- -
- 100%
- +
Боюсь тебя, потому что я уже не принадлежу сама себе, ты – мой создатель-ваятель, а лепишь ты подчас грубо-нежно, креативно и талантливо. Но мне больно, я разрешаю тебе делать больно, а потом как побитая собака возвращаюсь домой. И от счастья-боли плачу, пишу письма, объясняюсь в любви человеку, который, может быть, вовсе и не любит меня, а пьёт меня, пока не утолит жажду. И я разрешаю и пить, и мучить, и целовать…
Боюсь тебя во мне – выпирающего из моей тонкой, нежной душевной кожи, ты рвёшь меня изнутри, от этого всё горит. А поделать ничего не могу, ведь люблю тебя до безумия. До такого безумия, о котором ты даже не догадываешься, я стараюсь спрятать его, как округляющаяся героиня твоего рассказа – свой животик. Хочу, чтобы ты видел меня красивой, цветущей, а не страдающей, томящейся в своих мыслях-паутине о тебе. Каждую секунду ты меня строишь и ломаешь, когда захочешь – для этого тебе стоит всего лишь поднять телефонную трубку и сказать: «Доброе утро!» И я сломалась, вывернулась, растаяла…
Я боюсь тебя, потому что наверняка знаю – сейчас опять сломает! И ты ломаешь, когда уже достроив, а когда и на полпути к последнему этажу! Я живу в постоянной ломке. Выдержу ли? Если нет, то меня ожидает – забытье, полнейший хаос на факультете, дома, потеряю-растеряю оставшихся друзей, стану, наверное, голышом ходить по дому, перестану чистить зубы! Всё равно, начхать, падать ниже некуда: предел – дно. В общем, буду ходить уже как вампирша, боящаяся света, и просить тебя вбить мне осиновый кол прямо в сердце! Просить-унижаться, чтобы ты сказал, набрался сил и признался, что не любишь и не собираешься быть-жить со мной. А пока я ломаюсь и всё же тешу себя мыслью, что любишь, думаешь, мечтаешь…
Ну вот, опять сломалась! И ещё раз! И ещё! Ещё… Кап-кап-кап.
Люблю тебя, ломай, если надо, строй, если надо! Только не оставляй! Можешь даже на моё «Я тебя люблю…» отвечать: «А я – нет!» Ведь всё равно – проглочу, поперхнусь, но переварю! Плохо – это когда тебя нет! Лучше ломать, чем равнодушно наблюдать! Приди и сломай меня! Я так хочу, потому что люблю бесконечно! Если больно – значит живу!
Целую бесконечно!!!
Твоя Алиночка.
Aline, 11 февраля, 23:55 (Спокойной ночи!)
Алина, малышка моя, спокойной ночи! Бесконечное спасибо за письмо!!! Читал и возникало ощущение, что мы в объятиях друг друга и целуемся…
Спи, родная! Приснись мне! Целую!
Алёша.
Моему Лёшеньке, 12 февраля, 21:12 (Почти валентинка.)
Миленький, солнышко моё, месяц ясный… в общем, самый желанный, любимый, дорогой! Целую тебя крепко-крепко. Бедненький, ты устал, наверное, и в Инет времени нет заглянуть! Кладу голову тебе на плечо, вдруг поможет! Кстати, я тоже в некоторой запарке: надо срочно закончить статью в нашу факультетскую многотиражку. Между прочим – передовица ко Дню св. Валентина. Но, даже работая, я непрерывно думаю о тебе. Вернее, работа и ты слились. (Чтобы не гадал, о чём речь, в постскриптуме приложу сокращённый вариант своих размышлизмов – самую суть из этой статьи.) В мыслях один Лёшечка – Единственный Святой, точнее монарх, безгранично властвующий в моём сердце. Надеюсь, когда немного разгрузишься, увидишь в своём ящике мой виртуальный след – маленькое послание, и улыбнёшься. Посылаю вместе с ним свой пламенный привет и пребольшущий сочный поцелуй – губы в губы, душа в душу! Мои губы – почта любви, поцелуй – письмо, адресат – ты, ты и только ты! Побереги себя! Я за тебя беспокоюсь! Твоё здоровье не стоит всей этой суматохи! Скучаю! Жду!
