Неспящие. Начало пути

Глава 2. Тревожные сны

Окрестности деревни Барановичи

12 сентября 2000 г. 17:00

- Постойте,… мы же вроде брали с собой оружие? – нарушил молчание Андрей.

- Шаман прав – произнес Семен. – Но где оно?

Друзья, пошатываясь, разошлись в разные стороны, пристально глядя себе под ноги.

- Я нашёл! На-а-а-ашёл! – радостно закричал Бизон, тыча пальцем куда-то в траву подле себя. Ребята подошли и увидели аккуратно сложенное оружие, которое они взяли с собой из склепа.

- И как мы с этим пойдём?! – мрачно произнес Вовка. – Нас же в деревне в милицию сдадут, блин!

- Я думаю сразу в психушку, как особо опасных идиотов! – поправил Игнат. – Запал, вот нафига ты столько нахапал?!

- А че сразу я?!

- Мужики, а давайте его спрячем, а потом привезём на «Урале» прямо к нашей шалаге – предложил Женька.

- И как мы его потом найдём?! Я что-то не вижу здесь особых примет, а самое главное,… где мы, чёрт возьми?!!!

После этих слов друзья внимательно огляделись и признали правоту Шрама. Они стояли посреди поля без малейших признаков человеческого присутствия. Во все стороны, куда ни глянь, росла высокая, по пояс, трава, и лишь на горизонте виднелась узкая полоска далёкого леса.

Прошло около часа, а ребята так и стояли в нерешительности, думая, куда же им идти. Наконец, Горын взглянул на часы и сказал:

- Пять часов. Что делать-то будем?

- Тихо, Гор! – поднял руку вверх Бизон. – Слушайте!

Друзья послушались и вскоре различили нарастающий шум автомобильного мотора. От леса, поднимая тучу пыли, прямо на ребят нёсся гружёный бревнами грузовик.

- Соберите всё это барахло и заверните во что-нибудь.

- Да во что завернуть-то, Шрам?! – ворчал Запал, пытаясь хоть как-то собрать всю ту гору оружия, которую он понахватал.

- Снимайте куртки и в них заворачивайте этот арсенал! Да поживее, машина уже близко! Вовка, раздай часть остальным, всё равно ты все своей курточкой не закроешь!

Водитель лесовоза ничуть не удивился, заметив группу из пяти ребят, стоящих на обочине и державших свои куртки в руках. Благо сентябрь выдался очень тёплым, они могли позволить себе расхаживать в таком виде. Подъехав к подросткам, один из которых интенсивно махал рукой, мужчина остановил машину и спросил:

- Вы откуда это?

Вопрос привёл ребят в замешательство, повисла неловкая тишина. Наконец парень со шрамом на лице проговорил:

- Да из соседней деревни идём, дядя. На свиданку ходили.

- Из Баранович что ли?

- Ну да. Вчера на попутке прикатили, денег нет, вот теперь и идём пешочком к себе домой.

- Так может вас подкинуть? Куда вам надо?

- Да в Черноречье. Ну как, по пути?

- Эк вас занесло, дотуда километров тридцать будет. Ну да садитесь, что с вами делать.

Село Черноречье

12 сентября 2000 г. 22:50

Шрам вернулся домой поздно ночью в воскресенье. Его задержало их оружие. Было очень трудно пройти с ним днём через всю деревню. Аккуратно все сложив в своём шалаше, друзья, совершенно разбитые, разошлись по домам, оставив все разговоры до понедельника.

Стащив кеды и повесив куртку на вешалку, Игнат, не включая свет, на ощупь прошёл в свою комнату. Там он стащил с себя футболку, включил настольную лампу и сел за уроки…

…Ему снилось, что он идёт по тёмному коридору, держа в руках чадящий факел. Света, который тот отбрасывал, едва хватало, чтобы рассеять тьму вокруг. С потолка капали редкие капли воды, звук их падения разносился по всему коридору. Иногда они попадали на факел, из-за чего пламя дергалось и шипело. Под ногами плескались собравшиеся на полу лужи. Подросток шёл по этому коридору в зловещей тишине, прерываемой лишь плеском… и еле слышным голосом:

- Помогите…

Доносилось из мрачных глубин коридора. Голос принадлежал девушке. Шрам не знал кто она, но её мольбы о помощи заставляли его двигаться вперёд. Он просто не мог оставить её в беде.

