Мальчик на качелях

– Ты с ума пошел! Прекрати немедленно, у меня в доме взрослый сын, что он может подумать? Немедленно уходи, вызывая тачку и уезжай!

– Успокойся, пожалуйста, я пошутил. – сказал я как можно мягче. – Давай все же выпьем чаю, и я уеду. По крайней мере, это будет выглядеть в глазах твоего сына более нормальным, чем мое внезапное бегство.

– Скажи, почему ты себя так повел?

– А как я должен был себя повести с полуголой женщиной, которая заводит меня в свою спальную?

– Ты что валяешь дурака? Я всего лишь хотела показать тебе свой дом, только и всего. В этом нет ничего провокационного.

– На мой взгляд, начать показ со спальни и есть провокация.

– Хорошо, ты сейчас пьешь чай и уезжаешь.

– Можешь вызвать такси сразу. Пока я пью чай, машина приедет, я не хочу, чтобы ты так расстраивалась и волновалась из-за моего присутствия.

– Да, ты меня сильно расстроил. Я не ожидала от тебя такого поведения.

– Еще раз, Анна – это была шутка.

Машина подъехала уже через пять минут. На пороге Анна подошла ко мне и поцеловала.

– Скажи честно, тебе нравится, как я выгляжу? Я не слишком толстая?

Я окинул Анну взглядом еще раз и подумал, что еще немного, и аппетитные формы женщины начнут расплываться. Наш взгляд часто становится более жестким и критичным, когда нам нужно что-либо обесценить.

– Твоя фигура идеальна.

– Спасибо, позвони мне завтра.

– Конечно, как договаривались.

– Я помню, что я тебе обещала!

Наваждение спало и, отпуская таксиста на оживлённой, наполненной яркой толпой площади, я испытал облегчение. Я опять почувствовал себя легким и свободным, вечер только начинался, вся ночь была впереди.

Антонина

По дороге в гостиницу я зашел в магазин и купил бутылку коньяка. Сегодня была смена Антонины, на этот раз мне было, что ей рассказать. В гостинице стояла тишина. Я по-прежнему был ее единственным постояльцем. Тоня расположилась в фойе у телевизора и смотрела какой-то любовно-криминальный сериал.

– Вернулся гулена! – встретила она меня, снимая очки в толстой оправе – Я уже думала закрывать входные двери и ложиться отдыхать.

– Выпить не хочешь, я купил коньяк и шоколадку?

– Мне нельзя, я на смене, тут везде камеры. Если хочешь, можешь посидеть рядом. Ты откроешь свой коньяк, а я буду пить чай с твоей шоколадкой. Заодно расскажешь о своих успехах. Нашел себе кого-нибудь?

Я заметил, что Антонина сегодня постаралась выглядеть максимально эффектно. Яркая помада на губах, макияж, нарядная блузка с глубоким, подчеркивающим ее пышные формы, декольте.

– Есть одна история, но пока ничего серьезного. Я тут начал задумываться, может я импотент?

– Ты просто придурок. Ладно, расскажешь мне, я поставлю чай. Можешь плеснуть мне немного в кружку для настроения.

Мы расположились в фойе, я пил коньяк, Тоня тоже понемногу прикладывалась к напитку, делая вид, что пьет горячий чай и угощается горьким шоколадом. Мой рассказ ее потряс.

– Признайся, ты все сочинил. Не могу поверить, что подобное возможно.

– Тем ни менее. В следующий раз специально для тебя сделаю фотографии.

– Ты что, правда, засунул ей язык?

– Что такого? Ты что никогда не ласкала мужа орально?

– Ты конченный! – Тоня занервничала – Мы с мужем занимались только традиционным сексом.

– Поэтому вы с ним и развелись.

– Ты просто развращен до предела, поэтому тебя привлекают всякие шлюхи, готовые ходить перед тобой в чем мать родила.

– Я тоже люблю ходить в чем мать родила, что здесь такого? Ты что, не посещала нудистские пляжи? Не будь такой лицемеркой, я же вижу, как тебя возбудил мой рассказ.