Целую сначала в одну щёчку, потом в другую, в ладошки, шейку, в губки… Зацеловываю тебя!
Бесконечно преданная тебе Алина Д. (!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!) Звучит, а?!
P. S. Кстати, твоя повесть «Казнь души» мне безумно нравится: это по мне! Я тобой горжусь и восхищаюсь – как мужчиной, личностью и, конечно же, писателем! Последнему завидую чёрной завистью! А личности – тем паче! В общем, люблю тебя всякого!
Твоя Алинуська.
P. Р. S. Обещанное:
КАК Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ!
Души встречаются на губах влюблённых. Это я знаю точно, потому что – ЛЮБЛЮ! Я просто по-сумасшедшему люблю самого прекрасного мужчину на свете – мужчину с глазами-агатами… Любовь… Вселенная, уместившаяся всего в шести буковках русского алфавита, и этот мягкий знак – прекрасная роза вечности. Любовь – это поэзия, окрыляющая, уносящая в мир, где всё дышит стихами. Влюблённый человек постигает новую философию общения – говорит глазами, жестами, прикосновениями… Ах, как мой мужчина умеет нежно обнимать!.. «Я тебя люблю!» – три слова, ради которых стоит жить, страдать, умирать, возрождаться. Любовь… ЛЮБОВЬ… ЛюБоВь… ЛюбоВЬ… люБОвь… Сладкое слово с привкусом хурмы.
Циники утверждают, что любовь – это всего лишь химические процессы в организме, которые провоцируют сексуальное возбуждение и только. А медики, вот уж умора, вообще придумали, будто существует вирус любви, который живёт в организме не более трёх лет. Ду-ра-ки! Я, например, точно знаю, что буду любить своего мужчину с глазами-агатами всю свою жизнь, до самой смерти, всегда и бесконечно… Встреча с ним – главное, что случилось в моей жизни, и я так счастлива!
А вообще, истинная любовь не требует клятв и доказательств. Главное, говоря избитую фразу «Я тебя люблю!» – искренне смотреть в глаза, посылая эти слова прямо в душу почтой-поцелуем, ведь души встречаются на губах влюблённых! Кстати, о почте – не забудьте отправить своим возлюбленным валентинки! Я своему любимому уже приготовила-написала: ах, какие там слова-признания! Ведь я так его люблю – больше жизни!
Депрессия, страх, одиночество – всё растворяется в любви, в этом таинстве души и тела. Я наконец-то испытала это сама! И поэтому готова крикнуть на весь мир: как я тебя люблю!
Влюблённая Алина ЛАТУНКИНА.
Aline, 12 февраля, 23:08 (Умаслила!)
Ну, Алинушка, удружила! Умаслила! Облила толстым слоем бальзама мою честолюбивую писдушу (получилось почти матерно, а я имел в виду – писательскую душу)! У тебя из сердца (есть, оказывается, сердце-то!) добрые слова вырвались… Спасибочки, счастье моё! Я и сам очень ценю «Казнь души».
Одним словом, умаслила. Обещаю за это обцеловать тебя от пяточек до… Короче, на месте разберёмся!
Целую и сейчас – взасос (на экране монитора след остался!)
Алёша.
P. S. Твоя передовица-признание – класс! Спасибо за бесстрашие!
Моему Лёшеньке, 14 февраля, 23:13 (Спасибо за всё!)
День праздничный сегодня прошёл замечательно (вкусно и много покушали, нацеловались-намиловались, наговорились и намолчались), продуктивно (многое друг о друге узнали), красиво (спасибо за великолепные розы, они и сейчас помнят о нас – там, в НАШЕМ доме)… В общем, благодарна тебе за всё! В первую очередь благодарю судьбу за тебя! Хотя мне тоже следовало бы, как и ты, пожаловаться на свою «пленную житуху», но сегодня не тот день! Да и вообще хватит скулить! Пока ситуация такая, какая есть, жаловаться я не имею права (пленных не спрашивают)! Люблю тебя одного! Ты слышишь – БЛАГОДАРНА ТЕБЕ ЗА КАЖДУЮ ПРОВЕДЁННУЮ С ТОБОЙ СЕКУНДУ!
