- -
- 100%
- +
Танечка уходила медленно и несколько раз оглянулась. Она помахала рукой… Гарсиа махнул в ответ. Потом он взглянул на часы. Явно отставшая в погоне полицейская машина, должна была появиться с минуты на минуту.
Гарсиа не курил и сунул в рот жвачку.
Полицейские приехали только через полчаса.
– Руки на капот машины! – грозно рявкнул самый рослый из них.
Гарсиа охотно повиновался. Полицейские осторожно подошли поближе. У мужчины рядом со стареньким «порше» было довольно простодушное лицо.
– Я не понял, ребята, а в чем дело? – спросил он.
– Где девчонка?
– Какая девчонка?
Гарсиа артистически точно удивился. Полицейские немного расслабились и опустили пистолеты. Один из них достал рацию, второй подошел поближе. Салон «порше» был пуст. Полицейский плюнул на асфальт и растер плевок ногой.
– У кого-то из вас сперли жену, ребята? – спросил Гарсиа.
Второй полицейский, уже успевший поднять капот багажника, громко выругался.
– Все чисто!
Впрочем, полицейским не мешало бы заглянуть в давнее досье Гарсиа Ферейро. Во времена Франко его отец был лучшим контрабандистом Испании. «Семья чемпионов», как называли их коллеги по бизнесу, недолюбливала диктатора Франко в полном составе. Сам Гарсиа отошел от дел, как только Испания вступила в Общеевропейский рынок. Но иногда он любил прогуляться на машине по старым контрабандным тропам и вспомнить уже далекую молодость…
11.
Мистер Джон Арланди постарался удивить гостей изысканным ужином. Но Бонни Вайсер и Алекс «Коготь» имели весьма озабоченный вид.
– Послушай, Джон, – напрямую заявил Алекс. – Во-первых, я не привык работать вместе с полицией, а, во-вторых, я не люблю, когда мне подкладывают свинью…
Это была уже грубость. Мистер Арланди нахмурился.
– … И мне постоянно кажется, что сбежавшей девчонки не существует. А вся эта кутерьма затеяна лишь для того, что бы засветить моих людей.
– А зачем газетная шумиха? – Бонни Вайсер бросила на стол свежий номер газеты.
«Русские в парламенте Испании и Франции!», «Невидимки с Востока!» – кричали заголовки.
– Алекс прав, – продолжила Бонни. – Похоже, что мы ищем призрак или, что еще хуже, играем третьи роли в чьей-то хитро задуманной пьесе.
У Бонни было высокомерное лицо холеной тридцати пятилетней женщины, тщательно скрывающей свой возраст. Впрочем, благодаря природному изяществу это неплохо ей удавалось. Но там, в глубине ее голубых глаз, всегда таился холодный и жестокий огонек.
Джон Арланди подумал и пришел к выводу, что, пожалуй, разыгрывать оскорбленное достоинство не имеет смысла. Проблема требовала чисто делового решения и холодного расчета.
– Три миллиона долларов, – коротко бросил он.
– За голову русской шпионки? – скривился Алекс. – Это не такие уж большие для нас деньги.
– Хорошо. Шесть миллионов.
Напряжение за столом несколько спало.
– Двадцать и мы, наконец, сможем приступить к ужину, – сказал Алекс.
– Восемь.
– Я повторяю цену Алекса, Джон, двадцать, – холодно сказала Бонни.
– Десять.
– Ты слишком медленно поддаешься, – красавица Бонни улыбнулась одними губами. – Ты хочешь доказать нам своей скупостью, что девчонка все-таки есть и мы можем найти ее?
– Я не умею доказывать то, что видел собственными глазами.
– Но мы-то – нет!
– Вообще-то, вполне может быть, что девчонка все-таки существует на самом деле, – вдруг согласился Алекс. Цифра «десять» прозвучала для него значительно убедительнее чем «три» или «восемь». – Даже профессионалу трудно разыгрывать след типа «она только что была здесь, мсье» или «извините, мсье, но девушка только что села в машину, номеров которой я не запомнил». Для этого нужно иметь огромную агентуру. А я не верю, что Европа до отказа забита русскими шпионами.
– Двенадцать миллионов – моя последняя цена, – сухо сказал мистер Арланди.
– Хорошо, – Бонни кивнула. Она выдержала паузу. – Кстати, Джон, если бы ты согласился на двадцать, уже завтра я бы постаралась устроить тебе автомобильную катастрофу.
