Свет светит

– Я нахожусь у знакомых. Ненадолго. Я хотел встретиться с тобой. Как у тебя дела? Всё нормально? – поинтересовался Илте.

– Да, отлично. Вот, сегодня сдал последний экзамен, теперь на каникулах. Да ты же знаешь, – заметил Алексей. – А как ты, доктор и Хартане? Чем занимаетесь? Что нового?

– Что-то новое постоянно происходит, – рассудительно проговорил Илте. – Ведь движение, а значит и изменения, не прекращается в мире ни на мгновение. Главное, чтобы эти изменения были полезными, направленными и разумными. Обязанность разума состоит в регулярном снижении энтропии этого мира. Вообще-то, в этом и состоит цель моего приезда сюда и встречи с тобой.

– Да, конечно. Я готов. Говори. Я сделаю всё, что необходимо для победы разума, – с чувством проговорил Алексей и многократно усилил своё внимание.

– Спасибо. Дмитрий Викторович так и сказал, что на тебя можно рассчитывать, – уверенно произнёс Илте. – Доктор с самого начала сказал, что ты оптимист. Честно говоря, мы с Хартане вначале думали, что ты… наоборот. Но по мере продолжения твоего пребывания у нас мы убедились, что доктор и в этот раз тоже, как всегда, оказался прав.

– Что ты хочешь этим сказать? Откуда видно, что я оптимист? Я и сам в этом не всегда убеждён, – Алексей хотел уточнить этот вопрос.

– Здесь всё просто, – сказал Илте. – Если ничего не делать и ждать худшего, то так оно и будет. Поэтому пессимизм и скептицизм являются идеологией дураков, лодырей и лентяев. Чтобы достичь чего-то хорошего и полезного, надо сначала подумать и потом приложить значительные усилия для достижения данной цели. Поэтому оптимизм является мировоззрением умных, талантливых и трудолюбивых людей. Мы все оптимисты.

– Да, а ведь действительно, на самом деле, так оно и есть, – согласился Алексей.

– Ну, так вот, – продолжил Илте. – К нам поступили сведения… Подожди. А ты что-нибудь слышал про Гейдельбергский клуб?

– Нет, – честно признался Алексей. – Это какое-нибудь спортивное общество?

– Нет, к спорту этот клуб не имеет отношения, – пояснил Илте. – Это общество людей, занимающих крупные и влиятельные места в области промышленности и финансов в масштабах земного шара. В него входят сто двадцать четыре человека из разных стран со всего мира. Они устраивают ежегодные заседания, один раз в год, в течение одного дня, каждый раз в разных местах. Они стараются не привлекать к себе внимания. Но в средствах массовой информации периодически появляются отдельные статьи о состоявшемся очередном заседании этого клуба. Честно говоря, в этих статьях на три четверти выдумки и только на четверть действительной информации. Но, поразмыслив над этой информацией, можно придти к правильным выводам.

– Я об этом ничего не слышал, – снова подтвердил Алексей. – Удивительные дела происходят вокруг, о которых практически никто из людей не знает. Значит, наша работа будет связана с этим Гейдельбергским клубом? Что мы должны будем сделать?

– Да, именно из-за действий этого Гейдельбергского клуба я сюда и приехал, – подтвердил Илте. – И мне нужна будет твоя помощь. Может быть, она и не потребуется. Но надо быть уверенным, что всё будет сделано точно так, как надо, без осложнений. Исключительно для этого мне и нужна будет твоя поддержка.

– Разумеется, – подтвердил Алексей. – Ты можешь быть уверенным во мне. Что мне надо будет сделать?

– Вот о том, что нам надо будет сделать, сначала необходимо будет подумать, – задумчиво проговорил Илте. – Как я уже сказал, Гейдельбергский клуб проводит ежегодные собрания. На них решаются вопросы управления мировой экономикой, а также теми вопросами политики, от которых зависит деятельность мировых промышленных и финансовых структур. Как ты понимаешь, целью всего этого управления является увеличение прибылей и обеспечение надёжности получения этих прибылей теми людьми, которые входят в этот клуб.

– Ну, это понятно, – сказал Алексей. – Работа моего отца тоже направлена на то, чтобы получить побольше доходов. Конечно, в других масштабах.

