Суперагент

–Точно, нет? – сомневался Купчик, вызывая улыбки.

–Точно. ГРУ отслеживает их разработки.

–А ЦРУ – наши.

Харченко не стал спорить.

–ЦРУ пытается отслеживать наши работы. Идёт обычная, нормальная жизнь. Закон матушки природы: «Выживает сильнейший», то есть, задави своего конкурента и возрадуйся! Поэтому, всем должна быть понятна крайняя заинтересованность наших заокеанских «конкурентов» завладеть рухнувших в джунгли образцом. Наше средство доставки изменяет все привычные понятия о возможностях авиакосмической техники. Этот аппарат не в чистом виде космический корабль, а, как я уже говорил – космический самолёт, легко выходящий в ближний космос и продолжительно там работающий. Через какое-то время, может статься, такие аппараты заменят ракеты, и на этих штуках космонавты станут летать на околоземные станции.

–Сомневаюсь, что скоро, – сказал Загин.

–Пройдём на второй этаж, там сектор управления, – сказал Харченко, указывая на кабину лифта.

Лифт был тесный и вчетвером они еле поместились.

–Рассчитан на троих, – пояснил Харченко.

На втором этаже, в просторном зале управления, перед тремя креслами красовались экраны компьютеров и ряды клавиш. Обзорной панели, как в многоразовых челноках, здесь не было, но стоял основной пульт с кодом полётной программы.

Здесь было многолюдно. Александра узнала многих обеспеченцев и двух «головастиков», с которыми беседовала в НИИ по делу Салеева – Шелушева и Фалеева.

Ещё троих «головастиков» в белых халатах видела впервые – это, наверное, те, кто вылетел на полигон перед смертью Салеева. Теперь ей стала понятна фраза Харченко о преждевременности сдачи дела Салеева в архив. Вот его детище, всё те же действующие лица и новое происшествие. А двух совпадений не бывает – эту аксиому она помнила хорошо.

–Пойдёмте к компьютеру, – Харченко указал на узкий столбик основного пульта программирования курса. – Смотрите сюда, – он загородил своей спиной от присутствующих клавиатуру, показывая только своим следователям. – Мне объяснил куратор проекта Творогов. Видите, на этом узком экранчике десяток цифр. Это код курса полёта. Вторая цифра – страна. Чтобы там не стряслось, вы должны знать одно – обратный курс должен иметь второй цифрой двойку. Двойка – это Россия. Остальные цифры определяют район, регион и тому подобное. Перепрограммирование занимает время. Программу возврата составит специалист из этих, – Харченко кивнул на суетящихся учёных. – Но есть одна закавыка. О ней знает только Творогов, я, вы трое и ещё знал Салеев, который её разработал. При любом запрограммированном курсе можно практически мгновенно изменить его – надо семь раз нажать клавишу два. И корабль вернётся сюда, на полигон. Это вы должны знать на случай непредвиденного.

–Думаете, аппарат захотят угнать в Штаты? – спросил Загин.

–Что я думаю, я тебе не скажу, Загин, –отозвался Харченко, отходя от пульта. – А теперь пойдёмте на инструктаж. На всё задание отводится недельный срок. Я буду ждать вас, как всегда, с положительным результатом.

«»»»

После двухчасового инструктажа, весь отряд, направляемый на поиски пропавшего аппарата, а это двадцать пять человек, сытно накормили, нарядили в лёгкие камуфляжи, с эмблемами МЧС России и загнали в актовый зал для последней напутственной беседы.

Александра сидела в последнем ряду, изучая затылки тех, с кем ей предстояло выполнять ответственное задание. Командиром отряда был назначен, к удивлению Александры, пугливый «угорь» майор Зужев. Его заместителями стали: капитан Ургинов, Александра и майор Князев из спецотряда особого назначения. В группу были включены двое «головастиков» – Шелушев и Барон и вся группа обеспечения. Плюс четверо вертолётчиков. А также взвод отряда особого назначения, в обязанности которого входило военное прикрытие поисковой экспедиции. Всех вместе – двадцать пять человек.

Трое полковников, давая последние пояснения, ещё раз повторили меры предосторожности. Связи с внешним миром, в целях соблюдения секретности, у отряда не будет. На выполнение задание давалось семь суток. В случае неудачи поиска в указанный срок – выход на связь и получение новой вводной, для чего конверт с номером 1, 2 или 3 следует вскрыть. В случае невозможности возврата аппарата – испытуемый образец требовалось уничтожить путём подрыва.

Полковники продемонстрировали две плазменные бомбы, вмонтированные в титановые чемоданчики, похожие издали на автомобильные переносные холодильники. Всем объяснили, каким образом привести бомбы в боевое положение. Диаметр взрыва – пятьсот метров. По вспышке космические спутники определят, что аппарат уничтожен. При необходимости применять оружие на поражение – сантименты в вопросах обороноспособности государства не приемлемы.

После этого пошли в оружейную, получать оружие.