Алекс расхохотался:
– Бонни как всегда в своем репертуаре!.. Но, черт возьми, она права – людей, жизнь которых можно оценить в двадцать миллионов действительно нет.
Мистер Арланди едва сдержал себя, чтобы не поежится под внимательным взглядом голубых глаз Бонни. Все знали, что ее муж Мик «Кликуша» завершил свою темную жизнь именно в автокатастрофе. Теперь Бонни сама вела дела своего мужа. Желающих спорить с ней, как правило, не было…
12.
Майор Дубов стоял возле огромной карты. Если бы не военная форма, он был бы вполне похож на учителя географии.
– Паника началась вот здесь, на юге Испании… – указка майора коснулась карты и медленно заскользила на северо-восток. – Во Франции к поискам беглянки подключился Интерпол, местная мафия и практически все контрразведки Европы. Но до сегодняшнего дня у них нулевые результаты. Она… – майор запнулся. – То есть объект… В общем, девчонка…
У генерала Кошкина было непроницаемое лицо. С большим успехом можно было понять, о чем думает каменный Будда.
– Продолжайте, пожалуйста, Виктор Палыч, – холодно сказал генерал.
«Засылают за рубеж черт знает кого, а мне потом за них докладывай, – мелькнуло в голове Дубова. – А может быть эта девчонка совсем не наша разведчица?»
– Объект успешно миновал Париж, – Дубов смущенно кашлянул в кулак. Слово «объект» звучало слишком неопределенно. Кроме того, майор искренне не знал, проявлять ли сочувствие к «объекту», если он свой, или докладывать о нем с казенным безразличием, если неуловимая девчонка всего лишь перепуганная студенточка.
– Фоторобот объекта разослан во все полицейские участки. На вид подозреваемой…
«Подозреваемой в чем?» – промелькнуло в голове майора.
– …То есть, я хотел сказать, объекту не больше двадцати лет.
Указка снова заскользила по карте.
– В Швейцарии объект успешно прошел все полицейские посты и отбыл на поезде в Гамбург. На станции прибытия состав обыскали, но объект так и не был найден.
Измученному сомнениями майору страшно хотел курить.
– Фоторобот, пожалуйста, – коротко бросил генерал Кошкин.
Майор Дубов сунул руку в карман и нащупал пачку сигарет. Довольно долго он не мог отделить от пачки приклеившееся к ней крохотное фото.
Генерал положил фотографию перед собой, но взглянул на нее только мельком.
– Продолжайте.
«А чего продолжать-то? – тоскливо подумал Дубов. – Фигушки они ее поймают, если уже столько дней за ней бегают…»
– В данный момент объект предположительно направляется в сторону Берлина… Или Лейпцига, – майор окончательно увял. – Пока объект в Германии, короче говоря.
Генерал чуть заметно улыбнулся.
– Насколько внимательно вы отслеживаете ситуацию?
«Внимательнее уже некуда!» – чуть было не ляпнул майор Дубов.
– Группа «Альберта» и «Ганса»… – неуверенно сказал он вслух. – Они только наблюдают пока, товарищ генерал. Правда, им тоже очень трудно угнаться за этой девчонкой.
– Тогда что и как они наблюдают? – генеральская улыбка стала шире.
– Передвижение объекта… Ну, по газетам и по перехваченным полицейским донесениям, – Дубов почесал затылок. – Приказа вмешиваться не было, товарищ генерал.
– Пока и не будет.
О генеральских «красотках» Кошкина в тайном мире разведки ходили легенды. Встреча с ними могла стать роковой для любого шпиона или контрразведчика. Загадочные девушки появлялись в поле зрения видеокамер, охраны или случайных свидетелей только на несколько секунд. Потом они исчезали без следа. Все более-менее громкие дела за рубежом за последние пять лет приписывали делу их рук.
«А, может быть, и нет никаких «красоток»?» – мелькнуло в голове майора Дубова.
– Можете идти, Виктор Палыч, – генерал Кошкин потянулся за трубкой.
– Есть! – майор козырнул и только тогда заметил, что его рука все еще сжимает пачку сигарет.
В коридоре его остановили три веселые девушки.
– Простите, как пройти к генералу Кошкину? – спросила самая бойкая.
Майор Дубов на ходу пытался выудить из пачки горячо желанную сигарету.
– Прямо и направо, – не останавливаясь, сказал майор.
Он оглянулся только возле двери своего кабинета.
