Мы будем любить всегда
- -
- 100%
- +
А неунывающие близнецы одинаково моргнули светлыми ресницами, сдвинули к переносице брови и совершенно спокойно заметили, что надо все узнать.
– Узнаем, – заверил Кир с самым серьезным видом.
Но дни тянулись, одинаковые и скучные, заполненные глупой детской возней, ссорами, криками и обязательными завтраками, переходящими в длинный обед, а после в ужин. В здешнем крейсере, видимо, не водилось даже планшетов, поэтому лишенные привычных игр и мультиков дети буквально изнывали от скуки.
Дина надеялась подремать еще немного, так быстрее тянулось время, но резкий крик со стороны изголовья заставил подняться и оглядеться. Рядом находилось койко-место Егора, под ним спала Жанка, а через проход устроилась парочка десятилетних мальчишек, наглых и шумных. Сейчас парнишка, который находился ниже, пытался стянуть одеяло у верхнего соседа, а тот в свою очередь старался пяткой заехать сопернику по голове.
А орал в этой суматохе шестилетний пацаненок, чье место было на самом первом ярусе, потому что эти двое мешали спать, видимо. Или еще по какой-то только ему одному ясной причине.
Иными словами, соседи по койкам не давали покоя.
Егор еще сопел, невозмутимо спрятав голову под подушкой, а место Жанки уже пустовало. Скорее всего, отправилась приводить себя в порядок.
Дина вздохнула, откинула байковое синее одеяло и по узкой лесенке проворно спустилась вниз, по пояс замотавшись простыней. Натянула кроссовки, липучки которых тут же высветили внутреннюю температуру и влажность подошвы, сами застегнулись и мигнули веселыми огоньками. Чистая одежда находилась рядом, на светло-бежевой движущейся дорожке, под которой находились ряды полок. Ставшая знакомой до надоедливой скуки футболка и неизменные серые штаны, мягкие изнутри и снаружи.
Дина проворно оделась, забросила простыню на свой третий ярус и отправилась в душ. Одно радовало: душевые кабинки, закрытые матовыми пластиковыми панелями, были абсолютно изолированными. Хоть в душе можно было побыть одной.
Вода из тонких отверстий в потолке не лилась сплошным потоком, а окутывала тело плотным паром. Сначала, после нажатия первой серебристой кнопки, она подавалась густоватой субстанцией, содержащей моющее средство, ароматное и легкое, после которого не щипало глаз и тело вовсе не казалось скользким или мыльным. А потом надо было жать на желтую кнопку, и пар становился легким, почти прозрачным и полностью очищал тело.
Кнопки располагались на полу, прямо под ногами, и можно было довольно просто управлять всем этим делом. Достаточно наступить на кругляшки большими пальцами.
Сразу после душа – сушилка. Комнатушка, где из пола и стен подавался теплый воздух, высушивающий за пару минут и тело, и волосы. Там же Дина обычно и одевалась.
Жанку она застала около большущего зеркала, занимавшего всю стену длинного коридорчика с множеством душевых кабинок. Ее отросшие темные пряди после бестолковых воздушных струй сушилки торчали в разные стороны длинными темными стрелками, и подруга пыталась привести их в порядок.
– Что нового? – скорее для порядка, чем из интереса спросила Дина, становясь рядом и вглядываясь в собственное лицо.
Жанка, стянув на затылке хвост, повернулась, серьезно глянула, прижала к губам тонкий пальчик и выразительно округлила глаза. Потом зашептала, что после завтрака все собираются в одной из сушилок.
– Там будут близнецы, у них есть кое-что новенькое, – сказала она так тихо, что Дина с трудом разобрала слова.
– В сушилке? В какой? – удивилась Дина.
Видимо, в этот момент выражение ее лица стало совсем бестолковым, потому что Жанка закатила глаза, подняла брови, покачала головой и после, приблизив губы к уху Дины, яростно прошипела, что надо просто включить мозги и не тормозить.
– Не болтай! – Жанка вцепилась в запястье Дины и с силой сжала его. – Мы бы тебя не позвали, да близнецы захотели. Они сказали, что Колька потому с тобой дружил, что ты всегда была толковой. Не подведи нас! Никто больше ничего не знает, даже Ире не сказали. На всякий случай. Только мальчики, я и ты.
Дина лишь кивнула и постаралась не таращиться с глупым видом на важную Жанку.
