Курс на спасение
- -
- 100%
- +
– Будьте осторожнее с выражениями, капитан, – грозно сверкнул глазами адмирал.
Капитан, к удивлению Розы, которая была уверена, что это препирательство не закончится никогда, тут же захлопнул рот.
– Госпожа Рассвет, я понимаю, что первое впечатление может показаться немного сумбурным, но, уверяю вас, оно не отражает истинной сути, – произнёс Лем.
– Прошу прощения, адмирал, но для меня это критически важно. Это моя первая попытка, и я просто не могу… – Роза осеклась, уловив реакцию капитана.
Кит лишь покачал головой, сдерживая язвительные комментарии, однако его жест говорил сам за себя. Лем продолжил с обаятельной мягкостью:
– Я вас понимаю. Именно поэтому я выбрал этот замечательный корабль, чтобы вы могли сосредоточиться на своих исследованиях, не беспокоясь о безопасности. Я осознаю, что вы не стремитесь участвовать в рискованных авантюрах, но, как мне известно, вы – будущая звезда, одна из самых ярких среди наших молодых талантов. И моя обязанность – обеспечить вам защиту, раз уж вы решили обратиться ко мне, – добавил он, его взгляд стал более серьезным, когда он обратился к капитану. – Госпожа Рассвет ищет надежного компаньона для своих исследований, раскопок, поиска и сбора данных.
– А я-то здесь при чем? – недовольно пробормотал капитан, нахмурившись. – Пусть берёт своих археоглонтов или как там их называют. Зачем мне эта возня?
Роза скривила губы. Этот человек был невыносим и узколоб. Её недовольство росло с каждой секундой, он вызывал лишь отвращение своим заносчивым самодовольством, весь мир для него состоял лишь из грубой силы и власти. Его пренебрежение укрепляло её решимость доказать, что исследования и знания имеют гораздо более весомое значение.
– Мне крайне важно, чтобы в команде был опытный специалист, способный адекватно реагировать в самых непредсказуемых ситуациях, – произнесла Роза, стараясь сохранить хладнокровие. – Как вы уже заметили, я не намерена отправляться в опасные сектора, но на нашем пути может произойти множество непредвиденных обстоятельств. Возможно, нам удастся найти другой корабль, – с некоторым волнением произнесла она. – В течение недели могут освободиться несколько экипажей. Я готова подождать. В конце концов, кто-то обязательно окажется доступным. А капитан сможет занять его место. Наверняка, не стоит отвлекать его от работы. Каждый должен находиться там, где может приносить пользу и добиваться своих целей.
Кит раздражённо закатил глаза. Высокопарные речи о пользе и великих целях вызывали у него отвращение, и в голове крутилось множество замечаний, которые могли бы моментально отрезвить эту бесполезную особу. Однако капитан продолжал сохранять молчание.
– Прошу прощения, госпожа, – мягко произнёс Лем, внимательно глядя на Розу. – Иные корабли уже отправились в путь, и в ближайшие недели, если не месяцы, не освободятся. Что касается тех, кто менее способен, то я даже не стану рассматривать их как альтернативу. Вы доверяете моей оценке?
Девушка замялась, перебирая пальцы. Она создала столь ужасное впечатление о капитане, что начала сомневаться, сможет ли вообще работать, находясь на одном корабле с ним.
– Мне кажется, капитан испытывает неприязнь… Возможно ли нам работать в таких условияъ? – тихо произнесла она, не в силах скрыть то, что ее беспокоило.
– Ха! – выдавил из себя Кит, его смешок был полон недовольства.
– Возможно, у капитана и есть определённая недружелюбность, – продолжил Лем, – но это всего лишь следствие того, что он солдат, а солдаты – люди суровые. Как вы уже заметили, Кит сопротивляется, но лишь потому, что заботится о нашем мире. Он, как истинный воин, который поклялся защищать Землю, – Кит напыщенно кивнул, – не готов так просто оставить свой пост. Но я уверяю вас, он отдастся вашему делу со всей страстью настоящего солдата и защитника Земли. Давайте поступим так, – добавил Лем, – если он каким-либо образом сорвёт ваши задачи, или же вы почувствуете, что он не способен быть послом то, на первой же станции я лично предоставлю вам другой транспорт и экипаж. Только скажите.
