Русские долины

23

Накрыли столы как для аристократий

Нашей полугородской, сельской знати.

– Ну право, Нюр, ну шансон,

Они ж за мертво упадут потом.

Сервис, как в Париже,

Скажу: «А не будет ли вам слишком?»

Денег пусть дают пущай. -

– Неси давай и не болтай! -

Нам бы пригласить мэра или губернатора,

Чтоб мелькали на блюдцах перстни с каратами

И слушать не колхозные басни,

Разговоров, какие очереди в яслях,

Или как разводился племяшка,

Или как спивался зятек Пашка,

Ну правильно, не светская вечеринка -

Семейная идиллия, такая картинка.

Ну вот и первые за окном звуки,

Вечер ждет, не подохнут со скуки,

Первые приехали, нарядные,

Вторые, третьи и заурядные.

Я только здрасьте, да здрасьте,

Весь вечер в хандре и в напасти.

Улыбаюсь всем, чего только ради,

Да вешалок столько не хватит.

Талантов на Руси хватало,

Разношерстных у нас немало,

Как на балу гостей принимаю,

Суету навожу и встречаю.

– Кого еще ждем, ах, еще этих… -

Ждем опоздавших, отпетых.

– Дружище, а что вдруг полезна седина?

Неужели пилит дома жена?

Или другой есть аргумент?! -

– Ну спасибо, конечно, за комплимент! -

За стульями бежать к соседу пришлось,

Ну не подсчитал, не срослось,

Лишь бы хватило на всех блюда,

Сам жрать не буду.

Ну вроде гостей не больше, чем надо

В грязь не вдарил лицом, рады

И стоило последней персоне появиться

– Ну что, давайте садиться?!

24

– Обещают холодину в эту пору… -

Что сказать, крутое начало разговора,

Мария Ивановна самая тут центровая,

Как дворянка столбовая.

И ее сестрице надо донести:

– Ой, Марья и не говори. -

Самое время погоду оплакивать,

Да она любительница сестре поддакивать.

На первом и втором мы тосте,

Стали проще мы, тяжесть бросьте.

Вход шли и блюда вторые:

– Хорошо зарабатывают, молодцы какие. -

А Нюра румянцами заливается,

Ну естественно, кому не понравится,

Баяниста тут Васелька подтянули,

В пляс дали стариной тряхнули.

Вышли было дело мужики закурить,

Под баян Васька бабы стали скулить

«Ох, что же бабанька я наделала,

Я тебя не дождалась, ох, не дождалась

Ведь надела платье белое,

Но веревочка к соседнему дому вилась.

Ты прости, прости не наглядный мой,

Что такая не путевая.

Будешь счастлив ты с другой,

А судьбинушка моя подковою».

Заходим в хату, а там ж риторики тон,

Марья Ивановна, как оратора-цецирон:

– Не буди лихо, пока оно тихо.

Сиди спокойно пока не утихнет вихрь,

У нас всегда на родине матушке,

Горячий голове, первым не ладушки.

Кто первее всех мчал,

Конец дороги, все причал,

А годы то летят, как бывает… -

– Ой, летят-летят… – Сестрица подсевает.

Семейное такое, у них видно

И этот полицай на нее смотрит ехидно,

Благо не видит Богородица,

Полицай этот не знаю кому кем приходится.

– Моего бы еще надо женить,

А то харе шалтай-болтаем быть. -

Все головой кивают в кабинете,

Марья Ивановна у нас в авторитете.

Самонарощенное сочувствие какое-то,

Но, а далее вообще шапито.

Дуняша, старая бабка, порвала все мосты:

– Свекровь у двоюродной сестры… -

Начала бы сейчас Нюр,

Но оставим это, это нуль.

– Ну чего дед-то у вас еще живой?

А то в том году был плохой,

А то похороны дорого стоют,

Себе-то накопила, да не поспорю. -

Палец в рот не клади Марье Ивановне:

– Да, я сама про это самое… -

Сестрица ее догоняет:

– Да, все дорожает. -

– Ладно, хоть я себе накопила,

А вот не знаю, чтоб со мной было,

Ни кутьи бы не было, ни пира,

Да бросили бы в безымянной могиле. -

– У нас у деда, ладно хоть наследство,

Сыновьям есть куда деться.

Так сейчас тоже растраты…. -

– Да, растраты ползарплаты. -

– Пеленки, нянюшка поскорей бы ты,

Господи, грешную прости. -

И полицаю влезть надо:

– А вы сыпаните ему яду. -

– А вы как наследство поделите? -

Старуха затевает пыл не умерите.

– У вас же поровну-то не получается… -

Марья Ивановна не огорчается:

– Да мы всё уже решили

И завещание изучили,

У нас нотариус свой человек,

Дал информацию за процент.

– Да, всё сделали, да всё хорошо. -

После сестрицы, старуха назло.

– А вы не думаете, что изменит завещание малость? -

Тут Марья Ивановна взбунтовалась,

Речей в театре услышать где бы,

Как делят шкуру не убитого медведя.

Дед бедный лежит себе

И знать не знает, что на его корме

Родственники ждут, дожидаются.

– Мой за границу отправится… -

Счастливая Марья Ивановна про сына.

– Мы расписали на жизнь вполовину,

Но вот сейчас потерпим немного

И вперед ногами к Богу. -

– Ой, терпим, терпим, тревога. -

Как всегда, в своем репертуаре, от сестры не долго.

– Надеюсь, осталось полгода,

Доктор давно предвещал перехода. -

Не выдержал я, да как вскочу:

– Идите, вы к черту, вернусь, в сектантскую деревню ту.

Для подготовки обложки издания использована художественная работа автора.