яйца, раздвинулись между собой и брызнули на пол что-то похожее на комочек лавы, а после сразу покрылось коричневой корочкой.

— Один год, два месяца и три дня назад, из космоса упал метеорит, — произнесла Маша, не поворачивая головы. — Основная часть внеземного объекта разрушилась в стратосфере. На месте одного из обломков мы обнаружили эту аномалию. Разумеется, в оперативном темпе окружили объект, воздвигли базу и привели учёных различных степеней. Некоторое время назад, обнаружили, что по ту сторону сердцевины есть пространство. К сожалению, ни один тест не дал практически никаких результатов. Тогда сконцентрировались на задаче проникновения внутрь живых и неживых объектов. Часть экспериментов были удачными, часть осталась без объяснений. Основная причина – техника. Как только любые механические и электронные объекты пересекали границу, в тот же момент пропадал контроль и работоспособность. Экраны тухли, сигналы пропадали, любые радио и электромагнитные волны обрывались.

— Это что получается? Я там сдохну?— в ушах активировался голос Сэма.

Я злостно шикнул на свой голосовой помощник. Вопреки всему, он замолчал, и больше никак не вмешивался в рассказ.

Тем временем Мария продолжала:

— Как вам уже было рассказано, мы смогли сделать анализы упираясь только на примитивные методы. Общее впечатление сделать довольно сложно. Исходя из этого пришлось прийти к помощи из вне. К вам!

— Глупый вопрос, но вы не думали, что стоит отправить куда более образованного человека? Как, такой как я, обладающий скверными знаниями в общепринятых сферах способен вам помочь в достаточной форме?

— Понимаю о чём вы хотите сказать. Но такого человека мы на данной этапе отправить не можем. Существует две причины: Первая – довольно банальная. Какой смысл нам жертвовать ценным кадром, если мы можем отправить более низкий сорт члена общества?

— Довольно прямолинейно… и обидно, — хмыкнул, принимая камень в свой огород.

Маша только пожала плечами.

— Вторая – план исследования подразумевает в первую очередь понять, как человек способен адаптироваться к незнакомой среде. Для этого мы предложили сделку вам и ещё четырём кандидатам. Если тесты пройдут успешно, мы перейдём ко второму этапу. Это будет включать ещё одну сделку. Подписание контракта с подопытным на насколько проходов за черту разлома или на неопределённый срок совместной работы. Своего рода, что-то схожее с постоянной работой. И когда все допустимые цели и опыты будут достигнуты, мы сможем организовать полноценную экспедицию с учёными и врачами.

— Подождите, так получается, я не первопроходец?

— Вы третий, на базе проходят подготовку ещё двое.

— А что стало с предыдущими?

Мария Николаевна резко ко мне повернулась и виновато посмотрела. Прикусила губу. Она явно сболтнула лишнего. Так на неё не похоже, или это идеальная игра?

— С ними всё хорошо! Они проходят реабилитацию и уже подписали договора на дальнейшее сотрудничество.

Пускай я её совсем недавно узнал, но у неё был очень добрый взгляд. Такой взгляд зачастую довольно искренний. И это взгляд сейчас, явно мне врал.

— Подождите, но вы же сказали, что вся техника, на той стороне глушиться, и по этой причине вам нужен такой доброволец как я. К чему тогда этот высокотехнологичный костюм?

— Простите, но точного ответа не могу вам дать. В случае с первыми двумя подопытными образцами, мы внесли некоторые коррективы в ваш костюм, и надеемся, что наши домысли сработают. К тому же, никто не отменяет тот факт, что он способен нейтрализовать эффект радиации и повышенной температуры. Не говоря уже об автономности и другого подхода обработки энергии.

Мы, наконец, достигли последней ступеньки. Передо мной в нескольких метрах дышал разлом в потустороннее. Что-то неземное. Явившееся издалека. Признаться, самому себе, я дико хотел начать операцию. В теории, мне следовало отказаться от всей этой авантюры. Но именно в этот момент, когда я смотрел на мистический объект, он с вожделением смотрел на меня. Подталкивал вперёд сильнее чужой руки в спину над пропастью. Наваждение, или быть может, детский интерес неизведанного. Протянуть руку и потрогать, пощупать. И пускай, всегда есть риск обжечься – пока не попробуешь, не узнаешь.