- Помогите…

Снова донеслось до него. Звук стал громче. Игнат перешёл на бег. Вода разлеталась из-под ног миллионами брызг. Он бежал так быстро, как только мог, но ему казалось, что он стоит на месте.

- ПОМОГИТЕ…

Звук уже был очень громким, Шрам приближался к заветной цели. Пламя факела выхватило из мрака каземата ржавую, покрытую паутиной и плесенью дверь. Подросток остановился, он не ожидал увидеть на своём пути препятствие. Мгновение он размышлял, что делать дальше, но вновь прозвучало:

- Помогите…

Звук шёл из-за этой двери,… можно было даже услышать, как обладательница голоса плачет. Не колеблясь ни секунды, Игнат что есть силы потянул на себя ржавую ручку. Дверь неожиданно легко поддалась, и он увидел ...

У противоположной стены стояла девушка с длинными светлыми волосами. Ее лицо было перекошено гримасой боли и страдания, по щекам текли слёзы, бледные губы дрожали.

- Помоги мне…

Прошептала незнакомка, подняв глаза на вошедшего. В этом шёпоте было столько мольбы и отчаяния, что Шрам сразу же бросился к ней. Но едва он сделал три шага, как раздался сухой щелчок. Грудь обожгло нестерпимой болью, а зал огласился леденящим душу хохотом…

…Паренек вынырнул из сна, обливаясь холодным потом. Будильник надрывался истошным звоном, требуя немедленного пробуждения. Стрелки показывали без десяти семь.

- Надо собираться. Скоро придут Горын с Запалом – сказал Шрам сам себе и встал из-за стола, на котором лежала раскрытая тетрадь. Последняя запись в ней гласила: «Домашняя работа».

- Вот гадство! Опять «двойку» получу! – с этими словами он сгрёб в рюкзак всё, что было на столе, и пошёл завтракать, предварительно прикрыв отметину на правом запястье часами…

Запал этой ночью спал мало и плохо. Ему все время снились какие-то люди, которые тянули к нему свои руки и что-то говорили. Подросток просыпался несколько раз и подолгу не мог уснуть. Поэтому, когда зазвонил будильник, он благополучно его не услышал и опоздал на учёбу на целых два часа!

Шаман тоже пришёл домой очень поздно. Получив нехилый нагоняй от родителей, паренек искренне попросил прощения, поклялся, что никогда больше так не будет и, поубедительней соврав о причине своего отсутствия, не раздеваясь, упал на кровать и сразу очутился в объятиях Морфея.

…Он шёл по зелёной поляне к огромному дереву. Над головой было голубое небо, светило солнце. В тени дерева прямо на траве сидел старик, одетый во всё белое. Его седая борода лежала на сухой груди, колыхаясь в такт дыханию. В голубых глазах читалась мудрость прожитых лет. Изрезанное морщинами лицо было приветливо и доброжелательно. Подняв глаза на подростка, старик улыбнулся и проговорил:

- Подойди ближе, мой мальчик. Я ждал тебя. Нам о многом надо поговорить.

Андрей подошёл и присел рядом.

- Здравствуйте, дедушка.

- Здравствуй, здравствуй…

- Вы ждали меня?

- Да милок, ждал… Очень ждал… – старик поднял глаза к небу и задумался.

- Извините,… но кто вы?

- Кто я? Это не так уж и важно. Важно – кто ты?

- Что вы хотите этим сказать?

- Всё… и ничего. Но ответь лучше ты. Не мне, а самому себе. Знаешь ли ты, на какой путь встал? И что за символ у тебя на руке?

