- -
- 100%
- +
…нас с тобой, наконец, настигли
люди, которые играют в игры!
(Гости Из Будущего)
Глава 1. Вводно-ознакомительная
Судьба – дамочка ироничная, и не без норова. Кого приголубит, а кого и по носу щелкнет! Именно благодаря ее тонкой, но беспощадной иронии хромоногому Флину выпала участь быть посыльным. Хорошо хоть задания ему давались даже не второсортные, а такие, что и вовсе особого значения не имели, а если они устаревали, пока бедняга доковыляет к месту назначения, то никто и не огорчался. Но раз в месяц никчемный посыльный чувствовал, что делает безумно важное и нужное дело: оповещает охранную тройку о том, что впереди их ждет дозорная ночь.
Начинал Флин всегда с господина Гарра, хотя тот и жил в башне, и подниматься к нему нужно было по винтовой лестнице. В этом тоже была насмешка судьбы, так как господин маг был хром, как и посыльный, но каждый день был вынужден по многу раз спускаться и подниматься по проклятой лестнице.
Подойдя к башне, Флин увидел, что дверь не заперта и даже едва приоткрыта, значит, маг дома и можно смело к нему подниматься.
На третьем витке лестницы посыльного атаковал большой треглавый змей, появившийся просто из воздуха!
Удивлению Флина не было предела! Прошлый раз головы у иллюзии было всего две, да и то, вторая выглядела совсем не реалистично! А здесь все три могли заставить любого, даже самого смелого человека намочить штаны.
– Великолепно! – восхищенно прошептал посыльный, глядя одной из голов прямо в хищно разверзнутую пасть.
Кончик одного из трех языков змеи практически касался кончика его носа. Две дополнительных головы уже заходили по бокам, словно бы хотели оттяпать уши Флина.
– Ну, как?! – раздался, вдруг, вкрадчивый голос у самого левого уха парня.
От неожиданности посыльный вскрикнул и опрометью бросился вправо.
Хорошо, что справа лестница уходила ввысь, что совпадало с изначальным планом парня попасть в обитель мага.
– Ну, так как тебе мои нововведения? – более развернуто повторил свой вопрос Гарр, когда к нему без стука ввалился посыльный. – Впечатляет?!
– Вы же говорили, что теперь никто не в силах сделать так, чтобы обман одновременно воспринимали и глаза, и уши! – с восхищением, легко угадываемым в промежутках между тяжелым дыханием, воскликнул Флин. – Это просто невообразимо! Все головы разные, все очень страшные для неподготовленного зрителя, а уж этот голос! Он ведь на Ваш и не похож почти что!
– Да, любезный, с головами я действительно продвинулся за тот месяц, что мы не виделись, – улыбаясь и жестом приглашая посыльного пройти к накрытому к завтраку столу, проговорил маг, – а вот со звуками я тебя все это время не обманывал, как ты, проныра, наверняка уже успел подумать.
– Любите Вы на меня наговаривать, господин Гарр! – сделал вид, что собирается обидеться Флин, зная, что в таком случае маг постарается загладить свою вину и даст ему с собой немного из тех угощений, что сейчас лежали на столе. – Вот Вы же молодой, почти как я, а подозрительный, как дышащий на вечность магистр Клист, дай провидение ему долгих лет жизни! Хорошо, что хотя бы не бранитесь, как он!
Маг, который и, правда, был довольно молод, если не сказать, что даже юн, широко улыбнулся.
– Угощение с собой ты получишь только, если расскажешь мне, как еще можно улучшить мою иллюзию.
– Дались Вам эти обманы! Какой с них толк? Вон и магистр каждый раз, услышав от меня о Вас, ворчит, что молодежь нынче бестолковая и ничего кроме мыльных пузырей делать не умеет! И после этого никак не вознаграждает за выполненное поручение!
– И часто он обо мне спрашивает?
– Всегда! Порой по старости забудет, как меня звать, или что я ему письмо уже передал, а про Вас всегда помнит!
– Какая прелесть, – сварливо пробормотал маг, усаживаясь к столу, приглашая присесть Флина и разливая заваренный сбор трав по тонкостенным глиняным кружкам.