Роза погрузилась в размышления, её взгляд скользнул по фигуре капитана, который, казалось, был занят своими мыслями, видимо столь же грязными, как и его броня. Она всё ещё испытывала сомнения, но продолжительное ожидание лишь породило бы неприятные слухи среди тех, кто ждал её неудачи.
– Поскольку вы так говорите, – произнесла она, – похоже, у меня нет иного выбора.
– Превосходно. А пока я прошу вас подождать капитана. Он выйдет через некоторое время, и вы отправитесь на корабль, где он проведёт вам экскурсию. Вы планируете вылететь в ближайшие дни?
– Да, как можно скорее. Всё готово. Осталось лишь уладить бумажные формальности.
– Тогда я немедленно приступлю к подготовке документации и решению всех необходимых вопросов и разрешений. И пришлю вам на подпись.
Она кивнула. Адмирал поднялся в который раз обошёл стол и с теплотой пожал ей руку.
– Я верю, что вы добьётесь всего, что задумали, и ваше имя навсегда войдёт в историю.
– Спасибо, адмирал, – произнесла молодая учёная, и румянец заиграл на её бледных щеках; Лем подумал, что полёты пойдут ей на пользу.
Не обратив ни малейшего внимания на Кита, она развернулась и стремительным шагом направилась к выходу. Капитан же злобно прожёг её спину взглядом.
– Отдаваться? – капитан сжал подлокотник кресла от растущей ярости, и, наконец, не сдержавшись, излил своё недовольство. – Что здесь творится? О, Вселенная, пусть я сейчас лежу на грани жизни на больничной койке с вывернутыми кишками и всё это лишь плоды моей повреждённой башки.
– Кит, ты выставил себя болваном, – произнёс сдержанно адмирал, облокотившись о стол.
– Было бы перед кем. Так это она всё затеяла? – кивнул капитан в сторону закрывшейся двери.
– Роза… Рассвет выделила несколько кандидатур, и она включила тебя в свой список с большими сомнениями. Как видишь.
– Серьёзно? – протянул Кит, затем нервно рассмеялся.
Самолюбие капитана, который привык находиться в первых рядах, неважно, о каких списках шла речь, получило сокрушительный удар. Неприязнь к заучке теперь навсегда запечатлелась в его сознании. Кит замолчал.
– Мне пришлось использовать рычаги, чтобы ты оказался единственным.
– Для чего? Я не понимаю. Уж прости Лем, но может ты болен? Может солнечная бретотура? Я космопех! – воскликнул Кит, размахивая руками. – Ау! Адмирал!
– Кит… – сказал Лем, проходя вдоль стола. – Ты хоть осознаёшь, сколько вопросов и недовольства накопилось у власти? – спросил он. – Я с трудом защищаю тебя от арестов и судов. Вот, взгляни.
К Киту сквозь стол проскользнула «бумага». Это была претензия. Капитан знал, что Лем получает подобные документы в избытке – по нескольку штук в неделю, в зависимости от уровня активности. Множество исков, обвинений и предостережений.
– Что за чёрт? Благодаря мне пираты и кланы не разгуливают, как на прогулке, – выплюнул с отвращением капитан.
– Да, но твои действия и нежелание брать их живыми не всегда играют тебе на руку. И не только тебе. Многие из тех, кого ты не захватил живыми, могли бы привести нас к важным зацепкам. Должен напомнить, что залетевших ты обязан арестовывать, чтобы затем выдворить из нашей системы. Знаешь, какие дипломатические проблемы вызывает неисполнение этого правила? Бесконечные скандалы, обвинения и напряжение «Конклавы Звёзд».
Капитан Кит усмехнулся. Эти «олимпийские» тушки, заплывшие жиром, требуют от него быть «исполнительным», словно он послушная собачка, радостно скачущая на задних лапках в ожидании их одобрения.
– С какой стати я должен договариваться с преступниками и заботиться о том, чтобы брать их живыми? – спросил Кит, подняв бровь. – Это же преступники.
Лем гордился капитаном. Искренне верный сын Земли преданный своему долгу. Однако как рискованна такая стратегия, если она противоречит интересам Директоров, Банкиров и даже «Вече». Про «Конклав» он предпочитал молчать, осознавая, что их интересы могут оказаться гораздо более сложными и запутанными.
– Кит, ты исполняешь волю тех, кто на верху. И они решают кого отпустить, а кого казнить. – Кит сжал кулаки; его натура не могла смириться с мыслью о том, что преступники могут остаться безнаказанными – Но ты все время своевольничаешь. Директора злы на тебя за разгром точек во Вратах, из-за чего им придется вложить немало ресурсов. Хотя там можно было обойтись более аккуратно.
