- -
- 100%
- +
– В номере в конце коридора что-то случилось! – подбежал испуганный мужчина в красном халате и только одном тапке.
Малыш Джеффер отступил на пару шагов, затем ринулся на дверь, как бык на красную тряпку. Дверь, слетев с петель, рухнула. Джеффер не удержался и полетел вслед за ней. В номере было темно, но инфракрасные линзы помогли увидеть нечто здоровенное, грозно возвышающееся над изуродованными человеческими останками. Формой оно напоминало прямоугольное одеяло с множеством щупалец разной длины и толщины, которые непрестанно извивались, хватали и рвали все, что попадалось. Клочья человеческого мяса с брызгами крови летели во все стороны.
– Стреляй! – заорал Джеффер.
Но, увидев «охотников», чудовище, одним ударом тела проломив стену, рванулось в соседний номер. Монстр, издав звук, напоминающий визг собаки, скрылся в проломе. Всеслав принялся стрелять в пролом.
Дверь соседнего номера вышибить не успели, она вылетела сама, так сильно ударив Ксана, что, вскрикнув от сильнейшей боли, он кубарем покатился по коридору. Малыш Джеффер сползал по стене, оставляя на ней кровавый след. А по коридору удалялось темно-серое «одеяло»… И еще два человека, не успевшие убежать, лежали в лужах крови, сокрушенные ударами щупалец, изломанные и исковерканные… Пламя бластера ударило прямо в монстра. Он ужасающе заревел и, достигнув конца коридора, метнулся на лестницу. Внизу сухо хлестнули пистолетные и автоматные выстрелы, тонко, по-бабьи, закричал Спирроу. «Ангелы» выскочили в холл. Спирроу сидел на полу и пытался облегчить боль в изуродованной, окровавленной руке.
– Я-я с-стрелял, с-стрел-лял, а оно уш-шло, – еле выговорил он.
Хуже всего пришлось швейцару. Дед лежал, раскинув руки, лицо, превращенное в кровавую кашу из костей, мозга, кожи и мышц, глядело почти вытекшими глазами в потолок, старенький ржавый пистолет валялся у его ног.
А теперь стреляли уже на улице, щелкали одиночные пистолетные выстрелы, шипели бластеры, автоматы дробно выпускали одну очередь за другой. Тарх и Райдер, перекрывая грохот, отрывисто отдавали приказания.
В холл спустились Стропов и Блейк. Побежали на звуки выстрелов, по дороге попалось два изувеченных тела в полицейской форме. Догнали Райдера.
– Так вот ты какой, мерзкий монстр! Мы пытаемся преследовать его, но здорово мешает темень и туман, – сообщил он, отирая пот со лба.
– Оборотень, язви его за одно место! Обыкновенные пули не действуют, а заговоренным серебром поиздержались! Освятить некому! – выругался Всеслав. – Ни у кого в роду шаманов не было? Сплясать с бубном перед нечистой силой! А лучше всего святой водой запастись!
Погоня всегда была для десантников особым развлечением, пробуждавшим охотничьи инстинкты далеких предков. Что бы там ни говорили проповедники чаньляонцев, а человек по своей сути всегда был хищником. Как оказалось, монстр отступал в сторону особняка губернатора, словно тварь и, правда, решила закончить ночную пирушку фуршетом в виде бифштексов из семейства местного правителя. Светало. Предутренний туман поредел, чтобы рассеяться с первыми лучами дневного светила.
Тварь стала выглядеть четче и представляла собой просто великолепную мишень. Всеслав стал на колено, проверил параметры штурмового бластера, прицелился и промазал, хотя считался очень недурственным стрелком. Чудовище метнулось в парк, окружавший дом губернатора, чтобы раствориться в зарослях диковинных растений. И кто теперь стал охотником, а кто дичью?
Шум, пальба, крики взбудоражили весь город, в том числе и обитателей губернаторского особняка. Проснулись даже начальник и заместитель начальника местной полиции, причем не только проснулись, но и разбудили три десятка своих подчиненных, похожих на стадо зашуганных барашков. Деколь был бодр, смел, либо старался таковым выглядеть, деловито осмотрелся и недоуменно пожал плечами, увидев штурмовой бластер в руках Всеслава.
– Вы говорите, потеряли монстра здесь? – спросил он и встревожился. – А если он проник в дом губернатора?