2Душевые кабинки с сушилками и туалетные комнаты находились в длинном и узком коридоре, одна стена которого представляла собой сплошное зеркало, а вдоль второй длинным рядом тянулись светло-серые полупрозрачные раздвижные двери.
Коридор с одного конца соединялся с игровой, а с другого заканчивался массивной железной дверью, всегда запертой. Дети со станции Моаг никогда не выходили из тех помещений, в которые их поместили.
Большая столовая с множеством столиков, скамеек, посудных шкафов и полочек с карандашами, тетрадками и книжками примыкала к игровой. Кубики, конструкторы и игрушечные машины занимали нижние ярусы шкафчиков, а наверху можно было найти даже коробки с шахматами и игральные карты. Множество конфет в высоких пластиковых контейнерах, множество странных длинных орехов, которые оказались очень вкусными. Множество непонятных высушенных фруктов и длинных, узких пастилок – всего этого водилось на крейсере инопланетян вдоволь, и все это было доступно даже пятилетним малявкам.
Дина конфетами и орехами не увлекалась. Ей нравились здешние лепешки – неизменный ежедневный завтрак. Зеленовато-желтые, испеченные из странных неизвестных злаков, они слегка хрустели и обладали невероятным вкусом. Дине нравился этот вкус, он чем-то напоминал картофельные чипсы, но был гораздо тоньше и немного мягче. Теплый вкус сытного завтрака.
К лепешкам полагалось три соуса: красновато-розовый, сливочно-желтый и абсолютно белый. Розовый, видимо, содержал в себе немного мяса, желтый обладал сырным вкусом, а белый – сладким. Дина каждое утро ела лепешки со всеми тремя соусами и запивала густой белой и кисловатой сывороткой, которую инопланетяне называли «кинель».
В то утро, когда Жанка сообщила про общую встречу, Дина почти не чувствовала вкуса еды – так она торопилась. Быстро проглотив пару лепешек, она на ходу выпила кинель, закинула в рот горсть орешков и, заметив похожие фигуры близнецов, направилась следом за ними.
Эти двое, сосредоточенные и чересчур нахмуренные, не оглядываясь, двигались к душевым. За ними торопился Кир: распихивал неугомонных пяти-шестилетних мальчишек, перешагивал через разбросанные кубики и детали конструктора.
Интересно, что это близнецы задумали? Что у них в головах? И к чему такая таинственность?
Теряясь в догадках, Дина пробралась в коридор и, приметив кабинку душевой, куда направились мальчишки, нырнула следом.
– Отлично, Динка тоже пришла! – встретил ее довольным возгласом Егор.
Они с Жанной уже устроились прямо на полу, вытянули ноги и лениво кидали в рот орешки.
– Что случилось? – тут же поинтересовалась Дина. Круглое и серьезное лицо Кира оставалось бесстрастным, но глаза близнецов буквально горели от возмущения.
– Много чего случилось, – заговорил один из них. Дина до сих пор не умела различать этих двоих, потому понятия не имела, кто из них кто.
– Вы просто не знаете, – добавил второй брат-близнец. Он уселся на пол, скрестил ноги, поднял голову и продолжил: – На самом деле вас тут держат за маленьких детей. Вы понятия не имеете, что происходит снаружи.
– А вы откуда знаете? – не удержалась Дина и, недоверчиво пожав плечами, тоже устроилась на теплом полу.
– Мы много чего знаем. Мы научились проникать к ним. Тут есть один ход, прямо из этих душевых. Из самой последней кабинки, – сказал первый брат.
– Гош, вы что, бывали там? – удивился Кир, многозначительно выделив последнее слово.
Все знали, что там находятся взрослые люди с другой планеты, которые управляют крейсером. Там шла настоящая жизнь.
– Да. Мы не захотели сидеть и ждать, пока нашей жизнью будут распоряжаться другие, – сказал тот, кого Кир назвал Гошей.
– Надоело, что все решают за нас, – добавил Тоша.
– И что вы там видели? – Кир, который один остался стоять, от нетерпения забарабанил по гладкой стене пальцами. – Что там такое?
– Наш крейсер подвергается опасности. И тот крейсер, на котором сейчас находится Эмма, тоже. Только здешние люди какие-то… – Тоша поморщился.
– Они слишком миролюбивые, – с кривоватой улыбкой пояснил Гоша. – Они считают, что нападать надо в крайнем случае, потому что это жертвы. Они хотят договариваться.