– Ага. И дать уйти той твари? Да я за ней по системам бегал даже! Они все равно починят эти точки.
– Да. А сколько до этого будет ошибок в отправлениях? Сколько кораблей внезапно окажутся в других конечных пунктах?
– Да всё наладится, – пожал плечами Кит. – Мало ли, может, новый Мир откроют. Это же на руку этим учёным носкам.
– За сжигание целой фермы по производству «живуна», а не передачу её под контроль властей.
– Чтобы уже через несколько дней она вновь легально появилась на станциях в тех же объемах, но под маской стимулятора? Вот уж увольте.
– Хорошо, – коротко ответил Лем.
Кит заерзал на стуле, не понимая, что именно было «хорошо», но предчувствие нехорошего заставило капитана нервно спросить:
– Что, хорошо? Лем?
– Как бы ты ни относился к «Вече», но твой единственный выход – стать послом. В противном случае тебя ждет трибунал с последующей отправкой на рудники, – заверил адмирал.
– Что, правда? – с насмешкой спросил Кит. – И долго ли продержится их власть?
– Не только на тебе держится безопасность, Кит, – серьезно отметил Лем. – Ты не единственный, один из лучших, но не единственный защитник Земли. Это прекрасно осознают и Директора. Бизнес всегда имеет приоритет над всем остальным: над твоей жизнью, моей жизнью и жизнями других людей. И, конечно, над твоими попытками сделать Солнечную систему более безопасной и чистой. Это утопия.
– Бизнес всегда зарешает, – философски произнес Кит. – Ну и пусть, если таково их желание, отправят меня куда угодно.
– Тебя лишат «Клевера» с последующим разбором. «ВечеНаук» жаждет его заполучить, и я не способен это предотвратить. Боюсь, никто не в силах. «Эгиде» он не нужен, а вот «Вече», сам понимаешь…
Кит вскочил, его сверкающие глаза излучали такую решимость, словно он готов был броситься бежать к портам, чтобы проверить, на месте ли его драгоценный корабль. Однако он сдержано взглянул на «рукав». Крейсер был на месте.
– Но мой… мой «Клевер»… Это же… Чудовища, – хрипло произнес капитан. – Вот кто истинные монстры нашего мира! И всех миров. Это бесчеловечные создания с их отвратительными мозгами и без сердца.
– Ученая летит с тобой, Кит.
– Поближе. Чтобы удобнее было копаться в «Клевере».
– Кит, она не представляет для тебя и «Клевера» никакой опасности. Поверь мне.
Кит задвигал желваками.
– Ясно, – сухо произнес он. – Могу идти, сэр?
– Оберегай Рассвет, Кит. Это приказ.
– Так точно, сэр, – глухо и вяло ответил Кит.
Он вытянулся по струнке, будто на парадном строе, чего адмирал давно не видел в исполнении капитана. Отдав честь, Кит развернулся и, чеканя шаги тяжелыми ботинками, вышел прочь.
Лем направил форму «ВечеНаук» вместе с приказом Совету Директоров и Альянсу Земли. Всё прошло, хоть и не без затруднений, но в целом приемлемо. Оставалась лишь одна формальная уступка.
Ещё один документ висел прямо над Лемом, который медлил с его подписанием. И хотя это была всего лишь формальность для директоров, рука никак не желала подниматься, чтобы уволить капитана Кита. Лем не был суеверным, но предчувствие чего-то неприятного заставило его отложить данное решение.
Теперь дело было за любознательной сотрудницей Рассвета. Ей предстоит непростое общение с Китом. Важно, чтобы она осознала, что он действительно ей нужен, до того, как его сложный характер не заставит Розу сбежать: Кит будет постоянно демонстрировать свою неприязнь к «Вече». Однако адмирал не сомневался в её безопасности. Если капитан принял приказ, то он его не нарушит, даже если станет гражданским.
Не от мира сего "Клевер"
Ученая Роза сидела в кресле и с волнением наблюдала за одиноким проектом, который висел на стене объявлений «Вече». Скоро вместо слова «согласование» появится надпись «в работе», и от этого осознания девушку охватило бурное волнение.