Здесь была стерильная чистота, словно в больничной операционной. В углу лопотал телевизор – шёл выпуск вечерних «Новостей»:

«Как известно, события в республике Конго продолжают развиваться по крайне напряженному сценарию. Переговоры между повстанцами и президентом страны, поддерживаемым армиями соседних Анголы и Замбии, сорвались. Попытки миссии ООН выправить ситуацию, уберечь страну от гуманитарной катастрофы, окончились провалом. В районе сосредоточения многолюдных лагерей беженцев разгорелись боевые действия. Агентство ИТАР-ТАСС сообщает, что на территории, контролируемой повстанцами, пропали двенадцать граждан России – это женщины, вышедшие замуж за учившихся в нашей стране конголезцев и переехавшие на постоянное местожительство в Конго. Судьба их неизвестна. В сложившейся ситуации принято решение направить в Конго поисковый отряд МЧС для спасения наших граждан».

Александра ядовито усмехнулась – вот какая официальная легенда их поисковой экспедиции – благородная забота государства о своих гражданах. Лицемеры. Лучше бы уж совсем ничего не сообщали.

Диктор продолжал:

«В Конго также находятся граждане США, Бельгии, Франции, Великобритании. Для их эвакуации альянс НАТО уже направил в Конго сто двадцать пять морских пехотинцев. МИД России и США подтвердили готовность обоюдной помощи в поиске и спасении своих граждан».

Теперь всё вставало на свои места. Американцы ищут наш аппарат, заботясь о своих гражданах, и мы ищём свой аппарат, заботясь о своих гражданах. При этом дан приказ вести огонь на поражение в случае необходимости. Какой? Они могут попытаться отбить аппарат силой, если первыми к нему выйдем мы. И наоборот.

Все получили стандартный комплект оружия для спецопераций: автомат «Абакан», восемь магазинов с патронами, пистолет с запасным магазином, нож, две наступательные и две оборонительные ручные гранаты. Два чемодана с бомбами поручили капитану Ургинову и лейтенанту Михайлову.

Надев на себя снаряжение, Александра взглянула в зеркало – мать родная, она выглядела как солдат-агрессор, настолько всё грозно выглядит. Видели бы сейчас её родители. Отец точно бы заявил: «Никогда, слышишь, Александра, никогда ты больше не будешь в этом участвовать!».

С полигона полетели в Астрахань на двух транспортных вертолётах. Полковники провожали. До начала операции оставалось семьдесят минут.

«»»»

Транспортный самолёт Ил-76 МЧС России гудел включёнными турбинами. В грузовом отсеке стояли два новейших десантных вертолёта «Оборотень» с отвинченными лопастями. Эти машины, в случае неудачи миссии, тоже требовалось уничтожить. Ни одна новая оборонная технология не должна была уйти из России в чужие руки.

Отряд закончил погрузку. Самолёт вырулил на взлётную полосу.

Операция началась, время пошло.

Турбины противно загудёли, самолёт рванул и помчался, сотрясаясь. Александра откинулась в кресле, глядя в иллюминатор. Отрыв от земли. Полетели!

Сделав круг, самолёт начал набирать высоту.

Теперь можно было оглядеться. И первый, с кем захотелось побеседовать, был «головастик» Барон – при нём пропавший аппарат уходил в испытательный полёт.

Автомат и снаряжение очень мешали. Оказывается, вся эта милитаристская дребедень делает человека очень неповоротливым. Надо быть здорово тренированным, чтобы чувствовать себя свободно во всём этом.

Брюзжа про себя, Александра поднялась со своего места и пробралась к задумчивому Барону.

–Можно вас отвлечь от размышлений? – приветливо улыбнулась она.

Барон поднял на неё взгляд. Не меняя выражения лица, согласился:

–Пожалуйста. Присаживайтесь.

Усевшись и водрузив автомат между ног, Александра ещё раз улыбнулась.

–О чём думаете?

–В смысле?

–Вы были так сосредоточённы в своих размышлениях. Задаётесь вопросом, что послужило причиной аварии аппарата?

Барон посмотрел в потолок.

–Всё будет ясно на месте.

–Думаете, простая поломка?

–Может быть, поломка, может быть ошибка в расчёте испытательной траектории, может быть, элементарный сбой компьютерной программы.

–Кто же проводил расчёты?

–Я, Шелушев, Салеев, Фалеев, Мякишев, Касаткин. У каждого свои полётные задания. Аппарат отработал над территорией России, по моим траекториям, и над Тихим океаном. Вчера испытывались технические характеристики аппарата по полётным заданиям Шелушева, Фалеева и Салеева. Техника отработала над Индийским океаном, и вдруг, нарушив полётное задание, сорвалась и пропала в экваториальной сельве.

–А пеленг? Ведь должен присутствовать пеленг на случай аварии?

–Нет. Техника секретная. Никаких самоуказателей.

–Значит, сейчас говорить о причинах аварии рано?