Шаман ещё раз взглянул на свою руку. Странная метка никуда не исчезла. На него пристально смотрели два лишенных век глаза.

- О! Я вижу, у тебя ещё нет ответов. Но они появятся и очень скоро. Теперь же – прощай. И запомни – чем больше сила, тем больше ответственность. Да, вот ещё что: возьми, это тебе пригодится – с этими словами старец протянул ему ту самую книгу из зала с оружием.

Едва Андрей коснулся ее, как всё вокруг разлетелось на миллиарды осколков. Сон закончился.

Подросток сидел на кровати и тяжело дышал, как будто пробежал кросс. Сон сильно шокировал его,… но ещё больше его изумило то, что его руки теперь покоились на той самой книге из подземелья!

Тяжёлый фолиант в кожаном переплёте со стальными вставками лежал у паренька на коленях. Шаман смотрел на книгу, а книга смотрела на него глазницами гравировки с обложки. Так длилось несколько мгновений, а затем зазвенел будильник.

Горын этой ночью видел во сне своих друзей и себя. Они стояли плечом к плечу, их ноги до колен были окутаны густым туманом. Не было слышно ни звука. Но затем послышался тихий, но с каждой секундой нарастающий шелест, словно кто-то водил железной щёткой по кафелю. Подул ветер, разгоняя туман, и ребята увидели огромную, метров двадцать в длину, чёрную змею. Гадина ползала по кругу, образуя вокруг товарищей кольцо, которое постепенно сужалось. С её огромных клыков капал яд, падая на пол, он шипел и пенился. Жёлтый глаз с вертикальным зрачком, не отрываясь, смотрел на подростков, как бы изучая их…

На этом сон оборвался.

Семен проснулся от тяжёлого удара в грудь. Открыв глаза, он увидел своего кота. Несмотря на кромешную тьму (время едва перевалило час ночи), Горын видел зверька очень отчётливо. И не только кота,… он видел каждую мелочь в своей комнате, даже паутину в дальнем углу, хотя никаких источников света в помещении не было!

Паренек осторожно снял пушистого любимца, встал и подошёл к зеркалу…

Бизон долго не мог заснуть. Он лежал на кровати и смотрел на свою правую руку. Ему не давала покоя метка в виде глаз. В голове подростка царила жуткая какофония. Мысли, словно пчёлы в улье, метались в его мозгу.

Он задавал себе вопросы: «Что же будет дальше?» «Правильно ли они поступили?», но ответа на них не находил. Наконец, усталость взяла свое, и подросток провалился в сон.

…Он стоял на дороге перед развилкой. Рядом был указатель, но из-за слоя ржавчины и дорожной пыли надпись на нём было невозможно прочесть. Паренек стоял и размышлял, куда идти.

- Что? Не знаешь, что делать дальше? – раздался за его спиной скрипучий голос.

От неожиданности Женька подскочил на метр. Обернувшись, он увидел горбатую старуху, одетую в какие-то лохмотья. Бабуся опиралась на клюку и смотрела на паренька своими желтыми, словно у совы, глазами. Годков ей было хорошо за восемьдесят, морщинистое лицо напоминало перепеченное яблоко, нос был чуток поменьше кочерги, которой ворошат угли, а во рту было два с половиной зуба (в буквальном смысле), да и те разной величины.

- Эй, ты чаво как столб стоишь?

- Я… я,… я…

- Немец штоль-ва? Я говорю, чаво застыл-то? А? Дороги чо ли не знаешь?

Бизон смог только кивнуть в ответ.

- А тебе куды надоть-то?

- Не знаю… бабушка.

- Ух, ты! Герасим заговорил! Ну, раз не знаешь, так спроси.

- У кого?

- У друзей своих. Но помни, каждый сам дорогу-то выбирает. Решайся! Но если уж не сможешь… просто представь это место перед сном,… а я уж тебя надоумлю, как правильно-то поступить… ХИ-ХИ-ХИ! – неожиданно звонко и молодо рассмеялась бабка. Через мгновенье к этому ехидному смеху добавилось назойливое пиликанье будильника, и подросток проснулся.

