Адмирал Империи – 38

Глава 1

Место действия: звездная система HD 60901, созвездие «Тельца».

Национальное название: «Ладога» – сектор контроля Российской Империи.

Нынешний статус: контролируется Черноморским космическим флотом.

Точка пространства: орбита планеты Санкт-Петербург-3.

Борт флагманского линкора «Громобой».

Дата: 11-29 июня 2215 года.

– Где ты пропадал целые сутки, Демид Александрович? – голос диктатора-регента Самсонова гулко разнесся по просторному командному мостику «Громобоя», когда контр-адмирал наконец прибыл с опозданием, вызвавшим недовольство среди высших офицеров.

– В самое ближайшее время у нас, между прочим, запланированы крупные учения по слаживанию новых подразделений Черноморского космического флота на орбите Санкт-Петербурга-3, – продолжал Самсонов, чуть поднимая брови, будто подчеркивая очевидность своей мысли. – Надеюсь, ты не забыл, что мы все еще ведем беспощадную гражданскую войну?

Диктатор слегка пошатывался, но, вопреки очевидным следам недавних излишеств, его поведение не выглядело несерьезным. Когда этого требовала ситуация, Иван Федорович мог превратиться в хищного и расчетливого лидера, способного в любой момент сокрушить тех, кто казался ему недостаточно преданным. Однако сейчас его взгляд выдавал легкую усталость.

Демид хотел было бросить ироничный комментарий в сторону слегка качающегося Самсонова, но в последний момент передумал. Диктатор пусть и выглядел с утра не лучшим образом, однако тот кислый оттенок на его лице говорил о том, что шутка может быть воспринята совсем иначе, чем планировалось. В конце концов, никто не хотел испытывать на себе силу гнева Самсонова, особенно когда на его губах начинала появляться едва заметная усмешка.

– Вчера я весь день провел в офисе корпорации «Имперские Кибернетические Системы» по вашему приказу, господин адмирал, – ровным голосом отозвался Зубов, не давая эмоциям взять верх.

– По моему приказу? – Самсонов слегка скривился, его левый глаз дернулся, когда он попытался прокрутить в голове события последних дней. Судя по его выражению, память упорно отказывалась сотрудничать, предательски выдав лишь обрывочные фрагменты. – И как все прошло?

– Великолепно, – голос контр-адмирала остался спокойным. Однако на устах заиграла легкая, почти дерзкая улыбка. – Ее директор продемонстрировал мне возросшие возможности роботов последней серии. Которыми я, честно признаться, остался доволен. Первый министр Шепотьев не солгал вам: эти андроиды действительно лучшие в своем роде…

Кто-то из дивизионных адмиралов украдкой переглянулся, будто пытаясь уловить реакцию регента. Самсонов, прищурив глаза, бросил взгляд на монитор рядом с собой, где медленно прокручивался список недавно отданных приказов. Только теперь его ослабшая память вытащила на поверхность образ недавней беседы с бывшим канцлером. Да, действительно, тот с неподдельным восторгом нахваливал новые модели роботов, уверяя, что они станут незаменимыми в охране.

– Лучшие в своем роде, говоришь? – проговорил медленно Самсонов, словно пробуя эти слова на вкус.

Зубов чуть кивнул, сохраняя невозмутимость.

– Да, господин адмирал. Такие машины, если верить заверениям их создателей, способны защитить вас лучше, чем любой из наших «преображенцев».

– Они действительно так хороши? – переспросил еще раз Иван Федорович, внимательно посмотрев на стоящего перед ним контр-адмирала. – Министр Шепотьев любитель приукрасить действительность… Так ты уверен, что новые модели станут для меня лучшими охранниками, чем даже вон те бравые новгородцы?

Самсонов лениво махнул рукой в сторону дверей, у которых стояли двух с половиной метровые великаны-гвардейцы. Их боевые скафандры сверкали под искусственным светом, а штурмовые винтовки, словно продолжение рук, были наготове. Гвардейцы не двигались – настоящие статуи, но каждый офицер на «Громобое» знал, что эти солдаты способны моментально превратиться в смертоносные машины.

– Абсолютно, господин адмирал, – без промедления ответил Демид. Он чуть склонил голову в знак уважения, сохраняя нейтральное выражение лица.