Она ощущала прилив вдохновения, возбуждения и азарта, словно ветер свободы наполнял её душу. Впереди её ждали множество интересных открытий, и кто знает, с какими сложностями столкнет её судьба. Размышляя о предстоящем полете, осознавая, что это её личный проект, столь давно отсутствующий в «Вече», и о том, как она перевернула свою жизнь с ног на голову, Роза поняла: её существование уже никогда не будет прежним. Ученая не вернется в ту унылую и серую сферу, которую оставила позади; сейчас она переживала нечто новое, и пути назад у неё больше не осталось.
Переживания смешались в огромный клубок, которому она не могла дать название, и он продолжал расти с каждой минутой. Роза едва сдерживалась, чтобы не сорваться с места и не начать ходить, лишь бы выпустить на свободу эту бурю. Впервые в жизни ей хотелось смеяться от радости или обнять кого-нибудь, чтобы развеять свои сомнения. Она боялась, что её начнёт подташнивать, и она опозорится прямо здесь, перед изящной дамой у стойки и кабинетом адмирала. Но внезапное появление капитана вовремя охладило её пыл. Узел эмоций замер. Гроза преступности, страшный сон для нарушителей порядка и лучший воин, как именовал капитана адмирал, нахмурившись, вышел из кабинета Лема. Он даже не удостоил взглядом секретаршу. Роза же заметила, как та поправила свои великолепные волосы, немного откинулась в кресле и изменила позу.
– К причалам, – кратко указал Кит.
Капитан был так угрюм, а его голос звучал столь холодно, что она не осмелилась перечить и впервые в жизни подчинилась приказу. Не раздумывая, она быстро вскочила и без возражений поспешила за ним.
Она следовала за ним по холлу, размышляя о том, с кем ей предстоит лететь. Капитан Кит произвел на Розу впечатление крайне сложной личности. Ученая знала, что в «Эгиде» царит жесткая дисциплина, однако капитан, казалось, имел свои взгляды на службу и на свои обязанности. Осознав, что он спорил с адмиралом до тех пор, пока тот не утратил терпение, она почувствовала замешательство и предвкушение множества неожиданностей в своей экспедиции. Как и любой сотрудник «Вече», она привыкла к строгому порядку, неукоснительному следованию намеченному плану, тщательному продумываю проект на 90–95%, оставляя место для непредвиденных обстоятельств – вмешательства маловероятных событий. Капитан же оказался тем самым неизвестным элементом, который мог внести стихийное бедствие в её идеальный план действий. И Роза пришла к мысли, что будет лучше, если при первой же возможности она изменит корабль и, соответственно, компанию.Но кажется ей придется убедительно обосновать это адмиралу.
Она не стала задерживаться на мыслях о капитане, который омрачал её будущее, и переключилась на иные размышления. Розе предстояло встретиться с командой. Хотя ученая не стремилась завести дружеские отношения, ей хотелось, чтобы атмосфера в месте, где она будет работать, была благоприятной. Этого было достаточно для комфортной работы и для того, чтобы она могла оказать помощь затари в усовершенствовании методов добычи и очистки ископаемых. У неё уже имелись наработки, и она успела составить несколько эскизов модернизации оборудования. Как только она ступит на корабль, то замкнется в своей лаборатории и погрузится в работу с головой.
Снова прилив мотивации охватил её, дрожь пробежала по телу, и она почти бежала, а скорее запорхала, едва касаясь поверхности.
– Куда вы так торопитесь? Эй! На космический забег с инопланетянами?
Холодный голос вырвал её из потока мыслей. Роза потеряла ритм, и её размышления рассыпались.
– Что?
– Не рвитесь вперёд капитана, – надменно произнёс Кит. – Считаете себя лучше других? Привыкайте к дисциплине, раз уж вам суждено быть на моём корабле. Хотя это ещё под вопросом.
– Разве приказы адмирала могут быть под вопросом?
Капитан не ответил, лишь неопределённо дёрнул конечностями, как будто желал отмахнуться от неё и улететь будто бабочка. Однако, чтобы меньше слышать его брюзжание, она постаралась сбавить темп.
Как же это было непривычно! Военный перемещался, словно ленивый варан в броне, медленно раскачиваясь. Учёной было в новинку передвигаться с такой осторожностью, ведь сотрудники «Вече» всегда двигались стремительно, что способствовало их мыслительному процессу. Теперь она не могла сосредоточиться ни на чём, кроме навязчивой мысли о том, как нелепо она выглядит, и какую ногу следует выставить вперёд вместе с рукой. Это напоминало те моменты, когда, задумавшись о процессе дыхания, начинаешь ощущать, что вдруг забыл, как это делается; так же и с медленным движением – она будто забыла, как вообще ходить.
