Берсерк забытого клана. Книга 5. Рекруты Магов Руссии
- -
- 100%
- +
– Я по поводу забора и насаждений…
– Цветочек не пострадал! – поспешил с ответом Татищев и глянул на мрачнеющего Артура. – Так ведь?
– Зато остальное… – хозяин вдруг повеселел. – Это надо додуматься? – он снял висящую шпагу, чуть вынул из ножен и осмотрел Руническую гравировку, остановившись на узнаваемых рунах стихий у самого эфеса. – Как только сталь выдержала? Ума не приложу. Между прочим, мы с уважаемым графом её минут двадцать из ствола выпиливали, боясь применить восстановительные вязи рун! Почти по рукоятку вонзилась и словно слилась с грушевым деревом, – он повесил оружие на место. – Ты думал, что мы тебя критике подвергнем? А?
– Я… Это… Эм-м, как-то… – вошёл я в состояние непонятного смятения.
– Э-хх… Прав ты, что пробуешь всё, – вздохом искреннего сожаления перебил меня Артур. – Да и мне следовало сделать это раньше, – он опечалился. – Но лучше поздно, чем никогда, как говорят мудрецы, и я с ними согласен! Вот тут, четыре основные вязи боевых рун для этой шпаги, – он протянул мне четыре древних, потёртых по краям, свитка. – Прочтёшь и потренируешься позже, – он положил первые полученные мной свитки знаний на стол, заставив проснуться нетерпению. – Изучение тебе дастся легко, только я прошу, не вводи ты своё видение геометрических построений. Прими эти вязи к исполнению без своего, непременного и сугубо творческого подхода, – попросил он, завершая пояснение.
Я даже поклонился ему в благодарность, скорее на эмоциях и безотчётно.
– Артур, и вы, граф, сколько у меня осталось на сборы к походу времени? – я вдруг забеспокоился о том, что могу попросту не успеть сделать ничего из запланированного, как и из спонтанно возникших дел с отъездом и подготовкой.
Граф адресовал этот вопрос к себе и вытащил из внутреннего кармана костюма бумагу. Поправил зрительный прибор и сфокусировался на мне.
– Не стоит так нервничать, н-да-с! – начал он с успокаивающего тона. – Я зачитаю официальную депешу твоего временного командира, если никто не против? – он перевёл взгляд на Артура и тот ответил кивком. – Зачитываю: «От графа Барклая, капитана Вольнонаёмных Магов в отставке, ныне действующего командира отряда охранения обозов. Уважаемый граф, Николай Фёдорович, прошу донести до Вашего господина, поверенным коего Вы являетесь, следующее: в связи с неординарностью готовящегося к отправке груза, князь Юсупов довёл до моего сведения, что формирование обоза задерживается минимум на сутки. Если что-то изменится в расписании отправки, то я обязуюсь известить Вас, уважаемый граф, дополнительно. Примите мои искренние пожелания скорейшего выздоровления господину Феликсу, о хвори которого я наслышан. Надеюсь, что это маленькое несчастье не помешает ему принять участие в охранении обоза. Мне очень не хотелось бы, чтобы уважаемый господин Феликс попал в нехорошую ситуацию, подвергающую его блестящую репутацию сомнению, тем более у нас прописаны в договоре штрафы за срыв найма. С уважением, господин Барклай, капитан в отставке, командир охранения обозов.»
Прочтя послание, граф аккуратно сложил его и убрал в карман, после чего и от очков, или пенсне, ну, или от монокуляра своего избавился.
– Что вы на это скажете? – улыбнулся он мне. – А, господин Феликс? – взгляд его стал испытующим. – Не дадим повода усомниться в вашей блестящей репутации?
Я вдруг преисполнился негодования, резко заполнившего мою душу, вскочил и начал спешно одеваться.
– Граф, вы ещё спрашиваете? Да у меня столько дел на сегодня запланировано! – я вдруг спохватился. – А где моя тетрадка?
Старшие товарищи переглянулись.
– Феликс, – слово взял Артур. – Надеюсь, что ты простишь мне маленькую слабость, и не будешь серчать на любознательность? – поинтересовался хозяин и достал из кармана пиджака моё сокровище с изысканиями, а я понял, откуда он узнал про рунические построения равных граней.
– Да нет, конечно! – я не покривил душой с ответом.