Диктатор нахмурился, явно желая услышать больше подробностей. Его взгляд скользнул обратно к тактической карте, на которой крейсировали миниатюрные вымпелы кораблей Черноморского космического флота, отображая текущую диспозицию. Однако эта карта, столь привычная, теперь раздражала Самсонова своей статичностью. Он полностью переключился на разговор.

– И ты лично в демонстрационном зале видел, на что они способны? – настаивал он, откинувшись в кресле и сцепив пальцы рук в замок.

– Да, видел собственными глазами, – невозмутимо ответил Демид Александрович. – Директор корпорации уверил меня, что буквально через две стандартные недели у вас в распоряжении будет как минимум три таких робота.

– В смысле через две недели? – нахмурился Самсонов, прерывая его. Теперь в его голосе появились нотки раздражения. Он резко повернулся к Зубову и, указав на него пальцем, потребовал: – Я вообще-то приказывал тебе привезти их на «Громобой» немедленно! Они что, еще не готовы? Ты же сам только что сказал, что видел их вживую на полигоне…

– Я наблюдал за работой прототипа, – пояснил Демид, стараясь говорить как можно естественнее и непринужденнее. Его тон оставался ровным, словно он комментировал рутинный отчет. – Инженеры корпорации сделали впечатляющий шаг вперед, но им все еще требуется немного времени на доработку серийных моделей.

Контр-адмирал посмотрел на карту, показывая деланную заинтересованность в расстановке боевых вымпелов. Светящиеся символы кораблей аккуратно мигали, создавая ощущение активного планирования. Демид специально сделал паузу, давая Самсонову возможность впитать его слова, а затем продолжил:

– Насколько я понял из разговора с генеральным директором, эти роботы проектировались для совершенно иных задач. Изначально их программы не содержали протоколов охраны высокопоставленных лиц.

– В каком смысле «не содержали»? – Самсонов прищурился, нахмурив брови, словно уже предчувствовал подвох. Он наклонился вперед, опершись локтями на стол, его пальцы начали тихо барабанить по гладкой поверхности.

– Изначально, господин адмирал, эти машины разрабатывались для автономного участия в боевых операциях, – пояснил Демид, глядя прямо на регента. – Программы были настроены на взаимодействие с боевыми подразделениями, выполнение сложных тактических маневров. Инженеры столкнулись с необходимостью адаптировать их для совершенно новой роли. Для этого им нужно дополнительное время.

Он выдержал короткую паузу, затем, будто между делом, коснулся изображения одного из крейсеров на карте, делая вид, что полностью сосредоточен на анализе. Но в действительности он внимательно следил за реакцией Самсонова, который сейчас балансировал на грани раздражения и любопытства.

– То есть ты хочешь сказать, – протянул Самсонов, медленно вставая, – что эти машины на данный момент не способны защитить меня?

– На данный момент – нет, – Демид решил быть честным, но его голос оставался непоколебимым. – Но через две недели у вас будут лучшие телохранители, которые только можно вообразить. Они не знают усталости, не подвержены страху или сомнениям. Их эффективность… превзошла мои ожидания.

Диктатор снова бросил взгляд на застывших у двери новгородцев, словно оценивая, стоит ли менять их на кого-то другого.

– Ни черта не смыслю в этих ваших протоколах, – раздраженно отмахнулся Иван Федорович. Сквозь его привычно властный голос прорезалась досада, которую он даже не пытался скрыть. – Хорошо, пусть так… Но ты все-таки должен забрать у этих ребят хотя бы этот прототип! – в голосе диктатора зазвучали нетерпеливые нотки. – Я не хочу дрожать за свою жизнь и постоянно оборачиваться, проверяя, не стоит ли кто-нибудь за моей спиной с намерением меня прирезать…

Он замолчал, но его взгляд, цепкий и ледяной, почти прожигал Демида. Тот, в свою очередь, оставался невозмутим, хотя внутренне отмечал, что очередной всплеск паранойи Самсонова стал сильнее, чем обычно. Диктатор-правитель вел себя так, будто каждый тень за его спиной была очередным заговорщиком.