Они вошли в просторный лифт, и группа молодых людей с такой резкостью и неожиданностью накинулась на капитана, что Роза едва не уверовала, будто стала свидетельницей нападения. Учитывая, какое впечатление произвел на неё капитан, ученая сочла такой исход вполне закономерным. Однако, вслушавшись в несвязные восторги, девушка поняла, что капитана восхваляют на грани экстаза. С любопытством наблюдая за этой сценой, Роза не могла понять, что вызывает такое восхищение. Возможно, она слишком отрешилась от окружающего мира, погрузившись в работу и не обращая внимания на события вокруг.
Сильно удивила её и уверенность капитана, который не скрывал своего характера, в то время как молодые люди продолжали восторженно пищать. Если бы здесь оказалась её мать, она с презрением произнесла бы, что поколение потеряно, если в качестве героев выбирает таких личностей.
Спустя несколько минут они достигли уровня «Круз». Роза с облегчением покинула душную компанию, которая успела надоесть даже капитану, и шагнула в мир, где царили приглушённые огни. «Бесконечные Рынки» всегда были полны жизни и мечтаний. Здесь можно было найти всё, что завораживало, удивляло и будоражило воображение. Сюда стекались новейшие артефакты, фантастические существа и развлечения, способные вызвать интерес даже у самых искушённых. А что уж говорить о Розе, которая не была избалована подобными удовольствиями! Она не могла отвести глаз от названий и бесчисленного множества невероятных вещей. Некоторые из них вызывали у неё лёгкое волнение и неловкость, заставляя её поспешно отворачивать взгляд.
Роза с капитаном прошли сквозь развлечений прямиком к таинственным звука и ароматам разнообразной и вкусной кухни. Перед её глазами, словно по волшебству, возникли яркие голографические витрины, предлагающие деликатесы и напитки, никогда ранее не встречавшиеся ей. Один из них, переливающийся всеми цветами радуги, словно манил её, обещая невероятные вкусовые ощущения. Не задумываясь, Роза протянула руку и взяла этот загадочный фрукт. Как только она коснулась его, её окутал тёплый мерцающий свет, и она ощутила, как её тело наполняется энергией и радостью.
Но в ту же секунду Кит, дернув её, буркнул, что им нужно торопиться, и наступил на упавший из её рук фрукт. Больше Роза не решилась пробовать что-либо, ощущая на себе тяжёлый взгляд, который следил за ней через плечо.
Они шли молча, если не считать редких ворчаний, издаваемых закованной в алую броню грудью капитана. Но девушка пребывала в новом мире эмоций, наслаждаясь каждым мгновением и впитывая в себя всё незнакомое. Она ощущала, как её сознание наполняется небывалыми представлениями, и от этого у неё перехватывало дух. На каждом шагу что-то притягивало её внимание. Это был только её родной мир; что же ждало её впереди? Уголки её губ незаметно потянулись вверх, а в глазах заиграли искры. На белоснежной коже появился румянец, делая её живой как никогда.
– Эй, сотрудник Рассвет, где вы летаете? Идите к кораблю и ждите меня.
Она захлопала глазами. Очарование вмиг улетучилось. Они оказались в ангаре под номером 77, и в нос ударил запах топлива, тошнотворный аромат смазочных материалов и чего-то неприятного, что напоминало тысячах немытых стариков. Роза даже не могла понять, откуда ей пришило на ум такое сравнение. Как бы ни была высокотехнологичной и экологичной станция, ангары и причалы оставались неизменными во все времена. Что у древних, что у новых. Роза скривила лицо, впервые столкнувшись с таким букетом ароматов; у неё на миг закружилась голова.
Ученая хотела спросить, какой корабль ей искать, ведь их здесь было более десятка, но капитан быстро отвлекся от неё и направился к роботу-администратору.
Роза стояла в ожидании, а вокруг неё сновали рабочие и мелкие андроиды. Первый полёт на корабле и несколько последующих она совершала, пересаживаясь с посадочной капсулы, так как они взлетали почти от дома и попадали прямо на транспорт. Поэтому ей никогда не приходилось самостоятельно искать корабль.