Мальчишка только этого и ждал! При первом же движении руги мага к заварнику он уже начал хватать сладости из разных мисочек и без разбору совать все в рот, едва успевая прожевывать. Лишь одна ничем не выделяющаяся среди остальных миска стояла, обделенная его вниманием.
– Как?! Как ты снова ее вычислил?! – изумился маг, на лице которого теперь отображалась целая гамма из редко встречающихся вместе эмоций: удивления, раздражения, восхищения и азарта. – Теперь она не является копией одной из стоящих здесь настоящих мисок, отбрасывает тень, отражается от лакированной поверхности стола!
– Насекомые, господин маг! В этот раз моими союзниками стали муравей и муха!
– Продолжай!
Маг откинулся на спинку стула и обмяк, словно был надувным кожаным мешком для переправы через реку, из которого выпустили часть воздуха.
– Я же глаз со стола не спускал, как только зашел, – с набитым ртом невнятно стал объяснять парень, – видите, муха летает? Вы-то наговор сделали, чтобы она не садилась на сладости, но подлетать она все равно к ним пытается! Ко всем, кроме этой миски! А ведь мухи, как известно, – эксперты только по двум вещам: одна из них – сладости, но о второй в Вашем обществе Вы велели не вспоминать. И еще муравьишка по столу ползает. Так он сквозь обманную миску и прополз. Сейчас как раз под ней, думаю, скоро должен показаться. Потому как я накрошил тут слегка…
– Молодец, – задумчиво, но уже с нотками решимости в голосе произнес маг, – сегодня можешь забрать все, что есть на столе – заслужил. А теперь я попрошу тебя уйти: мне нужно хорошенько пораскинуть мозгами.
Парень вскочил со стула, толком не прожевывая, проглотил все сладости, что были во рту и чеканно выпалил:
– Мастера мага Гарра официально приглашают по заходу солнца прибыть к посту номер один для ночного дежурства!
– Мастер маг Гарр приглашение принял, – без всякой почтительности и официоза произнес волшебник и, прощаясь, махнул мальчишке рукой.
– Насекомые! – услышал он тихое задумчивое бормотание мага, пока выбирал из мисок самые вкусные сладости, рассовывая их по карманам, а остальное, сваливая в заранее припасенный холщовый мешочек. – Это неприятно, но очень своевременно! Я бы даже сказал – удача! Надо же, какой пустяк, а может испортить самую проработанную оптическую иллюзию! И ведь они везде!..
По опыту парнишка знал, что больше маг его не видит и не слышит, но так же он уже успел понять несложную, но мудрую истину: многие знания – многие печали. Маг Гарр, чисто по-человечески, ему нравился и Флин не хотел знать его тайных мыслей, чтобы не навредить тому ненароком: ведь вредный дотошный старик Клист умеет чувствовать неправду – сколько раз уже проверено!
Однако уже около двери парня остановил оклик волшебника.
– Не вздумай все, что в карманах, съесть за один вечер! И зубы разболятся, и зад слипнется! Да так слипнется, что никакой наговор не поможет – только кипятком распарить можно будет!
– Все бы Вам шутить, господин маг! Я специально, когда носил письмо к мастеру лекарю, спрашивал у него, что делать со слипшимся задом, так он меня на смех поднял! Не случалось у него еще такого за десятилетия практики, сказал!
– Так это же от обычных сладостей не слипается, – возразил Гарр, – а это мои, на них, вон, даже муха не садится…
Флин постоял еще немного, надеясь, что волшебник признается, что пошутил, но на этот раз маг уже точно позабыл про мальчишку. Пришлось идти вниз, настолько задумчивым, что фантомная змея даже будто слегка расстроилась из-за отсутствия к ней должного внимания.
Внизу башни посыльного уже ждали мальчишки. Двое, как водится. Поодаль стояло еще трое, и это уже было странным: явно в городе что-то случилось.
Еще дальше отиралась девчонка. Вот это уже совсем необычно!
– Ладно… – озадаченно пробормотал, Флин, – если бы все было плохо, они бы стояли кучкой, а, раз есть какой-то порядок, значит, будут новости, но не такие, чтобы рисковать разбитым носом и соваться ко мне раньше тех, кто прибежал первым.