– Тогда ты потом объяснишь и надеюсь, что продемонстрируешь такие вещи, как тактические кобуры на бедре и груди, наколенники, налокотники, бинокль, маскхалаты двух или четырёх видов, ну и зимний и осенне-весенний вариант «камка»? – он перебрал в памяти непонятные для него названия. – Это малая часть неясных для меня приспособлений, перечисленных в вашей, мой друг, тетрадке.
Я чуть не рассмеялся, так как вспомнил более смелые названия вещей, перечисления которых я делал ночью и не особо подбирал словосочетания.
– Конечно! – прыгая на одной ноге, я натягивал штанину. – Даже покажу и, может, подарю парочку экземпляров понравившихся наработок! Кстати, – я развернулся к графу Татищеву. – Николай Фёдорович, готовьтесь справлять новые патентные грамоты в изрядном количестве!
Но это предупреждение оказалось лишним, так как граф уже конспектировал прозвучавшие названия новинок в свой солидный журнал.
– Господин Феликс, – он покачал головой снисходительно. – Неужели ты подумал, что я пропущу хоть что-то, прибыль для тебя приносящее? А? Ты вот, к примеру, даже не знаешь, что очередь на лицензионные грамоты уже есть и пополняется, – он преисполнился гордости. – Жду одобрения патентов и запускаю в ход ваши безопасные бритвы, прицельные приспособления и представьте, костюмы с май-о-не-зом! – прочёл он название соуса по слогам. – Так что… Спокойно занимайтесь своими изысканиями, а рутиной продвижения и соблюдения законности я займусь сам! Тем более, я нанял, по вашему велению, смышлёного помощника, – добавил он в заключение.
Меж тем, я уже оделся, словно и не было приключения с потерей здоровья.
– Ну что же, – я прихватил рунные револьверы в кобурах на специальном ремне. – Тогда я займусь всем самым срочным! Эм-м… Артур, а можно мне? – я указал на свою тетрадь с проектами. – Эта вещица мне сейчас очень нужна.
– А-аа! Да-да! – антиквар поспешно протянул мне сокровище в его понимании, да и в моём тоже. – И не забудь, что обещал дать подробные пояснения!
– Без базара! – ляпнул я, не подумавши об аристократических манерах. – Ой! Артур, извини, я обязательно перевоспитаюсь!
С этими словами я выскочил из комнаты и отыскал взглядом Гришку, подпирающего в коридоре стенку.
– Гриня! – я, пробегая, хлопнул его по плечу. – Отомри и готовь транспорт! Бричку или двуколку – всё равно! У нас дел прорва наметилась, и все не терпят отлагательства! Вперёд! Я буду тебя дожидаться у главного входа!
Григорий даже отвечать не стал, а просто исчез с глаз моих, наполнив коридор удаляющимся топотом ко второму, чёрному выходу из здания.
Я же начал проговаривать про себя план дневного расписания неотложных дел по приобретению своей, новой экипировки, предназначенной в помощь, на случай боевых действий в походе. И первым в моём плане стоит посещение пошивочной мастерской двух господ, Шульца – мастера и заместителя по всем вопросам самого господина Моцарта, непосредственного хозяина мастерской.
Но прежде всего я озадачился поиском сетки, купленной у промысловика, точнее, у местного предпринимателя, что занимается плетением сетей.
Оглядев коридор на предмет вероятного нахождения рыболовной снасти, я обнаружил лишь одно достойное местечко – там, где хозяин держит всякий хлам. Но оказался неправ и решил прояснить ситуацию у Гришки.
Проходя через торговый зал, слегка опустевший из-за недавнего наплыва именитых покупателей, я снова обратил внимание на кузнецов, занимающихся уже привычным мне делом. Они выясняли, кто выиграл очередной спор. Но тут меня ожидало искреннее удивление.
Оба персонажа виновато смотрели на русалок. Одна протянула руку в требовательном жесте к обоим хранителям часиков, а вторая хвостатая красавица держала их под прицелом трезубца царя морского, невесть откуда взявшегося.
После беззвучной перебранки и угроз морским оружием, супостаты времени побросали молотки и отдали что-то из содержимого своих карманов.
– Вам не надоело? Сколько можно по поводу меня споры устраивать и ставки делать? – проворчал я, собственно и не надеясь на ответ. – Вот, скажите мне на милость!
Вопреки предположению о привычном игноре, на меня обратили внимание, как двое кузнецов, так и хвостатые рыбы-девчата, весьма симпатичные морские жительницы из соседних часиков, кстати. Они замотали головами, дружно, в унисон, все вчетвером и через мгновения исчезли за дверкой, отреагировав таким вот образом на услышанную мелодию, что сопровождает любого входящего в лавку.
