Судьбе вопреки. Часть первая. «Неудобная мишень…»

Сильное, тренированное тело, изгибалось и наклонялось, демонстрируя мне все тайные места. А что там могут скрывать-то эти стринги, из трёх невзрачных полосок?

Ну и попка! Чёрт, я сейчас не выдержу!

Но только рукам свободу давать боюсь. Может, специально провоцирует, чтобы потом по ним и дать, сильно и профессионально мне их отбить.

Кто её знает, что у неё на уме? Ведь этот стриптиз я точно не заказывал.

Ножки стройные. Сильные, накаченные. Попочка подтянута. И эта дырочка между ногами, когда пытается их свести, около самого главного. Как раз для ладошки…

Животик плоский. Не скажу, что кубики пресса есть, но..

Красива… грудь – размер уверенная трёшка, но видно, что упругая и сосочки темными кружками вверх задорно так смотрят, а во время поворотов в танце яростно подпрыгивают. Красиво и завораживающе, и ещё очень, очень возбуждающе!

А ведь загар у девочки ровный. Или, и правда солярий, или нудистский пляж где-нибудь в Эмиратах. А что, всё может быть! А может и Гавана тут отметилась.

Сижу, двинуться боюсь. В штанах вот-вот взрыв произойдёт. А танец продолжается, и хищница, постепенно, всё ближе и ближе подходит. Видит моё состояние. Довольная! Вон какая у неё на устах шальная улыбка цветёт!

Больше всего её моя палатка стала волновать. Не раз уже замечаю, как её взгляд на ней останавливается, когда она в танце поворачивается ко мне лицом. Музыка, словно бесконечная, и не заканчивается никак. А как громко может звучать музыка в айфоне все знают.

А потом, ох выдержать бы, в танце как-то уж юрко скакнув мне на колени и усевшись мне на ноги попкой, стала повиливать ею.

Я понял, что не в состоянии выдержать такой пытки. Уж больно дёрнулся сильно.

Поняла красавица, что я на последнем издыхании.

Разворот вокруг своей оси, и тут же так элегантно опускается коленями на пол. А её руки нежно опускаются мне на плечи и также невесомо переходят на грудь, дальше по животу, и…

Ах, ну и пытка!

Палатка сломалась!

Нет, тут не я виноват. Я и вовсе боюсь сдвинуться и руки закинул на спинку дивана. Сижу в позе орла, вот только этот орёл, явно находится перед проведением операции кастрации!

Почему я так решил? Ну не…

Ох, ты ж!

– Чмок! – громко и смачно прошлись по моему вздыбленному естеству, в глубоком поцелуе, яркие накаченные губки.

«Лучше бы били!!!» – Подумалось мне.

Штанина семейников отодвинута в сторону, центральный столб бывшей палатки так и торчит красным окончанием строго вверх, а его основание находится в цепкой хватке совсем неслабых, как оказалось, ладоней девушки, а вот вторая её рука…

Ах, ты ж, сука!!!

Не пошевелиться! Не вздохнуть!

Я только сжал зубы от боли, но самое непонятное – боль от зажатых во второй руке твари причиндалов, совсем не влияет на стойкость моего сожителя!

Теперь я понимаю выражение: «когда тебя держат за яйца…»

– Оторвала бы, да нельзя. Просили, чтобы ещё пожил. – между тем, не поднимая на меня глаза, а рассматривая внимательно, находящийся в её руках столб, произнесла задумчиво девица. – В молодости же как? Страсть, гормоны, и "ой, только не в неё!!!" А вдруг залетит? Жениться, не жениться, но проблем не хочется. А после сорока всё гораздо сложнее. Правда?

Я только и смог, что что-то промычать – я реально начал бояться за свою жизнь. Опять начал…

А эта гадина продолжала дальше прерванный монолог, причём, начиная планомерно, размерено, водить рукой по моему столбу.