Пленная Дымка.
Aline, 15 февраля, 15:07 (Почему???!)
Алина, ты и не хочешь со мной сегодня общаться – почему бы это???
Грустно.
Алексей.
Моему Лёшеньке, 16 февраля, 8:18 (Прости!)
Прости!!! У меня вчера был «банный день». Это я так называю душевный онанизм. Ты вчера и позвонил в самый час-пик, когда я в ванной слезами (даже рыдала – вот, глупая!) да горячей водичкой обливалась. Интересно, как я вообще разговаривала – ведь было, как это пошло ни звучит, «состояние нестояния». Вечерком я это выразила в маленьком стихотворении:
Горла рупор тоской провачен,взгляд слезою туманной склеен —это я где-то тихо плачу,причащаюсь, себя жалею.Хочется иногда себя пожалеть, понимаешь?
Котик мой! Ты уж прости меня, засранку (и за это слово прости)! Просто я очень сильно тебя люблю, а ты – несвободный и не мой! Поэтому клинит!
Целую-перецеловываю.
Дымка.
Aline, 17 февраля, 22:52 (Прокол.)
Алина, звонил с одной целью: сказать-предупредить, что иду из универа пешком, чтобы ты через 10 минут выскочила на минутку из дома, я бы тебя на ходу нежно поцеловал и отправился, взбодрённый, дальше… Красиво было задумано, но… Кое-кто был в ванной или ещё где, и фокус не удался…
Эх ты! (Шучу, конечно.)
Алексей.
Моему Лёшеньке, 17 февраля, 23:16 (Ё-маё – не знаю, как это пишется…)
Сейчас сердце разорвётся! Лёшенька мой, дорогой-разъединственный! Всё, рана смертельная – прямо в сердце! Никогда себе не прощу это чёртово водное путешествие! Целую тебя буквами-знаками-многоточиями…
Прости дуру! Твоя Алина, которая в ауте.
Aline, 17 февраля, 23:53 (Ё-моё.)
Алина, милая! Голубчик… (ладно, так и быть – голубица!)
Ё-моё – пишется так. О помывке не жалей – мыться надо. Если признаешься и поклянёшься, что в ванной думала обо мне и даже нечто скоромное (??!!), так и быть – прощу и даже одобрю, ибо не так важен телесный контакт, как духовный, дочь моя! (Это я в роли падре, а не папаши – не перепутай!)
Алексей (подписываюсь, как обещал, строго и без экивоков).
Моему Лёшеньке, 17 февраля, 23:58 (Оооооо!!!!!!!)
Грешна, падре! В мыслях возлюбила я своего Алексея и духовно, и телесно, ибо он для меня и мой рай, и мой ад, да и я, признаться честно, хочу быть и святой, и порочной! Люблю его любовью нестерпимо сладкой…
Сна тебе самого сладкого, нежного, конечно со мной в главной роли! Я тебе покажу, что такое настоящая сказка. В общем, сама уже зеваю, да и постель зовёт своим цветастым языком – аппетит ночной предвкушает. Ты тоже, милый, заходи ко мне в сон. Сначала я к тебе, а потом ты ко мне. Но я тебя не отпущу! Посажу в клетку-темницу своей памяти. Будем вместе там предаваться любви…
Так, если я продолжу, ты, видимо, спокойно уж точно не уснёшь! Да и я… Хотя я о тебе мечтаю каждую секунду!
До встречи, мой ненаглядный! Приятных сновидений! Я всегда с тобой!
Отчаливаю в НАШ сон! И ты не запаздывай!
Твоя Алина.
Моему Лёшеньке, 18 февраля, 21:39 (:-)
Животик рАзвязывАется – крАнтик скоро откроется! ДА, действительно, хорошо живём! В душе – мАй, птички поют. Если бы не живот – было бы полное ощущение свободы и лёгкости! АлексеюшкА ты мой! ЗнАешь, о чём я сейчАс подумАлА – мы ещё не ели вместе мороженое (А ты о нём уже двАжды говорил – вообрАжение провоцировАл). ДАвАй в субботу (или воскресенье) купим целое ведёрко и будем тАять вместе. ЛАды?