– А это кудой? – поинтересовался у меня Гришка, держа свёрток с потерявшейся сетью.
– Это, друг мой, однозначно берём с собой! Нас ждут великие дела! – хлопнул я по плечу друга, подбодрив его, и мы спешно вышли из помещения под падающие искры и неизменную мелодию приятного перезвона…
Глава 2. «Камок» и… трубчатый прицел… ЕСТЬ! Лошадь…
– Феликс, – Гришка смущённо указал мне в район пояса, явно намекая на что-то важное.
Я моментально опустил взгляд и убедился, что всё в порядке. Не поняв сути намёка, я вновь перевёл внимание на Григория…
– Что? – не выдержав, я задал наводящий вопрос.
– Револьверы рунные с патронташем и кобурами?! – улыбнулся мой оруженосец с вопросом в голосе. – Ты их забываешь постоянно, а такая забывчивость считается плохой привычкой у будущего наёмного боевого мага.
Я изобразил досаду и, ухмыльнувшись, моментально повернулся к дверям в лавку, однако и шага ступить не успел, даже за ручку не успел взяться.
– Я всё уже взял, заранее! – выдал Распутин, слегка наставительным тоном умудрённого опытом оруженосца. – Вон, всё необходимое на сидении в бричке лежит, поправляй внешность!
Развернувшись, я оттопырил вверх большой палец, мол, всё нормально, ты – красава, и запрыгнул на сидение, где занялся водружением на положенные места статусного «обвеса» аристократа, заодно являющийся и боевыми средствами самообороны в чрезвычайных ситуациях.
– Что бы я без тебя делал, Санчо Панса?! – отшутился я, вспомнив добродушного персонажа из какой-то эпической книги, или кино это было… – Кстати, Гринь! А Тимоха куда снова сбежал? – застёгивая ременную пряжку патронташа с кобурами, поинтересовался я. – Хотя, – я тут же решился на оглашение своего видения ответа по раннее заданному вопросу, – можешь не напрягаться! Он, скорее всего, к своим мелким ватажникам убежал, решать накопившиеся вопросы. Найдёт нас сам, если что, – добавил я, заканчивая облачение в экипировку.
– Угу! – согласился он.
Григорий отвернулся от меня, увидев, что его рыцарь готов отправляться по неотложным делам, внешне выглядя подобающе статусу, и взялся за руль лошади. Ну, или как там они? Вожжи?
Но вдруг мой верный оруженосец резко повернулся, видимо забыв спросить или сказать что-нибудь важное…
– Ну, и? Чего сейчас не так-то? – я среагировал уже предсказуемо на его испытующий взгляд. – Гриня, вы становитесь каким-то дотошным! Вам так не кажется, граф? – я надавил интонацией на последнее слово, но все проговорил с улыбкой, естественно, шутя.
Молодой граф Распутин правильно истолковал мой посыл и ничуть не смутился, приняв иронию.
– Я бы рад всё делать молча, Феликс, однако вы не указали первую точку в нашем деловом маршруте! – проинформировал он, подыгрывая. – Вот я и намереваюсь поинтересоваться, а куда, собственно, править то?
– Эм-м, погодь! – я спешно заглянул в свою тетрадь изысканий. – Правь сперва к композиторам одежды и тканей! – выдал я, продолжая юморить.
Тут Гришка смутился…
– То есть? – озадачился парень не на шутку, выразительно морща лоб.
– А! Так к этим, – тут я чуть не расхохотался. – К Моцарту с Шульцем, – выдал еле сдерживаясь. – В пошивочную поскачем!
– Ну-у… – деловито протянул Распутин, – тогда, это счас мы махом сорганизуем!
В дополнение к сказанному, Гришка пожал плечами, кивнул и моментально сориентировался с направлением движения, так и не поняв причину моего веселья, и не уточняя. Типа, чего от этого экспериментатора ещё ждать? Может, последствия магического взрыва сказались… Лишь бы не стал совсем уж блаженным!
Однако моё душевное веселье закончилось сразу, как только Григорий развернул бричку и притормозил на противоположной стороне мостовой, пропуская серьёзных представителей закона. А если точнее, то нескольких магов из службы патруля, облачённых в характерные мантии с рунными знаками, и пару персон от жандармерии, во главе с неизвестным магистром.
И остановились эти господа у лавки Артура, что меня обеспокоило. Однако, вышедший через пару минут антикварщик отреагировал на визитёров дружелюбно, как и они на него, что меня слегка и успокоило.