Ну и пытка! С одной стороны, кайф неимоверный, а вот с другой – боль от её когтей, впившихся железной хваткой в самое для меня дорогое, что осталось у меня в этой жизни.

– Зацепил ты меня, сволочь. Проблемы мои – это мои проблемы, а тут, вроде как, и повеселиться предлагает начальство, но всё на моё усмотрение. У меня свои отношения с боссами. Думала, пошлю нагло и изощрённо. Что я для себя тут, на Дальнем Востоке не найду себе мужика с деньгами и возможность отдохнуть? Знаешь, как не хочется в ведомственном санатории отдыхать?! Ты не представляешь, какая там скукота! Я, и правда, нуждаюсь в отдыхе. Я тебя сразу не убила только потому, что хотела посмотреть на индивидуума, впервые отказавшегося от меня. Ведь Сашок врать не будет, что по мне тебе расклад расписал. Думала, увижу попугая, что исполняет вокруг меня танец брачных самцов племени Кука, но каково же было моё удивление, когда, даже не запустив в квартиру, говорят, что свободна… от тебя отказались!!!

Я стараюсь аккуратненько за ней посматривать. А вид, я вам скажу, и про всякую боль забудешь! Дружок и не думает падать, вот опять движение головой и что-то горячее и влажное проходит по дружку.

Откидываю голову назад, еле сдерживая стон.

Ну и пытка! А хватка-то ещё сильнее сжалась на… ой!

Гадина-а-а-а!

А та, не обращая, кажется, на мои муки, никакого внимания продолжает, как ни в чём не бывало:

– Это убийственная наглость! Вот и решила я глянуть своими глазами на идиота, отказавшегося от такого «Счастья», как я. Причём, отказался-то добровольно! – обидно, знаешь ли. Даже на спор пришлось об заклад побиться с твоим сводником. Но спор наш тебя не касается, хотя и касается, и я проигрывать его не собираюсь. Думала, конечно, что тут крутой мачо. О тебе информации ноль, но раз тобой занимается и лично за тебя просит Сашок, то значит, ты не пустышка и что-то в тебе есть. И каково же моё разочарование, когда в створке межкомнатной двери вид толстого недоразумения, да ещё недоразумения с амбициями. Так что, пупсик…

Я дёрнулся, но резкая боль в районе паха, заставила меня только поскрежетать зубами…

– Ладно, помню, тогда – котик… забыли про пупсика…хотя, какой к чертям, пупсик. Тут целый пупуак, судя по запасам на чёрный день. Апокалипсис ждёшь, что ли, такое объёмный бочонок наел?

– Это комок нервов! – прохрипел я, молчать уже было не под силу, даже опасение за мои причиндалы не помогали.

– Нервы – это плохо, – качнула головой мадам. Вновь прошлась шаловливым язычком по самому дорогому, на этот раз удержать стон не удалось. Уплываю, сука…

Довольный хмык. Понимает в каком я состоянии, и очень похоже, что её саму такое положение вещей заводит, но разговор продолжается:

– Нервы будем лечить и у меня есть рецепт, но к рецепту придаётся и лечащий врач. Глянула я тут, пока ты спал. Со слов Сани, ты вроде как, не конченый мудак. Ладно, не мудак, допустим. Хороший мужик, можно присмотреться, пускай и для временных отношений. Вряд ли случится так, что мы опять с тобой свидимся. А если такое и произойдёт, то тебе очень рекомендуется сделать вид, что ты меня никогда и нигде не видел. Так к сведению… И что же я тут обнаружила, спрашивается? Обычно, когда затягивают тебя всякие к себе на квартиру, ты уже с порога начинаешь палить всякие признаки женского проживания на данной территории. Даже если мужик думает, что его бывшая всё вывезла, включая даже магнитики с холодильника – он ошибается. По-любому, в ванной будут валяться ватные диски, закатившиеся под стиральную машинку карандаши, а на кухне непременно найдётся кружка с надписью "Мой самец Вова!" И ты такая: Ага, с бабой недавно расплевался. С одной стороны, это хорошо, с другой – геморройный мужик. Баба щас посидит-посидит, пятницы дождётся, набухается, начнёт названивать и рыдать: "Вова, я в говнооооо, забери меня отсюдааааааа!" – и Вова сорвётся же забирать, потому что чувства ещё не остыли и всё такое. Ну и кружка, опять же, но у тебя вообще ноль. Подумала было, что ты из этих, но Сашка бы такую подлянку мне точно не подстроил. Хотя, он ещё тот шутник. Баб у тебя не было, во всяком случае, в квартире, весьма давно. Может, конечно, ты в гостях отрываешься… всё возможно…