– Подходите! – чуть повысив голос, подозвал посыльный своих маленьких осведомителей.
Двое пацанов, дежуривших непосредственно у башни, тут же подскочили и, став чуть ли не навытяжку, доложили по очереди. Тот, что, видимо, прибежал первым, начал:
– Мастер убийца Стун сейчас не дома. Он должен был идти на дежурство в дом тепла и ласки, но с провожатым выдвинулся в сторону центральной площади! Я оставил напарника за ними двумя проследить, а сам прибежал сюда. Напарник уже здесь, но его остальные к нам не пускают, у них, видать, тоже сведения есть.
– Хорошо, – произнес Флин, переводя вопросительный взгляд на второго добровольного информатора.
– Мастер акушер Рина заступила на суточное дежурство в дом тепла и ласки. Я лично видел в глазок, как она принимала дежурство. Пришлось отдать волчок за это на целых три дня!
– Хорошо, молодцы, – кивнул с одобрением Флин, нарочито медленно развязывая мешочек с яствами, – ты пока зови своего дружка, пускай тоже награду получит, если есть за что.
Но к башне по знаку первого мальчишки промаршировала вся троица. Оказалось, что информация у них была одинаковая, но прибыли сюда они в разное время. Тот, что трудился в паре с первым парнишкой, прибежал последним, в то время как остальные двое уже топтались у башни с той же информацией.
Разбираться Флин не стал, а выслушал всех троих в очередности их прибытия. Поправляя и дополняя друг друга, сорванцы поведали, что произошло очень нехорошее убийство. Прям совсем плохое. Человека убили в доме, причем не то ножом, не то топором. В общем, не издалека. Чего в городе уже давненько не случалось.
Флин нахмурился и крепко задумался. Мешочек он отдал пятерке парней, строго наказав разделить содержимое по совести и без драки, а сам мешок постирать и отдать ему не позднее, чем на следующей неделе.
Мальчишек словно ветром сдуло. И тогда Флин снова увидел переминающуюся с ноги на ногу девчонку.
Мысленно хлопнув себя по лбу, парень подошел к ней.
– У тебя есть, что мне сказать?
– Я готовлюсь к стажировке у мастера Рины. Сегодня ее должен был охранять мастер Стун, но он не пришел и об этом сразу же узнали наиболее озабоченные старики. Несколько мальчишек работают информаторами. Как только мастер убийца не явился на смену, и стало известно, что он расследует убийство, мальчишки разбежались, а я подумала, что нужно рассказать про это Вам! Сегодня же первая ночь полнолуния…
– Ты большая умница! – просветлел лицом Флин, выворачивая один из набитых карманов: теперь он точно знал, куда, прихрамывая, побежит в первую очередь. – Вот тебе лучшие угощения!
Теперь когда полезный труд осведомителей был оплачен самой ходовой среди детворы валютой, можно было приступать к дальнейшему выполнению обязанностей.
В этом добром и чистом мире хромому посыльному приходится быть чуть хитрее и дальновиднее своих быстроногих коллег. Порой он и сам недоедал, но зато все дети в городе старше семи лет знали, что за правильные новости у хромого Флина можно получить самые вредные для зубов, но самые вкусные сладости!
А теперь посыльный с максимальной для себя скоростью бежал к дому, где произошло отвратительное убийство, несмотря на то, что прекрасно знал – мастеру Стуну сейчас будет не до него.
И действительно. На мастера было больно смотреть. Точнее, сначала Флин его вообще не увидел. Парень заглянул в окно, благо подмастерья подпустили его к дому, зная, что сегодня будет первая ночь полнолуния, но Стуна через стекло не увидел. Зато увидел труп и ужаснулся. Да и было от чего! Даже ничего не смыслящему в убийствах посыльному было ясно, что действовали ножом. Причем не кололи, что еще при желании можно представить себе, как бросок хотя бы с пары метров, а прям резали! Подходили вплотную и резали! Явно кто-то здесь вчера сошел с ума. Здоровый человек на подобное не способен. Зато теперь ясно, почему вызвали именно мастера Стуна: только он не побрезгует разобраться в этом деле. Хотя… крови слишком много. Все знают, про неизлечимую желудочную болезнь мастера, из-за которой он не ест мясо, а от рыбы его через раз тошнит, но вот уже трижды к Флину приходили дети с бредовыми рассказами о том, что мастер убийца Стун не переносит вида крови. Вот и здесь в комнате было много крови и не было мастера…
– Он за домом в отхожем месте, – шепнул из-за спины самый молодой из подмастерий, – сказал, что сегодня рыбная котлета предпочла другой выход.