Учёные в масках бегали вокруг меня со всех сторон. Но не забирали моё внимание от разлома. Даже слова Маши утопали в диком влечении. Единственное, что заметил, как один из работников пристегнул на моей талии ремень, а затем прикрепил его к длинному тросу.

Мне сунули в руку ведёрко и лопатку. Повесили за спину кирку. Сунули мешочек с пробирками. Застегнули на груди маленький рюкзак. За пояс заткнули ножик.

Перед глазами замельтешила рука моего куратора.

— Вы слышите меня?

— А-а… Да. Конечно.

— Точно?

Выдохнул. Кивнул головой. Назад пути нет. Я уже и сам до дрожи хотел начал.

— С вами точно всё хорошо? — Маша будто заметила моё непонятное одушевление. Она в последний раз переглянулась с учёными. Засветился мигающий красный свет, бегающий по всей лаборатории, зазвучали сирены.

Девушка посмотрела мне в глаза. Словно прощалась со мной.

— Не переживай, Машуня. Вернусь живой и здоровый! — Погладил её по голове.

Как ни странно, она улыбнулась в ответ, и утвердительно кивнула головой. Сделала шаг в сторону, предоставляя свободный проход вперёд.

Сглотнул ком слюней, сделал первые шаги. Ноги подогнулись, но я быстро смог взять себя в руки. Шаг… второй, третий. Как мне было сказано раннее, достаточно раздвинуть камни похожие на страусиные яйца. Они особо не сопротивлялись. Послушно разъехались в стороны, под давлением рук. Впереди, нечто похожее на плёнку с бесконечным сгустком света за ним. В голове сразу появилась ассоциация с просвечиваемой кожей. Раздвигая яйца-камни, я продвигался всё дальше, вглубь оттягивая нутро пространство разлома. Пока меня в конце концов не поглотила своего рода кишка, обволакиваемая с разных сторон, но подталкивая вперёд. С каждым толчком ощущал, как разлом сам всасывает меня. Перенося на ту сторону бездны.

Данте, мать твою!

— Что за?

Представляя ту сторону разлома, я о многом думал. Многое представлял. Но никак не это

С неба сверкают светло-алые искры молний. Под ногами миллионы черепов. Скалы похожие на обветренные шпили. Реки из лавы и вопли мучеников. Пепел, кружащийся в воздухе.

Но самое удивительное Рогатое чудище, прямо смотрящее мне в глаза, с коричневой потрескавшейся кожей. С тремя хвостами, звонко отшлёпывающие по земле из костей.

— «Я в аду?» — мысль, болезненным уколом вонзилась в разум. В ногах почувствовалась дрожь.

— Святые уголовники, ты куда меня притащил? — раздался голос Сэма.

Я нарочито его проигнорировал. Демон, смотрящий на меня в нескольких метрах, забирал всё моё внимание.

— Чего стоишь? Тащи меня обратно. Видишь? Нам здесь не рады!

Вопреки всем ожиданиям, демон оскалил пасть, рыкнул, показывая острые и длинные клыки, а затем пошлёпал в другую сторону, резво раскидывая свой хвост в разные стороны, не забывая при этом шлёпать по черепам.

— Давай-давай, катись отсюда! — явно обращаясь к демону, с толикой отвращения сказал искусственный интеллект.

С удалением рогатой твари, дрожь мало-помалу угасала. Вернулась ясность ума. Резко развернул голову, желая бросить все свои обязанности и поскорее покинуть адово место, но с большим удивлением не смог увидеть разлом в сплошной красной и игольчатой стене, откуда я пришёл. Не веря глазам, подошёл поближе и попробовал потрогать рукой. Ничего. Твёрдая поверхность не желала проминаться под моими ладонями.