Поднимает взгляд на меня. Видок я вам скажу.

Ухмыляется и так, не отводя взгляда, делает реальный заглот.

Ох, тыжжж!

Чувствую, ещё немного и всё… пытка окончится, во всяком случае, приятная её часть. Когти так и не убраны, и я надёжно зафиксирован на диване. Про позу орла я говорил, и вот теперь, похоже, что этого крылатого собираются ощипывать.

А между тем, вновь у моей необычной собеседницы освободился рот и наша односторонняя беседа продолжилась:

– Что ещё можно спалить на раз-два? Гору носков под креслом. Значит, привык, что это всё обычно выгребает баба, ругается и стирает. Несамостоятельный мужик. Сраный прям, вот даже, мужик-то. Ненадёжный. Но, на удивление, в квартире более-менее чисто. И гор грязного белья нет, да и сам не вонюч, а значит, хоть немного, за собой присматриваешь. А ещё, если повезёт, можно найти место, где у мужика лежат лекарства. Потому что лекарства есть у каждого мужика. И ладно, если это анальгин какой, или аспирин. А то, бывает, там такая аптечка, что аж зависаешь как Пентиум один: и от поноса, и от запора, и Виагра, и трихопол с нистатином, и мазь от лишаёв, и свечи от геморроя, и валидола ведро. И всё с ним сразу понятно: желудок слабый, сердечко тоже, про остальное вообще страшно и думать уже. И не стоит, и больное всё. Плюс геморрой и лишай под вопросом. Вот как с таким отношения заводить? А никак! Надо валить отсюда под любым предлогом! Кроме предлога: "Что-то у меня голова болит". Этот аптекарь тебя тут же накормит всеми своими валидолами-пирамидонами, которых у него воз и тележка. Так что, врать нужно про убежавшее молоко и утюг. В твоём же случае, всё-таки аптечка была обнаружена. Обрадовало только одно, несмотря на солидный её объём, что средств от лишаёв и виагры я там не обнаружила. Ну и сейчас, при более плотном контакте убедилась, что кожа чистая и аппарат исправен. Но всё остальное…

Опять это взгляд с упрёком. Но руки продолжают своё дело, а вот и губки приложились!

Ну и ситуация! Никогда мне ещё в таком положении нотации и нравоучения не читали. Но, если честно сказать, то что-то в этом есть!