– Да, – согласился Илте. – Здесь другой уровень принятия решений и их влияния на жизнь миллиардов людей. В принципе, ничего плохого в регулировании мировой экономики нет. Поэтому деятельность Гейдельбергского клуба до этого времени особенно не привлекала к себе нашего внимания. Но к нам недавно поступили сведения, что на последнем заседании этого клуба, в прошлом году, его члены договорились разработать некоторые меры, которые выходят за границы приемлемых действий. В течение прошедшего года они эти меры должны были разработать. И на очередном заседании этого клуба, которое в этом году состоится послезавтра, они эти меры должны будут принять. После чего начнётся их практическое выполнение.

– Какие такие меры они должны были разработать? – поинтересовался Алексей.

– Вот в этом и заключается первая сложность, – ответил Илте. – Сведения, которые поступили к нам, являются вполне надёжными. Но, тем не менее, их надо перепроверить, чтобы убедиться в их достоверности и уточнить подробности. От этого будут зависеть наши ответные действия.

– Как же мы сможем их перепроверить? У кого спросить? Или есть видео с последнего заседания этого клуба? – спросил Алексей.

– Спросить не у кого. Заседания клуба являются строго секретными, поэтому никакой фиксации и документирования его заседаний не проводится, – пояснил Илте.

– Тогда как же? – удивился Алексей.

– Последнее заседание Гейдельбергского клуба, в прошлом году, происходило в Бурж-ля-Рейн, южном пригороде Парижа. Заседание клуба в этом году состоится послезавтра в городке Лоутон, в английском графстве Эссекс, – сказал Илте. – Нам надо завтра побывать в Бурж-ля-Рейн. От этого будут зависеть наши дальнейшие действия. Возможно, послезавтра придётся посетить Лоутон.

– Хорошо, – обрадовался Алексей, предвкушая путешествие на автомобиле доктора, как в прежнее время. – Когда выезжаем… в смысле вылетаем?

– Нашу поездку надо сохранить в тайне. Поэтому я буду тебя ждать в аэропорту Домодедово. Автомобиль будет ждать нас на парковке около аэропорта, – ответил Илте.

– Договорились, – заключил Алексей.

В течение всего времени разговора Илте и Алексей сидели на лавке, располагавшейся на центральной аллее парка Сокольники. Мимо них проходили люди, занятые своими мыслями и планами. Никто никого не интересовал.

Между тем было уже девять часов вечера. Людей в парке стало совсем мало. Сумерки постепенно усиливались. Были включены уличные фонари, что ещё отчётливее указывало на наступившее вечернее время.

Илте и Алексей вышли из парка, пожали друг другу руки, и каждый из них направился к своей машине. Их автомобили, как оказалось, располагались рядом с ограждением парка на большом расстоянии друг от друга.

Алексей ехал медленно, обдумывая произошедший разговор с Илте и свои планы на два ближайших дня. Когда Алексей вернулся домой, было десять минут одиннадцатого вечера.

– Ну, как погулял? – поинтересовался Пётр Павлович и вошедшего в дом Алексея.

– Вот и молодец. Он имеет право. Все экзамены сдал. Заслужил. Отличник наш, – добавила находившаяся здесь же Пелагея Матвеевна.

– Хорошо. Давно я не прогуливался по Москве, никуда не спеша. Мне это нравится, – ответил немного занятый другими мыслями, но радостный и активный Алексей. – Теперь я на всё лето свободен. Вот планирую свой дальнейший отдых. Хочу на пару дней съездить погулять по Парижу.

– Зачем? В смысле, откуда вдруг возникло такое желание? – удивлённо спросил Пётр Павлович. – Вроде у нас не было таких разговоров.

– Да, Алёша, действительно, зачем тебе туда? Там, в этом Париже…, да мало ли что. Лучше куда-нибудь поближе, – обеспокоенно проговорила Пелагея Матвеевна.

– Ну, не было. А теперь вот я решил съездить. Я там раньше был с тобой сто лет назад, очень давно. А теперь хочу сам там побывать, один. Виза у меня ещё на восемь месяцев действует. Время свободное есть. Что мешает? Да я всего только на два дня, – объяснил Алексей.

– Не сто, а шесть лет назад, – поправил Алексея Пётр Павлович. – Ну, вообще-то, конечно…, я тебя понимаю. Я завтра велю забронировать тебе гостиницу в центре Парижа и составить план того, что можно с наибольшей эффективностью по времени посетить там за два дня. Тогда же определимся с датой твоего вылета.