– Мне пятьдесят три года, я приличная женщина, что ты себе позволяешь? Ступай к себе в номер и не высовывайся из него до утра, дай мне спокойно смену доработать.

– Ладно, не включай мамочку, не забывай, что мы с тобой ровесники. Давай поговорим откровенно, когда ты еще сможешь себе это позволить?

– Ладно, наливай, пойдем покурим, мне и правда немного не по себе от твоего рассказа.

Мы вышли на улицу. Метрах в десяти от входа в гостиницу мужчина выяснял отношения со своей девушкой. Разговор шел серьезный. Неожиданно мужчина ударил девушку по лицу ладонью, она упала на асфальт и зарыдала. Я инстинктивно рванулся ей на помощь, но Антонина меня остановила:

– Не вмешивайся, – это Кавказ, ты здесь никто, тебя просто порежут и, в лучшем случае, ты останешься инвалидом.

Неожиданно на выручку девушке из темноты парка бросился высокий парень. Соперники встали грудью друг к другу. Девушка воспользовалась замешательством, вскочила на ноги и побежала. Мужчина попытался ее догнать, но парень его остановил. Завязалась короткая схватка, в результате которой мужчина оказался на асфальте. На парня обрушился поток брани и угроз. Мужчина встал на ноги и еще раз попытался атаковать соперника, в результате чего в очередной раз оказался на земле. К парню подошёл еще один молодой человек, по виду его приятель, и стал уговаривать покинуть место происшествия до приезда ментов. Время было выиграно, парни скрылись, мужчина поднялся и, покачиваясь, бросился в погоню за девушкой.

– Надеюсь, он ее не догонит.

– Сумасшедший город, регулярно наблюдаю подобные сцены. Мужики здесь часто распускают руки. Если не хочешь неприятностей, старайся не вмешиваться, иначе твой отдых закончится в больничной палате. Это говорит тебе старая опытная женщина.

– Ладно тебе, опытная, мужу ни разу не доставила орального удовольствия. Он-то, хоть тебя радовал?

– Заткнись, сволочь, не твое дело. Пошли лучше допьем бутылку и пойдем спать.

– Ты уже согласна спать со мной?

– Какого черта ты меня все время провоцируешь, сынок? Тебе меня не объехать.

– Я и не пытаюсь. Я же импотент. Помнится, ты хвасталась, что умеешь делать классный массаж. Может покажешь мастерство?

– Покажу, если ты мне заплатишь.

– Сколько стоит один сеанс?

Тоня на минуту задумалась. Я чувствовал, как напряженно работает калькулятор в ее голове.

– Рублей двести, думаю, хватит.

Цена была бросовой, сеанс массажа на курорте стоил от восьмисот рублей. Я уже поймал кураж и мне хотелось повалять дурака.

– Договорились. Допиваем коньяк и идем ко мне в номер.

– Обещай, что не будешь ко мне приставать.

– Клянусь клятвой импотента.

– Что ж, потом не плачь, я делаю массаж по-настоящему, учти.

– Это то, что сейчас нужно моей спине. Я уже отдал кучу денег за сеанс профессионального массажа, который ей ничуть не помог, пришла пора воспользоваться услугами любителя.

Мы выпили еще по рюмке.

– Иди готовься, я пока здесь приберу, вымою посуду, выброшу бутылку. Минут через пять начнем.

– На какое время рассчитан один сеанс?

– Сколько сможешь выдержать, малыш. – усмехнулась Антонина и с хрустом размяла кисти рук, как бы предвкушая мои страдания. Такая самоуверенность меня только подзадорила. Я решил устроить настоящее испытание её непоколебимой нравственности, которую, впрочем, считал весьма условной, учитывая ее пристрастие к алкоголю. Теоретически, нельзя отрицать существование во Вселенной высоконравственных алкоголиков. Мне лишь хотелось установить, принадлежит ли к этому виду моя знакомая, или мы имеем дело с обычным следствием ханжеской морали и лицемерного воспитания, жертвами которого пало мое поколение, черпающее житейские мудрости с сайта «одноклассники». Когда Тоня вошла в номер, я лежал на спине в совершенно обнаженном виде. Женщина немедленно выскочила из номера, выкрикивая по ходу возмущенные восклицания.