Губернатор вначале крепко испугался, увидев такое количество вооруженных людей, затем спешно распорядился препроводить всех домочадцев в гостиницу под охрану полицейских. Жена губернатора появилась первой, она была бледна, встревожена, но сохраняла достоинство светской дамы. За ней вбежали сын губернатора, потом несколько перепуганных горничных и слуг и, наконец, юная леди Джейн. Подчеркнуто спокойная, девушка несла на руках своего любимца, кажется, он звался Черш.
– Ты почему опоздала, Джейн? – строго спросил губернатор.
Она смерила взглядом Гривса, потного, окровавленного, грязного, словно кабана, вывалявшегося в лесной луже, нервно фыркнула, как дикая кошка, и закрыла нос надушенным платком. Обыск дома и прочесывание парка ничего не дали. Монстр исчез, растворился в воздухе, дематериализовался при свете дня. Короче, что оно такое – не известно, но, без всякого сомнения, материализуется ночью и будет очень голодным.
* * *Настроение было хуже некуда. А почему ему, собственно, быть хорошим, когда ночь забрала девятнадцать жизней, включая жизнь Малыша Джеффера. Райдер, пытаясь всех утешить, предположил, что, может быть, это чудовище издохло от полученных ран. Гривсу, тоже попадавшему по нему из бластера, почему-то не верилось в подобный исход.
Ксан мрачно выпил «тоника» из армейского пайка, плеснул туда немного рома и выпил, хотя не любил спиртного даже в таких мизерных количествах.
– Я буду в своей комнате! Всем отдыхать! Это приказ! Райдер! Я сказал спать! Всеслав, ты что-то прошептал там? Можешь меня послать, можешь помолиться в углу, поплясать с бубном, но после этого тоже марш спать!
Гривс молча скинул сапоги, устало, не раздеваясь, плюхнулся на кровать и закрыл глаза. Сон не приходил, а питаться успокоительными таблетками не хотелось. И так всякой химии в организме хоть отбавляй. Мысли путались, усиливая головную боль. Военным всегда больно думать, а вот анализировать ситуацию можно, даже если «соображалка» исчерпала моторесурс после столь бурной ночи.
«Что мы имеем или кто имеет нас? Тьфу, явно мозги от усталости повернули мысли не в ту степь. Разумен ли этот монстр? Грамотно уходит, прячется лучше заправского рейнджера, разве что только не разговаривает, вернее, не имеет речи в привычном человеческом понимании. В просторах Галактики, говорят, встречается всякое.
Странно, почему жертвой оно избрало именно Хейга? Из всех находящихся в городе выбрало именно его, детектива, который приехал разбираться в здешних кровавых и страшных происшествиях? Как это получилось? Совпадение? Скорее всего… Но подобные совпадения всегда наводят на мысль о закономерностях, которые надо проверять.
Скажем, Хейг откопал такое, что напугало кровожадного убийцу, за что и поплатился. Что же такое мог успеть сделать и узнать Хейг за один, да и то неполный день? Начнем по порядку. Утром прилетели на эту планету. Затем прием у губернатора.
Потом десантники ушли, а Хейг с Вазилисом еще долго там оставались. Вазилис уехал на вездеходе к старателям, а Хейг вернулся в гостиницу и больше оттуда не выходил, соблазняя весь вечер дежурную по этажу и, на горе той, удачно. Следовательно, в гостинице узнавать о его последних часах не у кого. Разве что побеседовать с Джейн? Хейг довольно долго с ней разговаривал, сыпал комплиментами. Может, она что-нибудь запомнила?»
Это была последняя здравая мысль, а потом Гривс забылся тяжелым, без сновидений, сном на несколько часов.
* * *Джейн обрадовалась, увидев командира десантников, гладко выбритое, чистое лицо которого вызывало гораздо больше доверия в этот момент, нежели на поле сражения. Как и в предыдущие встречи, на руках у девушки находился неизменный Черш. Вот только когда они с ней целовались вчера, зверька поблизости не было. Джейн села на мягкий, обтянутый светло-коричневой обивкой диван, указав грациозным жестом на место рядом с собой, куда Ксан не замедлил усесться. Слуга, или как он там называется на этой планете, принес по коктейлю. Гривс вскользь упомянул о ночных событиях, но даже беглого рассказа хватило для того, чтобы Джейн ахала, всплескивала руками, раздражая при этом домашнюю зверушку, которая недовольно шипела и скалила острые клыки.
