- -
- 100%
- +
Была уже поздняя осень. Мелкий-мелкий дождик накрапывал уже двое суток, и, казалось, вся природа потяжелела и раскисла от воды. Наступил вечер, темнело уже рано. И у часового в полосатой караульной будке осталась одна радость – с завистью посматривать на ярко освещенные окна дворца.
Бал по случаю совершеннолетия принцессы был в самом разгаре. Сверкали люстры и отражались в, как зеркало, начищенном паркете. По залу прогуливались нарядные дамы с галантными кавалерами, мило беседуя о всяческих пустяках. Официанты с подносами в руках предлагали всем желающим шампанского и лимонада.
– Будьте добры! – попросила виновница торжества своего кавалера. – Возьмите мне бокал шампанского!
Её отец, сидевший на троне, услышал и шутливо погрозил ей пальцем:
– Даша, не балуй! Возьми себе лимонада!
– Нет, папочка! – возразила принцесса, – Я уже взрослая!
– За здоровье принцессы! – провозгласил кто-то в этот момент тост, и гости наперебой начали поздравлять именинницу и чмокать в щёчки. Принцесса каждого благодарила и мило улыбалась.
Заиграл оркестр. Все быстренько допили своё шампанское, кавалеры пригласили дам на танец и пары закружились под звуки вальса.
Царь не танцевал – годы не те. Он сидел на своём троне, подперев щёку ладонью и молча смотрел на танцующих. Шуршали яркие бальные платья и тронный зал был похож на летний луг, на котором распустились сразу все цветы, всевозможных расцветок.
Найдя взглядом дочь, царь улыбнулся. В белом, похожем на подвенечное, платье, принцесса была очаровательна. Оно ей очень шло. Ещё больше ей шли ямочки на раскрасневшихся от танца щеках и счастливые глаза. Глазами принцесса пошла в свою покойную мать. Большие, лукавые, зеленоватого цвета с изумрудными искорками.
Принцесса вальсировала с принцем, живущим по соседству – высоким, стройным юношей, который бережно поддерживал её и никак не мог понять, когда соседская нескладная девчонка успела превратиться в такую прелестную девушку.
О, сколько грации было в их танце. Сколько изысканности, учтивости и утончённости. Наверное, даже посторонний человек мог бы догадаться, что танцуют принц и принцесса. Ведь, в конце концов, у каждого из них была корона. Небольшие, ажурные, словно сплетённые из кружев, у принцессы украшенная рубинами, у принца – с изумрудами.
– Ах, какая чудесная пара – наша принцесса и этот принц! – говорили друг другу гости бала…
Лишь царь был в раздумье – сегодня уже двое попросили у него руки дочери. Этот соседский принц, который сейчас танцует с ней, и заморский королевич. Царь поискал его глазами – вон он, стоит у дверей и смотрит со злостью на соперника.
– Про принца все говорят только хорошее. – рассуждал царь, – И умен, и воспитан, и лицом пригож – ничего не скажешь. Только вот государство у него больно маленькое и небогатое. То ли дело королевич – у того денег куры не клюют. А что толстый, как бочка, и весь в прыщах – не беда. Можно ведь не на него, а больше в сторону смотреть. В окошко, например.
Решив дать ответ сегодня, царь сделал женихам знак следовать за собой. Он привёл их в свой рабочий кабинет, подошёл к столу, на котором стояли весы, и сказал следующее:
– Сегодня вы оба попросили руки моей дочери и поставили меня в трудное положение. Каждый из вас достоин стать её мужем, и, видит бог, сделать выбор очень нелегко. Вы знаете – принцесса моя единственная дочь – она выросла в роскоши, ни в чём не зная отказа. Я хотел бы, чтобы так же было и после замужества. Пусть каждый из Вас положит на чашу весов все золотые вещи, которые при себе имеет. Чья чаша перевесит – тот получит руку моей дочери.
Первым начал королевич. На каждом пальце у него было по перстню, а на некоторых – по два. Королевич снял их с трудом и кинул на весы. Затем положил массивную золотую цепь и ремень с огромной золотой пряжкой. Достал кошелёк и высыпал кучу золотых монет. В конце – отстегнул пять орденов и сверху, на гору золота, положил корону. Чаша весов лежала на крышке стола, чаша соперника поднялась высоко вверх.
Царь кивнул удовлетворённо и обратился к принцу.
– Теперь твоя очередь.
– Ваше Величество! – ответил тот. – Наверное, и так видно, что из золота у меня лишь одна корона, доставшаяся мне от покойного отца. Но он завещал мне носить её с честью, и ей не место на базарных весах, которые Вы, должно быть, одолжили у торговцев рыбой или овощами. Прощайте! Извините, если что-нибудь не так сказал!
С этими словами принц повернулся и вышел из кабинета. Царь с улыбкой посмотрел ему вслед – всё произошло именно так, как он и задумал!