Глава 3. Осознание силы

Чернореченская школа

13 сентября 2000 г. 8:42

После первого урока, на перемене, ребята, наконец, смогли спокойно поговорить.

- Ясно одно: все эти сны должны что-то значить! – произнес Игнат, выслушав друзей, и рассказав о своем сновидении.

- Но что именно, Шрам? – задал вопрос Женька.

- Не знаю… Шаман, а ты что думаешь?

Андрей посмотрел на друзей, затем на потолок, почесал подбородок и наконец, заговорил:

- Сейчас у нас нет ответов на все вопросы, но их нужно найти. После занятий я в библиотеку, кто со мной?

- Я – отозвался Запал. – Мне всё равно сочинение писать.

Прозвенел звонок, и товарищи побрели в кабинеты. Шрам и Горын учились в одном классе. Вместе они и вошли в кабинет истории.

- Игнат, я тебе должен кое-что сказать… – негромко произнес Семен.

- Говори, я весь внимание.

- Ночью меня разбудил кот…

- Ты это уже говорил.

Горын напрягся и заскрипел зубами.

- Не перебивай!

- Хорошо, не буду.

- Так вот, я проснулся и понял, что вижу в кромешной темноте! Я подошёл к зеркалу и чуть в обморок не рухнул…

- ХА! Ты что перестал в нём отражаться?! – хмыкнул Шрам.

- Не ехидничай! Рельеф моего тела изменился, таких мускулов у меня отродясь не было! Да я, блин, на Шварцнеггера похож!!

- Да ладно заливать! – не поверил друг.

- Смотри.

Сказав это, Семен достал однорублёвую монету и без особых усилий скрутил её в трубочку.

- Офигеть! – у Шрама отвисла челюсть. – Ты где так накачался?!

- Говорю же, это всё за одну ночь!

- Да быть не может!

- Данковский! Стаматин! Долго вы в дверях стоять будете?! – прервал беседу строгий голос. За разговором друзья и не заметили, как вошли в кабинет и встали сразу за порогом.

- Надежда Васильевна, разрешите войти?! – хором спросили они.

Учительница окинула обоих товарищей пристальным взглядом из-под толстых стёкол очков. Это была пожилая женщина, одетая в строгий костюм серого цвета. Историю она знала хорошо, но не преподавала её больше, чем было необходимо по программе. Если ученики желали дополнительных знаний, им приходилось париться в библиотеке в поисках нужных книг. Характер у дамы был не сахарный, так что на уроке никто из учащихся не рисковал заниматься посторонними делами.

- Вы, вообще-то, уже вошли молодые люди. Поторопитесь занять свои места!

Товарищи не заставили просить себя дважды и быстренько уселись на «Камчатке». Бросив на парту свой учебник, Горын раскрыл тетрадь и стал там быстро что-то писать.

- Что это с тобой? Ты же никогда не конспектировал историю. – Игнат был сильно удивлён поведением друга. Семен перестал писать и протянул тетрадь приятелю.

«Моя сила – фигня. В зеркале я увидел свои глаза, они светились жёлто-зеленым. Шрам, что со мной?»

Каракули Горына сильно напрягли Данковского, но ещё больше его напрягло выражение лица друга. На нём читались беспокойство и испуг, обычно ему не свойственные.

«Что же мы натворили?» – думал Шрам, сидя за партой. – «Всё это так странно…»

Неожиданно на втором этаже, прямо над кабинетом истории, что-то очень громко рвануло. Послышались крики и возгласы учеников. Шрам и Горын переглянулись, и в один голос произнесли:

- Запал!!!

Не спрашивая разрешения, друзья пулей вылетели из класса. В два прыжка преодолев лестницу, они оказались в коридоре второго этажа. Всё заволокло чёрным дымом, из которого доносились крики и кашель учеников и преподавателей.