А вообще, спАсибо зА вечер, ты был тАким милым, нежным, зАботливым, А я (несмотря нА дятлА в голове) – счАстливой! Ты хоть понимАешь, что делАешь меня счАстливой!!! ВспоминАю сейчАс тебя в нАшем доме, особенно нА фоткАх, где ты не мой, но тАкой родной и этА сопричАстность к твоей прошлой жизни делАет меня ещё счАстливее!
НАдеюсь, зАвтрА увидимся, если нАдумАешь пройтись до универА вместе – предупреди.
Люблю, А знАчит, живу!
ЛюбящАя и живучАя АлинА.
Целую-меряю губАми, глАзАми, рукАми и всем, чем возможно.
P. S. ФишкА письмА: в кАждой букве «А» – мой поцелуй: лови!!! Всего – 62 поцелуя-выстрелА. ВнимАние! Ты смертельно рАнен прямо в сердце!
Aline, 18 февраля, 23:12 (Ну и А!)
Алина, спасибо, роднуля, за поцелуи-«А»!
Сообщаю, что завтра я буду на факультете вероятно целый день, посему – заказывай: какой йогурт тебе купить на обед (или что другое)?
Дома выдержал прессинг, но – победил…
А. А.
Моему Лёшеньке, 19 февраля, 21:59 (Мысли вслух – в четырёх частях.)
Доброй ночи, моё чудо!
1. Завтра буду целый день думать о тебе. А сегодня – засыпать с мыслью-воспоминанием, как ты меня целуешь… В общем, и сегодня, и завтра, и послезавтра, то есть каждый день в энной степени, на повестке дня – ты, в главном меню – ты, в жизни моей – ты.
2. У тебя просто очаровательнейшая улыбка, закрываю глаза и вижу, как ты смеёшься… И сама улыбаюсь тебе. Прошу тебя, свети мне всегда! Не то «завянут мои ромашки без солнца твоих тюльпанов». Это я уже себя любимую цитирую-интерпретирую – хотя в данном контексте эти строчки воспринимаются несколько пошловато: ромашки, тюльпаны… тычинки, пестики… Васьки, Матрёны… Так, сворачиваю куда-то не туда! Не подумай, что я повёрнутая на этой теме, просто иногда хочется тебя ущипнуть, чтобы ты расслабился, отвлёкся (от «рыжего террора» – Д. Н.), читал мои строки ОБ ЭТОМ и улыбался (мысленно произнося своё фирменно-серьёзное «Алина!»). Взбодрить тебя хочется! А слова «суксуально-еротическага» характера помогают мне в этом.
3. Ты знаешь, как я была рада увидеть, встретить тебя сегодня вечером – на остановке! Безумно рада! Представила, что когда-нибудь потом я буду ждать тебя вот так, только уже домой, в НАШ ДОМ! Эх, мечты!
4. Жду-прежду тебя, твоего голоса… Всего, что связано с тобой! Измеряю-грею всего моего Лёшеньку губами. Я тебя люблю! I love you!.. Если концентрировать моё сверхчувство – перелюбливаю: то бишь люблю с приставкой «очень-очень»!
Я. Голубчик.
Aline, 19 февраля, 23:36 (Схожу с ума!)
Всё, ОНЕ захрапели позади меня. А до этого минут 20 возюкались-стелили-переодевались и пр., заглядывая через плечо моё на монитор…
Бог с ней! Тут другое мучает… Впрочем, не буду тебя огорчать!
Лучше я скажу тебе глубоко прочувствованное, продуманное и выкристаллизованное: я, наверное (?!), не могу НЕ думать о тебе. А это уже болезнь. Это – патология. Это – сладкое, но умопомрачение… Всё это можно выразить короче: не исключено, что я СХОЖУ ПО ТЕБЕ С УМА! А хорошего в этом, надо полагать, ничего нет. Эхма! И-и-иех! О-хо-хо! Ух-ху-ху! (Как ещё вздох графически изобразить – не знаю!)
Про «Матрён» и «Васек» шуточки пре-кра-тить!!! «Неснятое возбуждение чревато неприятными последствиями!..» (Приап).