– Перестаньте постоянно думать о покушении, – усмехнулся Демид, чуть склонив голову и позволяя себе легкий намек на иронию. Он намеренно отвел взгляд в сторону, притворяясь, что изучает стоящих неподалеку дивизионных адмиралов. – Ваш страх становится заметным для окружающих, – добавил он, кивая на офицеров, которые, стараясь выглядеть бесстрастными, переглянулись между собой.

Самсонов мгновенно напрягся, его лицо исказилось от раздражения. Он резко повернулся к адмиралу и ударил кулаком по столу.

– Мне плевать, кто и что замечает! – вскипел он. – Я лишь хочу себя максимально обезопасить!

Гвардейцы у дверей даже не шелохнулись, но атмосфера в командном отсеке стала ощутимо тяжелее, словно воздух на мгновение пропитался электрическим зарядом. Диктатор резко шагнул в сторону столика с напитками, но так ничего и не налил, вместо этого начал мерить мостик шагами.

– Враги повсюду, – продолжал он, бросая взгляд через плечо на Демида, словно тот должен был разделить его беспокойство. – И я уверен на все сто процентов, что у Птолемея Грауса среди офицеров моего космофлота имеется пара-тройка агентов, которым первый министр уже, скорее всего, отдал сигнал к действию…

Самсонов говорил все быстрее, словно мысленно прокручивал сценарии заговоров один за другим. Его слова звучали резко, но каждый из них был наполнен уверенностью человека, для которого любая угроза – не гипотеза, а реальность, требующая немедленного решения.

– Повторяю, меня невозможно победить в секторе битвы! Это знают все! – Он остановился перед тактической картой, и его палец резко ткнул в одно из светящихся обозначений, будто именно там, в этом секторе, скрывался невидимый враг. – А значит, самое эффективное для моих врагов – это нанести мне удар в спину.

Его глаза снова впились в Демида, будто требуя немедленного согласия. Контр-адмирал, сохраняя привычное спокойствие, чуть опустил взгляд, позволяя диктатору выплеснуть весь гнев.

– Ты простой, хоть и талантливый, дивизионный адмирал, – продолжил Иван Федорович, его голос стал ниже, но не менее давящим. – Твоя смерть особо не изменит расклада сил в этом противостоянии. Моя же гибель приведет этого ублюдка Птолемея и иже с ним к окончательной победе в гражданской войне! Как ты этого не можешь понять?!

Демид не спешил с ответом. Его лицо оставалось бесстрастным, но в глубине глаз читалась усталость от вечного параноидального беспокойства диктатора.

– Хорошо-хорошо, – наконец проговорил он, голос его был ровным, почти успокаивающим. – Я снова посещу офис профессора Гинце и потороплю его, если вы этого так желаете.

Демид Александрович намеренно перевел взгляд на тактическую карту, возвращаясь к вымпелам кораблей, как бы показывая, что разговор для него завершен. Однако Самсонов не торопился успокаиваться.

– Да, так и сделай, – резко бросил он, вернувшись к своему креслу, но тут же, будто бы осененный новой мыслью, остановился. – Хотя…

Самсонов замолчал, его взгляд устремился куда-то за пределы комнаты, будто он пытался найти ответ в пустоте космоса.

– Я, пожалуй, сам слетаю в эти «Имперские КиберСистемы» и лично побеседую с его генеральным директором…

– Зачем вам заниматься такими мелкими и незначительными делами, господин командующий? – почти испуганно спросил Демид, теряя привычную уверенность в голосе. Лицо контр-адмирала слегка напряглось, хотя он старался сохранять внешнее спокойствие. – Нас ждут маневры по слаживанию ваших новых дивизий…

Он сделал легкий шаг вперед, как бы подчеркивая свою вовлеченность в дело, но в глубине души отчетливо понимал, что слова не произведут должного эффекта. Иван Федорович Самсонов, когда принимал решение, был как горная лавина – остановить его можно было только чудом или катастрофой.

– Дальнейший разговор не имеет смысла, я уже все решил, – отрезал Самсонов, и в его голосе зазвучали стальные нотки, мгновенно пресекшие любые попытки возражений. – Мне необходимо лично удостовериться в том, насколько совершенны, а главное, насколько безопасны данные роботы для меня лично.