– К чему я всё это тебе сейчас говорю? Во-первых, тебе уже "не шешнадцать, да и мне тоже, и ты не первый у меня", а значит, я и не должна кобениться месяц. Ну, чтоб типа не думал, что я лёгкая добыча какая-то. Нет, цветов-подарков в принципе не надо, но всё равно, надо. И никуда ты от этого не денешься. Если ты не мудак. Рестораны, фотобиеннале, выставки Ван Гога, разговоры о поэзии Серебряного века и об Акунине. Кто-то мне обещал духовное богатство. Так я точно не откажусь, как и обещала. У тебя есть шанс отказаться от такого счастья. Я проиграю спор и опять ещё сильнее ухудшу отношения с начальством, чего бы мне совсем не хотелось делать. Твой размер мне подойдёт. Не скажу, что гигант, но для хорошего секса сойдёт. Зачем мне это надо? Всё просто – зацепил… в противном случае, даже Санёк ничего сделать бы не смог, а мне ему отказать в таких мелочах сложно, поверь, у нас с ним особые отношения, мы друг друга уважаем, и бывало – выручали друг друга… и при этом не являемся любовниками, хотя мой стриптиз ему очень нравится. Я отдыхаю, ты отдыхаешь и лечишься. Я лично занимаюсь тобой. Я не хочу, чтобы ты бесцельно когда-нибудь прикупил себе всякие тренажёры и через неделю узнал, зачем на самом деле в мире они нужны. Благодаря им, владелец может прослыть романтиком и добряком, которому не жаль ста долларов на теоретическую борьбу с хаосом. И который верит в лучшее, вопреки всему, что знает о себе. Также, на тренажер удобно вешать пижаму. Тут велосипедный полезней гребного, на который даже ведро не поставишь. В рейтинге ненужных домашних устройств тренажеры на твердом первом месте. Без них сам рейтинг не имел бы смысла. А я уверена, ты об этом даже не догадываешься. Два месяца и я, будь уверен, настрою тебя, чтобы ты и после нашего расставания, которое неизбежно и будет навсегда, не престал физически самосовершенствоваться. Ты себя запустил, а вместе с ним и здоровье. Ты можешь отказаться, но понимаешь, – вновь её голова сделала несколько движений вверх вниз, причем громкие чмоки при этом, разносились по всей квартире…

А я уже был близок к полёту…

Вот же, а ведь вроде и не столь сильно-то и коготочки этой кошечки стали давить мне на мою драгоценность.

О, вроде опять сейчас беседа продолжится, во всяком случае, только ладони сейчас делом заняты, причём, очень важным делом.

– Девушки, во время минета, очень часто испытывают рвотные рефлексы, а также сводит в судорогах челюсть, и она… может… Куда?!

Я впечатлительный! Даже очень, а тут такие подробности и главное, во время чего такое говорят!

Опять усилено давление на наши… «ценности», и соратник готов вырваться на свободу…

Дышать становится сложно. Участилось чё-то…

Вновь отпускают, восстановив статус-кво.

– А потому, отказываться не советую. В тебя чего-то вцепился Александр, а зная его, это очень опасно. Неправильный шаг в сторону – и ты труп. Я присмотрю, чтобы ты не делал лишних движений, к тому же, попросили. Деньги, вроде, у тебя есть, значит, будет весело. Уж чего-чего, а веселье я устроить смогу. Я тебе на два месяца верная жена. Как там Трофим в своей песне поёт: «днём, как верная жена, а по ночам, как распоясавшаяся ведьма». У меня нет привычки, прыгать по постелям. Знаю, как это близким неприятно, а потому, даже в сторону не смотри – устрою настоящий скандал с битьём… и поверь, совсем не посуды! Где тебе ещё такую любовницу найти, а мне не надо голову ломать, где папика искать! Бывает, на таких уродов попадаешь, что и до смертоубийства дойти можно! Мы образуем, такой своеобразный симбиоз… ты нужен мне, я нужна тебе. Живём, веселимся, единственно, влюбляться в меня не советую – продолжения не будет. Наша встреча случайна, хотя и может продлиться все два месяца. Ты пока подумай, а потом жду твоего…

Чего там она ждёт, я так и не успел узнать, её рот уже был занят. А я…

А я…

А я просто затрясся в конвульсиях, радуясь при этом, что мои яй… короче причиндалы, нежно поглаживают и жамкают, не причиняя боли.

Вот и всё…

И я разряжаюсь всей силой, нерастраченных за последние месяцы запасов, и сквозь стоны наслаждения рычу…

– Да-а-а-а-а!

Сказать, что я очумел от восторга, это ничего не сказать, но вот только прагматичный вопрос откуда-то снизу, вернул мои восторженные мысли на весьма деловой лад, хотя я чувствовал, что моего уже поникшего дружка всё так и держат в сильных объятиях.