Ещё, голубчик мой, можешь ответить на эту писульку (??!) до 23:45, да потом – попрощаемся до завтрева.
Алексис.
Моему Лёшеньке, 19 февраля, 23:44 (Ночное.)
Обожаю тебя!!! Отвечать-спрашивать (про то, что мучает) времени, наверное, уже нет. По телефону завтра утром пообщаемся – угу?
Люблю, люблю и тоже схожу с ума! Целую. Спокойной ночи, мой милый!
Твоя Алиночка.
Моему Лёшеньке, 20 февраля, 22:26 (Дышу и не дышу.)
Радость-грусть моя!
Вечер сегодня по-особенному лиричный, рассказы твои, что ли, грустью-сплином мысли обволакивают – не знаю?! Лирик в тебе, бесспорно, бунтует-вырывается – родная душа! От «Удушья» безысходность какая-то щемящая сердце буравит… Да-а-а-а… вся наша прекрасная страшная жизнь – асфиксия… Сам не успеешь удушиться – жизнь удушит! Кажется, мой градусник настроения очередную синусоиду совершает!
Как мне хочется тебя, мой милый, сейчас обнять! Почувствовать тепло твоих ладоней и перебороть удушье – снова научиться дышать, дышать по-новому! Буду ждать завтра этого мгновенья, а пока не дышу… Любить, правда, никакая асфиксия, не разучит, а вот дышать…
Люблю. Скучаю. Философствую.
Научи дышать, без тебя – смерть, пустота.
Твоя Дымка.
P. S. Раз воздух потерял адрес моих лёгких – так поцелуями задышу. Целую. Целую. Целую. Целую. Вот и задышала!
Aline, 20 февраля, 23:11 (Люблю – дышу…)
Родная моя Дымка, хочу серьёзно и в последний раз предупредить: за такие письма-мэйлы, как это – я тебя готов зацеловать и зацелую при первой же возможности до умопомрачения… Твоего или моего, или обоих сразу!
Спасибо, девочка моя! Я, конечно, тоже целую и сейчас (мысленно) и думаю о завтрашней встрече (дай Бог!).
Пока прощай! Чего-то я рассюсюкался, а это нехорошо, неладно, не (как вы, молодые, выражаетесь) клёво…
Чудовище.
Моему Лёшеньке, 20 февраля, 23:18 (Задышала!)
Ночи-то доброй я, надеюсь, успею тебе пожелать! Снов тебе самых дымчатых! Люблю тебя! Всё остальное скажу завтра (о том, как я тебя обожаю, боготворю, как ты мне нужен).
Целую, мой Лёшечка!
Я.
Aline, 20 февраля, 23:26 (Не отвлекайся!)
Алина, я буду в эфире (вернее, выйду напоследок в 0:30), так что, если захочешь что-либо ужасно важное (нэжное, ласкавае, вазбуждающае!!!) написать – напиши. А пока не отвлекайся – читай ХОРОШУЮ прозу…
Недостойный.
Моему Лёшеньке, 21 февраля, 0:08 (Длинное-томное-нежное-ласковое…)
Лёшечка-Лёшенька!
Ночью, когда луна выворачивает меня всю наизнанку, пишу-дарю тебе самые сокровенные строки! Ты в моей жизни появился неслучайно, за это судьбе просто громаднейшее спасибо! Почему неслучайно – потому что я предчувствовала, что появится человек, которому отдам себя без остатка, «всю – до грамма» (моя стихотворная цитата). Как будто в воздухе уже был этот дурманящий привкус: привкус твоего поцелуя – медового, бездонного. И я жила, как в тумане, будто организм переживал инкубационный период – некая предлюбовь. И вот в универе появился ты – мужчина, которого я сразу (!) заметила и (помнишь?) чересчур громко поздоровалась, на что ты неуверенно ответил: «Здрасьте», – меряя меня оценивающим взглядом. А когда я у одного знакомого доцента (не скажу тебе – кто это) спросила: «Что это за мужчина?» – он ответил: «Домашнев – новый завкафедрой литературы и писатель. Ты будь с ним осторожна, он до женскага пола… Как-то даже признался мне, что, мол, страшный я бабник…» (Да-да это слова того доцента!) А я подумала: «Да-а-а, страстный мужчина, и есть в нём какая-то особенная грусть и магнетическое обаяние». А потом это интервью – глаза в глаза. А вскоре – первое прикосновение, как током, прострелившее меня до самых косточек. Ну а дальше, ты всё знаешь сам. И ещё – твой творческий вечер, и моя гордость, счастье за тебя, человека, который почему-то казался таким родным!