Он подчеркнул слово «лично» так, будто это было ключевым условием, от которого зависела судьба всей войны. Его взгляд, холодный и решительный, обратился к голографической карте. Демид знал, что спорить с Самсоновым сейчас бессмысленно, а значит, лучше промолчать. Он лишь слегка наклонил голову в знак понимания и скрестил руки за спиной, чтобы не выдать напряжения. Молчание контр-адмирала могло быть истолковано как согласие, но в голове Демида уже вовсю кипели мысли. Слова диктатора пробудили в нем настоящую тревогу.

«Тиса…» – это имя немедленно всплыло в сознании, как раскаленная игла. Демид Александрович напрягся еще сильнее, стараясь не выдать эмоций. Он понимал: проблема, с которой он столкнулся, грозила перерасти в нечто более серьезное, чем просто недовольство Самсонова. Если диктатор узнает, что андроид, та самая Тиса, которую Демид уже начал считать своей, сейчас находится вовсе не там, где ей следовало бы быть, последствия будут катастрофическими.

Девушка-андроид была на борту линкора «Москва» – флагманского корабля самого Зубова. И находилась она там уж точно не в качестве телохранителя. Почему он вообще позволил себе оставить ее у себя? Демид понимал, что это было глупо и рискованно, но, глядя на ее совершенные черты лица и спокойное, почти человеческое поведение, он не смог заставить себя отослать ее обратно. Тиса была чем-то большим, чем просто машина. Она… очаровывала.

Однако сейчас это решение обернулось против него. Иван Федорович, если догадается, будет не просто разгневан. Самсонов, со своей манией преследования, скорее всего, заподозрит в действиях Зубова измену. Оставаясь невозмутимым снаружи, Демид внутренне лихорадочно обдумывал свои дальнейшие шаги.

«Что ж, значит, нужно убрать ее с линкора как можно скорее», – решил он, бросив взгляд на ближайший тактический дисплей, где мигали точки движущихся шаттлов. Он понимал, что времени на ошибки у него не было.

– Отправьте Тису обратно на планету, – негромко приказал он своему адъютанту через коммуникатор, не меняя выражения лица. – Немедленно. Чтобы через полчаса ее не было на линкоре.

Контр-адмирал сделал вид, что поглощен изучением диспозиций, в то время как его сердце ускорило ритм. Мысль о том, что Самсонов может прийти с инспекцией, заставляла его чувствовать себя пойманным в ловушку мышонком.

Но опасения Демида оказались напрасными – по крайней мере, на время. Спустя несколько часов, сразу после завершения учений по слаживанию флота, Самсонова, впрочем, как и всех остальных, отвлекло неожиданное сообщение. На «Громобой» поступила зашифрованная депеша от агентов диктатора-регента, оставшихся в звездной системе «Новая «Москва»«.

Самсонов, мгновенно переключившийся с размышлений о роботах-телохранителях на текущее положение дел. Из сообщений следовало, что Дессе и Птолемей Граус – два бывших союзника и лидера некогда мощной Коалиции, выступавшей против диктатора, окончательно рассорились. Их раскол привел к тому, что их силы теперь были стянуты в Тульский Промышленный Пояс, где планировалась решающая схватка.

«Они хотят поубивать друг друга», – мелькнула мысль в голове Самсонова, и впервые за долгие дни его лицо озарила слабая, почти удовлетворенная улыбка…

Упускать такой момент адмирал Самсонов был не намерен. Перед взором диктатора уже выстраивалась четкая картина стремительного маневра, который мог перевернуть весь ход гражданской войны. Всего лишь за сутки он собрал все доступные на орбите Санкт-Петербурга-3 вымпелы Черноморского космического флота. Никаких промедлений. Приказ был предельно ясен, и флот начал быстро перегруппировываться. Экипажи лихорадочно готовили корабли, вооружение приводилось в полную боеготовность, штурманские группы проверяли навигационные маршруты, а в инженерных отсеках заканчивали последние проверки двигательных установок. Черноморский космический флот, ринулся в подпространство, направляясь к системе «Новая Москва». Глубокий черный бархат космоса мгновенно поглотил корабли, и вскоре они исчезли в воронке…

В системе «Новая Москва» Зубов и Самсонов, как мы уже знаем, атаковали возвращавшиеся к столице дивизии вице-адмирала Хромцовой. Агриппина Ивановна, как и ожидалось, пыталась организовать контратаку, но вскоре стало очевидно: её флот проиграл. В результате этого удара был получен важнейший трофей – файл с завещанием покойного императора.