– И что? – не поняла Дина.
– Ничего! – Братья одновременно посмотрели на нее так, словно она была маленькой девочкой и задала совершенно глупый вопрос. – Мы будем ждать, пока они палят по крейсеру, где находится Эмка? Ты не хочешь защитить своих?
– Как? – Дина даже вздохнула от некоторого облегчения.
Она уж думала, что случилось что-то действительно опасное, например инопланетные люди тоже оказались роботами или всех детей приговорили к новому усыплению. А тут всего-навсего атака, которую дети в своих спальнях даже не ощущают. Не мигает свет, не гремит окружающее пространство, по-прежнему есть еда и тепло. Видимо, все проблемы успешно решаются…
– Здесь есть маленькие такие шаттлы. Мы не знаем, как они называются, но выглядят круто. На них можно летать. Мы все поместимся в одном шаттле, если полетим. И мы сможем атаковать из шаттла. – Гоша понизил голос и выдал эту информацию с таким важным видом, будто отыскал залежи золота прямо в космосе.
– А взрослые без нас не могут атаковать, да? – Дина ехидно усмехнулась. – Думаете, вы самые умные? Желаете нарваться на неприятности?
– Да нет, похоже, самая умная среди нас это ты, Дина, – спокойно заметил Егор. – Только ты все еще ожидаешь, что о тебе кто-то позаботится. Когда ты уже поймешь, что в этом мире никто никому не нужен? Я был вместе с братьями там, у этих, – Егор мотнул головой куда-то в сторону, – и видел атаки. Это война, детка, ты понимаешь? Это война с синтетиками. И можно сидеть, лопать лепешки и подбирать грязные носовые платки рядом с малышами, а можно принять в войне участие и надрать роботам зад!
– Представляю, как ты это сделаешь. – Дина усмехнулась. – Прямо не терпится увидеть.
– Короче, зря мы ее позвали, – хмыкнул рассудительный Кир. – Но теперь она все знает, и нам надо заручиться ее поддержкой. Дина, ты можешь идти в спальню, если хочешь. Но ты должна обещать, что никому ничего не расскажешь.
– Ни в какую спальню я не пойду. Вас просто невозможно оставлять одних, всегда придумаете какие-нибудь приключения на собственную голову, – вздохнула Дина. – Я с вами. Что вы собираетесь делать?
– Мы собираемся лететь, – серьезно заявил Егор. – Прямо сейчас. В здешнем шлюзе для катеров я уже был вместе с близнецами и все видел.
– Как вы собираетесь управлять катерами, если это совершенно другие технологии? Вы не смогли разобраться даже в программах мелких роботов-многоножек. Как вы разберетесь с катерами?
Дина вздохнула и успокоилась окончательно. Никакого полета у этих пятерых не будет. Они не смогут даже забраться в инопланетные катера-шаттлы, у них для этого просто не хватит мозгов.
– Увидишь, – мрачно заверили ее близнецы.
– Ну, значит, пошли! – Егор поднялся, взял за руку молчаливую и немного напуганную Жанку и выбрался в коридор.
Глава 4
Эйми. Старый шаттл
Когда-то в этом ангаре бушевало пламя. Почерневшие стены, огромные обгоревшие остовы машин и несколько чудом уцелевших маленьких катеров – вот что предстало взору Эммы.
– Негусто, – пробормотала она, осторожно пробираясь мимо груды поверженных роботов, превратившихся в бессмысленные железяки. Сейчас даже невозможно было определить, к какой категории принадлежали эти роботы.
Ник отпустил ладонь Эммы, которую, как обычно, крепко сжимал, и присел на корточки. Мазнул пальцем по черным деталям, поковырял что-то в железках, что-то открыл, что-то осмотрел и поднялся.
– Это роботы синтетиков, они погибли все, и внутри у них тоже все погибло. Их чипы умерли в высокой температуре. – Ник, как обычно, довольно неловко подбирал слова.
– Ты хочешь сказать, что теперь эти роботы мертвы? – уточнила Эмма.
– Да. Это старые образцы роботов, таких сейчас нет.
– Когда все это случилось? И что тут произошло?
– Питер должен знать. – Ник огляделся. – Здесь есть еще один ангар, давай заглянем туда. Может, есть целый корабль.
Снова ладонь Эммы оказалась в руке Ника, словно тот боялся потерять свою напарницу и потому держал крепко и далеко от себя не отпускал. Это прикосновение успокаивало, да и пальцы друга были теплыми, приятными и слегка унимали ту нервную дрожь, что колотила изнутри.