– Вижу, что понравилось. Но мне – не очень. Не вкусный ты. Если хочешь ежедневный подобный массаж, то придётся есть все эти два месяца ананасы, причём не в консервированном виде. Но, думаю, это устроим, но вначале заключим договор. Серьёзный договор. Во-первых, о том, что сейчас произошло между нами твой Василий Иванович узнать не должен, как бы он тебя ни пытал. Выкручивайся, как хочешь.

Я поднял, откинутую назад от наслаждения, голову, посмотрел на совершено спокойно сидящую у меня между коленями красотку, и столь же удивлённо спросил:

– А если он просто догадается?

На что получил столь же простой ответ.

– Что он там себе надумает – это одно, а вот иметь доказательства преступления – это совсем другое. А потому просто промолчи, или можешь говорить, что без комментариев. Хотя, думаю, это тогда тебя мало спасёт. Но ты меня услышал. Если проговоришься, договор тут же аннулируется, и ты в моём лице получишь врага. А своих врагов я привыкла уничтожать.

Да что же это делается-то? То от одного посещения едва выжил, в мыслях столько раз с жизнью прощаясь. Теперь вот опять угрозы, и что-то мне говорит, что эти угрозы в разы опасней угроз от того же Иваныча, а потому, просто обескураживающе киваю.

– Уяснил? Молодец. Теперь по остальному. Так, – рядом раздалось какое-то бряканье. Девушка взяла в руку телефон. – О, вот и Сашок объявился с моим заказом. Что, же. Я одеваться и вниз. У тебя есть час, чтобы собрать свои шмотки. В санаторий убываем сегодня. И не спорь. И вообще, тебе противопоказано со мной спорить. Потерпишь пару месяцев. За твоё терпение, сегодняшний сеанс будет повторяться по нескольку раз в сутки, если сам не взвоешь и не попросишь пощады. По поводу договора. Я командую, ты соглашаешься. Я тебя прикрываю от возможных неурядиц. Увы, но с твоим видом и моими данными, если учесть, где нас с тобой будет носить, проблемы у нас будут. Это я тебе обещаю и обещаю, что сама их и улажу, ты главное постоянно держи, этакое безразличное выражение на лице. Типа, чего надо? А с остальным я сама разберусь. Я тебе верная жена, ты же, по возможности, оплачиваешь мои желания. Обещаю, что они не будут чрезмерными. Я же ещё и твоим здоровьем обеспокоюсь. С этим всё уладим, не беспокойся. С врачами договорюсь, тем более, у Саши есть рычаги управления начальником санатория. «У всех есть кнопка Гури». Помнишь «Электроника», вот и тут так же. Всё, я – вниз. Мне собраться, что подпоясаться – только сумочку прихвачу. – потом посмотрела на меня и, вытянув в мою сторону руку с направленным указательным пальчиком… – всего час. Не затягивай. – Потом прошлась взглядом по моей застывшей фигуре, с так и вернувшимися в исходное положение семейниками… – нам бы ещё тут, в Уссурийске, по магазинам пройтись, закупиться. Вот, не уверена, что ты готов к отдыху. А закупиться придётся, и мне тоже кое-что, а потому час!

Когда, спрашивается, топик успел вернуться на положенное ему место, непонятно! Вот же, умеет внимание к себе приковать. Взмах ручкой и только щелчок замка известил меня, что наконец-то я оказался у себя дома один. Хотя, это ещё вопрос, у себя ли? По документам, правда, я тут хозяин, наверное, ведь там только аренда указана.

А ведь интересно, куда это она так быстро намылилась? Дверь на балкон открыть – одно мгновение, тем более, он у меня выходит прямо над подъездом. А там, аккуратно, чтобы не заметили, не дай бог, посмотрим, чего же это там она у своего Сашка, он же Иваныч, заказала.

Тихо, аккуратно, на трясущихся после всего произошедшего ногах, делаю пару шагов до балкона. Щелкает тихо щеколда, и без скрипа дверца уходит в сторону.