«В секретарши, наверное, пришли наниматься, – решил он, скользнув взглядом по тоненьким фигуркам. – Детский сад, в общем!..»
Уже в кабинете майор Дубов закурил и уселся в кресло. Напряжение спало и ему стало неловко за свой не очень четкий доклад генералу Кошкину.
«Хотя, что я мог доложить, если об этой сбежавшей девчонке никто толком ничего не знает? – не без обиды подумал он. – И что это за мода такая, чуть что непонятное, так сразу Дубов должен об этом докладывать? Я же не ясновидящий, в конце концов!..»
13.
Танечка безошибочно определяла в толпе тех людей, которые ее ищут – у них были каменные физиономии и холодные глаза. Свой фоторобот она впервые увидела на вокзале в Париже. Через стекло газетного киоска на нее смотрело компьютерное фото. У фоторобота было неживое, застывшее лицо. От настоящего его отличало одно – усталость и круги под глазами.
«Это конец, – Танечка стояла на перроне метро и боялась сделать шаг к распахнутым дверям электрички.
Взгляд девушки упал на собственное отражение в темном стекле вагона. Она жалко улыбнулась… Отражение в стекле дрогнуло. Оно больше не было похоже на фоторобот. Танечка снова улыбнулась, на этот раз уже смелее. Отражение изменилось почти до неузнаваемости.
Девушка вошла в вагон. Двое полицейских и один человек в штатском шли по салону, внимательно вглядываясь в лица пассажиров. Танечка улыбнулась им и у нее задрожали губы. Полицейские прошли мимо, едва удостоив взглядом веселую «студентку». Девушка явно спешила на вечеринку – у нее был слишком непринужденный вид.
Танечка села и ей стоило огромного труда не закрыть лицо руками. Она посмотрела в окно. Поезд уже тронулся…
Полицейские проверяли документы у хмурой и озабоченной девушки лет двадцати пяти.
– Простите, но вам придется пройти с нами, – донесся до Танечки не терпящий возражений голос.
Днем ее фотографии появились почти во всех газетах. От постоянной улыбки у Танечки болело лицо. Но ей все-таки удалось ускользнуть из Парижа. Потом была Швейцария и Германия…
Вечером она нашла попутную машину. Но денег на проезд уже не было… Нет, все шло хорошо, но только до тех пор, пока водитель – рыжий немец с неприятным запахом изо рта – не полез к ней с поцелуями на неожиданной остановке.
«Оплата, фрау…»
Танечка ударила рыжего и выскочила из машины. Наверное, у нее было слишком серьезное лицо. Немец долго смотрел ей в след, словно силясь вспомнить что-то, а потом достал из кармана сотовый телефон…
14.
Генерал Кошкин курил трубку и рассматривал веселые лица девушек.
– Группа Лены Федотовой прилетит в Берлин через… – генерал взглянул на часы. – Через три часа. А вы, Олечка, вылетаете в Женеву сейчас. Задание понятно?
– Понятно, но не интересно, – задорно сказала одна из девушек. – Николай Александрович, нам скучно.
– Надо, Ира, надо.
– Что значит надо?! Это же детские игры.
– Это очень серьезные шпионские игры, девочки. Операция прикрытия уже началась.
В трубке кончился табак. Генерал Кошкин неодобрительно посмотрел на нее, положил на стол и вытащил из стола другую. Эта другая была значительно больше по размеру и, прикуривая ее, генерал задумчиво смотрел в окно.
– Николай Александрович, а почему у вас две трубки? – спросила одна из девушек.
Генерал Кошкин улыбнулся.
– Эту… – он постучал по трубке указательным пальцем левой руки. – Эту мне друг подарил. Видите, тут даже надпись есть «С уважением от Э. Х.»
– Вы воевали вместе?
– Можно сказать, что до сих пор воюем.
Генеральская трубка пыхнула дымом. Когда пауза явно затянулась, девушки оживились, поняв, что инструктаж закончен.
– Все, Николай Александрович?
– Пожалуй… – генерал немного подумал. – Да и, пожалуйста, передайте от меня привет мистеру Элоизу Хартли.
15.
Больше всего на свете Энтони Клингер боялся своего шефа. Джон Арланди никогда и некому не прощал ошибок.
– О, нет, мой малыш Энтони, ну, конечно же, я могу простить все, – не раз говаривал мистер Арланди. – Но я могу простить только потом, понимаешь?..
Что значило это «потом» Энтони отлично знал. Мистер Арланди мог прощать только мертвых.