- Ё-моё, что тут произошло?! Шрам я тебя не вижу!

- Горын! Ты где?! – тут дым попал Игнату в глаза и нос. Подросток закашлялся, по его щекам потекли слёзы. Он протёр глаза и вдруг понял, что видит всё как-то по-другому! Дым теперь был не чёрным, а почему-то розовым, а люди выглядели как ярко-алые тени. Шрам побежал к кабинету химии, а в его голове металась одна-единственная мысль:

«Что с моими глазами?!»

Неожиданно из дыма вылетели Шаман и Бизон. Они подошли к Данковскому и Шаман спросил:

- Игнат, что случилось?

- Понятия не имею, но думаю, что без Запала здесь не обошлось.

- Да я не об этом! Что с нашими глазами? Я вижу как-то по-другому.

- Я тоже вижу иначе, и мне кажется, что это всё связано с той книгой. Надо бы… – договорить Шрам не успел. Дверь кабинета химии распахнулась и оттуда, как горох, посыпались ученики. Запал выскочил из группы одноклассников и подбежал к товарищам.

- Клянусь, я здесь ни при чём! Это всё химичка! Я ей говорил, что это не те реактивы, но она мне не поверила! – он перевел дух, затем посмотрел на товарищей и спросил:

- Вы тоже так видите? Все какие-то красные…

- Угу – почти одновременно прозвучало в ответ.

- Шрам, а разве Горын не с тобой? – удивился Шаман.

- Я потерял его в начале коридора.

Тут дым стал рассеиваться, и к друзьям вернулось их обычное зрение.

- И что теперь?

Товарищи обменялись недоумёнными взглядами и уже хотели разойтись по своим классам, но громкий голос директрисы заставил их остановиться:

- Ученикам и всему рабочему персоналу немедленно собраться во дворе школы!

Раздались три коротких звонка, и началась эвакуация…

Друзья собрались вместе только на улице. Директриса начала нудную лекцию на тему: «Неготовность школы к пожарной тревоге», но товарищам было не до её проповедей – они все еще не могли прийти в себя после изменения зрения.

- Да говорю вам, это всё неспроста! Эти отметины, глаза… мы меняемся! И могу поспорить, что это не возрастные изменения!

- Шрам, это и так всем ясно – заметил Семен. – Вопрос в другом…

- Вопрос! Вопрос!! Да у меня столько этих вопросов!

- Да, Запал, вопросов действительно больше, чем ответов – согласился Игнат. – Горын, а тебя-то где носило?

Семен ухмыльнулся и произнёс:

- Пока вы стояли, как три тополя на Плющихе, в этом коридоре, я бегал и открывал форточки, чтобы разогнать весь этот дым. А ещё я видел, как ребята с Набережной смеялись в школьном туалете и вылили в унитаз какой-то реактив из кабинета химии.

- Ты хочешь сказать, что это они устроили весь этот балаган?! – чуть не подскочил Запал.

- Скорее всего.

Директриса закончила чтение нотации и велела продолжать занятия. У Шрама и Горына следующим уроком была физкультура.

- Итак! Сегодня у нас зачёт по бегу на один километр! – вещал физрук. – Бегут все! Это государственный зачёт!

- Алексей Викторович я себя неважно чувствую – поднял руку Игнат. – Разрешите сдать зачёт в другой раз.

- Да, Данковский, я прекрасно знаю, что ты «сдыхаешь» на половине пути! – саркастически произнес препод. – Но сегодня ты побежишь или будешь мыть спортзал до конца одиннадцатого класса! Все ясно?!

Шрам понял, что ему придётся испытать очередной позор. Он очень плохо бегал, не мог держать дыхание, да и ноги быстро уставали. Мысленно прокляв всё на свете, подросток пошёл в конце строя на беговую дорожку. Горын, как мог, пытался подбодрить своего товарища:

- Да не переживай ты так. До этого не укладывался и ничего. Через пару дней всё забудется.