– Да там эти девки развратные…, – начала Пелагея Матвеевна.

– Нет, не надо мне ничего составлять, никаких планов. Я сам себе сегодня же по интернету забронирую там гостиницу. Я лечу завтра утром. Билет я уже купил, – решительно произнёс Алексей, хотя последнее утверждение не было правдой.

– Ты чрезмерно торопишься, – подозрительно заметил Пётр Павлович. – У вас там договорённость с другими студентами из твоего института? Так, да? Ладно, Дима тебя завтра отвезёт в аэропорт.

– Ну…, – уклончиво ответил Алексей. – Ладно, пусть Дима будет готов выехать отсюда завтра в восемь часов утра.

– Как-то это всё быстро и неожиданно, – недовольно проговорил Пётр Павлович.

– Алёша, ты только смотри там, никуда в плохие места не ходи, ни с кем не связывайся, – дала наставления Пелагея Матвеевна, всё время внимательно прислушивавшаяся к разговору. – Они пусть там как хотят, а ты сам по себе. Понял?

– Хорошо, тётя. Не волнуйся. Я через два дня уже приеду, – попытался успокоить её Алексей.

После ужина Алексей ушёл к себе в комнату, включил свой ноутбук и стал искать информацию об этом Гейдельбергском клубе.

Информации было крайне мало. Да, есть такой клуб, в котором состоят крупные промышленники и финансисты, около ста человек, но кто именно, неизвестно. Они ежегодно собираются на свои заседания, каждый раз в новом месте, и заранее это место неизвестно. Они обсуждают важные вопросы, имеющие общемировое значение, но что именно, неизвестно. Вся информация об этом Гейдельбергском клубе основана только на факте того, что из некоторых небольших гостиниц в маленьких городках Европы раз в год разъезжаются десятки самых богатых людей Земли. Известно об этом становится только после того, как они все уже разъехались.

Определённо, у Илте, а от него теперь и у Алексея, была значительно более подробная информация по этому вопросу, чем у всей мировой общественности.

Но что же им вместе с Илте предстояло сделать? Из каких сведений надо было принять решение об их дальнейших действиях? Вероятно, этот Гейдельбергский клуб захотел слишком многого. «Не за свой кус ты принимаешься. Ты эти кусом подавишься», – вспомнилась Алексею слышанная им давно старинная поговорка. А каким способом они с Илте смогут всем этим воротилам мирового бизнеса помешать? Этого Алексей не знал. Но, наверняка, Дмитрий Викторович знает, что и как надо сделать. А они с Илте сделают всё так, как надо. А интересно, где же сейчас находится Илте? Наверное, у кого-нибудь из знакомых людей в Москве. Знакомые люди были у них во многих странах, в которых они побывали вместе с Хартане. Поэтому и в Москве знакомые люди у Илте, точно, имеются. Дмитрий Викторович живёт в уединении, на многие сотни километров вокруг его дома нет поселений людей, а знакомые люди у него есть везде. Это просто удивительно. Вообще, Дмитрий Викторович вместе с Илте и с Хартане являются удивительными людьми.

С этими мыслями Алексей уснул.

Глава 25

Проснувшись в семь часов утра, Алексей быстро собрался в дорогу и после очередных советов Петра Павловича и наставлений Пелагеи Матвеевны вышел из дома. Во дворе его уже ждал наготове в машине водитель Дима. Алексей сел на заднее сиденье, и они поехали в аэропорт Домодедово.

– Отдыхать? – через несколько минут после начала движения спросил Дима.

– Да. Каникулы, – ответил Алексей.

– Это хорошо. А я вот собираюсь в отпуск через месяц. По крайней мере, Пётр Павлович так мне обещал, – сказал Дима и на секунду задумался. – Собираюсь съездить в Карелию. Как? Хорошо?

– Не знаю. Я там не бывал, – честно признался Алексей. – А что там? Чем заниматься?

– Ну-у-у…, – удивлённо протянул Дима. – А рыбалка? А природа? Красота! Кругом озёра. В каждом полно рыбы. При определённой сноровке всё, что хочешь, ловится. В прошлом году я такую поймал… Короче говоря, большую… На турбазе вечером сядешь на природе, сваришь уху, посмотришь закат. Какие там закаты! А воздух! Ароматы! И одному помечтать, и с людьми поговорить. Лучше не надо!