В общем, нежный избранник мой, суженый, единственный МОЙ мужчина! Никакие атмосферные и оккультные вмешательства тут ни при чём! Просто я тебя ЛЮБЛЮ и это не влюблённость какая-нибудь, не дурман-колдовство!
Не отдам тебя никому (страшно признаться, но я собственница!). Буду любить тебя, стараться-тужиться сделать тебя счастливым, стану девочкой-женщиной, любовницей, соратницей, единомышленницей, музой, другом, женой, богиней, рабыней… – кем только захочешь! Я счастлива, когда ты счастлив!
Нежно-нежно прижимаюсь к тебе каждой буковкой! Верь мне, будь-стань моим, и мы вместе создадим-построим-обживём с тобой свой маленький мирок, где есть только ты и я! Хочешь? Я согласна!!!
Любимый-разлюбимый! Если ты присутствуешь при моих душевных родах (которые прошли благополучно, без эксцессов) уже в 0:30, то я, видимо, уже лежу в кроватке с выключенным светом и думаю о тебе, не отдаюсь ещё любовнику-сну, хочу надуматься-насытиться тобой, чтобы приснился мне сон – светлый и тёплый, где мы вместе и жизнь прекрасная (а не страшная, как в реальности). Жажду с утреца прочесть твой ответ на моё письмо-исповедь. Как только проснусь – выйду в Инет, и, надеюсь, хорошее настроение умножится как минимум в два раза!
Люблю тебя, мой голубчик! Поцелуями тебя укутываю. Спи, солнышко! Я рядом, всегда рядом.
Твоя Алиночка-пеночка-Дымочка…
Моему Лёшеньке, 21 февраля, 21:51 (Мечтаю о тебе, думаю о нас.)
Лёша, день и вечер были просто восхитительными! С тобой рядом я цвету, живу, творю, познаю… Моя комната мне показалась сейчас такой уютной – моей, родной, маленькой вселенной. Как бы я хотела, чтобы это ощущение согревало меня в моменты, когда грусть-тоска перетягивают лёгкие жгутом безысходности, непонимания. Самое страшное одиночество – одиночество среди людей, тем более близких людей. Из комнаты в комнату ходят они, разговаривают о чём-то, пьют чай, смеются, а ты – вне этой приятной суеты, думаешь о своём, живёшь другой жизнью и оживлённость, что вокруг тебя – мертва, нема, неощутима. Вот так я сидела сейчас в зале: родители о чём-то балакают, меня пытаются втянуть в разговор, а я зависла на другом уровне, где мне хорошо, тепло, куда меня тянет, зовёт – К ТЕБЕ!!! Когда эта раздвоенность заплетётся в одну прочную косу-линию – нашу ОБЩУЮ с тобой жизнь, тогда не будет никаких других уровней, зависаний… Идя с работы, я буду знать, что где-то меня ждёт МОЯ ЗЕМЛЯ, мой островок счастья-уюта. Этой мыслью я теперь и живу. И хочу, чтобы ты жил.
Если мы сегодня не встретимся на Интернет-перекрёстке – желаю тебе приятных снов! Мечтаю о тебе, думаю о нас… Для того, чтобы спалось крепче-слаще – прими мой поцелуй на ночь, как положено, в трёх экземплярах!
Алина.
Твоя настоящая жена.
Aline, 21 февраля, 23:42 (Вот он – я!)
Алинусь, я – тута! Еле-еле оторвался от Фаулза, чтобы впитать (фу, ну и слог!) вот это твоё письмецо (ещё одно фу!). Ладно, буду писать построже: спасибо, девушка, на добром слове, утешила, побаловала! А всё ж таки не одобряю, что от родных отгораживаешься, неприязнью к ним точишь сердце своё (это уж совсем чёрт знает что за лексика попёрла – прости!).