Пригибаемся, и словно разведчик на территории противника, аккуратно выходим на балкон.

Весна… ранняя. Всё-таки март, вернее, конец марта на дворе. Солнышко пригревает совсем по-летнему. На термометре, вон на солнце почти двадцать пять. Но эти двадцать пять по Цельсию, весьма обманчивые. И ветерок всё-таки холодный.

Так, выглядываем, и что мы видим?

Ого! Довольный Иваныч, стоя, курит у Крузака, чёрного, вроде двухсотого, и притом, нового, но с номерами.

Вот это подгон!!! Вот уверен, что именно и просила эта краля у него, поменять ей машину. Или просто подогнать для наших совместных развлекух что-нибудь приличное…

О, вот и красавица выпорхнула из подъезда. Двери только жалобно стукнули, видно с ними не очень то и бережно обошлись.

Что-то весело болтает плутовка, вот только видно, как удивлённо у Иваныча вздымаются вверх брови. А потом начался какой-то спор, притом видно, что девица, наседает на моего куратора, а тот как-то уж слишком рьяно защищается. С такой высоты не разобрать, о чем они спорят, но потом…

Я не поверил. Такого я точно не ожидал.

Иваныч, обречённо как-то уж, поник головой и руки по швам прижал, а довольная ведьма…, бля только бы, чтобы это было не из-за меня, иначе Чапай меня кончит…

Кто служил во времена Советского Союза срочную, знает, что такое «чилим» или «шапала» по-другому.

Средним пальцем делается щелбан. Только это щелбан получается, настоящим щелбанищем. А я-то и вовсе услышал, как звонко отозвался, видно совсем пустой котелок у Иваныча на удар каменного пальчика девочки, раз он согласился спорить с этой оторвой, да ещё на такое!

Быстро нагибаюсь и всё так же, крадучись, сбегаю в комнату.

Всё, сейчас разборки начнутся, а потому прыгаем-ка мы в туалет, а там и в ванне поплескаемся, и, прикрываясь закрытой дверью, постараемся выдержать первое праведное возмущение Чапая. Ведь понятно, на что эти два ненормальных спорили…

Успел.

Как это Иваныч так быстро на пятый этаж поднялся? И вот уже с порога орёт:

– Ты где? Выходи!

Явно и не пытается сдерживаться, и я, типа, удивлённо отвечаю:

– Чего кричишь, Иваныч. Я в ванной. Девушка сказала, что у нас всего час, и я должен подготовиться и помыться. Всё-таки спал. А ты, всё-таки, зараза, Иваныч… – перешёл я в наступление, помня, что еще Суворов говорил, что именно оно, первое средство защиты.

Видно, попал я в точку. Сбил с напора Чапая.

– С чего это, я – зараза? Ты мне что говорил? Что ну её нахрен, а тут я узнаю, что вы уже вместе через час во Владик мотнуться собрались, и даже попросила позвонить, чтобы начальник вас дождался.

Молчать нельзя.

– Так я проснулся, дома тихо. Ну, я в одних, почти носках, и пошёл в туалет, на ходу в мудях почёсывая. Открываю дверь в зал, а там… красавица писаная, что сразу мне, чуть ли не на шею кидается и кричит, что просто мечтает стать мне верной женой… на эти два месяца. Я же тебя просил – спровадить от меня, а тут такое… Сам подумай, и как бы я отказался, тем более ты сам меня напугал, что она бешеная и ещё и боевик, каких поискать. У меня и шанса не было отказаться, тем более, ты меня с ней намеренно один на один оставил. Я тут теперь под душем весь испуг смываю, и штаны стираю, – со вздохом я принялся мочить семейники под струями душа. Обманывать, даже в мелочах, куратора весьма опасно.

Ничего, обмотаюсь полотенцем и в таком виде и выйду к нему, а ведь точный расчёт. Вроде, Чапай успокоился!