Скверные предчувствия навалились, охватили судорожным волнением, и Эмма чувствовала, как дрожит крошечная жилка у ключицы. Стоило прикрыть глаза, как перед ее внутренним взором возникала битва, яростная и огненная. И неясно было, из прошлого это видение или из будущего. Чего им ждать?
Запахи гари и металла смешивались с запахами смазки, горючего и расплавленного пластика. И еще витали запахи мертвецов. Совсем чуть-чуть, но Эмма улавливала и их, и это добавляло нервозности. Весь Второй уровень станции пропитался мертвецами. Большое кладбище, вот что это такое на самом деле…
Звук их шагов казался нереально тихим и глухим. Не было эха, хотя огромные своды ангаров уходили далеко ввысь, и каждый шаг по идее тут должен был отдаваться целым каскадом долгих звуков. Может, потому, что под ногами был пепел и гарь?
У сводчатой арки прохода их встретил обгоревший человеческий труп. Он застыл в странной сидячей позе, с поднятыми руками, как будто огонь полыхал до сих пор и скелет напрасно пытался закрыться от него. Эмма вздрогнула, но Ник лишь сжал ее пальцы и быстрее зашагал вперед.
В соседнем помещении огонь похозяйничал не так сильно. Здесь тоже валялись обгоревшие роботы, но вторая половина зала уцелела, и даже огромные раздвижные двери, ведущие в шлюз, были целехоньки.
В нише справа, рядом с панелями управления, поблескивал корпус вытянутого катера, твердо держащегося на четырех металлических ногах.
Таких машин Эмме раньше видеть не доводилось. Металл темный, не блестящий и не гладкий. Форма вычурная, устаревшая. Вытянутый нос и сверху странный горб, как будто этот корабль делали по образцу четвероногого животного.
– Целая машина, – коротко сказал Ник.
– Странная машина. Вряд ли это полетит, – поморщилась Эмма.
– Надо посмотреть. Мы можем починить ее.
– Прямо сейчас?
– Сейчас. – Ник был краток и спокоен.
Он перешагнул распластанный остов очередного погибшего робота, нырнул под громадное брюхо корабля и сообщил, что это старый шаттл.
– Он должен работать, – заявил Ник и принялся изучать железные лапы машины.
Его поиски быстро увенчались успехом, он нашел что-то вроде скоб и начал проворно забираться наверх. Эмма поспешила за другом, но едва занесла ногу, чтобы перешагнуть через почерневшую рухлядь, загораживавшую проход, как что-то уцепилось за ее штанину.
Эмма дернула ногой, но странное нечто не отпускало. Да что это такое? Дохлые роботы все не могут успокоиться?
Рванув ногой изо всех сил, Эмма бросилась вперед, чувствуя, что цепкая железяка так и не отстала. На серой штанине, чуть ниже колена, висела странная деталь: нечто черное, металлическое, с короткими крючьями – и мелко подрагивало. Зараза какая-то!
Пришлось наклониться и отцепить от себя обломок погибшего робота. Тот остался лежать на полу черной изломанной линией, бесполезный и беспомощный.
– Что ты, Эйми? – послышался голос Ника. – Скорее! Я нашел вход!
– Замечательно, – пробормотала Эмма, пытаясь почесать ногу сквозь штанину прочного скафандра. Это получалось с трудом, да и времени не было. Казалось, что к коже что-то пристало и мешает двигаться, щекочет и немного покалывает. Но штанина на вид казалась целой, а железяка мрачно валялась на полу, неподвижная и бесполезная.
Эмма прибавила шаг, добралась до опоры шаттла, нащупала скобы и забралась наверх. Прямо у основания корабельной опоры светился овальный кружок люка.
– Иди сюда! – послышался голос Ника.
Эмма вздохнула, подтянулась и оказалась в залитом желтоватым светом пространстве.
2Узкий коридорчик, в котором даже руки в стороны невозможно было развести, выводил к рубке управления. Она оказалась вытянутой, овальной, и из нее светлыми арочными проходами выходило несколько коридоров.
В ближайшем коридоре у стены обнаружилась пара коек, раковина и кабинка душа. В другом на многочисленных полках темнело оружие и боеприпасы. Вдоль третьего стоял ряд кресел с ремнями, а над ними висели полки. Видимо, здесь должны были находиться солдаты.