Не обнаружив в столичной звездной системе других эскадр противника, Самсонов отказался от идеи брать центральную планету заново. Новая Москва-3 оставалась под контролем остатков войск Грауса, но Иван Федорович принял решение вернуться в систему «Ладога». На первый взгляд, это выглядело как осторожность, однако для тех, кто понимал стиль Самсонова, было очевидно: это был расчетливый ход. Пока враги рвали друг друга на части в Тульском Промышленном Поясе, он собирался выжидать, чем закончится данное противостояние, при этом восстанавливать и наращивать собственные силы.

Космоверфи системы «Ингерманландия», контролирующееся Самсоновым, по-прежнему работали в три смены, выпуская новые корабли. Флот, разорванный на части в ранних этапах войны, теперь вновь начинал набирать мощь. Экипажи пополнялись не просто новобранцами, но лучшими профессионалами, чьи навыки тщательно проверялись.

Всё это время Демид Зубов находился в центре событий. Контр-адмирал, который только недавно выглядел лишь как один из многих перспективных офицеров флота, теперь превратился в ключевую фигуру. Его имя стало звучать все громче среди командиров, и не только из-за успеха в «Новой Москве».

На орбите планеты Зубов проводил бесконечные маневры, оттачивая слаженность своих дивизий. Дредноуты, только что сошедшие со стапелей космоверфи постепенно пополняли состав «Преображенской» и «Семеновской» дивизий. Зубов лично занимался набором экипажей, отдавая предпочтение не числу, а качеству. Только лучшие, самые верные и опытные космоморяки могли служить в его Гвардейской Эскадре.

Он часами проводил инспекции, наблюдая за тренировками экипажей, проверяя их готовность к бою. Его внимательность к мелочам впечатляла даже самых строгих офицеров. Для Зубова каждое упражнение и маневр было подготовкой к возможной схватке, каждое движение должно было быть максимально точным…

Тем временем Самсонов оставался в стороне. После победного рейда к «Новой Москве» он погрузился в свои любимые развлечения. Новый дворцовый императорский комплекс на планете стал эпицентром праздников. Бесконечные застолья, фейерверки и ужины с высшими чинами – так проводил своё время диктатор-регент. Практически не появляясь на орбите, он полностью отдал бразды правления своим флотом в руки дивизионных адмиралов, в том числе и Демида Зубова…

…Именно во дворце диктатор-регент каким-то непостижимым и пока непонятным для нас образом на одном из приемов встретился с невзрачного вида, долговязым, худым стариком. В просторном зале, наполненном звуками классической музыки и блеском роскошных нарядов, этот пожилой мужчина явно выделялся своим скромным и несколько потрепанным видом.

Когда Самсонов, блистающий в парадном мундире со множеством орденов и медалей, приблизился к старику, тот неловко поклонился, явно чувствуя себя не в своей тарелке среди пышного великолепия дворца. Однако в глазах пожилого человека светилось любопытство и даже некоторое предвкушение.

Им оказался, кто бы вы думали? Правильно. Наш гениальный профессор Гинце, который почему-то очутился в императорском дворце, хотя в данный момент никаких совещаний и мероприятий связанных с наукой, промышленностью и технологиями правительством и адмиралом-регентом не проводились. Появление столь выдающегося ученого на светском рауте казалось странным и неуместным.

Тем не менее, Густав Адольфович умудрился-таки попасть на глаза Самсонову, и когда тот узнал, кто стоит перед ним, Иван Федорович сразу же вспомнил о роботах-охранниках, из которых не так давно хотел создать отряд своих телохранителей. Эта идея захватила воображение адмирала еще несколько недель назад, когда он услышал о последних разработках корпорации «Имперские Кибернетические Системы». Перспектива обзавестись непобедимой механической гвардией, беспрекословно выполняющей любые приказы, будоражила самолюбие диктатора.