Ладно, голубка моя, если на полном серьёзе, ты меня делаешь всё более и более счастливым. Ты заставляешь меня быть лучше, чище, ДОСТОЙНЕЕ… Буду стараться соответствовать. Клянусь!
Напиши мне ещё пару горячих строк и – попрощаемся до завтра, хорошо?
Целую крепко-крепко – до перехвата дыхания!
А.
Моему Лёшеньке, 21 февраля, 23:51 (О важном.)
Родителей я люблю, но одинока у себя дома, будто это не дом мне вовсе.
Ладно, давай о лирике – день сегодня ты подарил мне поистине лиричный! Спасибо! Влюбляюсь в тебя всё больше и больше – и в писателя тоже! В общем, очень скоро проглочу тебя в свой желудок-разум (сердцем ты уже проглочен), и… кранты! Придётся тебе на мне жениться!
Целую. Обожаю. Ответь чего-нть!
Жена. (Так теперь решила подписываться.)
Aline, 22 февраля, 0:18 (О сверхважном!!!)
Алина, родная моя, милая и ненаглядная!
Не надо подписываться «жена». Лучше – «твоя» или – «единственная»… А ещё лучше – Алина или Дымка. Мне это очень нравится! «Жена» – ТЯЖЁЛОЕ слово. Да и у меня (забыла?) формально-официальная жена как бы есть… Ты меня понимаешь?
Это моё мнение. Не вздумай обидеться! Конечно, можешь подписываться – как хочешь. Мне главное – чтобы писала ТАКИЕ письма, КАКИЕ пишешь…
Ещё дождусь ответа и – спать. Умираю от желания спать. (Помнишь, я уже ТАМ задрёмывал?) Это, кажется, называется авитаминоз и ЧРЕЗМЕРНЫЕ нагрузки…
А.
Моему Лёшеньке, 22 февраля, 0:26 (Ладно, уж так и быть.)
Ладно, от «жены» отказываюсь (размечталась!). От фамилии твоей тоже отказываюсь. В общем, от всего, что тебе не нравится, кроме, разумеется, САМОГО ТЕБЯ!
Снов тебе, милый, самых сладких, вкусных, калорийных… Завтра жду какого-нибудь да привета от тебя! Всего-всего!!! Обцеловываю (сейчас завою – у-у-у-у…)
Просто Я.
Моему Лёшеньке, 22 февраля, 23:51 (Стыдно.)
Спокойной ночи, Лёша!
Люблю. Грустно и тошно (не в прямом смысле!) просто «до опупения» Да и ты, по-моему, разозлился. Прости меня, что:
1) такая маленькая для тебя,
2) веду себя отвратительно (самой противно),
3) за то, что я порчу тебе жизнь…
Тем более, что сегодня Прощёное воскресенье!
Целую. Прости меня, пожалуйста. Кап-кап-кап…
Алина.
Моему Лёшеньке, 23 февраля, 20:41 (Э-э-эх!!!)
Любимый мой! Во первых строках своего письма признаюсь тебе ещё и ещё раз – БЕЗ ТЕБЯ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЮ СВОЕЙ ЖИЗНИ!!!
Алексей Алексеевич, радость ты моя ненаглядная, манна небесная, жду не дождусь, когда увижу тебя. Как здорово, что мы учимся-работаем в одном здании и я могу видеть тебя почти каждый день!
В общем, дай Бог, обнимем-поцелуем друг друга завтра в Доме знаний (как иронично называет универ моя подруга Ленка).
Лёша, не зевай от моего стиля-зануды, лучше напиши мне что-нибудь этакое, что можно выпить взахлёб – вместо чая.
Твоя ненаглядная.
Aline, 23 февраля, 22:20 (Не грусти!)
Алинка, чувствую – грустишь! Не понимаю я тебя. Были вместе сегодня? Были! Не поссорились? Нет! Хорошо нам было? Вроде бы – да! (?) Будут впереди встречи? Несомненно! Думаешь ты обо мне сейчас? Вероятно – да! Я о тебе думаю? Спрашиваешь!!! Ну, чего нам ещё надо??? Чего грустить-то??!! Даёшь праздник на душе и в прочих частях тела (тел)!