– Джейн, ты случайно не помнишь, о чем с тобой разговаривал Хейг?
– А зачем это? – удивилась она. – Он весьма галантен.
– Еще сам толком не знаю. Но вдруг это натолкнет меня на какую-нибудь дельную мысль?
– Каким образом? – ее недоумение росло. – Вы изучали уголовное право и психологию преступлений?
– Трудно сказать, чего я не изучал, но нас, «черных ангелов», ко всему прочему учат мыслить ассоциациями и абстракциями, – сочинял Ксан и, надо отметить, не без успеха. – И твой рассказ может меня на что-нибудь этакое натолкнуть!
– Ну ладно, если уж так надо, – не очень довольным тоном произнесла Джейн, предпочитая более романтическое общение с симпатичным, мужественным космодесантником, и задумалась. – Постараюсь вспомнить! Вообще-то ни о чем серьезном мы с ним не говорили. О каких-то пустяках. Хейг сыпал комплиментами, рассказывал анекдоты, всякие истории из своей жизни, интересовался нашими порядками, расспрашивал об освоении планеты, про Черша спрашивал, о том, откуда отец его привез, о погоде, нашем зверинце на окраине Города. Подробней не помню.
– Хм, – ожидаемого прояснения рассказ девушки не принес. – А с кем он еще разговаривал?
– С отцом, с начальником полиции, может, еще с кем-то, я за ним не следила! Уже уходишь?
– Да, и так задержался. Дела, сударыня, они даже на этой забытой планете дела. Но без поцелуя я уйти не смогу, сразу надорвусь на работе без этой моральной поддержки!
И Джейн сразу оттаяла.
Минут десять выйти от нее Ксан все-таки не мог.
Да и не сильно хотел, но воинский долг заставил.
* * *Так как никаких новых идей не появилось, оставалось одно – опять ночное патрулирование.
Монстр практически каждую ночь выходит на охоту, так что шанс встретиться достаточно высокий.
Не надо быть учеником Нострадамуса, чтобы разобраться в причине резкого уменьшения числа добровольцев среди полицейских.
– Некоторым оказалось проще положить на стол свой полицейский жетон, чем решиться на ночной поход по городу, – размышлял вслух начальник полиции Жар Деколь.
– Да разве можно чувствовать себя в безопасности даже дома в этом проклятом городе? – мрачно отозвался Гривс. – Дверные засовы не преграда для этого монстра-убийцы! Трястись целую ночь в ожидании возможной гибели!
– И все же, несмотря на страх, сидеть дома значительно легче, чем идти в ночь и туман навстречу смерти. О да! У нас давно не было преступлений, и полиция просто расслабилась. Любителей повоевать осталось совсем немного, да и часть этих героев уже распростилась с жизнью во время ночных облав. А свою жизнь все остальные ценят очень высоко и не желают ею жертвовать ради нескольких строчек в отчете и эпитафии золотыми буквами на кладбище. Боюсь, что скоро начнутся массовые побеги с планеты.
– Ну и сколько человек все-таки придет к нам на помощь? Если придут, конечно. Мы не против быть охотниками, но по законам жанра охотникам нужны грамотные загонщики.
– Семь смельчаков все же сыскалось, а для лучшего распределения по группам к ним добавится и мой заместитель. Он не откажется, вот это гарантирую, – ухмыльнулся Деколь. – А малое число добровольцев объяснимо. Кто же виноват, что ваш ночной поединок закончился столь плачевно?
Прав, тысячу раз прав начальник полиции. В этом мире, конечно, никто не совершенен, но допускать ошибки, повлекшие за собой столько смертей, недопустимо. Да, редко кому удавалось так уесть десантника, причем по делу ткнули в грязь, абсолютно по делу.
Хотя, если задуматься, то вины «черных ангелов» в этом почти не было. Их просто бросили в бой без особой помощи и подготовки. Это разведка боем, а она всегда чревата потерями, но Ксан продолжал себя винить в гибели Малыша Джеффера.
– Ты думаешь, та мразь цела? – лицо Райдера светилось слабой надеждой на возможный положительный ответ.
– Думаю, да! Клянусь рисовыми плантациями чаньляонцев. Похоже, оно еще и обладает скоростной регенерацией, наверно, сейчас у него даже ничего не болит!
– Слушай, Ксан, мне страшно, – признался Райдер.