На душ и остальные водные процедуры у меня ушло не меньше получаса. Как и планировал, в одном полотенце из санузла вышел под насмешливый взгляд Иваныча. Тот, окинув мой, весьма непрезентабельный, вид и только рукой махнул. Понятно, вопросов в его допросе больше не будет.

– Давай, одевайся по-быстрому и поговорим, пока эта ненормальная не появилась.

Уговаривать меня не надо, знаю, что по краю в этот раз прошёлся, видно, слишком обидный «щелбан» был для куратора. Но это их дела, а для меня важно другое: меньше знаешь – крепче спишь, и это правильно!

Джинсы. Майка, пуловер. Носки чистые. И вновь, эта ухмылка на лице куратора.

– Невзрачно выглядишь. Невзрачно одеваешься, невзрачно живёшь. Не скучно?

Я уже начинаю злиться…

– Не я это начал. А до этого, я обычно весьма весело и главное, счастливо, жил. Вот только кто-то мне всё порушил, а потому, давай без нотаций, а то дождёшься, что пошлю, и это никому, ни мне, ни тебе, я думаю, не надо. Если есть о чём-то, предупреди, проинструктируй, а вот от нравоучений избавь. У меня сегодня далеко не то настроение.

Чапай, только головой покачал на мою тираду. Согласен, видно.

– Ладно, проехали. Но давай вернёмся к нашим, так сказать, баранам. У тебя два месяца на отдых под моим контролем. Посмотрим, как себя вести будешь. Но думаю, что хорошо. Повезло, что девочка подвернулась. Я не верю, что специально её к тебе с помощью меня подвели, не того ты полёта птица. Просто, реально, так сложились звёзды. Но не знаю, как эту удачу воспринимать. Уж больно проблемная дама. Но не отнять – умеет свои проблемы с лёгкостью решать. В общем, скучать тебе не придётся. Веселись, радуйся, считай это маленькой компенсацией за доставленные неудобства… пять лет назад. На счёт наших сегодняшних договорённостей всё в силе, и даже лучше. Руководство прониклось, и это…, тут такие дела. С деньгами немного неточно информацию скинули. Оказывается, были и единовременные выплаты, причём существенные. Тут и французы отметились и немцы и даже из Ирана благодарность, в виде пачки долларов. Короче, подсчитывают. Неприятная ситуация. Но у нас денег таких нет. Нет, те, что были, то тебе скинули. Потому меня попросили урегулировать с тобой эту проблему. Давай так, я все работы и потраченные материальные средства возьму на контроль, а когда через два месяца с тобой опять столкнёмся, я всё тебе по полочкам разложу. Обещаю, не пожалеешь. Ты нас выручаешь, мы к тебе более лояльно отнесёмся. Кто знает, как дальше у тебя жизнь сложится. По оружию и документам к нему, вообще проблем не будет, главное договориться. Ну не можем мы тебе устроить отравление или ДТП, слишком много к тебе ненужного внимания на самом верху. А так, устранили бы и все дела. Про выражение любимое, приписываемое Сталину, я тебе уже говорил, так что решай! А мы уже со своей стороны постараемся и тебя удивить. Поверь. Есть чем…

Я усмехнулся.

– И опять тем, что вам не будет стоить и цента.

– Вот тут, ты абсолютно прав, но цена от этого на наши услуги и поставляемый товар, поверь, уж точно не снизится. Фирма гарантирует. Сейчас, на данный момент, есть какие-нибудь пожелания? С транспортом решил на два месяца и уже вас я им обеспечил. Номера серьёзные и их знают, особенно в определённых кругах. Всё, проблем меньше. А с такой дамой они у вас обязательно будут. Умеет она себе на задницу приключения искать. Ну что, подумал?

Я прикинул и так и этак. Я тут, вроде, просто по течению плыть начал. И тем более, такие попутчики объявились. То, что девчонка не подстава – понятно. Да и куратор врать не будет, видно, что и сам поражён таким оборотом и тем, что мне, вроде как, удалось уболтать её на такую роль, причём играть её придётся ей по-настоящему.