Посыльный обернулся. В его глазах сразу же мелькнуло узнавание: не так давно этот подмастерье был одним из его лучших осведомителей. Недаром его уже в семь лет приставили к работе.
– Держи! – протянул Флин пацану одну из лучших оставшихся у него сладостей. – Сам на такое еще не скоро заработаешь! И как давно уже там мастер прощается с котлетой?
– Благодарю! – сладость исчезла с ладони дарителя с изумительной быстротой. – Да что-то затянулось у них прощание, как по мне, так уже давно должен был выйти.
Благодарно кивнув старому знакомому, посыльный двинулся к указанной цели.
Дождавшись тишины, Флин подошел вплотную к дощатой двери и вежливо негромко проговорил:
– Мастер убийца, это Флин, по городу ходят слухи, что у Вас снова обострение желудочной болезни, и я взял на себя смелость порекомендовать Вам лечебницу рядом с домом тепла и ласки. Дело в том, что все старики в округе уже прознали, что мастер Рина сегодня вынуждена заступить на смену в то время, как Вы находитесь в другой части города…
– Выхожу, – ответили из-за двери хриплым, чуть надорванным голосом, – зайди в дом, передай, что я ненадолго иду за помощью целителя, пускай старший подмастерье зарисует положение тела и уберет комнату, не трогая мебель и труп.
– Смоет кровь, Вы имели в виду? – уточнил Флин.
– И это тоже передай, а потом догоняй меня – поговорим.
Поговорить удалось уже почти у самых дверей дома тепла и ласки, потому что мастер убийца хоть и был неимоверно худ, но, обладая высоким ростом, ноги имел длинные и быстрые.
У посыльного тоже были быстрые ноги, но длинной была только одна, а вот вторая с самого рождения длиной не отличалась, и потому он отчаянно хромал.
– Я так понимаю, что ты уже у нее был? – спросил Стун, как только услышал быстрое дыхание за спиной.
– Нет, я узнал о ее положении от соглядатаев и решил сразу идти к Вам.
– А не твои ли шпионы раструбили по округе, что она сегодня без моей опеки?
– Нет, у меня свои люди. За их верность я не поручусь, но правдивые новости они приносят исправно.
– Хорошо. Стой здесь и жди меня. Зайдешь, когда позову.
Дверь мастеру пришлось брать штурмом, потому что она открывалась внутрь, а народу в прихожей было явно больше, чем та потенциально могла вместить. Но этих мастеров неплохо готовят к работе, поэтому справился он быстро. Стоило ему отвоевать щель в приоткрытой двери шириной с его голову, как весь мастер целиком просочился внутрь в мгновение ока. И тут же неясный многоголосый гул превратился в гробовое молчание, на смену которому пришла сольная партия мастера убийцы. Сначала слышались лишь глухие хлопки, настолько частые, что практически сливались в низкочастотный гул, но потом стали слышны и слова.
– Что, старики-разбойники, молодость вспомнить решили? Стариной тряхнуть, горе-ностальгаторы? Так я сейчас вас всех перетрясу и тех, у кого не окажется сегодняшнего талона на посещение, вышвырну в окно прямо на центральную улицу! А в виде штрафа в пользу моей гильдии заберу у каждого штаны! А мастера Рину попрошу усилить свое воздействие, так чтобы оно на добрую половину квартала действовало! Так и побежите по домам со своим воспрявшим срамом наперевес!
Некоторые бойкие и тощие старички уже начали самостоятельно и при штанах протискиваться в дверь непрерывающимся потоком.
Но вот в окно вылетел и первый полуголый нарушитель – мастер на ветер слов не бросал. Зато он бросал стариков. Одного за другим, и всех, как и обещал, без штанов.