«Но любую ошибку можно исправить… Если ты не дурак, конечно», – Энтони лежал на скомканной постели в дешевом отеле «Риц» и рассматривал потолок.
Полиции в который раз удалось напасть на след русской беглянки. Но погоня опаздывала и Энтони Клингер, даже вцепившись в полицейский хвост, не мог найти русскую девчонку первым.
«Ошибку можно исправить…»
Бонни Вайсер тоже купила информацию в полиции, но, в отличие от Энтони Клингера, опережала ее на несколько часов. Это Энтони понял сегодня, после диалога с хозяином местной бензоколонки. Сначала Энтони поздоровался с ним, что было не в его правилах, и только потом очень вежливо задал свой первый вопрос:
– Простите, вы не видели эту девушку?
Он показал фото.
– Эту?..
Энтони хорошо запомнил растерянное лицо тщедушного владельца заправки. Тот рассматривал газетное фото и морщил узкий лоб, пытаясь что-то вспомнить.
– Кажется, ей сегодня уже интересовались какие-то мрачные парни.
– Когда именно?
– Несколько часов назад.
Энтони закурил и вдруг почувствовал во рту отвратительный вкус. «Мрачные парни»… Это наверняка были люди Бонни Вайсер. Что ж, эти ребята умеют разговаривать с людьми… При чем разговаривать так, что потом из них нельзя вытащить ни одного слова. Разумеется, ложь в счет не шла. Энтони задал еще несколько вопросов. Хозяин заправки только пожимал плечами.
«Ладно, я не хотел», – решил Энтони.
Он презрительно сплюнул и попал на грязные штаны собеседника. Владелец заправки, конечно, испугался. Он затравлено смотрел в маленькие глаза Энтони и, возможно, был готов рассказать ему даже то, чего он никогда не видел. Энтони понял это и ударил человека в лицо. Тот упал. Энтони несколько раз ударил его ногой.
– Не надо!.. – человек на земле закрывал голову руками. – Девушка остановилась в отеле «Риц».
– Откуда ты знаешь это?
– Случайно!.. Мне нужно было в город, и я поехал следом за ней.
Теперь Энтони отдыхал в отеле «Риц», в том же самом номере, где на несколько часов остановилась беглянка. Но люди Бонни Вайсер уже успели побывать в нем, – в комнате пахло мужским одеколоном.
Хлопнула дверь соседнего номера. В коридоре послышались шаги.
«Пора…» Энтони встал. Он не привык много думать, и у него болела голова.
«Чертова работа!..» Теперь Энтони следил за людьми Бонни Вайсер. Только они могли вывести его на беглянку. Полиция была уже не в счет.
«Если девчонка умрет, то мистер Арланди никогда не узнает подробности моих маленьких ошибок…»
Энтони уже не доверял никому. Теперь, как и в старые, добрые времена он работал один. У бывшего наемного убийцы не могло быть напарников. А если они вдруг и появлялись, то быстро исчезали.
Спустившись вниз, Энтони увидел трех парней в баре. Один из них говорил по сотовому телефону.
– Да, Бонни…
Эту фразу Энтони расслышал, подходя к бару. Он заказал сок и попросил бармена плеснуть туда немного виски. Но тот, взглянув в грубое лицо Энтони, вылил в стакан едва ли не полбутылки.
«Идиот проклятый!..»
У Энтони зачесались кулаки.
– Я же просил тебя, скотина!.. – начал было он.
Бармен побледнел. Парни Бонни Вайсер не без любопытства взглянули на перекошенное лицо Клингера.
– Ладно, извините… – Энтони сел и придвинул к себе стакан. Прикоснувшись губами к краю стакана, он понял, что два глотка такого «коктейля» легко свалят слона. Но страшно хотелось пить.
– Еще сок, пожалуйста, – вежливо попросил Энтони бармена. – Только сок и ничего больше.
16.
– Я был прав, Гарри, я был прав! – доктор Элоиз Хартли насмешливо изучал растерянное лицо своего преданного помощника Гарри Сигала. – Итак, вам все-таки удалось поймать беглянку и даже доставить ее к нам в Лондон?
– Извините, шеф, но… – заговорил Гарри.
– Как это не парадоксально звучит, но верно только второе утверждение? – перебил доктор Хартли. – То есть вы сцапали самую обычную русскую туристку?
– По-моему она специально дурила нам головы, шеф. Сначала девушка расплакалась, а потом заявила, что расскажет все только вам при личной встрече.