Выбежав из дворца, принц вскочил на своего коня, пришпорил его и… сгустившийся мрак поглотил всадника. Только удаляющийся стук копыт, слышался ещё некоторое время…
Принц вернулся домой, взбежал наверх в спальню и бросился на кровать. Его мать, увидев сына, всплеснула руками – никогда ещё она не видела своего отпрыска таким бледным. Всю ночь царица не отходила от принца, меняя на лбу мокрые полотенца и пытаясь выяснить причину такого душевного расстройства. Принц отмалчивался, а под утро, присев на кровати, сказал:
– Маменька, простите меня, ради бога, что доставил Вам столько переживаний. Хочу попросить Вас еще об одной услуге – не могли бы Вы некоторое время поправить страной одна, без меня.
– Что ты задумал? – заволновалась мать.
– Мне надо побыть одному, – ответил принц. – Поживу пока в избушке лесника – ты же знаешь, он сейчас в больнице. Заодно, и зверей от браконьеров охранять буду.
Принц попрощался с матерью, взял собранный ею узелок с едой, ружьё и ушёл…
Тем временем царь, устранив неподходящую, на его взгляд, кандидатуру, столкнулся с новой проблемой – упрямством дочери.
– Не пойду я замуж за этого королевича! – отвечала принцесса на все мольбы отца. – Он толстый и противный! Сам за него выходи!
– Я не могу, – вздохнул король. – А породниться надо бы! Он такой богатый!
– Нет, папенька! – воскликнула принцесса, – Я уже совершеннолетняя и сама выберу себе жениха!
– Сама! Сама! – царь начал выходить из себя, – Это кухарка, за кого захочет, за того и выскочит замуж! А ты царская дочь и в вопросах брака должна руководствоваться государственными интересами. Так что не ломайся и готовься к свадьбе!
С этими словами царь вышел из комнаты дочери. А принцесса поначалу немного поплакала, затем вытерла платочком слезы, решительным движением взяла лист бумаги и перо и лёгким, красивым почерком начала писать:
Милый папочка!
Мне очень жаль тебя огорчать, но твои государственные интересы слишком многого от меня хотят. Если корона – непреодолимое препятствие на пути к счастью с любимым человеком, то я отказываюсь от неё.
Отложив перо, принцесса перечитала написанное, расписалась и, сняв корону, положила на письмо, чтобы его не сдуло сквозняком на пол. Затем присела к зеркалу, быстренько подкрасила губы и ресницы и, накинув плащ, тихо выбралась из дворца.
Во дворе было ещё темно, всё так же шёл мелкий, холодный осенний дождь. Принцесса осторожно прошла мимо уснувшего в будке часового и быстро побежала по мокрому лугу в сторону царства принца…
А принц только-только пришёл в лесную сторожку, он принес с собой попавшего в браконьерский капкан зайчонка. Промыв ему рану и перевязав лапку, принц развёл в очаге огонь и начал готовить нехитрую трапезу. Вдруг в дверь постучали.
– Сейчас, минуточку, – отворив дверь и увидев перед собой принцессу, принц остановился как вкопанный.
– Разрешите пройти? – спросила принцесса где-то через пару минут. – Я вся промокла.
– Ах да, конечно! Извините ради бога! – спохватился принц и помог принцессе снять потяжелевший от воды плащ.
Затем они объяснились друг другу в любви, и принц продолжил приготовление нехитрой еды, а принцесса отогрелась у очага и начала приводить в порядок причёску, немного потрепавшуюся в пути.
– Даша, а где твоя корона? – спросил принц, переворачивая на сковородке блин.
– Я отреклась от неё, дорогой, – вздохнула принцесса, – ради тебя.
При этом она что-то смахнула с реснички. Принцу показалось, что слезинку.
– Нет, нет! Мне ее совсем не жаль! – возразила принцесса, стоя перед зеркалом в лучшем из своих платьев. – Просто, за столько лет, я, видимо, так привыкла к короне, что без неё, кажется, чего-то в наряде не хватает.
Принц подошёл к своей возлюбленной:
– Это тебе, Даша, – надел он на неё свою корону. Даша посмотрела в зеркало и несмело спросила:
– Я теперь снова принцесса?
– Да! – ответил ей принц.
Принцесса счастливо улыбнулась сначала ему, затем своему отражению и кокетливо поправила свой новый головной убор:
– А твоя корона даже ещё лучше! – захлопала она в ладоши. – Смотри, камушки в ней как раз под цвет глаз!
Отблески огня в очаге, проскакивали в изумрудах и глазах принцессы маленькими, зелёными искорками.
Принц обнял и поцеловал свою возлюбленную:
– Тебе очень идёт! Носи на здоровье!
– Спасибо! – поблагодарила принцесса то ли за корону, то ли за поцелуй.