После выполнения заведённых правил приветствий среди аристократов, Артур впустил делегацию внутрь, чем окончательно развеял мои подозрения насчёт серьёзности проблем. Наверняка это просто деловой визит, раз никто за оружие не хватался, и не начинал вязей Боевых Рун.
Ну а подробности? Так их мой старший товарищ сам расскажет, когда вернёмся. Если сочтёт нужным, конечно же. Да и нас с Гришкой он прекрасно видел. Получается, что вопросов к моей персоне у уважаемых визитёров не возникло, иначе Артур нас позвал бы. А в крайнем случае, он мог подать какой-нибудь знак.
Я подался вперёд и толкнул Гришку, намекая таким образом об отправке. Парень меня понял, и лошадка резво тронулась, ударив копытом по булыжникам мостовой, высекая искры своими подковами.
Город постепенно избавлялся от луж, собравшихся за ночь в некоторых местах улиц, где дренажная система не справилась с выпавшими осадками. Горожане перепрыгивали такие препятствия на мощёных тротуарах, задирая полы плащей и платьев, стараясь не испачкаться к моменту появления на рабочих местах.
Город живёт спокойной жизнью, не отличающейся от дня предыдущего и всего прошедшего времени, что я провёл в мире Магов Руссии. Идеальное общество, с виду, но что-то в этом безмятежном течении повседневности не так. А что, спрашивается? Я отдаю себе отчёт в том, что лишь поверхностно ознакомился со здешним укладом и политической составляющей, наверняка не такими уж и простыми, как кажется на первый взгляд.
Однако, я так же считаю, что понять всё до конца поможет лишь время, и торопить его совершенно не надобно. Но сделать одну пометочку, причём весьма важную, всё-таки стоит!
Это имперское государство со всеми вытекающими проблемами с конфронтациями, ведь Империя создаётся в принудительной форме, зачастую с кровавыми завоевательными войнами. И какова реакция у завоёванных, а не присоединившихся добровольно?
Правильно! Она отрицательная – это очень мягко сказано. Ладно, дальше посмотрим. История эта ещё… с войной тёмных и светлых… А не окажется ли, что и те и эти, по сути своей, одинаковые? Ведь артефакты, как и демоны с различными тварями, вполне могут быть обычным оружием, вкупе с боевыми рунными вязями и заклятиями.
Вон, атомные бомбы есть у многих государств моего мира, как и автоматы. Ну и что, что Эм Шестнадцать отличается от Калашникова? Это всё равно автоматы! Оружие, что способен держать любой солдат, несмотря на принадлежность к тому или иному государству.
А всевозможные сепаратисты? Так им вообще насрать, кто там что изобрёл и произвёл, как и на то, кому изначально оружие принадлежало… Задумался я не о том. Ладно!
Пора из всяческих там дум, пока преждевременных, возвращаться в мир… В мир, теперь единственный для меня, как выясняется…
– Стой! – выкрикнул я автоматом, можно сказать на инстинкте.
Гришка натянул эти кожаные верёвки управления…
– Т-пр-ру-у! – сопроводил он свои действия криком.
Лошадь затормозила, пройдя несколько метров по инерции, а я обернулся на причину, заставившую меня так эмоционально отреагировать.
– Что стряслось? – задал Григорий правомерный вопрос. – Ты словно канаву увидел впереди или ещё чего…
Но я лишь отмахнулся от друга, разглядывая интереснейшую вывеску над одним из многочисленных входов, что на этой улице торговли и мастерских присутствуют в избытке.
– И как же я раньше проморгал такое заведение, полезное во всех смыслах? – проговорил я свои мысли вслух, чем вызвал дополнительные нотки недоумения в выражении и во взгляде Грини. – Это риторический вопрос… – я улыбнулся, мысленно потирая руки.
Дело в том, что рекламный указатель очень толсто намекал на специфику лавки, и, скорее всего, мастерской, в одном флаконе. На этой пояснительной табличке нарисован дядя в остроконечном колпаке, разглядывающий небо через узнаваемое приспособление, а именно, в подзорную трубу. В дополнение к художественной части, красовались слова об огромном выборе этих инструментов, как и приборов для чтения людям, мающимся с плохим зрением.
Кроме того, на ней, вывеске этой… Эм-м… Нет, не так. К вывеске, снизу, цепочками прикреплена табличка с дополнительным перечнем услуг. Например, изготовлением зрительных приборов по заказу, с использованием линз отличнейшей выделки. Это то, что мне надо!