– И поэтому вы привезли ее в Лондон?
У Гарри Сигала был явно смущенный вид.
Задержанная девушка, назвалась Таней Ивановой. Теперь она сидела в коридоре возле кабинета Элоиза Хартли под усиленной охраной.
– Девушка сказала, что она и есть та самая Таня, – Гарри пожевал губами. – Кроме того, она удивительно похожа на фоторобот…
Но уже через час российское консульство выразило свой протест по поводу беспричинного задержания гражданки Тани Ивановой. Девушка прибыла в Берлин по туристической визе и была схвачена едва ли не в аэропорту.
– Пожалуйста, Гарри, пригласите девушку ко мне.
– Конечно, шеф.
Через минуту гостья уселась в кресло и закурила дорогую сигарету. У нее было спокойное, красивое лицо и хорошие манеры. Хозяин кабинета и гостья не без любопытства рассматривали друг друга. Гарри Сигал замер сбоку кресла, в котором устроилась гостья.
– Знаете, я не верю, что всего пару часов назад вы горько плакали и утверждали, что вы и есть «та самая Таня», – сказал доктор Хартли.
– Вам привет от генерала Кошкина, – сказала девушка.
– Он мог просто позвонить мне, – вежливо заметил доктор.
Девушка молча курила и смотрела в окно.
– Я знал пару русских шпионов, которые выбрали свободу, – улыбнувшись, сказал доктор Хартли.
– А как же вилла на берегу моря и солидный счет в банке? – спросила девушка.
– Это уже частности. Но те люди, о которых я говорил, получили то, о чем вы упомянули.
– Слишком мало, – пренебрежительно сказала гостья. – Если мне потребуются деньги, я могу запросто выйти замуж за миллионера и обобрать его до нитки.
Она очаровательно улыбнулась.
«Пожалуй, она права…» – вдруг промелькнуло в голове Гарри Сигала.
– Сейчас в России полно миллионеров? – спросил доктор Хартли.
– Почему только в России? – довольно искренне удивилась девушка.
«Вот черт возьми, а? – подумал Гарри. – Интересно, какие идиоты вынудили русских строить демократию?»
– Я понимаю, – доктор Хартли кивнул. – Теперь вы можете быть свободны.
– Уже?.. – снова удивилась девушка.
Гостья покинула кабинет доктора Хартли весьма неохотно. Видимо ее не устраивало, что беседа так быстро закончилась.
Ослабевшая на некоторое время сеть по всей Европе снова натянулась до отказа…
17.
… Энтони Клингера ждала Бонни Вайсер. Она стояла возле его машины и посматривала на часы. Трое ее мрачных парней только что уехали на огромном «Мерседесе» и Энтони сильно спешил, боясь потерять след.
– Ты мне мешаешь, громила, – сухо сказала Бонни. – Ты путаешься у меня под ногами.
– Это мое дело, – грубо сказал Энтони.
Он попытался отстранить женщину от дверцы своей машины. Бонни улыбнулась одними губами, и Энтони невольно опустил протянутую руку.
– Если бы я сомневалась в том, что справлюсь с тобой одна, я бы не отпускала своих ребят, – сказала Бонни. – Но они могут тебя научить вежливости и потом.
– Мистер Джон Ардланди тоже не любит, когда ему мешают, – хрипло сказал Энтони.
Он растерялся – у Бонни был удивительно спокойный взгляд.
– Ого, как круто! – ледяная улыбка Бонни Вайсер стала еще шире. – Сколько ты хочешь, Энтони?
– Сколько за что? – Энтони сделал вид, что не понял.
– За то, что ты исчезнешь. Мои ребята скоро возьмут девчонку. Мне она нужна живой и я не хочу, чтобы кто-то стрелял ей в спину.
– Мистер Арланди не говорил, что девчонка нужна ему живой.
– Тогда кто докажет, что это она и есть на самом деле? Вряд ли труп беглянки отправят в Испанию.
– Я сумею доказать, что это именно она.
– На месте мистера Арланди я бы не очень доверяла тебе.
Энтони зарычал от бешенства… Тем не менее его мозг продолжал лихорадочно работать. Ах, если бы русская девчонка не знала так много об его ошибках! Тогда он с удовольствием уступил бы Бонни свою добычу. Плата – переход в банду Бонни Вайсер – вполне устроила бы его. Бонни Вайсер, не смотря на свою репутацию, иногда отпускала своих людей. Те обзаводились автомастерскими, мотелями или фермами и тихо жили вдали от мафиозных дел.