– Заманчиво. Может быть, соблазнюсь на следующий год, – проговорил Алексей.

– Обязательно надо, – подтвердил Дима.

Алексей был погружён в свои мысли и не особенно поддерживал разговор. Видя это, водитель Дима после рассказа о своих ближайших планах на отдых также не стал больше продолжать беседу.

Через час они подъехали к аэропорту. Дима остановил автомобиль перед входом в терминал. Алексей взял свою спортивную сумку небольшого размера и вышел из машины.

– Дальше я сам, – сказал Алексей через окно. – Провожать не надо.

– Пётр Павлович велел мне побыть здесь до отлёта рейса, – начал водитель Дима.

– Не надо, – повторил Алексей. – Возвращайся домой. Скажешь, что я пошёл на паспортный контроль.

Водитель Дима кивнул головой и уехал. Алексей постоял на улице перед входом в аэропорт до тех пор, пока автомобиль с водителем не скрылся из виду на дороге.

После этого Алексей вместо того, чтобы войти в здание аэропорта, направился вперёд, в сторону автостоянки рядом с аэропортом.

На автостоянке было довольно много автомобилей, почти только иномарки. При их разнообразии они все были похожи друг на друга своей самоуверенной надутостью. Поэтому среди всего этого многообразия автомобилей легко было заметить не похожую ни на какую другую автомашину доктора, Дмитрия Викторовича, около которой в ожидании находился Илте. Алексей сразу его заметил. Но, судя по всему, Илте заметил Алексея ещё раньше. Они издали помахали друг другу руками.

– Давно ждёшь? – спросил Алексей, подходя к автомобилю.

– Полчаса, – буднично ответил Илте. – Я приехал заранее, чтобы нам не разминуться. Садись. Поехали.

– Да, поехали, – поддержал его Алексей, садясь в машину впереди, рядом с водительским местом.

Илте направил автомобиль по шоссе в сторону, откуда Алексей только что приехал, прочь от аэропорта.

Они выехали на боковую дорогу, не доезжая Москвы. Отъехав от поворота приблизительно на один километр, когда рядом не было других автомашин, Илте включил режим невидимости. Внешне вокруг это ничем не проявлялось. Но Алексей уже неплохо ориентировался в манипуляциях на панели управления этим автомобилем и мог понимать смысл некоторых действий водителя. Именно таким образом он понял о включении режима невидимости.

После включения режима невидимости автомобиль оторвался от земли и стал плавно набирать высоту. Все окна в автомобиле автоматически были закрыты.

– Сейчас мы летим во Францию, в Бурж-ля-Рейн, – напомнил Илте.

Илте был сконцентрирован и немногословен. Алексей решил пока не приставать к нему с расспросами.

Автомобиль быстро поднялся высоко над облаками и продолжал движение к намеченной цели. Поверхность Земли была видна плохо из-за множества облаков внизу. Температура в салоне автомобиля нисколько не изменилась.

– Мы летим на высоте двадцати километров, чтобы не мешать интенсивному движению самолётов, которое осуществляется над Европой, – внезапно сказал Илте через сорок минут полёта. – Я, кроме режима невидимости в оптическом диапазоне, включил ещё и режим невидимости для радаров. Поэтому о нашем движении сейчас никто не догадывается. Вообще, наша поездка должна оставаться в строгой тайне.

– Да, конечно, – подтвердил Алексей, также понимавший важность их нынешнего мероприятия.

Ещё через сорок минут автомобиль пошёл на снижение.

Алексей в окно планировал увидеть Париж сверху, но они миновали город, оставив его в стороне от курса движения. Показался небольшой зелёный массив леса.

– Мы приземлимся в Фонтенбло, – сказал Илте. – Там меньше народу.

Действительно, в лесу людей было немного, несмотря на всю его туристическую известность. Выбрав безлюдное место, Илте посадил автомобиль на лесную дорогу и снял режимы невидимости. Машина медленно поехала по лесу. Со стороны можно было подумать, что два приятеля выехали прогуляться в лес, где их уже поджидают девушки.