– Немедленно оденься! Ты что себе позволяешь! Я не буду тебе делать массаж в таком виде!

Я был пьян и мне это показалось ужасно смешным. Однако, мне хотелось завершить задуманное, и я вступил в переговоры с Тоней, через дверь, которую, выбегая, она оставила полуоткрытой. Я обещал ей, что наброшу на бедра полотенце, и не буду к ней приставать. В конце концов, пришлось напомнить о двухстах рублях, которые я обещал ей заплатить. Я уже знал за Тоней слабость к деньгам и беззастенчиво манипулировал ею. Мои аргументы возымели силу и вскоре Антонина вновь появилась на пороге моей комнаты. Я лег на живот, и женщина со всей неутоленной страстью и ненавистью набросился на мою спину и без сомнения разорвала бы ее в клочья, если бы я не перевернулся на спину, невольно сбросив полотенце, прикрывавшее мою наготу. Сцена повторилось. Тоня с воплями выбежала из комнаты и какое-то время приходила в себя, прячась в пустой утробе мини-отеля.

– Так нельзя! – убеждал я ее, – Это непрофессионально бросать работу на полпути. И потом, у меня действительно не стоит, в чем ты уже могла убедиться, и это безжалостно и бесчеловечно бросать мужчину в такой беде одного. Неужели ты не видела в своей жизни ни одного голого мужика, что тебя так легко испугать висящим членом. Профессиональное самолюбие взяло верх, и Антонина вновь осторожно вошла в номер.

– Что, у тебя и правда не стоит? – сочувственно поинтересовалась она.

– Как видишь! – я указал взглядом на совершенно безучастный член.

– И давно у тебя так?

– Да, вот, с тех пор как сюда приехал. Может вода здесь мне не подходит. Мне сказали, что в ней слишком много брома. Может посодействуешь, глядишь массаж ему и поможет.

– Ты с ума что ли сошел? Хочешь, чтобы я тебе подрочила?

– Чисто в медицинских целях.

Антонина села на край постели и некоторое время раздумывая, разглядывала мой детородный орган, словно решаясь на поступок, который требует от нее немалой воли и мужества.

– Хорошо, ты только обещай, что никому не скажешь, иначе меня уволят с треском.

– Тоня, я тебе клянусь. Не в моих интересах болтать языком, поверь.

– Ладно, ложись на спину и закрой глаза. Я продолжу делать тебе массаж и заодно постараюсь помочь твоей беде.

Я закрыл глаза, как она и сказала, но продолжал сквозь ресницы подсматривать за ее действиями. В глубине моей подлой душонки клокотал смех. К сожалению, ее робкие попытки ни к чему не привели. Антонина меня совершенно не возбуждала. Неожиданно для себя я всхрапнул.

– Придурок!

Тоня в очередной раз под мой гомерический хохот выбежала из номера и больше в него не возвращалась. Не прошло и пяти минут, как меня свалил здоровый сон и проснулся я только в девятом часу дня весь покрытый синяками и царапинами. Первой моей мыслью было, что меня накануне избили, но потом я вспомнил о массаже и улыбнулся.

– Надо будет не забыть отдать Антонине ее две сотки – подумал я – она их честно отработала тяжелым трудом. Правду говорят, что нет на свете ничего тяжелее упавшего члена.

Весь оставшийся день и вечер я ждал звонка от Анны. Время отпуска безжалостно утекало сквозь пальцы. В девять вечера я не выдержал и набрал ее сам. Телефон не отвечал. Чтобы как-то убить время, я вырядился в гавайскую рубаху и устроился с чашечкой кофе в уличном кафе. Я чувствовал себе полнейшим идиотом, которого развели. В половину одиннадцатого я понял, что Анна не позвонит и злой на себя вернулся в гостиницу. Через полчаса я получил от нее смс: извини, пропустила твой звонок, перезвони мне. Я набрал номер Анны. Женщина сняла трубку и еще раз извинилась за пропущенный вызов. Сказала, что была у стоматолога на приеме, а когда вернулась домой, приняла обезболивающее и, якобы, уснула.