– Даже если машина заработает, как мы выберемся из станции? – спросила Эмма, внимательно разглядывая приборы управления.
– Питер откроет нам шлюз, – быстро пояснил Ник.
– Ты разберешься в этом? Здесь не живут деревья-гиганты, тут надо самим думать.
– А ты? Сможешь? – Ник повернулся и посмотрел на Эмму. Внимательно посмотрел, и в его взоре почудилась странная уверенность.
– Надо попробовать, – буркнула Эмма и взялась изучать систему управления.
Проверила рычаги, потрогала многочисленные плоские кнопки справа от единственного монитора.
– Тут все слишком просто, – проговорила она. – И в то же время слишком сложно. Здесь только ручное управление.
– Да, эта штучка слушается только человека. Сама собой она не управляет, – согласился Ник.
– Откуда ты знаешь? – не поняла Эмма.
– Уже доводилось на чем-то похожем летать. Попадалась мне такая машина. Тут надо два пилота. Напарники, понимаешь?
– Еще бы. Конечно понимаю. Тогда включай. Раз ты уже летал на таких, значит, должен знать, как это работает.
Ник потер ладони, положил пальцы на монитор и быстрым движением включил машину. Тут же загорелись огоньки, на темной поверхности высветились файлы, но голографический экран так и не появился.
– А где голограмма? – удивленно спросила Эмма, вглядываясь в знаки.
– Это без голограммы, она не нужна. Показывает, что топливо в баке есть, чуть больше половины. Этого хватит на полет до Земли и обратно. Заводим машину. Задраиваем люки. Полетели. Ты отвечаешь за вот эти рычаги. Отводи правый до самого конца на себя. Этим ты включаешь обороты главного двигателя.
Громко взревели турбины, вокруг длинных лап катера заклубился странный пар, и шаттл медленно оторвался от пола. Зависнув в воздухе, он сделал короткий рывок, а после медленно и плавно приблизился к раздвижным дверям шлюза.
– Питер, ты слышишь нас? – проговорил Ник, наладив связь.
– Разумеется, дети. Вы нашли работающий шаттл, и это отлично. Открываю выход. Действуйте, – послышался довольный и немного снисходительный голос Питера.
– Этот робот слишком много о себе воображает, – возмутилась Эмма, сжимая рычаг.
– Я не только воображаю, но и все слышу. Если не поторопитесь, то крейсеру «Дракону» придется туго. Это, кажется, ваши люди? Тогда работайте!
– Нахал. – Слов у Эммы больше не было.
Но Ник вдруг посерьезнел, чуть наклонился вперед и быстро спросил:
– Крейсер цел?
– Не развалился, – прозвучал уклончивый ответ Питера.
– А Люк? – последовал еще один вопрос.
– Да ему-то что сделается? Сидит и пытается хоть что-то сделать. Нам здесь тоже несладко, поверьте. У вашей машины большие возможности. Не упустите шанс.
– Сколько у синтетиков машин?
– Еще три. Три крейсера. Один мы сможем взять на себя, два оставляем вам. Уничтожьте крейсеры и возвращайтесь на свой корабль.
Ник ничего не ответил. Шаттл вылетел в космос.
3В глаза ударила резкая вспышка света, и, прежде чем Эмма успела схватиться за спинку кресла, их шаттл тряхнуло и увело в сторону.
– Попали в нас, но чуть-чуть. Коснулись, – проговорил Ник, перехватывая рычаг, выскочивший из рук Эммы.
Потянул его, выровнял шаттл и нырнул вниз, увеличивая скорость.
Машина умела двигаться и обладала большой маневренностью. Правда, пришлось повозиться, чтобы разобраться с управлением, и подсказки Ника оказались кстати. Развернулись и ударили снизу длинными мощными лучами, прямой наводкой.
Выстрел, еще выстрел. Шаттл слегка наклонился и ушел в сторону, избегая ответного удара. Новая позиция и новые залпы огня. Как огромный жук, как назойливая птица, их кораблик крутился вокруг вражеских крейсеров, нанося удар за ударом и ловко уходя от атак.
– Держись! – только и проговорил Ник, резко потянув на себя рычаг, потом отвел его в сторону и направил шаттл резко вверх и после вбок.
Прямой наводкой он направил всю огневую мощь на ближайший крейсер, и он разлетелся яркими пылающими кусками. Шаттл слегка тряхнуло, но Ник не останавливался.