– Думаешь, из меня храбрость так и прет? Наверное, лучше было сидеть в монастыре и питаться кузнечиками, чем искать приключений на этой убогой планете. Но от судьбы не уйдешь!
Появился нервный Сток Палинт, героического настроя ему явно не хватало. Из семи полицейских, пришедших вместе с заместителем начальника полиции, двое Гривсу были знакомы. Это Стропов и Блейк, с которыми пришлось вышибать дверь в гостиничном номере Хейга.
– Есть ли толк во всем, что мы собираемся делать? – спросил, сомневаясь, Всеслав. – Четырьмя группками по три человека обходить весь город. Мы не знаем, где возьмет и появится эта кровожадная гадость, которая без особых хлопот расправлялась и с большим количеством вооруженных людей!
– Вазилис вернулся, – вдруг сказал Сток Палинт.
– И что откопало это светило криминального сыска? – заинтересовался Тарх.
– Он прокатился без пользы, не добавив ни грамма информации, которая могла бы ускорить расследование. Узнав о гибели Хейга, он страшно испугался и тут же снова уехал в старательский поселок. Похоже, в ближайшее время он предпочтет не возвращаться в город, усиленно изучая животный мир планеты, – криво усмехнулся Палинт, желая Вазилису, как минимум, чирий на задницу.
И это было тем более понятно, что тот сбежал, а самому Стоку Палинту предстояло идти в ночь, искать встречи с ужасающей неизвестностью, а то и со смертью. Чем меньше времени оставалось до наступления темноты, тем сильнее было чувство собственной неуверенности.
Неуверенность. Хорошо это или плохо? Для процесса самокопания во время отсидки в одиночной камере анализировать собственные страхи весьма полезно, да и время бежит быстрее. А вот устраивать умственное самоистязание на задании вредно, это может повлечь за собой печальные последствия. Вот и сейчас, к чертовой матери это самокопание! Пора выводить людей на ночную охоту.
За окном небо тускнело. Горожане в страхе ожидали приближения ночи, запирали двери на многочисленные засовы, баррикадировали двери и с тревогой прислушивались, не идет ли их смерть. Прошлой ночью десантники так и не сумели избавить обывателей от животного страха. Гибель Малыша Джеффера, такого жизнерадостного, такого сильного и здорового, не только вызвала горечь, но и усилила боязнь, которая свойственна всем людям, у которых не атрофировано чувство самосохранения.
А вот женщины… Они часто являются анестезией для чувства самосохранения, но их любят не только за это и в основном не за это. Гривс достал из кармана радиофон и набрал номер Джейн.
Девушка не отвечала достаточно долго, но все-таки через некоторое время в динамике послышался явно встревоженный голос красавицы.
– Приветствую самое очаровательное создание этой планеты! – стараясь изобразить светский тон, говорил Ксан. – Мы тут собираемся на ночную прогулку по городу. А как там у вас дела?
– Папочка приказал забаррикадировать все двери, заделать все окна, собрал для охраны чуть ли не всех полицейских вместе с начальником полиции. Прямо смешно!
– Неужели сударыня не боится?
– Нет… Ну не совсем, чтобы не боюсь, но с такой охраной, я думаю, ничего не случится. Мог бы во время ночных хождений по городу заглянуть и в наш дом, проведать меня.
– Постараюсь, – неуверенно произнес десантник, – если путь пройдет поблизости от вашей резиденции.
– Во сколько появишься? – хитро спросила Джейн, а потом таинственно прошептала, – я хочу тебя!..
– Постараюсь быть поблизости около полуночи.
Разговор окончился как-то совсем эротично, и Ксану стоило изрядных трудов усмирить плотские желания и вернуться к обязанностям боевого командира. На этот раз в группе с Гривсом шли Блейк и невысокий крепыш по имени Харди. Оба настороженно водили дулами автоматов по сторонам. Ночь была такой же, как и прошлая: плотный густой туман вокруг, тусклый свет фонарей и призрачное мерцание окон, ни черта не видно уже в пяти шагах, даже свои руки можно разглядеть с трудом. Самое обидное и неприятное, что линзы, помогающие видеть в кромешной тьме почти так же, как в ясный день, в этом царстве тумана оказались бессильными. «Чок! Чок!» – отдавались шаги, эхо металось испуганной птицей между стенами домов. Блейк и Харди старались держаться поближе к командиру, отдавая дань подготовке космодесантника из спецподразделения «Черные Ангелы» и еще бластеру, по сравнению с которым автоматы – просто детские игрушки.