– Хорошо, Бонни, хорошо, – Энтони с трудом подавил приступ бешенства. – Если бы ты прикрыла меня от мистера Арланди, я бы мог… Ну… Как сказать?.. Тогда ты не осталась бы в накладе.
Бонни сделала вид, что не понимает довольно откровенного намека.
– Сколько ты хочешь наличными, Энтони?
– Речь не о деньгах. Я говорю, что…
– Меня интересует только то, сколько ты сейчас стоишь, малыш Энтони, – снова перебила Бонни.
В разгоряченном мозгу Энтони вспыхнул красный шар.
«Ах, ты сволочь! – мысль резала как нож по живому. – За дешевку меня принимаешь?!»
Энтони все-таки протянул вперед свою огромную руку. Удар ногой в поврежденное колено как раскаленная игла пронзил болью все его огромное тело. Боль превратилась в судорогу и Энтони осел на асфальт. Красный шар в его голове озарялся вспышками зеленых молний…
– Я тебя предупреждала, малыш Энтони.
Как ушла Бонни Вайсер, Энтони уже не видел.
18.
Вечером Элоиз Хартли получил донесение о поимке русской беглянки из Вены. Потом, через полчаса, такая же новость пришла из Праги. Потом из Будапешта. Все пойманные девушки утверждали, что их зовут Таня, и что они хотят лично встретиться с доктором Элоизом Хартли.
– Среди них может быть настоящая… – неуверенно сказал Гарри Сигал.
Он не покидал кабинет своего шефа. Очередное задание – срочный вылет за рубеж – могло созреть в любой момент.
– Кто знает, Гарри? – улыбаясь, спросил доктор Хартли. – Вполне может быть и такое… Если сеть основательно забита рыбой, это еще не значит, что сеть не сможет поймать Золотую рыбку. Что русские посольства?
– Пока молчат.
– То есть посольства пока не выражают своего протеста по поводу беспричинного ареста российских туристок?
– Да, шеф.
– Но я уверен, что они завопят во все горло, как только девушки прибудут в Лондон. Что мы будем иметь в итоге, Гарри? Довольно забавную ситуацию: доктор Элоиз Хартли допрашивает наивных русских туристок, – он засмеялся. – И это на фоне шпионской истерии, которую раздули наши газеты. Гарри, тебе не кажется, что генерал Кошкин хочет поставить мою карьеру под прямую и явную угрозу?
Гарри Сигал пожал плечами. Доктор Хартли откинулся на спинку кресла и принялся барабанить пальцами по столу.
– Кстати, как поживает наш подопечный Эндрю Макферсон, он же Андрей Трофимов?
– Его завалили текущими делами, шеф… В сущности, Эндрю отличный работник. Помните, шеф, ведь это именно он первым вышел на структуру «Януса» в Стамбуле.
Доктор кивнул.
– «Колпак», под которым он сидит, ему не мешает?
– Не думаю.
– Хорошо, – доктор снова кивнул. – У Макферсона наверняка накопилось много материала за то время, пока он сидит без связи. Это может быть микропленка, а может быть и простая «флешка» с компьютерными данными. Как вы думаете, где Макферсон ее прячет?
– Я не знаю… Но догадываюсь, что не у себя в рабочем кабинете или дома.
– Я тоже так думаю. Именно поэтому, когда к Макферсону прибудет связной, я уверен, что все его материалы будут при нем.
На столе зазвонил телефон. Гарри посмотрел на доктора и тот кивнул.
Гарри снял трубку.
– Да?..
В трубке что-то громко заговорил возбужденный голос. Гарри чуть отстранил трубку от уха, чтобы звук не так сильно бил по барабанной перепонке.
– Ну, что там у них стряслось, Гарри? – без особого интереса спросил доктор.
Гарри положил трубку.
– Ребята поймали еще двух русских шпионок, шеф.
– Где?
– В Риме и Мадриде.
– Значит, сцапали всего двух? – весело удивился доктор. – Вы могли бы сказать им, Гарри, что служба европейской безопасности плохо работает. Я не сомневаюсь, что генерал Кошкин наводнил всю Европу своими очаровательными шпионками. Скоро мы начнем их ловить десятками. И более того, я не сомневаюсь, что девушки сами начнут приходить в контрразведку и прямо с порога громко заявлять: «Здравствуйте, господа! Я русская шпионка и я хочу поговорить с доктором Хартли».