Роза обернулась. Капитан, казалось, очень увлечённо спорил с роботом, активно жестикулируя, и, казалось, вот-вот создаст вихрь вокруг железного помощника. Робот медленно и упрямо отказывался подчиниться, и не мог изменить ничего в своем коде, даже если Кит продолжал бы кричать. К сожалению, фантастическая упертость капитана не позволяла уловить эту простую истину.
Ученая решила, что не стоит просто стоять в ожидании капитана, чтобы дать ему повод для фырканья. Тем не менее, она продолжала оставаться на месте, словно бесполезная балка посреди комнаты, размышляя о том, у кого бы ей спросить о корабле. Его здесь все знают, судя по ситуации в лифте.
Как только Роза решилась предпринять действия, все работники внезапно исчезли. Еще мгновение назад они толкали её и недовольно возмущались из-за того, что кто-то потерял ребенка, а теперь вокруг царила полная пустота. Только роботы, не покладая рук, продолжали свою работу, очищая и убирая площадки и корабли. Все мониторы ярко сигнализировали о перерыве.
«Да что ж им именно сейчас приспичило поесть?» – начала паниковать девушка. – «Так, Розочка, без паники. Просто иди, а там будет видно. Не стой ради Вселенной, как вкопанная. Иди же!»
И она двинулась вперед, рассекая пространство между рядами космических судов. Учёная прошла туда и обратно, осматривая окрестности, но поблизости не оказалось ни одной души, будь то живой или искусственный, способной помочь ей. Оглядывая ряд старых грузовых транспортников, она вышла на середину, полная решимости сменить тактику.
Роза решила определить военный корабль по всем известным признакам. Ей требовалось найти что-то мощное, с угрожающими орудиями, грозными линиями и, конечно же, со знаком «Эгиды». Уж нет ничего проще, чем отыскать судно «Эгиды». Воодушевлённая простотой своих логических умозаключений, она стала двигаться вдоль стоящих машин, внимая обшивкам и расцветке.
Транспортные значки, свободные корсары, торговцы, странный корабль-корыто с непонятным знаком. Сие судно учёная лишь краем глаза заметила и направилась дальше. И вот, пред её взором предстали два корабля «Эгиды». Убедившись, что один из них точно тот самый, она осмотрела его внимательнее. Судно, о котором упоминалось в отчетах, переданных Лемом, на которые она лишь бегло взглянула, имело «Гипердрайв» класс. Это было той важной подсказкой, за которую и ухватилась учёная.
Она задумчиво остановилась, вглядываясь в звездолеты с большим вниманием. Эти два космических корабля явно уступали по размерам крейсерам и уж тем более не могли иметь функцию «Гипер» класс. Их двигатели не имели двух флюоресцентных турбин. Теперь стало очевидно, что её умозаключения оказались ошибочными. Роза и не подозревала, что с самого начала столкнется с такой нелепой задачей и окажется сбитая с толку.
– И сколько же вы будете любоваться, как на выставке современного искусства? – прозвучал ироничный голос капитана. – У вас, кажется, важная миссия! То ни шагу без судна, то вдруг ползаете вокруг, будто забыли, как ходить. Что с вами не так, учёные?
Она обернулась и увидела, что капитан стоит рядом с тем нелепым кораблем, на котором был красовался такой же нелепый значок.
– Это наш? – удивилась Роза.
– Это мой. А вы словно и не в курсе, – начал с самодовольным тоном Кит, но внезапно изменился в лице. – Погодите, вы что, не знаете самый знаменитый корабль в Солнечной системе? Да с какой луны вы свалились?
– Прошу прощения, капитан, но меня не интересуют кораблики. К тому же на нём нет знака «Эгиды».
– Кораблики? То есть, по-вашему, «Клевер» – это всего лишь обычный к-к-кораблик?
Он даже начал заикаться и сделал шаг в её сторону.
– «Клевер» – это самый уникальный флагман в мире людей, если не во всей Вселенной, – заявил капитан Кит с гордостью. – Ему не нужны опознавательные знаки, чтобы все понимали, что это за корабль и кому он принадлежит.
Клевер? Эта непримечательная закорючка на корпусе действительно была клевером? Видимо, увлекшись изучением других рас и цивилизаций, Роза подзабыла свою. Не уж-то правда, что эта попытка ИИ в искусстве абстракции оказалась тем самым растением с Земли.