Стали мерещиться то какое-то мельтешение за завесой тумана, то странные запахи, то подозрительные звуки. К тому же не покидало чувство, будто чьи-то внимательные пронизывающие глаза неотрывно следят за каждым шагом Ксана Гривса, за каждым его движением. От этого ощутимее появлялся холодок между лопаток, и неприятное предчувствие перехватывало дыхание. Один раз Блейку что-то почудилось, и он полоснул очередью по черно-серой мгле из автомата, вызвав панику среди жителей этого квартала. Где-то сразу же погасили свет, где-то, наоборот, зажгли.
– Ты чего? – испуганно спросил Харди Блейка.
– Показалось, – виновато пояснил тот.
Движение продолжалось. Ксан взглянул на часы, но для этого их пришлось поднести почти к самым глазам. Оставалось всего сорок пять минут до полуночи. Вспомнив об обещании, данном Джейн, решил свернуть в сторону губернаторского дома. Подумал о том, что губернатор вместо заботы о людях его планеты трясется лишь за свою шкуру, закрывшись в особняке вместе со сворой полицейских. А впрочем, Бог ему судья! В своих действиях он мало чем отличался от большей части чиновников своего ранга. Это некоторые люди начинают презирать со временем свой страх. Невозможно же столько часов кряду трястись в трусливой лихорадке! И уже хотелось просто расслабиться, забыться. Но предчувствие подстерегавшей опасности не покидало, и следовало быть таким же осторожным, как и в начале патрулирования.
До особняка губернатора оставалось совсем немного. Трехэтажное здание с широкими, ярко освещенными окнами возвышалось над слившимися в сплошную массу деревьями и кустами и даже среди ночной тьмы и густого тумана, пусть и нечетко, его можно было разглядеть с более далекого расстояния, чем другие дома. Подошли к украшенным причудливыми виньетками воротам темного парка, они оказались открытыми.
Что-то зашуршало в траве, но шорох очень быстро стих и более не повторялся. Темные массивные деревья шатром накрывали дорогу, создавая причудливый эффект сказочного тоннеля. Их широкие стволы и раскидистые кроны, полускрытые туманом, представлялись телами и щупальцами фантастических животных. Здесь в отличие от улиц города царило полное безмолвие, даже шагов не было слышно. Все звуки поглощались растениями.
Неслышно из-за деревьев возник жуткий силуэт уже знакомого монстра, который стремительно понесся навстречу. Одновременно с криками ужаса Харди и Блейка начал стрелять и десантник. Ствол бластера изрыгнул ослепительный огонь, желто-зеленым вспыхнула пара деревьев, раздавшийся после этого пронзительный визг чудовища чуть не разорвал барабанные перепонки. Монстр, как-то сразу съежившись, метнулся под защиту мощных стволов парковых деревьев. Опомнившись, вдогонку ему послали автоматные очереди Блейк и Харди. Но и на этот раз убийце удалось скрыться, зато этой ночью никто не погиб.
* * *Разбудил командира Райдер, точно такой же не выспавшийся, злой, но информация, полученная из центра, не давала времени на просмотр сновидений.
– Пришел ответ на наш запрос, – сказал он. – Вот, посмотри!
Чтобы восстановить мыслительные способности, Ксану пришлось спешно пойти в ванную комнату, принять душ, затем проглотить две тонизирующие таблетки. После этого можно и обдумать информацию: «На ваш запрос отвечаем. Существ, сходных по описанию с вашим, в каталоге не зарегистрировано. Но среди проверенной компьютером информации выявлен случай, который может вас заинтересовать.
Шесть месяцев назад (11/4) патрульным крейсером Звездного Флота "Орион" был обнаружен в 17-м секторе транспортный звездолет "Атлант". Звездолет не отвечал на запросы и казался неуправляемым. Капитан «Ориона» принял решение обследовать звездолет и высадил на него десантную партию. На "Атланте" обнаружены многочисленные пятна крови, оторванный мизинец, следы борьбы: стены звездолета местами оплавлены, судя по всему, выстрелами из бластеров и огнеметов. Тела членов экипажа, их убийц или убийцы не найдены.
Из кассеты бортжурнала, стертой по какой-то невыясненной причине, эксперты сумели выжать несколько обрывков фраз. В основном это не несущие информационного смысла слова, но ближе к концу проскочило следующее: "…Похожий на прямоугольное одеяло с щупальцами". По мнению специалистов, не исключена связь случившегося на транспортном звездолете "Атлант" с событиями, происходящими на Альдамире. Отчет подготовлен сотрудником Центра Реем Ткаченко».