Из окон всех окрестных домой тут же, как по команде, выглянули все свободные от хлопот лица женского пола, чтобы воочию увидеть то, о чем весь город будет судачить с сегодняшнего дня и до того момента, как умрет последний свидетель этого представления.
– Сосее-е-ед! Кричали из окна дома напротив! У тебя же намедни ноги отказали! Твоя старуха все жаловалась, что едва до горшка доползаешь! А тут, на тебе, молодым конем скачешь!
– С одним только отличием, – вторили ей из соседнего окна, – достоинство совсем не лошадиное – одной сухонькой рукой все закрыть умудрился!
– Зато гляньте, бабоньки, как старый бесстыдник Верон выхаживает! И не подумает прикрыться даже!
– Так он, охальник столетний, на той неделе к моей тетке приходил свататься! Та сказала, что подумает, так вот он тут показательное выступление и устраивает, чтобы ей потом обсказали: что, да как у него там!
В итоге из окна выпорхнуло не менее десятка аксакалов, бессильных в своих попытках скрыть ничем не прикрытую похоть.
И только внимательный и беспристрастный взгляд посыльного отметил, что мастер выбрасывал в окно только тех стариков, кто в силу своих остаточных профессиональных навыков гарантировано не покалечился бы при падении. Да и падали все на мягкую лужайку газона.
Постепенно оба потока, что дверной, что оконный, стариков-разбойников иссякли, и Флин услышал, как его зовут внутрь.
Свои талоны на посещение вот уже не первый месяц манящего его заведения парень начнет получать, только начиная с будущего дня рождения, поэтому возможности лишний раз заглянуть внутрь, посыльный упустить никак не мог!
И, как знал, успел-таки рассмотреть целую гору всего интересного!
Дело в том, что окна в комнатах у местных девочек окна занавешены так плотно и надежно, что им проще было в рабочее время выскочить на лестницу, в вестибюль, чем пытаться выглядывать на улицу. Вот они в рабочей одежде и столпились на лестнице и лестничной площадке в самых разнообразных позах.
Мало было Флину короткой ноги, так еще и челюсть нижнюю считай потерял.
– О, девочки, смотрите, к нам на красный огонек Колченогий Флин заглянул раньше положенного законом времени! – тут же донесся жизнерадостный комментарий с лестницы.
– Да ты глаза-то свои размалеванные раскрой пошире! – вступила с ней в спор дородная женщина с низковатым грудным голосом, – его уже в пору называть не Колченогим, а Трехногим Флином. Правда, третья нога еще короче второй, но все равно достойна своего звания, кто как считает?!
От такого нескромного всеобщего внимания часть свободной крови в организме паренька бросилась красить его лицо и стучать в ушах. Флин просто не знал, куда себя деть. Нужно было срочно отвести взгляд от лестницы, заполненной полуобнаженными пленительными и не очень фигурами, но где же взять на это силы?!
– Рина, да сбавь ты хоть немного обороты, – пробился сквозь стук крови в ушах зычный голос Стуна, – паренек сейчас с ума сойдет, а мне он нужен живым и здоровым!
После этого в стене неподалеку открылась совсем незаметная потайная дверца, из нее выпорхнула мастер Рина и с веселым смехом потрепала Флина по голове.
Наваждение с парня будто рукой сняло. Он взглянул на лица девушек и дам легкого поведения и понял, что знает большинство из них, как порядочных торговок, прачек, служанок или домохозяек! А они, оказывается, еще и здесь работают! Да еще и в таком виде!
Нет, он знал, что это не порицается и даже поощряется, как городскими властями, там и всеми тремя гильдиями, но все же думал, что пользуются такой возможность заработать денег и поднять социальный рейтинг более вольнодумные особы женского пола, коих в городе хватало…
А тут вполне приличные женщины. И к любой из них он вскоре сможет…
Ну вот, лицо снова стало пунцовым!
– Рина! – вновь воскликнул мастер Стун.
– А это уже не я! Это он сам! Наверное, кто-то из девочек приглянулся! – озорно смеясь, проворковала мастер Рина в ответ на упрек своего брата.
Теперь, когда ей, благодаря присутствию в доме Стуна нечего было бояться ни озабоченных стариков, ни разгневанных временных работниц, девушка была просто счастлива.