– Феликс, делать-то что? – молодой Распутин выказал нетерпение. – Мешаем!
– Паркуйся и давай за мной! – ответил я, уже слезая и неотрывно следя за вывеской, будто боясь потерять.
– Прости… Э-ээ… Что сделать? – Гришка, видать, не понял нового слова.
– А-а! Так это, ты ставь бричку куда положено и догоняй! Я во-он в ту мастерскую, – указал я пальцем направление.
– Хорошо! – отрапортовал Гриня, и я услышал стук копыт за спиной отъезжающего транспорта.
Сам я поспешил к заветной двери, гадая об ассортименте предлагаемых клиентам услуг.
Чуть ли не бегом преодолев расстояние до заветной двери, я остановился, оправился, перевёл дух и сделал достойное выражение аристократа, прежде чем войти внутрь.
Под обязательное дзиньканье колокольчика, я преодолел двойные двери и оказался в скромном торговом зале, заполненном, в основном, очками всех известных в этом мире видов. Не такими уж и разнообразными видами, кстати.
За стойкой, сидя на стуле, скучает колоритная личность с тремя наборами очков, висящими на верёвочках на шее, и способных помочь товарищу хорошо видеть во всех жизненных ситуациях… Личность эта читает прессу.
Отреагировав на вошедшего, он отложил газету, сменил очки и пристально в меня всмотрелся, начав с ног и заканчивая лицом. При этом, он на долю мгновения остановил взгляд на рунных револьверах, оценил, так сказать, будущего клиента по своим, только ему ведомым критериям, и, наверняка, пришёл к каким-то выводам. Скорее к положительным, раз уж улыбнулся в итоге.
– Доброго дня вам, господин, э-э?.. – встав со своего места, он поприветствовал меня и застыл в ожидании ответа.
– Господин Феликс, – завершил я. – А вас как величать, уважаемый?
– Зовите господином Василевсом, – хозяин широко улыбнулся, продемонстрировав великолепные зубы. – Господин Феликс, что ж, очень приятно! Не скрою, что удивлён визиту столь молодого человека! Неужели в вашем возрасте бывают проблемы со зрением? – он сразу озадачил меня наводящим вопросом и прищурился.
Я представил, сколько в моём мире очкариков, начиная с детсадовского возраста, сравнительно с местными реалиями и ухмыльнулся в душе.
Действительно, я как-то совсем не подумал, что мир тут иной, со своими заморочками, в том числе, и по отношению к здоровью. Перебрал в памяти количество тутошних людей с проблемами зрения и не вспомнил ни одного молодого. Даже своего рода ботан, Василий Шуйский, и тот не страдает такими отклонениями.
– Да нет, что вы! – я скорчил деланное возмущение самой такой мыслью, типа, брезгую даже думать об этом. – Я заглянул к вам, уважаемый Василевс, по поводу другого ассортимента!
– Х-мм? – он прошёлся вдоль витрины, опустив глаза и картинно задумавшись.
Сделал он эту пантомиму выразительнейшим образом, даже подбородок подпёр ладонью.
Выглядело всё очень правдоподобно, хотя, я эту игру легко уловил. В мыслях его и так всё написано! Уважаемый решил меня комплиментами своеобразными засыпать и лишнюю денежку выручить. Ну-ну!
– Значит, у вас присутствует тяга к наблюдениям за звёздами и луной? – наконец он выдал догадку и с уважением посмотрел на меня.
Мне такое развитие сюжета в общении надоело сразу же, так как следом пойдут откровенные восхищения моей тягой к знаниям. Короче, откровенная лесть начнётся.
Посему я решил не мудрствовать особо и пресечь всё задуманное продавцом на корню и одним махом.
– Василевс, извините, что вот так запросто вас назвал, и прерываю, но…! Прошу вашего внимания, как и серьёзного отношения к моим следующим словам! – я поднял вверх указательный палец, заставив человека растеряться из-за смены стиля общения, и уставиться на мою руку. – Мне нет нужды покапать у вас что-то из готового ассортимента, я не люблю смотреть на созвездие Большой Медведицы, как, впрочем, и Маленькой. Меня не привлекает движение звёзд. Пока, по крайней мере!
После такого вступления хозяин стал серьёзен и скрестил руки на груди.
Как я понял из его реакции на названия звёздных скоплений, удивил я Василевса не сильно.