- Ну да, тебе легко говорить, а мне опять потом терпеть насмешки. Вон, глянь – Шрам кивнул в сторону парней с Набережной – эти уже ухмыляются.

- Да плюнь ты на них и забудь! Главное, до финиша добеги!

- Постараюсь.

Класс подошёл к месту старта. Физрук ещё раз всех пересчитал и велел выходить на исходную.

- Ну что, урод, опять на полдороги «сдохнешь»? – раздался голос одного из врагов у Шрама за спиной.

- Да он и половины не осилит! – подхватил другой.

Но тут Алексей Викторович дал свисток, и все побежали.

Шрам бежал очень медленно, стараясь держать дыхание и экономить силы. Его обогнали все, даже девчонки. Когда он добежал до отметки триста метров, весь класс уже миновал половину пути. И вдруг подросток неожиданно понял, что нисколько не устал и может бежать не просто быстрее, а очень быстро! Он усиленно заработал ногами и стал сокращать расстояние, догнав одноклассников на отметке семьсот метров. Последние сто метров он уже бежал в гордом одиночестве с приличной спринтерской скоростью и финишировал первым, перевыполнив норматив на сорок секунд.

Увидев это, физрук замер с открытым ртом. Для него, как и для всех других, это было громом среди ясного неба. Впрочем, для самого Игната это тоже было потрясением и не первым за последние сутки…

После уроков Запал ждал своих товарищей в гардеробе. Ему не терпелось рассказать о том, что он сегодня получил сразу две «пятёрки» по химии и «пятёрку» по физике. Он почему-то знал все формулы и темы, хотя никогда не учил их, и мог с легкостью ответить на любой вопрос.

- Эй, придурок, где остальных потерял?

Вовка обернулся. За его спиной стояли ребята с Набережной улицы. Их было восемь человек, а возглавлял шайку Ванька Медведев, по прозвищу Бульдозер.

- Чё?! Язык проглотил?!

- Нет. Он просто уже от страха обгадился, вот и молчит, чтоб не воняло! – начал поддевать Сиплый.

- Думаешь, мы забыли, что вы к нашим девчонкам ползали?!

- Запал! Извини, что задержались! – по лестнице спускались Шаман и Бизон. Они видели только своего товарища, и не подозревали о нависшей над ними угрозе.

- Математичка отчитывала нас, вот мы и припозднились… – Андрей оборвал свой монолог. Он встретился взглядом с Бульдозером и понял, что проблем не избежать.

- Ну, чё заткнулся, очкарик?! Не ожидал или твои кореша тебе не рассказывали, как серьёзно они попали?!

- Вань, что тебе нужно от нас?

- Женька, Женька… – Бульдозер миролюбиво похлопал его по плечу. – …лично от тебя мне ничего не нужно. Ты парень нормальный и можешь идти, но вот твои друзья должны ответить,… как следует.

- Ты же знаешь, что я друзей не бросаю.

- Тебе же хуже… Ну, где эти двое?

- Мы тут!

В дальнем конце коридора стояли Горын и Шрам. Они уже осознали свои новые возможности, и теперь в их глазах читалась такая уверенность в себе, что Бульдозер даже сделал шаг назад.

- Отстань от нас! Анька мне нравится. Не смей мешать, иначе пожалеешь! – говорил Семен, шагая по коридору. Его голос звучал подобно грому в пустых сводах школы.

- Если не хочешь проблем, лучше отвали! – сказал Игнат, стоя в полуметре от Бульдозера. Он оказался так близко за какие-то мгновения, никто даже не заметил его приближения.

- Тронешь одного из нас, будешь иметь дело со всеми! Мы друзей в обиду не даём! – последние слова Горына возымели нужный эффект. Им удалось сбить спесь с хулиганов с Набережной улицы. Теперь эти восемь парней были похожи на нашкодивших котят, сбившихся в кучку. Однако Бульдозер сумел быстро взять себя в руки. Он еще хорошо помнил, как эти пятеро разбегались при одном его появлении.