Из их троицы Рине приходилось сложнее всего. Такой же бесполезный для общества, как и у остальных двоих, талант, да еще и толком не контролируемый! До поры до времени мастер могла сдерживать свою потребность в его использовании, но когда он все же прорывался…
Хорошо хоть его прорывы можно было заблаговременно предсказать, и тогда мастера отправляли либо в поездку в безлюдные леса или степи, либо на дежурство сюда в дом тепла и ласки. Считалось, что временным обитательницам дома это не слишком по душе, потому что в такие смены работы у них было в разы больше, чем обычно, да к тому же еще и старики в эти сутки составляли львиную долю клиентов. А те, в силу преклонных лет, догадываясь, что этот поход в веселый дом может быть последним в их жизни, порой вытворяли такое…
Однако злые языки то тут, то там поговаривали по всему городу, что ругают мастера Рину просто для очистки совести, потому как больно уж часто так совпадает, что по ее сменам работают одни и те же охотницы за высоким социальным рейтингом!
К тому же, талант мастера несколько раз творил самые настоящие чудеса, такие, что и древние маги могли бы позавидовать, не то, что мастера акушеры. Чего стоит один тот случай, когда Рина использовала свой талант, и старик в соседнем доме, которому уже даже глаза успели закрыть и начали оплакивать, ожил, воспрянул духом (и не только) и, кряхтя, засобирался в дом тепла и ласки. А ведь он еще и пожил после этого целых полгода! Потом все же умер, причем уже окончательно. Оплакивать его, правда, не стали: не принято это два раза делать – не по-людски как-то.
Отвлекшись на эти мысли, Флин пришел-таки в себя настолько, чтобы услышать, как Стун просит подойти его к пустующей скамейке для ожидающих клиентов и присесть на нее.
– Стун! – крикнула в это время с лестницы. – Ты чего всех посетителей разогнал? Наверняка же кто-то из них был с талонами! Как нам теперь отработки зачтут, если никто не придет? Или ты в одиночку решил нас тут облагодетельствовать?
– Можно подумать, что я тут первый раз и не знаю, кто может прийти с талоном, а кто – без! – возмутился в ответ мастер убийца. – Добропорядочных мужчин я лишь для порядка ошеломил; они скоро вернутся. Да и знаю я вас, каждая вторая без талона может отработать. У доброй половины общественный статус выше моего, хотя я и мастер! Так что не стройте здесь из себя потерпевших!
– Девочки! – пресекла монолог брата мастер Рина. – Я избытки таланта сбросила, так что теперь могу им более или менее управлять. Так вот, гарантирую, что сегодняшнюю смену вы запомните надолго! Даже, торжественно обещаю это!
«Девочки» еще немного поворчали для вида, но довольно быстро разошлись по своим комнатам, поскольку за дверью уже слышались осторожные вежливые шарканья сразу нескольких пар ног.
Пользуясь тем, что несколько секунд на них никто не обращал внимания, Стун сунул в руки Флину какую-то странную глиняную куклу и проговорил тому на ухо быстрым шепотом:
– Это одноразовый артефакт, изготовленный для меня Гарром, пока ты сидишь здесь и держишь его в руках, все видят на скамейке меня вместо тебя. А я еще пару минут буду выглядеть, как ты. Так вот, я сейчас уйду, а ты сиди, пока морок не развеется. Потом можешь идти по своим делам. Запишу тебя сегодня в мои помощники, так что со стороны твоей гильдии вопросов не будет!
Так посыльный под личиной мастера убийцы и просидел на лавочке до самого обеда. Сначала его беспокоила мысль о том, что ему делать, если придется утихомиривать кого-нибудь из посетителей. Но потом парень сам отогнал ее от себя, как абсурдную: нет в городе таких безумцев, кто стал бы буянить в этот доме, будучи уверенным в том, что внизу сидит именно Стун. Кроме, конечно того или тех, кто совершил убийство, которое мастеру предстоит расследовать.
Флин всегда был смышленым, и потому догадался предупредить мастера Рину о произошедшей подмене. И девушка, не без напряжения, тут же сделала так, что юношу перестало тянуть к ней, как недавнюю муху к сладостям.