Ксан отложил сообщение в сторону и задумался. Смутные подозрения приобрели реальные очертания.
– Райдер! – закричал Гривс. – Срочно передавай в Центр! Мне нужно знать…
* * *До наступления сумерек оставалось еще два часа. Ксан бормотал под нос любовную песенку и торопливо направился к дому губернатора. Открывший дверь привратник сообщил, что губернатора с женой пока нет дома, но примерно через полчаса они должны вернуться.
– Ничего. Поговорю с их дочерью.
– Может, лучше с сыном? – поинтересовался привратник.
– Нет, с леди Джейн, – настоял десантник и погрозил слуге кулаком в боевой перчатке. – Я не привык, чтобы мне перечили, когда я на работе. Ясно?!
Спорить дальше с «черным ангелом» привратник не решился и покорно провел в гостиную.
– Извините, придется минутку подождать, пойду сообщу о вас леди Джейн, – привратник вышел, оставив гостя рассматривать убогие картины в тяжелых золоченых рамах да большой темно-коричневый стол с резными позолоченными стульями вокруг.
Ознакомление с гостиной закончилось с появлением Джейн. Как и ожидалось, у нее на руках был неизменный Черш, как всегда пушистый и полусонный. Наверно, Джейн дома почти никогда с ним не расстается.
– Рада видеть! – мило сказала Джейн.
Гость галантно поклонился, поцеловал даме руку, и девушка в ответ шутливо присела в изящном реверансе. Дочь губернатора указала на мягкие кресла, стоявшие возле столика, и знаком приказала горничной принести легкий тонизирующий напиток.
– Знаешь, Джейн, мне нужно выговориться. Это, наверно, нахальство с моей стороны, но надеюсь, ты станешь моим слушателем!
– Что ж, – пожала она плечами, – согласна побыть твоим исповедником. А на какую тему ты собираешься выговариваться?
– Да все о ночных происшествиях.
– О, это интересно! Я готова внимательно слушать! Весь город в связи с последними событиями превратился в клинику для умалишенных. Когда же это все закончится?
– Как бы начать?.. – растерянно потер переносицу спецназовец, а это был явный признак, что Гривс действительно нервничал. – Понимаешь, мне показались чересчур разумными действия этого кровожадного хищника. Посуди сама! Стоило нам прилететь, как один из прибывших, а именно детектив Хейг, погибает в первую же ночь. Именно на него, единственного, нападает монстр. Конечно, может быть и совпадение. Всякое происходит в нашем мире! Но на следующую ночь нападают уже на меня. И создается впечатление, что нападение произведено из заранее подготовленной засады. Нас было трое в парке, атаковал же монстр именно меня. Случайность? А если нет? Но возникает другой вопрос: почему нападения были совершены именно на Хейга и меня, а не на Вазилиса или моих друзей? Что же спровоцировало эти атаки? Может быть, мы на что-то натолкнулись и тем самым невзначай напугали убийцу? Но мы ничем похожим не занимались, вот только я и Хейг перед тем, как на нас нападал монстр, беседовали с тобой, Джейн!
– Ты хочешь сказать, что я – то чудовище, которое по ночам убивает людей? – засмеялась девушка с еле скрытой долей негодования и недоумения.
– Подожди, не перебивай. А ночное нападение на меня произошло именно в то время, в какое я пообещал тебе подойти…
– Не понимаю! У тебя… – хотела возмутиться Джейн, но как-то осеклась на полуфразе.
– Как Черш попал к твоему отцу? Вспоминайте, мисс. Это очень важно.
– Отец как-то рассказывал, что подобрал его в космопорту планеты Гелеи… Это что, так важно?
– Именно туда был доставлен транспортный звездолет «Атлант» после обнаружения патрульным крейсером. Знаешь, что за вопрос я послал в Центр? Я спросил, обнаружили ли хоть какое-нибудь живое существо на его борту? И что, ты думаешь, мне ответили? На борту «Атланта» было найдено маленькое пушистое существо, напоминающее земного кота с шестью лапами. Это существо сидело в капитанской каюте, спрятавшись в шкафу. Оно случайно потерялось в космопорту Гелеи. Кого тебе напоминает это описание?