Через десять минут автомобиль покинул Фонтенбло и по автостраде направился в Бурж-ля-Рейн. Движение на автодороге было довольно интенсивное, с плотным потоком машин. Очень много было грузовых фур, которые закрывали обзор. Марки автомашин были самые разнообразные, значительно отличавшиеся друг от друга по внешнему виду. Это было похоже на конкурс моды среди автомобилей. Такая обстановка была выгодна Илте и Алексею, так как их автомобиль не сильно привлекал к себе внимание своим необычным внешним видом. Они спокойно доехали до южного пригорода Парижа.

Бурж-ля-Рейн представлял собой небольшой город, обладающий определённой привлекательностью, свойственной большинству французских провинциальных маленьких городов, несмотря на тесное расположение рядом с Парижем. Дома в два и в три этажа выглядели довольно нарядно и открыто, с большими окнами и цветами вокруг. На улицах находилось много людей и машин. Примерно половина, или чуть-чуть меньше, людей на улицах имели смуглую или совсем чёрную кожу. Среди людей в полицейской форме также было немало молодых чернокожих девушек. Лица людей были сосредоточенными, а движения скованными. Никто не нарушал порядок, нарушение которого нередко случается в маленьких провинциальных городах России, где можно на улицах встретить шумные весёлые молодёжные компании. Французский маленький город был немного скучноватым.

Автомобиль подъехал к одному из домов в три этажа. Остановив автомобиль перед входом, Илте и следом за ним Алексей вышли из машины. Илте включил вокруг автомобиля по его контуру силовое поле, препятствующее контакту внешнего мира с машиной. После этого Илте и Алексей вошли через стеклянные двери в прихожую, в которой слева находилась стойка администрации гостиницы. Илте протянул Алексею знакомый металлический прибор величиной с горошину, представлявший собой универсальный автоматический переводчик. Такой же прибор Илте вставил себе в ухо.

– Можно получить у вас один номер с двумя кроватями на одну ночь? Самый дешёвый, – тихо русским языком спросил Илте у администратора гостиницы.

Автоматический переводчик одновременно голосом Илте громко сказал это предложение на французском языке.

Администратор гостиницы окинул взглядом молодых людей.

– С завтраком, месье? – спросил он.

Алексей услышал эту фразу на русском языке с сохранением тембра администратора гостиницы в том ухе, где был прикреплён автоматический переводчик.

– Да, но не в номере, а в ресторане отеля, – ответил Илте.

Администратор вопросительно и выжидательно посмотрел на Алексея. Алексей кивнул головой в знак согласия с этими условиями пребывания в данной гостинице. После этого администратор гостиницы, молча, протянул каждому из них по карте, являвшейся электронным ключом от их номера в гостинице, и указал рукой направление к их номеру.

– Наш автомобиль побудет перед вашим отелем до завтрашнего утра? – спросил Илте.

– Я не против этого, месье. Будем надеяться, что ночью молодёжь не устроит беспорядки и не будет поджигать машины. В любом случае, ответственности за ваш автомобиль я никакой не несу, – флегматично ответил администратор гостиницы.

Илте и Алексей прошли по коридору гостиницы в их номер. Две смежные комнаты, в каждой из которых располагались кровать, кресло и два стула, а также ванная комната составляли их номер. Всё было скромно, без изысков и роскоши.

– А как мы найдём гостиницу, в которой в прошлом году происходило заседание Гейдельбергского клуба? – спросил Алексей, когда они вошли в их номер и закрыли дверь.

– В прошлом году заседание Гейдельбергского клуба происходило здесь, в этой гостинице, – ответил Илте.

– Как здесь?! Здесь же… ничего нет, – искренне удивился Алексей.

– В этой гостинице имеется довольно просторный конференц-зал, в котором могут разместиться максимум сто пятьдесят человек, – возразил Илте.

– А ведь так и не скажешь, – продолжал сомневаться Алексей.

– Вот в том-то и дело, что со стороны никто и не подумает о такой возможности, – подтвердил Илте.

Осмотрев номер, Илте и Алексей подошли к окну и выглянули в него. Из него был вид во двор гостиницы.

– Сейчас надо отдохнуть, так как вечером, ближе к полуночи, у нас будут дела, – проговорил Илте и лег на кровать в одной из комнат.

– Хорошо, – согласился Алексей. – Мы ночью куда-нибудь пойдём?

–Мы останемся в этой гостинице. Но пойдём в конференц-зал, – объяснил Илте.

Больше Алексей ничего спрашивать не стал. Он пошёл и лёг на кровать в другой смежной комнате.