Еще один маневр, и неуловимая машина проскочила между двумя кораблями синтетиков и, поднимаясь между ними, открыла огонь. Огонь сразу в обе стороны. Синтетики немного помедлили, а когда ответили, между ними уже не было юркого шаттла, и получилось, что они выстрелили друг в друга.
– Они не сообразили, что будут стрелять по своим! – фыркнула Эмма.
– Потому что этот шаттл очень быстрый. Его главное преимущество – это скорость. Но таким образом мы теряем много горючего. Нам не хватит его надолго, поэтому надо разбираться с врагами сейчас.
– Боюсь, что, когда Таис и Федор придут к нам на помощь, мы уже со всем справимся…
– Там еще есть синтетики, внизу, на станции. Работа всегда будет, – возразил Ник.
Станция между тем медленно развернулась и открыла огонь по ближайшему крейсеру. Тот ответил резкими залпами, и громадный бок нижнего уровня вспыхнул и тут же погас, став черным и мрачным.
– Ты видишь «Дракона»? – поспешно спросила Эмма.
– Он внизу, он теряет управление. Им надо помочь. Нам бы попасть на «Дракон»…
– Его можно будет починить?
– Конечно. Его починят Настоящие деревья. Важно только прекратить битву. У нас еще один крейсер, наше задание. Нам надо его подстрелить.
Синтетики уяснили, кто является их главным врагом, потому преследовали маленький шаттл, не отставая от него и не прекращая огня. Приходилось постоянно маневрировать, буквально прыгать в огромном космическом пространстве, пытаясь уйти от огня.
– Так мы никого не достанем. Мы только теряем топливо, – заметила Эмма.
– Сейчас достанем. Вот увидишь.
Ник резко крутанул рычаг, машину рвануло, и она поменяла направление. Вниз и назад, не теряя ни секунды. За пару минут они оказались позади не ожидающего такого поворота крейсера.
– Отличная мишень! – Ник быстрым движением нажал плоские кнопки на мониторе, открывая огонь.
Эмма перехватила рычаг, помогая напарнику.
Шаттл остановился и медленно поплыл навстречу врагу, не прекращая стрельбу.
Бах! Крейсер синтетиков взорвался. Следом раздался еще один взрыв – появившийся невесть откуда круглый серебристый катер-шар без опознавательных знаков умудрился подстрелить третий корабль.
– Это чья машина? Похоже на крейсер энкью. – Ник откинулся назад и довольно улыбнулся. – Выходит, небесные люди решили вмешаться в битву? Обычно они держат нейтралитет…
– Рычаг почему-то заклинило. Он не двигается. Я не могу ничего сделать, – растерянно пробормотала Эмма.
Монитор вдруг вспыхнул множеством ярких огоньков и погас. Свет в рубке мигнул, стал более тусклым, и в полнейшей тишине раздался странный тихий звон, похожий на жужжание. Будто гудела какая-то металлическая муха. Гудела без остановки, без перерыва, назойливо и мерзко.
Ник не сказал ни слова. Наклонился над монитором, попробовал перезапустить его.
– Они повредили наше управление, что ли? – растерянно проговорила Эмма, пытаясь понять, что случилось с их шустрым шаттлом.
– Нет, похоже, дело в другом. – Ник нырнул к основанию системы управления, поковырялся там и вытащил что-то длинное, прозрачное и тонкое.
Существо обладало гибким телом, совсем коротким, не длиннее мизинца. Оно извивалось в пальцах Ника, постоянно сжималось и вытягивалось и изо всех сил пыталось освободиться.
– Знаешь, что это? – тихо спросил Ник.
Эмма знала. Она уже различила маленькое зерно чипа внутри у существа.
– У нас же шаттл не обладает искусственным интеллектом…
– Зато у него есть связь со станцией! Вирус проберется на станцию. Он уже запущен! Выключай тут все, быстро! Уходим, как можно дальше уходим от станции…
– Шаттл не слушается нас.
– Тогда запустим турбины вручную. Быстро, Эйми!
Глава 5
Таис. Охота на беспилотник
Бумажных листочков, сложенных квадратиками, оказалось несколько. Исписанные четким почерком, потертые и пожелтевшие, они казались чем-то странным и непонятным. Едва лишь Таис пробежала глазами по первым строчкам, как пальцы у нее дрогнули и по спине пробежал неприятный холодок.