– Тогда что же вам, Феликс, от меня нужно? – он перешёл к делу, чем меня обрадовал.
– Покажите мне вашу мастерскую и заготовки, – пожал я плечами. – На основании увиденного я определюсь и всё вам скажу, – заявил я невозмутимо, смотря ему в переносицу, причём, не моргая и расфокусировав зрение, как учили.
Он не выдержал, отвёл взгляд и почесал макушку.
– Тогда, прошу! – он жестом пригласил меня следовать за собой по узкому коридорчику. – Надеюсь, что с оплатой вы таким же образом вопросы решаете, – добавил, словно случайно проговаривая мысль.
Мастерская оказалась огромна по местным меркам и просто напичкана специальными инструментами. Но более всего меня привлекли латунные и медные трубки различного диаметра.
Я моментально вспомнил самодельный прицел деда, помогающий бесхитростно достичь парадоксальных результатов при стрельбе на средние дистанции. Даже из охотничьего ружья.
Простецкая конструкция. Трубка длиной около двадцати трёх сантиметров, полированная, внутри имеющая вставочки из колец, чёрного цвета по обоим концам. И никаких линз не требуется. Далее – изолента, или струбцинка, в количестве одной или пары штук. Но не суть. Конструкцию крепления я продумаю.
При размещении вдоль ствола, на расстоянии около тридцати с небольшим сантиметров от глаза, получается поразительный визуальный результат. Почти как в диоптрическом прицеле. Только цель резче и кольца отчётливее видно.
Далее я обрадовался трубкам для телескопов, толстеньким и подходящим под конструкции коллиматорных прицелов. Надо только линзы подобрать и получатся навороты для револьверов. Этим можно озадачить хозяина! Изумительно!
– Если вы дадите мне несколько минут времени поработать в спокойной обстановке, то я размещу у вас хорошие заказы, – я проговорил скороговоркой. – Лучше дать мне час!
– Что вам понадобится? – Василевс оживился.
– Только стол и стул, – улыбаясь, ответил я, доставая тетрадь и карандаш. – Ну, а если имеется готовальня со всем содержимым… – я развёл руками, – тогда я навеки ваш заказчик и вероятный работодатель, а может, и партнёр.
Хозяин даже надулся, типа, обиделся, а сам быстро прошёл к шкафу со множеством выдвижных ящиков, достал несколько чертёжных наборов и вернулся ко мне.
– Обижаете, молодой человек! – Василевс высказался снисходительно, раскладывая красивые коробки и поочерёдно открывая их. – Как может мастер точных изделий обходиться без этого! – добавил он гордо и отступил на шаг, наслаждаясь моментом моего обалдения. – Пользуйтесь!
В этот момент в дверях появился Гришка…
– Гриня, – я взглянул на него. – Бегом назад за бричкой и через час привези сюда графа Татищева! Живо! – добавил я, хотя мой оруженосец и так понял мой приказной тон.
– Будет исполнено! – ответ донесся уже из коридора, вместе с удаляющимся топотом.
При упоминании фамилии моего поверенного в делах, Василевс присел и выпучил глаза. Потом встал и принёс знаменитую коробочку с безопасной бритвой. Их выпуск уже наладили, правда сверхмалыми партиями и только под заказ.
– Эм-м… Так это ваше изобретение? – он недоверчиво покосился на меня, а потом вдруг спохватился. – Простите! Берите, что угодно, я весь в вашем распоряжении! Только первая грамота на выделку по лицензии – МОЯ! Прошу вас, не откажите, уважаемый Феликс, – и он вдруг отвесил поклон.
– Нет проблем, а теперь – просто не мешайте мне час! – согласился я и, заодно уж, высказал необходимое условие для неукоснительного соблюдения. – Я очень прошу вас, Василевс!
Хозяин вовсе проникся и покинул мастерскую, дав мне погрузиться в изобретательство, а также вспомнить все тонкости моего любимого предмета, черчения и, вообще, начертательной геометрии…
Через два часа мы с Григорием вышли из мастерской господина Василевса, держа коробочку с двумя трубчатыми прицелами для наших рунных карабинов-слонобоев. Причём, граф Татищев сразу взялся за дела и контроль документооборота. Множество заготовок хозяина к телескопам позволило подобрать, и, чуть поправив, изготовить крепления для трубчатых прицелов, с возможностью регулировок и пристрелки. Кроме того, уважаемый поверенный в моих делах улаживал тонкости по скорейшей реализации заказа четырёх коллиматорных прицелов.