Ещё вчера утром он, Алексей, и не думал, что сегодня он вместе с Илте тайно пересечёт границу Франции и окажется в этом маленьком городе, где год назад произошло такое важное событие, о котором практически никто не знал. И от него, от Алексея, в том числе будет зависеть в очередной раз влияние на судьбу всего мира.

Можно предсказать события на основе физических законов природы: солнечные или лунные затмения на длительный период, погоду на короткий период. Но очень сложно предсказать события на основе действий людей: революции, войны, перевороты, политические союзы, финансовые кризисы, развитие или упадок разных отраслей экономики. Действия людей мало предсказуемы, так как люди часто действуют вопреки логике и здравому смыслу, даже несмотря на то, что эти их дела вредят им самим. Поэтому периодически надо помогать людям спастись от них самих.

Так думал Алексей, отдыхая на кровати в номере гостиницы, попеременно глядя то в окно, то в потолок. Трудно сказать, сколько точно прошло времени, но по изменившемуся направлению солнечных лучей было понятно, что день постепенно переходил в вечер.

Алексей встал с кровати и направился в смежную комнату номера гостиницы, где располагался Илте. Илте сидел на стуле, на коленях у него лежал развёрнутый плёночный компьютер, на котором он что-то внимательно смотрел.

– Отдохнул? – спросил Илте, оторвавшись от экрана компьютера и повернув голову в сторону Алексея.

– Да. Я думал, что ты ещё отдыхаешь, – ответил Алексей. – Что там интересного?

– Я смотрю местные новости, чтобы быть в курсе того, что сейчас происходит, и на что обращают внимание люди в данной местности, – пояснил Илте.

– Ну, и что там интересного? – поинтересовался Алексей.

– Да особенно ничего. Борются за свободу сексуальных меньшинств и против безработицы среди мигрантов, – пожав плечами, сказал Илте.

– Ты сегодня не выходил на связь с Дмитрием Викторовичем или с Хартане? – поинтересовался Алексей.

– Нет, сегодня я с ними не разговаривал. Но я планирую поговорить с Дмитрием Викторовичем сегодня попозже, ночью, после того, как мы сделаем то, что запланировали здесь, – проинформировал Илте. – Он тоже хотел тебя увидеть.

– Отлично! – обрадовался Алексей. – А как я хочу увидеть и поговорить с Дмитрием Викторовичем!

– Давай погуляем по городу, пока есть свободное время, – предложил Илте.

– Конечно. Я с удовольствием, – согласился Алексей.

Илте и Алексей вышли из здания гостиницы на улицу. Они прошлись по узким улочкам, посмотрели на витрины магазинов, зашли в маленькое кафе с выраженным кофейным ароматом в нём, погуляли по небольшой площади перед муниципалитетом. На площади и на улицах всё выглядело чисто и аккуратно, но немного в сторону, между домами и с внутренней части зданий валялся мелкими кучками мусор. Однако везде, независимо от наличия или отсутствия чистоты и порядка, ощущалось чувство отсутствия развивающейся жизни, которое бывает в музеях, где выставлены напоказ прошлые события и нет живого движения в окружающей обстановке.

Через два с половиной часа прогулки, когда вокруг сгустились сумерки и давно уже зажглись на улицах фонари, Илте и Алексей вернулись в гостиницу. За стойкой администрации стоял сейчас другой человек, у которого была сегодня ночная смена. Взглянув на Илте и Алексея, он ушёл к себе в служебную комнату, полуотворённая дверь в которую находилась позади от стойки администрации.

Илте и Алексей вошли в свой номер. Илте сел на стул, Алексей расположился на другом стуле в той же комнате.

– Народу в этой гостинице сейчас мало, – начал Илте. – Через полтора часа все успокоятся. Тогда мы поднимемся на верхний этаж и войдём в конференц-зал, чтобы никто не заметил.

– Хорошо, – Алексей понимающе покачал головой. – Я пока посмотрю телевизор.

Алексей ушёл в свою комнату, сел на кровать, включил телевизор, переключил несколько каналов и остановился на каком-то документальном фильме о жизни диких животных в Африке. Он смотрел этот фильм, но не сильно вникал в его суть. Алексею просто был нужен внешний фон, связанная меняющаяся картинка, чтобы отвлечься и занять время.