Как мы знаем, последние две недели командующий Черноморским флотом был несколько занят разборками со своими противниками в звездной системе «Новая Москва» и совершенно забыл обо всем этом. Борьба за власть над системами Российской Империи отнимали все его время и силы. В этой круговерти дел и рейдов идея с боевыми роботами-телохранителями как-то отошла на второй план.

Но неожиданное появление перед ним генерального директора корпорации «Имперские Кибернетические Системы» заставило адмирала вспомнить о своем недавнем желании. Словно озарение, в сознании Ивана Федоровича всплыли недавние беседы с первым министром Шепотьевым и контр-адмиралом Зубовым, расхваливавшими потенциал новой серии андроидов. Теперь, когда создатель этих машин стоял прямо перед ним, Самсонов почувствовал, как внутри разгорается нетерпеливое желание заполучить механических гвардейцев как можно скорее.

Сразу после знакомства Самсонов дружелюбно обнял профессора за плечи и сказал:

– Итак, дорогой мой Густав Адольфович, уверен, что вы появились здесь в правительственном комплексе не просто так. Ваше присутствие на этом приеме – не случайность, не так ли? Я полагаю, у вас есть для меня какие-то хорошие новости, – голос адмирала звучал мягко, но в нем явственно слышались нотки нетерпения и ожидания.

Самсонов заглянул в глаза профессору, пытаясь по выражению его лица угадать ответ. На мгновение воцарилась напряженная пауза, а затем адмирал продолжил:

– Значит ли это, что первая партия моих андроидов-телохранителей уже готова? Контр-адмирал Зубов так красочно описал возможности данных моделей, что мне не терпится самому протестировать их… Думаю, с такой непобедимой охраной мне больше не придется опасаться ни покушений, ни предательства. Скажите же, когда я смогу увидеть этих роботов?

– О, не хочу вас расстраивать, ваше превосходительство, – наигранно смутившись, произнес Гинце. Его слова прозвучали словно удар колокола, мгновенно развеяв радужные мечты адмирала. Разочарование и досада отразились на лице Самсонова.

Профессор потупил взгляд, будто чувствуя вину за то, что вынужден охладить пыл собеседника. Помолчав секунду, он вздохнул и заговорил извиняющимся тоном:

– Но, боюсь, что роботы пока не готовы. Поймите, подготовка такой партии боевых андроидов – крайне сложный и деликатный процесс. Нужно провести множество тестов, откалибровать системы, проверить их в различных условиях. Мы делаем все возможное, но некоторые проблемы требуют времени для решения…

Гинце выглядел искренне огорченным, словно сам был расстроен задержкой и невозможностью сразу порадовать своего высокопоставленного заказчика. Теребя в руках полы своего потертого пиджака, он продолжил уже увереннее:

– Мне казалось, я подробнейшим образом объяснил контр-адмиралу Зубову проблемы, с которыми мы столкнулись при столь скором переезде с Новой Москвы-3. Наши исследовательские лаборатории и цеха по производству роботов пришлось в спешке перебазировать в новое место. Уверяю вас, мы работаем днем и ночью, чтобы наверстать упущенное время, но торопиться в таком деле нельзя. Малейший просчет может обернуться катастрофой…

Профессор на миг умолк, переводя дух и собираясь с мыслями. Затем он посмотрел прямо в глаза Самсонову и произнес с расстановкой, тщательно подбирая слова:

– Повторю теперь уже вам, группа андроидов той модели, о которой ведется речь, конечно же, будет готова и представлена вам, но произойдет это несколько позже. Еще примерно недели через две… Я лично прослежу за тем, чтобы все недочеты были устранены, а каждый робот соответствовал самым высоким стандартам качества и надежности. Даю вам слово, ваше превосходительство.

– Что? Снова эти две недели! – возмутился Иван Федорович, расстроившись. Его голос сорвался почти на крик, а на скулах заиграли желваки. Несколько секунд он буравил профессора яростным взглядом, а затем продолжил уже тише, но с неприкрытой обидой в голосе:

– Вы, похоже, оба меня решили кормить завтраками! Сначала Зубов обещал мне этих роботов со дня на день, теперь вы говорите, что нужно подождать еще. Сколько можно тянуть? Я рассчитывал на скорейшее получение андроидов!